Сборник имейджинов

Часть 3 (Заключение).         — Не понимаю, почему они не пришли, — Т/И роняет это очень обиженно, опуская к себе на коленки миску с невкусным пластиковым дешёвым попкорном и жмясь поближе к Лизе, чтобы та тоже могла насладиться тем, что девушка назвала обязательной едой для просмотра кино.        Неред тихо вздыхает, принимая эту обиду на своё счёт, но, чёрт возьми, даже совесть говорит, что она правильно поступила, когда проигнорировала просьбу Т/Ф оповестить всех о том, что «Химеру» она хочет посмотреть в компании. Да совесть просто аплодирует, пока в голове фотографиями носятся красочные картинки, которые были испорчены. Моменты, которые были испорчены. Душный парк со скамеечкой под бросающимся пухом тополем, с белым пломбиром, который не замечено застыл тонкими мазками на тонкой чуть загорелой коже над аккуратненькой верхней малиновой губкой, и Юликом, который портит замечательный момент, самовольно и простодушно облизывая большой палец и стирая мазки неаккуратным движением, чуть задевая губу и вызывая недовольство со стороны /цвет волос/. Такси, гоняющее по переулкам, хрупкое тельце, прижатое близко к Лизе большим телом Кузьмы, и бесконечный трёп, мешающий разбирать музыку, разделенную на двоих.       Лиза не должна жалеть, что здесь никого нет, кроме неё и Т/И. Она должна просто радоваться, что никто рядом не чавкает, агрессивно накидываясь на сюжет и актёров фильма уже с первых секунд. — Все заняты, — жмёт плечами Лиза, ободряюще-неободряюще перекидывая руку через чужие плечи и чуть улыбаясь такой близости, пока /цвет глаз/ смотрит на неё, не боясь упустить имена сценаристов и продюсеров и улыбаясь в ответ. — Кузьма, наверное, с женой время проводит, Юлик в своём Тик-Токе залипает для реакта, Даня…       Блогер невольно затихает, облизывая пересохшие губы и спешно мысленно благодаря Кашина, который так вовремя влез не в своё дело и так вовремя стал быстро сливаться, даже не бросаясь тупыми шуточками, ставящими в неоднозначное положение напоследок. Он ведь действительно всё понял, когда просил не захлёбываться слюной, действительно уловил истинную природу всех взглядов и касаний, всех поступков и слов, что было даже не страшно передавать временный секрет в его руки. — Отравился, — добавляет Лиза, когда молчание затягивается, и Т/И взволнованно переводит взгляд на экран телевизора, боясь что-то упустить и чуть прикусывая нижнюю губку.       Неред не понимает, что так и не сводит взгляда. Ей уже кажется естественным разглядывать /цвет волос/ подолгу, находя что-то привлекательное даже в стайке чёрных точек, усевшихся на кончике носа, облепленного или родинками или тёмными веснушками, и вместе с тем находя красоту в самой себе, писаясь чужим очарованием и чувствуя, как всё оно отзывается в ней самой, отпечатывается в закрытом для многих внутреннем мире. Внутри всё сжимается, как пружина, напрягается, когда ресницы чуть подрагивают, а на щеках появляется смущённый румянец. Т/И дёргает губами, которые становятся лёгкой улыбкой, и тут же становится серьёзной, бросая косой взгляд на русую и сквозь смешки спрашивая: — Что?       Лиза чуть улыбается, рассматривая девушку. Ей кажется забавным это лёгкое смущение, ей кажется сигналом это смущение. Неред подаётся чуть вперёд, когда Т/Ф тихо проговаривает: — Мне никогда не нравились девушки, — она облизывает пересохшие губы, и её сухой голос разбивает все странные хрупкие надежды, которые свалились вниз живота трепещущим теплом минуты назад.       Неред приоткрывает губы в попытке выдавить из себя скомканное спасительное враньё, пытается начать объясняться, но не может заставить себя выдумать подходящую причину для того, чтобы задержаться в чужой жизни хотя бы на день. — Это вообще нормально, что мы друг другу нравимся, — смущённо интересуется /цвет волос/ оглаживая руками широкую миску для попкорна и разглядывая журнальный столик, пока Лиза приподнимает брови в удивлении и смущённо упивается своей радостью, нерешительно скользя ладонью по чужим плечам и находя маленькую горячую ладошку. — Нормально, — кивает Неред, думая, что это обязательно нужно произнести вслух сейчас.       Девушка улыбается, когда Т/И поднимает на неё взгляд и сама чуть подаётся вперёд, обхватывая рукой чужую шею и замирая в сантиметре от тёплых губ. /цвет волос/ рассматривает Лизу слегка испугано, нерешительно, и Неред с тихим смешком сама накрывает чужой рот своим. Она мягко давит своими губами на чужие, трепетно обхватывает нижнюю и медленно убирает с чужих коленей миску с попкорном на журнальный столик, боясь напугать. Лиза жмётся ближе, удивляясь тому, что девочка-гонщица перехватывает её пальцы, сжимая и отводя их от своей обнажённой спины, смущённо запрещая поглаживать её, и мягко забирается свободной рукой в её волосы, массируя кожу головы ноготками.       Блогер тихо хихикает, вспоминая, какого это быть испуганной неопытной девочкой, только начинающей погружаться в однополую любовь, и медленно тянет ноги Т/И на себя, наклоняясь вместе с ней и кончиками пальцев проходясь по нежной розовой шейке. — Ты же не бросишь меня сразу после секса? — легко смеётся Т/Ф, податливо укладывая голову на подлокотник дивана и пытаясь скрыть смущение, когда ласковая рука давит на одну чашечку бюстгалтера, а пальцы чуть сдвигают её вниз, заставляя тихий писк коснуться горячих мягких губ, которые рассматривают любопытные живые спокойные глаза. — Ты же не будешь представлять мужчину? — также беззаботно откликается Лиза, не позиционируя это, как серьёзный вопрос, но Т/И медленно хмурится, как ребёнок, робко водя ладонями по спине девушки, и клятвенно обещает перед тягучим поцелуем: — Не буду.