Сборник имейджинов

Brainstorm & Марина Кравец — Как я искал тебя        Как я искал тебя, как я искала тебя — Сотни раз сквозь сотни зим

       AU, в котором нет Волан-де-Морта, и Римус пошел работать в Хогвартс тогда, когда Гарри учится на шестом курсе. Часть 1.        — Очень приятно познакомиться, — сознается Т/И с улыбкой, когда Гарри хочется провалиться под землю от одного осознания того, что сейчас его отец предстает перед его девушкой в своём традиционном Рождественском костюме: голова перемотанная или, лучше сказать, запутанная герляндой и простыня. Всё просто. Джеймс Поттер по-настоящему в своём репертуаре сегодня: в который раз решил изобрасить оленя Санты Клауса в своей анимагической форме и забыл о том, что, помимо его с Лили старых друзей, на празднике будут присутствовать также друзья его сына и кое-кто особенный для него.        Краска в лице матери подсказала Гарри, что сквозь землю хочется провалиться не ему одному. И, пока двоим Поттерам было стыдно, Т/Ф и главному Поттеру было абсолютно на всё плевать. Они пожимали руки, всматриваясь в лица друг друга. — Гарри много о вас рассказывал, — прибавила девушка, отпуская руку мужчины. — Ох, мама! — сокрушенно вздохнул Джеймс, продолжая держать простынь. — Что же ты обо мне думаешь… — До знакомства она уж думала что-то получше, — вставила своё слово Лили Поттер, сердито взглянув на мужа. — Не мог бы ты одеться?        Т/И весело рассмеялась. Теперь она действительно поняла, что Гарри имел в виду, когда назидательно просил её не судить своего отца по первому впечатлению. Но Т/Ф с лёгкостью нарушила эту просьбу. Джеймс и Лили понравились ей сразу. — Гарри, идите с Т/И в гостиную. Не стоит надолго оставлять Блэка наедине с неукрашенной ёлкой, — мягко попросила Лили Поттер, улыбнувшись. — Сириус уже приехал? — радостно переспросил Гарри и, не дождавшись ответа, потянул Т/И с собой в глубь дома. Джеймс тем временем, одной рукой придерживая простынь, положил руку на плечи Лили, улыбаясь. — Она мне нравится, — сообщил мужчина. — Не такая зануда, как ты. Гарри просто сорвал джекпот.       Нахмурившись, миссис Поттер ударила мужа по голове лопаточкой, с которой вышла из кухни на встречу сыну и его девушке. — Не бойся. Мне всегда нравилось твоё занудство, Лилс, — рассмеялся Поттер, но на этот раз увернулся от нового удара и понесся к входной двери, когда раздалась трель дверного звонка. — А если это Уизли, а ты в таком виде?! — взволнованно воскликнула Лили, помчавшись следом, но не успев отговорить Джеймса открывать дверь. — Это Лунатик! — радостно заключил Поттер, обернувшись к жене лицом и не имея возможности видеть удивления Люпина, которое быстро сменилось привычным спокойствием от мысли «Это же Джеймс». — Он уже привык. — Здравствуй, Римус, — улыбнулась новому гостю женщина и, бросив недовольный взгляд на мужа, который уже закрывал дверь, со вздохом произнесла: — Я надеялась, что ты прибудешь раньше. Я, оказывается, уже не умею так влиять на Джеймса и Сириуса, когда они вдвоём.       Мужчина лишь заулыбался, неспешно растегивая пуговицы на своей одежде. — Надеюсь, кроме этого, — Люпин взглянул на Поттера, — больше ничего пока не произошло? — Не знаю. По-моему, Гарри и Т/И тоже будут не властны над Сириусом, если он что-то выдумает. Так, что лучше поторопись пройти в гостиную, — отвечала бывшая Эванс. — Джеймс, иди наконец оденься, — сердито произнесла она, понимая, что стала настолько мягкой, что муж позволил себе залюбоваться ей. — Т/И? — повторил Римус незнакомое имя. — Это новая подруга Гарри? — Девушка, — гордо отозвался Поттер. — И ему даже не пришлось безнадёжно увиваться за ней вплоть до седьмого курса. — Потому что мозги ему достались от меня, — усмехнулась Лили, скрестив руки на груди. — И поэтому он не пытался понравиться Т/И, слоняясь за ней и надоедая.       Римус улыбнулся, наблюдая за Поттерами. Здесь не хватало только Сириуса, подумал он, чтобы Люпин мог насовсем забыть о прошедших годах и снова почувствовать себя парнем, который учится за четверых и поучает несносных друзей. — Джеймс, как там Хвост? — спросил мужчина, хватая друга под руку, и, незаметно подмигнув Лили глазом, повёл его в гостиную, через которую Поттер должен был проделать путь до спальни, откуда потом вернётся одетым. — Он сможет прибыть? — Надеюсь, что да, — немного помедлив, кивнул Джеймс. — Он присылал письмо, где спрашивал, можно ли ему пойти на Рождество с матерью, если она будет чувствовать себя получше… Он так не хочет оставлять её одну, Римус, — в глазах Поттера заблестели слёзы. — Я вспоминаю себя, когда… — А я себя, — со вздохом перебил друга Люпин, сам еле сдерживая слёзы и как-то несмело вороша другу волосы. — Всё же, Джеймс, иди-ка ты одеться, — рассмеялся мужчина.       Они вошли в гостиную с мягкими улыбками на губах и улыбнулись ещё шире, замечая, как Сириус, Гарри и Т/И задумчиво расхаживают рядом с рождественским древом, периодически перебивая друг друга и перевешивая игрушки с места на место. Римус невольно засмотрелся на незнакомую ему девчонку, которая сейчас так лихо и не стесняясь спорила с Блэком, что «здесь шарик будет лишним, а тут в самой раз», а Сириус со снисходительно улыбкой доказывал ей обратное. — Лили была не права, когда говорила, что Т/И не управится с Сириусом, — громко произнёс Поттер и, когда Блэк обернулся, замечая его и нового гостя, метнулся к лестнице, ведущей на второй этаж. — Лунатик! — радостно пробасил мужчина, шагая навстречу другу и раскидывая руки в стороны для объятий.       Прежде чем обнять друга, Люпин заметил, как Т/И с довольно улыбкой повесила шарик на нужное для неё место, а Гарри тут же снял его, перевесив чуть повыше. — Поттер! — недовольно, но при этом смеясь, воскликнула Т/И. — Она даже говорит, как Лили! — восторженно выкрикнул Джеймс откуда-то сверху. — О, Луни, ты слышал о девушке Гарри? — тут же всполошился Блэк, отпуская Римуса из своих объятий и подходя к девчонке, которую он сразу же по-отцовски приобнял за плечи. — Т/И, — представил Сириус. — Очень приятно, — искренне заулыбалась девушка, протянув Лунатику руку.       О Люпине Гарри тоже рассказывал ей. В основном о том, как благодаря ему и его маме его отец сейчас не учится с ним на одном курсе, но было и много других историй, в которых Римус был каким-то героем, который не давал случиться слишком серьёзным напастиям. — Римус Люпин, — с улыбкой представился мужчина и, коснувшись протянутой ему руки, почему-то сразу же вспомнил о своей сущности. Его сердце, его волчье нутро — всё проснулось и напряглось.        Т/И улыбалась, вслух вспоминая одну из историй, рассказанную Гарри, а Римус разрывался на части, не слушая ни единого слова.

***

Часть 2.              Римусу кажется, что он не сводит глаз с Т/И весь праздник, но он не может перестать смотреть. Джеймс и Сириус говорят громко, но мужчине кажется, что он отчётливо слышит, как девушка говорит Гермионе, что уже не любит Гарри, а любит его, что она не сможет без него и что, чёрт возьми, он старше неё и он оборотень, поэтому ему ничего не светит. — Ты что-то сказал? — спрашивает Люпин у Сириуса, усмехаясь, когда находит Джеймса танцующим с Лили под его собственные напевы, а потом переводит взгляд на Молли, которая учит близнецов этикету, и тихо смеётся. — Ты любовался девочкой, мой правильный Луни, — улыбаясь, тихо утверждает Блэк, заставляя друга обратить на него внимание. — Ничего, Гарри ещё успеет найти себе кого-то, а ты, мой друг… — Сириус, что ты несёшь? — хмурится Люпин, отбирая у друга из руки стакан и оставляя его подальше. — Тебе хватит.       Блэк лишь хмурит густые брови и звучно фыркает, оборачиваюсь лицом в сторону Т/И и улыбаясь. Замечая это, Римус невольно смотрит туда же и ревниво кусает себя за нижнюю губу, когда видит, как Гарри прерывает беседу Т/Ф с Грейнджер, касаясь руки своей девушки и говоря ей о том, как Люпин смешон со своим глупым чувством, резко вспыхнувшим. Мужчина вздыхает, чувствуя на себе взгляд Сириуса. — Не говори никому, Бродяга, — шепотом просит Римус.       Блэк лишь довольно улыбается, наполняя для себя новый стакан, и наклоняется над столом поближе к другу: — Конечно, Лунатик, — соглашается он. — Я хоть и люблю своего крестника, но тебе бы тоже уже пора найти девушку, — усмехается Сириус.       Римус ничего не отвечает, отводя взгляд от довольной улыбки друга и снова рассматривая Поттеров, которые продолжают кружить под напевы Джеймса. Это ведь обычное Рождество, думал Римус, Джеймс каждый год тянет Лили танцевать, Молли каждый год поучает Джорджа и Фреда, заставляет их показывать, что у них нет никаких тузов в рукавах. Это самое обычное Рождество. Не особенное, чтобы Римус влюбился, и в него влюбились в ответ, и всё стало хорошо. И это Рождество скоро кончится. Люпин отправится домой, будет писать друзьям письма и получать их ответы, продолжит свою привычную жизнь…       Но ведь в обычное Рождество Рон не может просто так приобнять Гермиону. В обычное Рождество Джинни не смотрит ревниво, как Гарри смеётся с Т/И, и не пытается вклиниться в их идиллию. В обычное Рождество Молли не соглашается на предложение Сириуса «взорвать танцпол». В обычное Рождество Артур не обещает Блэку поставить фингал, если он будет распускать руки. В обычное Рождество Лили не просит Джеймса напевать громче… Это особенное Рождество, просто Римус пока не узнал об этом…               — Мистер Люпин? — Т/И сонно моргает, косясь на лицо, которое осветила маленькая свечка в её руке, и медленно начинает краснеть, понимая, что попалась на глаза мужчине в одной ночной рубашке. — Т/И, — чуть улыбается мужчина, произнося это имя. — Не спится? — предполагает он. — Спится. Я просто шла… В уборную, — тихо отвечает девушка. — А Вы?       Римус хорошо видит её лицо в темноте, видит, как девушка зевает, как она чуть хмурит брови, кусает губу… — А мне не спится, — сознается Люпин и замечает, как же узок коридор, в котором он перегородил Т/И дорогу. — Проходи, — говорит мужчина, одновременно пытаясь сдвинуться в сторону, но ударяясь плечом о невидимый барьер.       Римус и Т/И одновременно устремляют глаза вверх и… — О, чёрт… — Не может быть…       Заколдованная омела. Т/И. Барьер. Предел мечтаний. Обычное Рождество, Люпин?       Мужчина неуверенно смотрит на девушку, которая всё ещё изучает глазами растение, висящее над ними, и замечает тень усмешки на её лице. Римус помнит правило: либо поцелуй, либо они не выберутся до тех пор, пока тот, кто наложил чары, не снимет их. Но от этого легче не становилось.       Да, перед ним Т/И. Да, её поцелуй будет включён в воображаемый список «Лучшее, что случалось с Римусом Люпином». Да, она причина того, что сейчас его внутренний зверь готов молить её о любви. Да, она…       Люпин теряется, когда чужие губы касаются его щеки. Он думает о том, что хорошо бы написать Питеру, что ему все-таки стоило отправить Хагриду в подарок не в зелёной, а в красной обёртке, и ещё о куче вещей. Немыслимо, как это всё уместилось в две секунды. — Не сработало, — краснея, констатирует Т/Ф, когда её пальцы касаются барьера.       Римус молчит. Что ему говорить, когда губы хотят целовать? Что ему говорить, когда он знает, что вместо слов выйдет поцелуй? Поцелуй, потому что он лучше слов, потому что он всегда лучше, чем слова…       Губы Т/И несмело накрывают губы мужчины, и девушка чувствует их тепло, и это тепло приятное, и это тепло она никогда не должна была почувствовать… Но Т/Ф это нравится. Она прикрывает глаза, чувствуя, как это приятно, что поцелуй, который должен был открыть клетку, сам становится ею. Римус не чувствует, что целует Т/И. Он действует, но никак не может насладиться тем, что действует. Он словно во сне, где каждое действие лишь выдумка. И он проснулся, когда Т/И отступила от него. Он проснулся и пожалел об этом.        Т/Ф напугана. Она проносится мимо Люпина в нужную ей сторону и шепчет ему то, о чем уже думал молить он сам: — Не говорите никому, пожалуйста.

***

Часть 3.              Т/И решила, что-то, что произошло на Рождественских каникулах, должно остаться там же, в прошлом. Поэтому она смело взяла Гарри за руку, попрощалась с его родителями, и вместе с друзьями вернулась в Хогвартс. Но так не решил Римус.       Обычно всегда правильный, чёртов Лунатик, он вдруг получил столько решимости от поцелуя и разговора с Бродягой, что продолжить свою обычную серую жизнь он просто не решился. Именно поэтому ученики шестого курса факультетов Гриффиндора и Когтеврана сейчас видят перед собой нового преподавателя Защиты от тёмных искусств и улыбаются уже тому, что больше не придётся в два раза чаще видеть носатого Снейпа. Но главное было в том, что… Люпин увидел её.       Т/И осторожно смотрела на него и чуть улыбалась, одергивая мантию с синей эмблемой и что-то тихо говоря Гарри, который совсем не сдерживал радостной улыбки. Римус отчётливо помнил эти губы. Они целовали его. Целовали недолго, но сладко. Профессор немного покраснел от своей мысли и, быстро придя в себя, вздохнул. — Как уже любезно сказал директор Дамблдор за завтраком, я ваш новый профессор по Защите от тёмных заклинаний. Профессор Люпин… Итак, кто хочет рассказать мне, на чём вы остановились?       Т/Ф вздохнула, взяв Гарри за руку под столом. Она вдруг почувствовала, что это нужно сделать.

***

Часть 4.        — Мистер Люпин, подождите, пожалуйста!       Т/И чувствует себя решительной, как никогда. А Римус, напротив, напрягается, как мальчишка, которого, судя по тону, уличили в том, что ему хотелось бы ещё некоторое время оставить в тайне. Люпин видит, как девушка идёт к нему навстречу, как развивается мантия, как грозно глядит орёл с эмблемы на мантии, и невольно, выбрав на это секунду между детских смущенных переживаний, жалеет о том, что над его головой нет омелы. Когда Т/Ф подошла бы поближе… — Мисс Т/Ф… — Мистер Люпин, — более твёрдо перебила девушка, смотря мужчине в глаза, — вы могли бы больше не делать так? — Как? — невольно отзывается Лунатик, шумно вздыхая.       Т/И складывает пальцы в замок, разминая их и чуть краснея. — Вы могли бы больше… Не дарить мне букеты цветов? — с трудом произносит девушка. — Мне приятно, но… — С чего вы взяли, что это я? — удивляется мужчина, чуть хмурясь. — Не вы, — ещё более робко произносит девушка и, обогнув мужчину, просто уходит.       Римус мысленно ругается. Чёртов Сириус. Вот что значит его письмо «Действуй, Луни»… Да что там, чёртов он сам, за которого всё делает Блэк.        — Всё хорошо? — улыбается Гарри, накрывая руку Т/И своей, пока они сидят на трибунах.       Поттер действительно рад, что пока ему не приходится оставлять свою девушку и бежать обратно на поле. Всё-таки Джинни и сама отлично справляется с новобранцами, иногда подкалывая своего брата Рона, который решил присоединиться к команде под конец сезона, и постоянно поглядывая на парочку, которую, увы, нельзя было тревожить по пустякам.       Т/Ф лишь расслабленно улыбается, наблюдая за Роном, охраняющим кольцо и пытающим удачу. Из её головы никак не может выйти дурацкий разговор с мистером Люпином. Т/И не верила самой себе, что подумала на профессора только потому, что нашла среди пышных пионов не менее душистую шоколадку. — Гарри, — тихо позвала девушка, когда парень стал слишком придирчиво наблюдать за своим другом, — у меня, кажется, появился поклонник. Я сегодня утром нашла у себя на тумбочке букет пионов. Без записки.       Т/И внимательно смотрит на парня, ожидая его реакции, но Гарри лишь тихо смеётся, чем снова привлекает к себе внимание Джинни. — А как же я? — спрашивает Поттер. — На меня подумать никак нельзя? — Ты прислал цветы? — удивилась Т/Ф. — И без записки? — Сюрприз, — усмехнулся парень, касаясь лица девушки. — Поэтому не переживай, — он ласково чмокнул чуть покрасневшую Т/И в лоб. — Прости, нужно всё-таки вернуться к команде.       Т/Ф кивает, провожая парня взглядом. Гарри шагает прямо к Рону, который опустился вниз, слезая с метлы. — Ты молодец, — похвалил друга Поттер и, не замечая Джинни, шедшую следом, тихо спросил. — Рон, ты ни разу не замечал, чтобы кто-нибудь таскался за Т/И? Какой-нибудь парень? — У Т/Ф появился поклонник? — спросила рыжая девчонка, встав рядом с парнями.       Гарри лишь молча хлопнул Рона по плечу, оставляя с сестрой и шагая к команде. Уизли переглянулись, кажется, думая об одном и том же.