Сборник имейджинов

      Чарльз едва успевает успокоить свой гнев, опускаясь на стул перед Т/И и Питером, громко вздыхая. Сложив худые руки в замок, мужчина опустил их на свои колени и, тихо вздохнув, посмотрел на учеников исподлобья. Т/Ф уже кипела от неудобства, краснея то ли от осознания своей вины, то ли от того, что учитель одарил ее долгим, пронзительным взглядом, заставляя девушку невольно пригладить растрепанные волосы, которые выглядели так, словно девушку очень сильно шарахнуло током. Т/И сама не понимала, что вызвало в ней такое желание выглядеть хоть капельку лучше — то ли то, что Чарльз так пристально глядел на нее, то ли Питер Максимофф, который, аккуратно касаясь кончиками пальцев ее руки, изредка поглядывал на нее, сам не очень-то и отличаясь от девушки. Его серебристые волосы так же как и волосы Т/И были в кошмарном состоянии, а лицо, измазанное черной сажей практически везде, было усыпано мелкими ссадинами, от которых все еще тянуло запахом гари. — Я…Я рад, что вы живы, — пытаясь отгонять от себя вонь гари рукой, Ксавьер прикусил губу и задумчиво улыбнулся Питеру, мысли которого, словно яркий маячок среди моря и темноты, помогали ему не потеряться, — И наказывать вас я не буду… * * *       Смородиновые сумерки, сгустившиеся над Уэстчестером, всколыхнулись от громкого взрыва, который разорвал серые стены огромного здания, вываливая все его содержимое на улицы города. Питер Максимофф, тряхнув блестящими под ярким пламенем огня, волосами снова обернулся к Т/Ф лицом и посмотрел на нее, наблюдая, как девчонка, замерев, укрывается от нападающего на нее пламени под энергетическим щитом и, словно тот зловещий огонь был каким-то живым существом, бьет по нему всеми своими силами. Ухмыльнувшись, Питер сложил руки рупором громко закашлялся от запаха дыма и, уже привлекая к себе внимание, крикнул для Т/И изо всех сил: — Там никого нет! Ты бьешь обычный дым!.. Впрочем, как и всегда, — тихо добавил парень и через долю секунды уже мчался вперед, оббегая и ловко оставляя позади себя груды бетона, огонь, кирпичи и все прочее.       Огонь едва успевал за ним, меняя местами тени на лице спидстера и сжигая его тень, которая так же легко и быстро двигалась за своим владельцем. В очередной раз замерев на четвертом этаже небоскреба, Максимофф огляделся на огонь, который плясал вокруг него, поражая ни в чем неповинные доски, офисные столы, расставленные кругом и бумаги, которых было слишком много, чтобы танцующее пламя успокаивалось. Снова закашлявшись из-за запаха гари, которым ни одежда парня, ни его волосы еще не успели пропахнуть, Максимофф вдруг оказался сжат в энергетической клетке, которая все сильнее и сильнее сжимала его, заставляя безуспешно дрыгать ногами и быть руками по «клетке». — Т/Ф! — воскликнул спидстер, узнавая способности своего давнего недруга, — Т/Ф, это же, черт возьми, не время для выяснения отношений! Отпусти!       В ответ на злые рыки Питера, которые сменили его привычный голос собой из-за сильного давления энергетической тюрьмы на тело парня, послышался только хриплый и точно не женский смешок, который предупреждал о том, что Максимофф довольно сильно обознался, посчитав, что все вокруг — лишь проделка Т/И. Из яркого света танцующего пламени к Питеру шагнул какой-то мужчина с безобразным, уродливым лицом. Ухмыляясь, враг шагал к Максимофф медленно и совсем не спеша, пока вдруг не повалился, резко полетев на пол. Питер не понял, что такое произошло с этим чокнутым, пока не увидел, как пламя снова едва «приоткрывает» свой оранжевый занавес, впуская в «огненную клетку» Т/И, которая, выставив вперед руку, воинственно смотрела в спину мужчины. Не глядя, девушка вызволила Максимофф, который, только промолчав на это, оказался рядом с ней. — Хватаем его? — предложил парень, смотря на Т/И, но не успела девушка отозваться на его очень предсказуемые слова, как Питер завис, снова оказываясь в «клетке», которая сейчас «захлопывалась» куда быстрее. — Питер! — в порыве страха воскликнула Т/И и, воинственно глянув за спину парня, словно почернела даже в ярком свете огня.       Питер, задыхаясь, пытался не закрывать глаза, чтобы видеть все происходящее, но это выходило с большим трудом. Поэтому, забивая свои легкие гарью, он, с трудом оставаясь в сознании, ловил моментами изображения Т/И и мужчины, которые прыгая вокруг него и сражаясь исключительно с помощью одинаковых сил, плясали вместе с огнем, который изредка кидался вперед к ним, желая приблизиться максимально близко, чтобы влиться в их танец, похожий на танцы диких индейцев из кино. Питер в последний раз вдохнул в себя запах гари изо всех сил и, закрывая глаза, вдруг упал на пол. Через некоторое время почувствовав, что его больше не держит никакая энергия и ничто не мешает ему дышать, спидстер спешно подскочил на ноги и огляделся. Т/И, схваченная мужчиной за горло, и практически прижатая к огню, судорожно махала руками, внутри, умоляя, чтобы Максимофф понял, что ему пора идти. Ее лицо, вспотевшее от жары молило его об этом, старательно скрывая слезы. Это было довольно удивительно, если вспомнить, что всего пару дней назад, после очередной злой шутки Питера, она вопрошала, почему тот не умер на прошлом задании? Вдруг в глазах, залитых рыжим огнем, отражавшимся в них, застыли слезы. Закрыв их, Т/Ф всплакнула, чувствуя, как ее согнутые в коленях ноги, как ее ступни почти касаются огня, а враг содрогается от тихого смеха. Открыв глаза Т/И больше не видела позади мужчины Питера и, закрывая глаза, перестала видеть вообще.       Она запоминала оставшиеся ей секунды и все, что в них присутствовало, готовясь сгореть. Запах гари. Жара. Уже дымящаяся обувь…       Вдруг Т/И ощутила, как руки мужчины резко дернулись в сторону, а ее горло больше не чувствовало на себе когтистых пальцев. На талии девушки оказались чьи-то руки, опускающие ее на пол огненной клетки. — Все хорошо, — это был Питер. Был так близко, что девушка чувствовала его губы на щеке, судорожно глотая запах гари, — Все будет хорошо, — бормотал парень, аккуратно поднимая Т/И на руки, — Все хорошо… Приготовься, не дыши пару секунд.       Девушка повиновалась, задержав дыхание на пару секунд и, уже открыв глаза, когда Питер попросил ее об этом, поняла. что они в безопасности. Рядом не было ни горящего небоскреба, ни его обломков, что-то зеленое вокруг, синее… Т/и не разобрала из-за головокружения. Только задавшись вопросом — А где же Питер? — Т/и почувствовала как к ее плечу прижимается голова Максимофф, его серебристые волосы щекочут шею, а обещания о том, что все хорошо, щекочут губы. — Питер, — закашлявшись, зовет Т/И, обнимая одной рукой парня за пояс, — Я... кхем… люблю тебя. — Я тоже, — тихо произносит Питер, чуть приподнявшись. — Отдохни, скоро мы отправимся к нашему Чарли. который, наверняка уже распереживался, — с ухмылкой говорит Питер. Т/И сухо кивает. * * * -…но если вы снова ослушаетесь плана! — повышая голос, произносит Ксавьер, — В следующий раз вам может не повезти…       Ухмыльнувшись, Питер глянул на Т/И, перебивая гневную тираду Чарльза своими мыслями, которые едва не вгоняют Ксавьера в краску. — Кхм…вы можете идти, — сообщает Чарльз, надолго запоминая, как Максимофф хватает Т/И за руку и ведет за собой к выходу из кабинета, прижимая ее к себе. Невольно улыбнувшись, Ксавьер облегченно вздыхает. Теперь он точно не будет видеть Максимофф и Т/Ф в своем кабинете по поводу того, что они снова поцапались, чуть не разрушив школу.