Практикум гипотетического западла

Любитель радуги Я уже и сам чувствовал, что смотрел на него слишком часто. Но, чёрт его побери, когда он замечал это, на его мордашке появлялся такой очаровательный румянец! У меня эрекция от его взгляда. И мне было очень обидно, что я обнимал сейчас эту Дарию, а не Светика, но неосознанно я гладил её по плечам, рукам, шее. Закрывая глаза, фантазировал и представлял себе того, кто сидел в нескольких метрах от меня. Я очень боялся пить. Если бы я накатил стопки три, то, наверное, бросился бы на Святослава прямо при одногруппниках – до того соблазнительно он выглядел при свете костра. Ревнивый, замёрзший, злой. Так бы и стиснул его в своих объятиях, а потом целовал бы, пока у него температура не взлетела бы до сорока… – Эй, хватит, – Камиль толкнул меня плечом. – Заметно, да? – Мне просто показалось, что ты сейчас слюну пустишь, – ухмыльнулся он. Вероятно, Камиль и был виноват в том, что я так втюрился в Светика. Это Камиль заставил меня обратить на него внимание, пару месяцев назад в качалке он сказал мне: – Я сегодня этого Святослава с тобой перепутал. Орал на весь коридор: «Иво, Иво!» – а он шёл и не оборачивался. Я уже только в аудитории увидел, что это не ты. Вас со спины вообще не отличишь, хоть ты и выше, но волосы у вас одинаковые – каштановые, лохматые. Да и шмотки у вас почти идентичные. Собственно говоря, вы на лицо тоже чем-то похожи, только с глазами у него там что-то не то. Может, он твой какой-нибудь дальний родственник? – Да не-е-ет. Я бы знал, – отмахнулся я. А сам стал за Светиком наблюдать и понял что, Камиль прав: мы и правда с ним похожи. У Святослава были густые коротко стриженные волосы каштанового цвета – совсем как у меня. Он тоже любил большие тёплые пуловеры и джемперы серых оттенков. А лицо… когда я смотрел на его лицо, то забывал думать о нашем сходстве, у меня вообще отключались мозги. Глаза у Светика были разных цветов: один лазурно-голубой, а другой светло-карий, на солнце словно золотистый. И когда я глядел в эти глаза, я будто входил в режим «офлайн», иногда даже останавливался на месте, натыкаясь на этот взгляд, и стоял как вкопанный, словно загипнотизированный коброй кролик. – Сколько ты будешь так на него пялиться? – Не знаю, пока не сорвусь. – Ну так сорвись уже и трахни его. – Ты так просто об этом говоришь, как будто я каждый день для разрядки трахаю одногруппников. – Ну, подумаешь, все они одинаковые. Пусть он и прикидывается недотрогой, но не думаю, что он такой закоренелый натурал. – Он запал на эту… Дарию. – Хм… отбей его у Дарии, а дальше посмотрим, – предложил Камиль. Но поступил я наоборот: соблазнил эту самую Дарию для начала, хотел обратить на себя внимания Светика. И мне это удалось, пусть он и злился, но меня заметил. – Ну и что теперь? Что ты будешь делать теперь? Он кипит, просто-таки бесится… – сказал мне Камиль, когда мы ехали сегодня на берег. – Пусть бесится. Я хочу разделить их с другом. – Ха-ха, несчастье это, Гороку? Чем он тебе мешает, он же ничтожество. Так и хочется пошпынять его, жалкий какой… – со злой ухмылкой проговорил Камиль. Он всегда был такой жестокий, презирал слабых и трусливых людей – настоящий хищник и садист, но я полностью разделял его мнение. – Да. Именно этот. Его надо убрать с дороги, он под ногами мешается. Камиль помолчал пару минут. – Ты знаешь, у меня есть одна идея. Не предпринимай пока ничего, а дорогу я тебе расчищу. Пусть у окружающих и стыла кровь в жилах от его ехидной пакостной улыбки, а у меня от неё поднималось настроение. И я старался ничего не делать, но смотреть-то мне никто не запрещал? Дария пила стопку за стопкой и, дыша на меня перегаром, поворачивалась целоваться. Я зажмуривался и представлял себе те странные глубокие глаза. Когда все стали собираться, моя пьяная подружка шепнула: – Давай ещё посидим? И я понял, что она хочет развлекаться дальше. Глянув вслед Светику, на плече которого висел невменяемый Гороку, я вздохнул и поцеловал Дарию. У береговой линии был реденький парк, в ночное время суток он казался чуть ли не густым чёрным лесом – в общем, самое место. Через пять минут мы сказали оставшимся парочкам, что идём освежиться, и пошли в сторону парка. Я прижал Дарию к березке. Она запрыгнула на меня, обхватив за талию ногами, когда я ещё даже ширинку до конца не расстегнул. Вроде Дария была не такая уж и опытная, но похотливая до ужаса, а может, это потому, что она была очень пьяна. Когда она вздрогнула в моих руках, я понял, что сделал ей больно. Точнее, она сама себе сделала больно, так резко двинувшись мне навстречу. Мой член вошел в неё сразу же, до самого конца. Всхлипывая и цепляясь руками за сучья березы, Дария пыталась насаживаться глубже и двигаться вверх-вниз. Я зарылся пальцами в её волосы и постарался дать ей то, что она хотела. Судя по тому, как Дария дрожала, я всё ещё делал ей больно с каждым новым движением. Мне было в ней так горячо и узко, что я, хоть и говорил себе: «Надо быть аккуратнее», не мог ни сдержаться, ни остановиться. Мне хотелось только кончить побыстрее, поярче, чтоб запомнилось. В такие моменты я ощущал себя грязным животным, которым управляют примитивные инстинкты, но, с другой стороны, совершенно ничего плохого в этом не видел, такая уж моя натура. Но было в моём поступке кое-что более гадкое – это его мотив. Я соблазнил Дарию и взял её только потому, что хотел привлечь внимание другого парня. И после того как вытащу из неё свой истекающий спермой член, я не захочу заводить с ней серьезных отношений, да и особо общаться тоже. Выпутывая пальцы из волос Дарии, я аккуратно отпустил её ноги, чтобы она встала на землю. Она прижалась ко мне и глубоко дышала. – Пойдём, я провожу тебя домой… – предложил я, убирая тёмную прядку с её лица. * * * Я опоздал на пару и теперь повсюду искал Камиля. Он обещал, что будет ждать меня на втором этаже, но в коридоре его не оказалось. Я был не в духе, сонный и уставший. Зашел в туалет умыться. – Слушай, если ты тронешь её хоть пальцем, то я набью тебе морду! – негромко сказал мне кто-то. Какой-то парень рядом мыл руки. Я глянул на его макушку насмешливо: низенький, да и мускулатура не особо развита, интересно, что его подвигло на такие угрозы? Я, кстати, не расслышал, за что он обещал там набить мне морду, но это стало неважным, когда он поднял голову. Я глянул ему в глаза и был морально убит: этот острый золотисто-голубой взгляд, яркий, словно радуга, странный и манящий своей новизной. – Ты меня слышал? – повторил он. Его губы двигались, и я смог отвлечься на них на секунду. – Понял что? – Я сказал тебе: не смей обижать Дарию. Ах да… у нас ведь сердечко намедни разбилось. – Эм… прости, но ты поздновато со своими предъявами, – несмотря на бурю и ураган чувств внутри, голос мой звучал уверенно, спокойно и насмешливо, чему я был несказанно рад. – У нас уже был секс. О боги, как он вспыхнул! Взорвался своим невероятным румянцем в секунду. От ярких красок, которыми горело его лицо, у меня закружилась голова. – Если она хоть раз пожалуется на тебя… – процедил Светик сквозь сжатые зубы. – То ты что? Ну что, скажи мне? – широко улыбаясь, я сделал шаг к нему. А он остался стоять на месте, вроде как принимая вызов. На самом деле у меня были совсем другие, неблагочестивые, намерения, о которых Светик, конечно же, не подозревал. В своём гневе он, наверное, вообще ничего вокруг себя не видел. – Я прибью тебя. Не важно, как и что для этого мне придётся сделать. Пускай ты думаешь, что мне тебя не побить, но умоляю… – покачал головой он, и я поразился его артистизму,– только дай мне повод тебя разубедить. Он был серьёзен и зол. Я был очарован. Подойдя вплотную, я обхватил его лицо руками, уже закрыл глаза, прежде чем позволить себе сладкий нежный поцелуй, – и вдруг так получил по лбу, что перед глазами всё заблестело. – Совсем уже, придурок?! – прошипел он мне в лицо и, оттолкнув, вышел вон. Я молча стоял посреди туалета и соображал, что я только что натворил. Но более всего меня поразило то, что Светик снова ничего не понял – это было ясно по его лицу. Когда он отпихнул меня, то был всё так же зол и возмущен, но ничуть не испуган и не удивлён. – Он так ничего и не понял, да? – Да… ни хрена, – ответил я Камилю, который вышел из дальней кабинки. – Знаешь, ты отличаешься редким талантом выбирать себе исключительно заковыристые приключения на задницу. – Да ладно, не такой уж он и сложный. Просто он… м-м… – Дикий? – подсказал Камиль, вытирая руки бумажной салфеткой. – Дикий, – вздохнул я. – Расскажи лучше, что там у тебя за идея?