Джон просто верит.

Не хочу хвастать, но, мне кажется, я отлично сыграл убитого горем друга. Я был не плохим актером и играл глубокую скорбь на протяжении многих месяцев, сказалось наблюдение за перевоплощениями этого самого друга. Лишь дважды я всерьез поверил, что моего соседа больше нет на этом свете, и я больше его не увижу. Первый раз был на похоронах, я вдруг на мгновение решил, что он умер на самом деле, что в гробу несут его, а не замену или хорошо сделанную куклу, что это его посыпают землей. В какой-то момент я даже порывался его откопать: спрыгнул в могилу и стал разгребать только что сброшенную землю. Меня вытащили быстро, просто потому что я вспомнил, что там не он. Второй у психотерапевта. Словно темная пелена застилает тебе глаза и в горле стоит такой ком, что не продохнуть, не говоря уже о том, чтобы выдавить из себя хоть слово. Сложно отрицать вклад самого Шерлока в это состояние, потому что он пропал на все это время полностью: ни слова, ни буквы, ни знака. Он просто сквозь землю провалился, из-за чего, кстати, я смог сыграть гнев "отрицания утраты", разговаривая с кем-то о нем. Все просто считали это одной из стадий психологического процесса принятия смерти. Потом я начал искать его. Сначала тайком, оборачиваясь чаще, чем положено, приглядываясь к людям вокруг в надежде найти знакомые черты. И я находил; всегда мог найти что-то в каждом прохожем, будь то пронзительный цепкий взгляд или форма лица, примечательные скулы, как не раз отмечала Ирен Адлер, или характерная целеустремленная походка - в каждом я мог найти хоть капельку Шерлока, но ни в ком его полностью. Стоило также помнить, что Шерлок был актером куда лучше меня, а грим, линзы и парик изменят кого угодно до неузнаваемости, так что я бросил это дело довольно быстро и окружающие меня друзья так же быстро успокоились, переживая о моем психологическом состоянии. Поиски намеков в газетах, интернете, на его сайте, а также сеть бездомных не дали результатов, так что я уже не знал куда деваться и отчаялся, что окружающие приняли за "смирение". Через полгода я начал входить в колею серых, тягучих будней. Гарри звонила мне раз в неделю, достаточно, чтобы быть спокойной о моем благополучии. Миссис Хадсон, с которой я предпочел остаться жить на Бейкер-стрит - вопреки щедрым предложениям Майкрофта - в свободное от свиданий с очередным ухажером время, составляла мне приятную и уютную компанию за просмотром вечерних телешоу. А инспектор Лестрейд или, как мне стало привычнее его звать, Грег, стал для меня очень близким человеком, если не другом. За кружкой пива в пабе мы могли часами говорить о самых разных вещах, начиная от футбола и заканчивая расследованиями, которые он вел. Иногда он даже позволял мне приходить на место преступления и помогать ему, за что я ему очень благодарен, ведь это для моей нынешней жизни было сродни ярким пятнам на черно-белом холсте. Кстати, Андерсон оказался не таким глупым, каким его выставлял Шерлок, но все же не самой приятной личностью: гаденько шутил, неуместно демонстрировал свои знания, в отчетах порой допускал ужасные ошибки, из-за чего, собственно, Грег был ко мне так благосклонен. Молли Хупер, эта милая девушка, так же осталась человеком из круга моего общения не только по делу, как то - осмотр трупа в связи с новым убийством, но и приятно скрашивала праздники и походы в кино и театр. Я не большой любитель мыльных опер, но классика театра мне по душе, - Грибоедов, Толстой, Шекспир - это знакомо и радует. А современные фильмы ужасов - я был удивлен, когда узнал, что Молли любит ужасы - до такой степени реалистичны, что дух захватывает. Довольно забавно слушать ее комментарии и шутки по поводу того или иного особо кровавого момента в фильме. Так прошел год. Серые будни сменялись редкими яркими пятнами с Грэгом или Молли. Сара совсем ушла из моей жизни, когда я сменил работу. После "смерти" Шерлока я ушел из больницы и устроился преподавателем в Бартс. Для меня это было новым опытом, сменой обстановки и каким-никаким, а разнообразием. Вообще-то, это был совет моего психотерапевта и Майка.