Спасти, влюбиться, стать ведомым.

Я возвращался с очередного дельца, зевая во всю пасть. Хотя, какую пасть? Я же в человеческом облике, мне до пасти, увы, ещё идти и идти. Что поделать, мне не повезло родиться половинчатым оборотнем. У нас так называют тех вервольфов, которые появляются на свет в человеческом облике и учатся потом принимать вид волка, в отличие от своих более везучих собратьев. Это не значило, однако, что мы менее сильные или что у нас проблемы с нюхом и скоростью, нет, просто внутри у нас плохо работает какой-то выключатель, и мы не можем перекидываться. Я потёр шею правой рукой, взъерошивая короткие каштановые волосы чуть выше, второй засунул в ножны на бедре серебряный охотничий нож. Универсальное средство: ведьма, оборотень, вампир — не имеет значения. Ну, а эльфа можно убить и своими когтями. Я сам себе кивнул, подумывая, не зайти ли в пиццерию и не купить ли чего-нибудь пожрать. В холодильнике уже пусто, а сейчас мне нужен сон — полтора дня гонялся за этим фиговым вампирёнышем. Ему-то ничего, он уже дохлый, а я есть хочу. Пока я решал существенную проблему, потратиться ли на еду, как мне в нос ударил такой запах отчаяния, что я на мгновение даже замер, точно кто мне со всего размаху залепил в лоб. Я поморгал немного, чтобы из глаз ушли противные разноцветные круги, и повернул в сторону проулка, славившегося своими барами. Здесь всё провоняло отчаянием, выпивкой и деньгами, буквально каждый кирпич смердел так, что нос закладывало, однако запах, привлёкший меня, был абсолютно чист в своём чувстве. Такое встречалось редко и обычно не сулило ничего хорошего: обычно такой аромат окутывал трупы самоубийц, перебивая миазмы мертвячины. Я прибавил шагу и увидел, что у дверей одного из заведений сидит парень. Меня сразу поразила его болезненная худоба, выпирающие из-под тонкой майки лопатки и светлые, длиной до пояса волосы. Теперь, на более близком расстояние, я смог учуять сквозь волны горечи и безысходности лёгкий травянистый аромат, похожий на мяту. Эльф значит. — Эй, ты чего тут сидишь? — я подошёл ближе, засунув руки в карманы и нахмурившись. Парень едва заметно вздрогнул, но не обернулся, даже ещё ниже опустил голову. Волосы соскользнули с его остроконечных ушек, чьи кончики чуть шли назад, а не вверх. Значит, этот эльф из благородного семейства, чья кровь ни разу не смешивалась с людской. — Эээ-эй, я с кем говорю? — я наклонился и потряс эльфа за плечо. Тот никак не отреагировал, болтаясь взад — вперёд вслед за моей рукой, как кукла. Видимо, он решил просто игнорировать меня, надеясь, что я уйду. Что ж, если моё общение ненужно, мне стоит действительно пойти. В этом городе отчаянья много, может этот парень только что продул все деньги или ещё что, вот и пахнет от него на весь квартал. Я пожал плечами и выпрямился, в последний раз глянув на сгорбленную фигурку. В руках парня что-то блеснуло, и стоило мне присмотреться, как я увидел в его пальцах ржавое лезвие, которое у нас так любят офисные работники и самоубийцы. Меня будто в грудь ударили, я одним прыжком оказался перед лицом эльфа и выбил оружие из безвольных пальцев. — Ты что, сдурел? Не думал, что эльфы такие болваны! — я вздёрнул парня на ноги и свирепо посмотрел ему в лицо — судя по тому, как отступили тени, мои глаза сменили цвет с теплого охрового до злого фосфорно-жёлтого. Эльф так и не поднял головы, только попытался отцепить мои руки от себя. Ну уж нет, я знаю таких субъектов: ты их отпускаешь, они заверяют тебя в своей вменяемости, а потом идут и режут себе вены. Знаем, плавали. — И не пытайся у меня тут прикидываться адекватным! — зло прошипел я, вцепляясь в руку незадачливого суицидника, и потащил его за собой. Эльф что-то там пробормотал, упираясь. Я в ответ только дёрнул его к себе, заставляя прибавить шагу. Тело внезапно вспомнило, что жутко хотело есть и спать, что не прибавило мне благодушия. Вот чёрт! — Да кто ты такой? — наконец не выдержал парень. В его голосе, звонком и нежном, как у всех эльфов, звякнула монетой злость. Звучало это просто восхитительно. Поэтому я обернулся и улыбнулся во все тридцать два зуба, чуть ли не оскалившись. — Твой, нахуй, спаситель! Шевели ногами, а не то по земле потащу! Вот такое вам радушие. Получите, распишитесь. В другой день я, может, и не был бы так груб, но сейчас, после тяжёлой охоты и с пустым животом, собственные порывы альтруизма меня раздражали сильнее, чем пробки и цены за коммунальные. Эльф что-то забурчал, однако я слишком плохо понимал на эльфийском, поэтому даже не постарался разобраться, что там до меня хотели донести. Сильнее вцепившись в руку парня, я обмозговывал, что делать дальше. Живу я один, кровать тоже одна, а её я уступать никому не собираюсь. Еды в доме нет, так что придётся вместе с этим ненормальным зайти в магазин. И одежду ему надо приобрести, эта вся в грязи, а моя на размер больше. Как не поверни, а ситуация всё равно светит жопой. — Ну, ты, варвар! Куда ты меня тащишь? Я тебя даже не знаю! — эльф болтался сзади, однако его дыхание всё ещё не сбилось, хотя скорость у меня была приличная: уж очень мне хотелось скорее выбраться из этого проулка. Я фыркнул, выходя на оживлённую улицу и подтаскивая к себе эльфа. — Так, слушай сюда, ушастый! Вены порезать я тебе не дам, — назидательно погрозил ему пальце я. — Поживёшь у меня, пока не пройдёт период психоза. Зовут меня Вайлд, прошу любить и особо не жаловаться, потому как ненавижу когда мне по ушам ездят. — Во-первых, господин хороший, я тебе не ушастый! — процедил эльфы, поднимая голову, однако его глаза скрывались за чёлкой. — А во-вторых, до «любить» нам как пешком до Атлантиды! И сокращать это расстояние я не намерен! В голосе эльфа зазвенела сталь, он стряхнул чёлку и глянул на меня своими каре-золотистыми глазами. Я аж опешил, когда увидел их свирепую ясность и смесь света солнца с корой деревьев. Значит, он Древесный эльф, а эти засранцы отличаются своим норовом. Парень выдернул ладонь из моей руки и скрестил руки на груди. — А как мне тебя звать-то? — я развязно усмехнулся, пряча за этим некоторую растерянность. Слишком уж разнился его надменный тон с видом инертного подростка, с которым он сидел в вонючем переулке. Эльф фыркнул, однако его взгляд перестал прожигать во мне дырки. — Астелс, — запнувшись на мгновение, он продолжил тем же холодным тоном. — Можешь звать меня просто Ас. — Хорошо, вот всё и решили, — я махнул рукой проезжающему такси.— По дороге заедем в магазин, а то подохнем оба с голоду. Ас поморщился на слово «подохнем», однако послушно залез в машину. Я даже немного поразился его сговорчивости и доверчивости. Так поступают или наивные дети или те, кого уже предавали столько раз, что очередное предательство вполне может окупить еду и крышу над головой. Размышляя подобный образом, я забрался вслед за Асом.