Стань моим

Тсуна сидел и доедал ужин, который ему только что принесли. Вдруг дверь отворилась и в комнату зашел Бьякуран. Он подошел к кровати и сел на табурет, стоящий рядом. Он посмотрел на мальчика. Тот, стараясь не обращать внимания на блондина продолжал есть. Бьякуран протянул руку и положил её на плечо шатена: - Как ты себя чувствуешь? - мальчик вздрогнул и поднял на него глаза. - Спасибо, передайте Шерн- сама, что я очень благодарен ему, - Савада не заметил, как Джессо скривился, услышав это имя. - Ну, ты мог бы это сказать и мне лично, - в комнату с улыбкой зашел Варуэ. В руках у него был поднос с чашками и вазочкой печенья, - Йо, Бьякуран. Зашел навестить Тсу- тян? - Блондин еще сильнее нахмурился. - Нет, я уже ухожу. - А может останешься с нами чайку попить? - Шерн кивнул на поднос. - Нет, спасибо, - было видно, что блондин сильно недолюбливает общество доктора. - Бьяку- чан, ты все такой же эгоист, как и в детстве, - Брюнет обиженно надул губки. При звуке этого имени Тсуна вздрогнул и посмотрел на блондина. Что было на периферии сознания, но он все никак не мог ухватиться за эту мысль. Кажется он где-то слышал это имя, но вот только где? - Прости, Шерн, но у меня в отличии от некоторых не так много свободного времени, - Бьякуран раздраженно поморщился и вышел, хлопнув дверью. - Ну что, Тсу- тян. Я думаю, ты любишь зеленый чай? - А? - Тсуна оторвался от созерцания двери, за которой только что скрылся парень. - Говорю- чай давай пить. Будешь зеленый? - А, да, спасибо. - Тсуна взял, протянутую ему, чашку. Он задумчиво посмотрел на дверь, а потом на доктора, спокойно попивающего чай, - а вы давно знаете Бьякурана? - Ну..., -Шерн отставил чашку в сторону, - наверно уже лет двадцать. Я был знаком с ним, когда ему было ещё пять лет, - он кинул взгляд на мальчика и вдруг ухмыльнулся, - А что это ты так заинтересовался? - Да нет, ничего, - Тсуна спокойно пил чай, но казалось, что он о чем-то усиленно думает, - просто интересно. Расскажите о его детстве. - Хм, дай подумать, - Шерн отставил чашку, - Ну Бьяку всегда был обособленным. Мне кажется, он не очень дружил со своей семьей. По крайней мере я редко видел его в обществе родителей или сестры. Он свободное время проводил либо в одиночке, либо со своим дедом. Бьяку сильно грустил, когда тот умер. Некоторые говорили, что он такой из за своего эгоизма. Когда умер его дед, он чувствовал себя очень одиноким. Несколько лет он почти ни с кем не общался. Но за это время он сблизился со своей сестрой- Ники. - А почему я никогда не слышал о ней? - Савада взглянул на брюнета. - Она умерла, когда Бьякурану было пятнадцать, а ей тринадцать. Ники в тот день ушла гулять, а вечером был обнаружен ее труп. Она упала с обрыва. Ее родители думали, что она покончила собой, но пошел слушок, что в ее смерти виновен Бьякуран. Я помню тот день. Тогда мать Бьяку закатила ему жуткий скандал и сказала, что он ей не сын. Что она никогда не считала его своим сыном и он всегда приносил только несчастья. Мне кажется, Бьяку создал Мильфиоре, чтобы доказать матери, что он тоже может быть наравне со своей семьей. Я слышал, что его родители приходили, предлагали мириться, но он выставил их за дверь, не сказав ни слова. - Ясно. А какая была эта Ники? - Ники? - Шерн взглянул на Саваду и горько усмехнулся, - Это был лучик света в этой жестокой, мрачной семье. Она всегда могла подбодрить, дать совет. Я думаю, такой наивной и доброй девочке сложно было существовать в мире мафии. Наверное, поэтому она и покончила собой. - Она нравилась вам? - не вопрос, а скорее утверждение. - Я любил Ники. И очень переживал, когда узнал о ее смерти. - « и я отомщу тебе, Бьякуран за это. Чего бы мне это не стоило», Варуэ сжал руки в кулаки, но Тсуна подумал, что это от того, что доктору не нравится эта тема. - Ясно. Очень вкусный чай, - Савада попытался увести разговор на другую тему. Шерн понял его неумелую попытку и улыбнулся: - Да, мне тоже всегда нравился именно этот сорт. Ну ладно, Тсу- тян, отдыхай. Брюнет подошел к кровати и поправил одеяло на мальчике, подавляя желание провести по его лицу ладонью. «Рано еще. Нельзя его спугнуть. Маленький, наивный ребенок. Ники, помнишь?! Ты тоже такая была. И я таким был. Но теперь все изменилось! Я обязательно отомщу за тебя. Каких бы мне жертв это ни стоило!» Он улыбнулся мальчику и вышел за дверь. Вскоре, после ухода доктора, Тсуна уснул. Он опять шел по темному коридору, но на этот раз он уже знал, что ищет. Комнату, в которой сидел тот маленький мальчик, он нашел быстро. Тот лежал на животе и увлеченно играл с каким то предметом. При приближении оказалось, что это был настоящий пистолет. Тсуна подбежал к малышу и выхватил у него оружие: - Бьяку, а если бы ты мог пораниться? - Маленький мальчик обиженно посмотрел на него: - Не мог бы. Папочка всегда дает мне играться с ним. Он даже показывал, как надо стрелять. Он даже Джио смог убить из него. - Кого? - Тсуна в страхе вылупил глаза. - Джио- моего кота. Тот постоянно доставал папочку. Тогда тот выстрелил в него. Я тогда сильно плакал, но мамочка сказала, чтобы я перестал реветь, потому что я всем мешаю этим. Я испугался, что тоже помешаю папочке и перестал, а на следующий день мне подарили хомяка Джоржа. Тсуна, а ты тоже так делаешь, когда тебе кто-то мешает? Шатен в совершенном ступоре стоял и смотрел, как малыш совершенно спокойно рассказывает ему о том, как видел убийство. Хоть и животного, но все же. « Теперь ясно, почему он стал таким в будущем. Стоп. В будущем? Откуда я знаю, каким он будет, когда вырастет?» Мальчик в растерянности помотал головой. - н- нет, хе-хе, - Савада нервно засмеялся, - когда меня кто-то достает, я просто прошу перестать. Ты должен терпимо относится ко всем людям. Малыш задумчиво посмотрел на Саваду: - А ты похож на Ники. Она такая же добрая и безвольная — так говорит мой папочка. - Ники? А кто это? - Это моя сестра. Ей пять лет, но она уже много знает. Но папочка сказал не разговаривать с ней, а то я тоже стану слабой девчонкой и буду мешать семье. А я не хочу никому мешать, - по щекам малыша опять побежали слезы. Тсуна погладил Бьяку по голове и малыш доверчиво прильнул к его ладони. Вдруг Савада услышал звон и понял, что ему надо уходить. Он присел на корточки перед блондином и проговорил: - Меня уже зовут. - Ты же еще вернешься? - Бьяку поднял на него красные глаза. - Конечно, дурачок, - Тсуна стукнул его пальцем по носу, от чего малыш счастливо засмеялся, - я вернусь сюда завтра. Обещаю. - Шатен почувствовал, что как в прошлый раз растворяется в свете. - Я буду ждать тебя, - голос малыша отдается в голове и Тсуна просыпается. Он поглядел на часы, висящие на стене палаты и освещаемые, проникающей сквозь окно, луной. Савада обиженно простонал. Еще только два часа ночи. Он повернулся на другой бок, но всю ночь никак не мог заснуть.