Старая знакомая.

Приехав туда, я увидела, как на лавочке сидит эта Оля, а рядом с ней Тарасов и о чём-то мило беседуют, при этом она на него ещё и голову положила и держит за руку. — Ну ты у меня попляшешь, Тарасов, — сказала Ума и поехала прочь. У меня было большое желание напиться, и я так и сделала, поехала в самый дорогой клуб Москвы. До клуба я доехала очень быстро. Выпила я много и пила всё подряд. Потом я пошла покурить и, зайдя в курилку, обнаружила золотую молодежь, которая курила травку. По — хорошему я должна была это пресечь, но мне было совсем не до этого. Следом за мной зашли ещё какие-то ребята и тоже стали курить траву, но среди них была девушка, которой предлагали попробовать, но она отказалась и просто курила сигареты. Тут заходит охрана и начинает разгонять эту молодежь, резко завязывается драка, я попыталась их разнять, но всё было тщетно, что может сделать хрупкая девушка, хоть и спецназовец. Кто-то вызвал ментов и когда они приехали всех повязали и отвезли в КПЗ, повязали даже меня. Я, конечно, сопротивляться не стала и позволила надеть на себя наручники. Приехав в КПЗ, нас рассадили по камерам. Мимо камеры проходил капитан, и я его окликнула. — Товарищ капитан, разрешите обратиться? — обратилась я к полицейскому. — Что тебе, надо? — грубо сказал он. — У меня в правом кармане куртки документы, достаньте их, — сказала я полицейскому. — Что у тебя, там? — спросил он и, достав у меня из куртки удостоверение, начал читать. — Документы, — коротко ответила я. Прочитав, он сильно удивился. — Прошу прощения, — начал извиняться капитан. — Да ничего страшного, я понимаю, работа такая, — сказала я в тот момент, когда с меня снимали наручники и отдавали документы. — Всё равно извините. — Можно попросить вас об одном обложении? — Да, конечно. Что нужно? — Освободите вон ту девчонку, — я указала на девушку в чёрной кожаной куртке и с распущенными волосами. — Но.! — попытался возразить капитан. — Вы обещали, — коротко сказала я. — Хорошо. Измайлова, давай на выход, — крикнул капитан светловолосой девушке. — Иду, иду, — подходя к двери, сказала Ника. — Вот, благодари спасительницу. — Спасибо, — грубо сказала Ника. Мы вышли с ней из отделения, и я уже собиралась ехать домой, как меня остановила эта девушка. — Стой! Зачем ты это сделала?! — услышала я себе в след. Я развернулась к ней лицом. — Да просто так, ты же не в чём не виновата. А они тебя просто приплели для дела, как будто ты тоже курила травку. — Понятно. А если честно? — А если честно, то меня в своё время так же не за что забирали.Только отмазать было некому, а потом уже сама себя отмазывала.  — То есть как, сама себя? — удивилась девушка. — На мента пошла учиться. — Понятно. А почему я тебя здесь раньше не видела? — Я из Питера, а в Москву по работе приехала. Кстати, меня Олеся зовут. — Ясно. Меня Ника. А почему он вдруг начал перед тобой извиняться? Ты что старше его по званию? — Нет, я не старше, просто в спецназе работаю. — Ого, круто. Блин! — Что-то не так? — задала я вопрос Нике, когда её удивление сменилось огорчением. — Вон видишь мерседес подъехал, так это по мою душу?! — указала на только что подъехавший чёрный мерседес. — Какие-то проблемы? — спросила я. — Да нет, это мой брат. Сейчас опять отчитывать начнёт. — Понятно. Ну ладно, мне пора. Вот держи, это мой номер, если что — звони, я пока в Москве буду, а это рабочий и адрес работы, если будешь на работу звонить, то попроси Уму. Хорошо? — Ага. Спасибо тебе большое. — Да пока не за что. Пока, — попрощалась я с Никой и поехала домой. Приехав домой я сразу же завалилась спать, потому что с утра рано на работу и надо быть в форме. Ника. Олеся уехала, и приехал братец. Интересно, может хоть на этот раз отчитывать не будет, всё-таки не он меня отсюда доставал, а Леся. Между прочим, она мне показалась очень хорошей и доброй, вот бы иметь такую понимающую сестру. Нет, Гриша, конечно, тоже хороший и давно мне не запрещает пить и курить, но когда доходит дело забирать меня из ментовки, начинает ругаться, а вот и он, лёгок на помине. Конец. Ника. — Почему-то я даже не удивлён, — начал Гриша. — Между прочим, я просто стою около милиции, а не сижу в клетке. — Вот это меня как раз и удивляет. Почему так, а не наоборот? Мне позвонили и сказали, что ты в камере, а я почему-то вижу совсем обратное. Кто тебя отмазал? — Знакомая. — Она кто? Генеральская дочка? — Ну не знаю, чья она дочка, но работает в спецназе. — Где работает? — таким удивлённым я Гришу ещё никогда не видела. — В спецназе. А что? — повторила я брату. — Да так, ничего особенного, просто интересно откуда у тебя такие знакомые. Ладно, поехали домой, а то еле на ногах держишься. — Иду, иду, — сказала я и пошла в след за Гришей. Ума. Утро не задалось с самого начала. У меня адски болела голова и очень хотелось пить. Вот зачем я вчера столько выпила? Я не спеша встала, пошла, умылась, оделась, выпила таблетку и поехала на работу. Конец. Ума. — О-о-о… Какие люди! — Да иди ты Кот. — По какому поводу? — Физик, а тебе больше всех надо? — Нет. Я просто так спросил. — Ну, если тебе будет легче, то я отмечала свою свободу. Ещё вопросы есть? — Нет. — Ну, вот и хорошо. — Так, все в сборе? —Да. — хором ответили ребята. —Через два часа выезжаете на заброшенный склад. Там будет проводиться небольшая сделка по передаче наркотиков. Ваша цель задержать продавца и покупателей. Батя и Багира останутся в КТЦ, а вы делитесь на пары и преступаете к выполнению. Всем всё ясно? —Да. —Вот и хорошо. Батя, командуй дальше. —Хорошо. Значит так Бизон и Ума первая пара, Кот и Мура вторая, а Физик и Волчица третья. —Товарищ контр-адмирал, разрешите идти в паре со старшим лейтенантом Мыцыком? — мне было абсолютно наплевать на мнение Тарасова и других, пусть идёт со своей Олей, а я и с Серёгой схожу. —Разрешаю. Волчица ты идёшь тогда с Бизоном. Всё свободны. — сказал Батя и удалился. Я решила пойти попить кофе так как с утра ничего не ела. Около кофейного автомата ко мне подошёл Тарасов собственной персоной. —Олесь, что происходит? —Нечего. Всё нормально. —Тогда почему ты отказалась работать со мной? —А это так важно? —Для меня, да. —Ну я и вижу. —Что видишь? — Бизон начинал потихоньку закипать от моих равнодушным ответов, а что он сам виноват. —Да то и не надо пожалуйста делать из меня дурочку. — Не понял? —А что ты, не понял? Ты, думаешь я не в курсе того, что ты вчера на лавочке с Волчицей целовался, обнимался, за ручку держал. Так вот ты ошибаешься, я это всё лично видела. — Бизон стоял и молчал. —Что нечего сказать? И можешь даже не пытаться просить прощения кроме работы нас больше нечего не связывает. Всё я пошла. — сказала я и скрылась за ближайшем углом.