***
Часть 2. Т/И заметила Криса сразу же, как он появился с тарелкой еды в дверном проёме, и закатила глаза. Мужчина молча поставил тарелку на прикроватную тумбочку, потом поднял на кровать маленький столик, предназначенный для приёмов пищи в лежачем положении, и совсем скоро девушка могла наблюдать перед собой вкусно пахнущий, но так не вовремя принесённый суп. — Я не хочу есть, — заявила Т/И и тут же оставила тарелку обратно на тумбу. — Ты итак впихнул в меня месячную норму во время завтрака, — ворчливо напомнила она, смотря в глаза мужу. Эванс вздохнул, наблюдая, как супруга откидывает в сторону и ложку, аргументируя это тем, что: — Не хочу я, чтобы нашего ребёнка завалило твоей стряпней. — Ну доктор же сказал, что тебе нужно больше кушать, — устало улыбнулся мужчина, поднимая с пола ложку и собираясь обязательно принести другую. — Больше, чем раньше, а не больше, чем слон в зоопарке. Это же уже невозможно! Я уже итак ничего из-за живота не вижу! — Когда ты стала такой капризной? — наигранно нахмурился Эванс. — Всегда была. К счастью, до свадьбы ты этого не заметил, — парировала девушка и, снова взявшись за книгу, которую читала до этого, установила её на столике, придерживался, руками. Крис усмехнулся. Другого ответа он и не ожидал. — Так вот, что имел в виду твой отец, когда говорил, что вернуть тебя ему не получится, — рассмеялся он. Т/И лишь обиженно зыркнула на мужа и снова уткнулась в книгу. — Твои родители говорили то же самое, — едко бросила она, перелистывая страницу. Эванс нежно улыбнулся. Никакой правды в этих шуточках не было, но он невольно вспомнил свадьбу. Т/И пока что Т/Ф такая красивая идёт именно к нему, именно с ним она клянётся провести вечность и пока не жалеет об этом. Он сам, если верить словам матери, «не настолько плохо выглядит, как я думала», мамы его и Т/И, которые плачут наперебой, и гости, которых не так много для свадьбы, но зато все из них близкие и хорошо знакомые… Девушка не может не улыбнуться, замечая, что Крис задремал рядом с ней, и аккуратно гладит его по волосам, вздыхая. Трудно быть будущей мамой, когда твой муж сам ведёт себя, как мама-наседка.***
Часть 3. Т/И повертелась перед зеркалом, разглядывая своё отражение, но не оказалась довольной. Обогнув Криса, который хотел обнять её, девушка открыла шкаф и вытащила оттуда плащ, натягивая на себя. Потом снова посмотрела в зеркало и шумно вздохнула. — Нет, в этом мы замёрзнем, — вынесла вердикт девушка и, посмотрев на мужа, сказала: — Принеси свитер. Эванс стиснул челюсти, чтобы не выругаться и махнул рукой в направлении окна, за которым жарило солнце и медленно-медленно передвигались облака. — С-солнышко, — всё-таки разомкнул губы мужчина, — ты пока оденешься, у нас снова настанет леднековый период. И ты будешь одета по погоде, — чуть повышая голос, говорил мужчина. — Летом! Бывшая Т/Ф недовольно посмотрела на лицо мужа, отражавшееся в зеркале, и медленно обернулась, упирая руки в бока. — А ты шутник, Эванс! Зря в актёры подался — такой талант пропадает! — недовольно говорила Т/И. — Ну извини, что я, в отличие от некоторых, беспокоюсь за нашего ребёнка! Я сказала: принеси нам свитер. Крис вздохнул, зависнув с оттопыренным указательным пальцем и раздражением в лице на несколько секунд, но, быстро прийдя в себя, закинул на плечо сумочку Т/И и, схватив жену за руку, поволок за собой. Не успела девушка возмутиться, как уже стояла под палящим солнцем на улице. — Ладно, — не хотя, говорила она. — Убедил. Пошли в тенёк. Эванс лишь победно улыбнулся, ведя Т/И под тенистые деревья.***
Часть 4. (Заключение) Крис помнил, как сделал Т/И предложение. Как не побоялся упасть на колено перед кучей народа и пробубнить «А можно я б-буду целую вечность с тобой?» Крис помнил, как Т/И шла к нему, а он ждал её у алтаря. У неё ещё оставался шанс сбежать, но она, кажется даже и не думала о таком. Глаза Т/И блестели. Крис помнил это точно. Их с ним мамы уже начинали плакать, а папы хмуриться и аккуратно, опасливо утешать своих жён. Крис помнил, как Т/И сказала ему, что беременна. Он тогда едва вернулся со съёмок, а она надела топик, чтобы было видно, как животик начинает немного выпирать. Девушка, кажется, и не смела сомневаться, что мужчина не обрадуется такому сюрпризу. И она улыбалась, вот в чём дело, улыбалась, а глаза её были большими и мокрыми от слёз счастья. Как тогда, когда она сказала «да», как тогда, когда он сделал ей предложение. Крис, как в бреду, помнил, что сидит в приёмной родильного отделения и что его жена совсем рядом, и что вот-вот совсем рядом будет и другое маленькое беззащитное существо, которое Эвансу захочется всегда защищать. Не важно, какого пола это маленькое чудо будет. Крис помнил, что в любом случае сидит сдесь только ради него и Т/И. × × × Эванс немного испугался, когда медсестра вот так без подготовки и рассказа о том, что ему лучше делать и говорить, подтолкнула его в палату к Т/И и ушла, пообещав, что своего ребёнка уже как пять минут родители увидят совсем скоро. — Как ты? — подумав, спросил мужчина. Он думал, что это вполне нормальный вопрос, с беспокойством осматривая девушку и как-то нерешительно прикасаясь к её волосам, поглаживая их. — В следующий раз чур ты рожаешь, — устало улыбнулась девушка и даже тихо рассмеялась. Мужчина тоже засмеялся. И они оба тихо посмеялись до самого прихода медсестры, которая сначала подумала передать малыша Крису, но, заметив, как Т/И оживилась, пытаясь опереться спиной на подушку, наградила её таким ценным грузом за старания. Оба Эванса уставились на своего ребёнка не зная, что говорить. Они, честно, не понимали от кого малышу достались уши или нос, поэтому просто любовались им. Наконец, молчание нарушил Крис, абсолютно не думая над словами: — Это стоило того, что я натерпелся за эти жуткие девять месяцев. — Эванс, — строго протянула Т/И. — Думаешь, с тобой легко было? — нахмурилась она. Не отвечая, Крис поцеловал девушку в лоб и улыбнулся. Им не к чему было ссориться.