Что, если...

Когда идешь через ад, главное, не останавливаться.

Кларк медленно открыла глаза и зевнула так, что тупая боль в затылке снова появилась. Девушка вздохнула и осторожно села на диване. Она долго не могла заснуть, мучаясь вопросом: что случилось с Лексой? — Ты уже проснулась? — Аня протянула стакан с водой и таблеткой обезболивающего. — Ты мне так и не ответила… Что произошло с Лексой? — выпивая таблетку, просипела блондинка. Фокстрот замялась, но потом все-таки поудобнее уселась в кресле и с тяжёлым вздохом начала рассказывать: — Когда тебя понесла лошадь, то первой за тобой рванула Лекса, потом Дэниел, а потом уже и я. Мы все надеялись, что Геркулес не перепрыгнет через забор, но он все-таки сделал это… Кларк кивнула, потому что она это помнила. — Дэниел кричал Лексе остановиться, потому что забор высокий, а Гера, её лошадь, не прыгала так высоко. Но Лекса не послушалась, настырная дура. — прошипела брюнетка. — Она перепрыгнула через забор следом за тобой… Гриффин сглотнула и поморщилась от пульсирующей боли. Она не могла поверить… Палмер, которая всегда подтрунивала ее, поскакала за ней. Может быть и у Лексы взаимные чувства? — А что было дальше? — тихо спросила Кларк. — Дальше… Дальше мы с Дэниелом ждали и надеялись, что с вами все будет в порядке, но как выяснилось не все… Наверное через полчаса или час, Лекса въехала через главные ворота. — Фокстрот зажмурилась. — Точнее сначала прискакал Геркулес, а потом только Лекса. Аня замолчала и сглотнула. Ей было трудно говорить о том, какой она увидела свою подругу, когда та въехала. — Аня, что случилось дальше? — дрожащим голосом, спросила Гриффин. — Ты была без сознания… Сидела спереди и уже валилась вперёд, мы сначала кинулись к тебе… но, потом, когда увидели Лексу. — брюнетка замолчала и спрятала дрожащие руки. — Я не знаю, что произошло, но она была бледнее листа, глаза закрывались, было видно, что Лекса еле сдерживается, чтобы не упасть в обморок. — Аня опять замолчала и через секунду продолжила: — Когда Дэниел её подхватил, то единственное, что она сказала: «Помогите Кларк» Аня замолчала и прикрыла глаза, отгоняя ту картину, которая опять встала перед глазами. — А потом? Потом она отключилась? — Да… До сих пор так и не пришла в себя. Кларк закрыла глаза и застонала. Слезы навернулись на глаза… Как она раньше не поняла, что Лекса спасла её. Александрия Палмер кинулась за ней, рискуя своей жизнью тогда и сейчас. А все это из-за глупой самоуверенности Гриффин. — Я хочу её увидеть… Я хочу побыть с ней… — Туда сейчас нельзя, Дэниел пытается сделать все, что только может. Он сказал, что у неё был вывих плеча, ушиб ноги и сильный ушиб поясничного отдела позвоночника. — на одном дыхании сказала Аня. — Что??? Но как? Кларк закрыла глаза. Как такое могло произойти? Что случилось? Девушка опять застонала и открыла глаза, жалобно посмотрев на Фокстрот. — Тебе стоит спросить у Дэниела… Ладно, пойдём, только не мешай ему. Блондинка осторожно кивнула и опять с помощью брюнетки встала с дивана. На этот раз она смогла сама идти, но медленно. Голова все-таки немного кружилась… Девушки медленно поднялись на второй этаж, и Аня открыла дверь. В комнате было темно, шторы завешаны, Лекса лежала на кровати, теперь уже на животе. Все ещё бледная и без сознания. На пояснице, завёрнутый в полотенце, лежал лёд. Дэниел опять стоял над девушкой и перематывал её плечо эластичным бинтом. — Я же просил, Аня. — Милый, Кларк надо побыть с ней… — тихо проговорила брюнетка, проходя внутрь. — Ладно… — блондин устало выдохнул и продолжил перематывать плечо. — Как она? — медленно подходя к кровати и садясь на краешек, спросила Гриффин. — Честно? Плохо. Я думаю, что её лягнули в спину, но это лишь догадки… — А когда она придёт в себя? — Не знаю, я вкалываю ей морфий, чтобы она не чувствовала боли, ведь она, скорее всего, невыносимая… — Наркотик? — Кларк удивлённо подняла бровь. — Его ещё используют как лекарство, Кларк. — строго сказал Дэниел, выпрямляясь. — Она без сознания сутки, если не придёт в себя, то ей надо будет срочно в больницу, если же придёт, я смогу ей помочь. — Ты врач? — У меня два высших образования. Раньше я был врачом, а потом мне это надоело, и я ушёл в рекламный бизнес. Кларк понурила голову и тяжело вздохнула. Она виновата в том, что случилось с ней… — Кларк, я сейчас вас оставлю, но ненадолго. Сразу говорю, скорее всего, пока не пройдёт гематома, у неё будут парализованы ноги, и она ничего не будет чувствовать ниже поясницы. — блондин вздохнул. — Только недолго, Кларк… Дэниел взял за руку Аню, и они вышли, прикрыв дверь. В этот момент Гриффин дала волю слезам, которые так и просились выйти наружу. Блондинка закрыла лицо руками и плакала навзрыд, виня себя во всем. Девушка легла на вторую сторону кровати, молча плача. Она медленно водила пальцами по бледному лицу Палмер, запускала руку в тёмные волосы и хныкала. — Это я виновата… Виновата в том, что с тобой случилось… — блондинка всхлипнула. — Прости… Кларк увидела на тумбочке телефон, взяла его, разблокировала и включила песню Jaymes Young — Dark Star. Она положила его между своей головой и головой Лексы и просто стала смотреть на бледное лицо брюнетки. Я так долго искал тебя, Пролетел сквозь всю Вселенную Просто, чтобы быть лечь рядом с тобой. Я пойду туда, куда ты мне скажешь, да, Но есть несколько моментов обо мне, О которых ты не знаешь. Если я расскажу тебе про все места, где я был, Не перестанешь ли ты называть меня своим любимым? Если расскажу тебе всё обо мне, Назовёшь ли ты меня сумасшедшим? Потому что, любимая, я — темная звезда, Темная звезда. Потому что, любимая, я — темная звезда, Темная звезда. Кларк молчала плакала и очерчивала контур губ, к которым она безумно хотела прикоснуться. Такие пухлые, чуть бледные, искусанные губы. Желание было настолько велико, что девушка совсем не могла себя сдержать. Она посто подалась вперёд и накрыла эти губы своими губами. Песня ещё не закончилась, но слезы так и текли. И в этот момент, Лекса ответила на поцелуй. Слабо, практически без сил, она просто приоткрыла рот, но Кларк слегка отстранилась. — Ты… Как ты себя чувствуешь? — тихо спросила девушка, глядя прямо в приоткрытые зеленые глаза. — Херово. — честно ответила брюнетка, прикрывая глаза. — Я так… испугалась… За тебя… — А я за тебя… — прошептала блондинка, убирая выбившуюся темную прядь за ухо девушки. — Лекса, ты…ты мне нравишься. Очень. — Ты смогла это сказать только тогда, когда я чуть не умерла? — Палмер попыталась усмехнуться, но сморщилась от боли в плече. — Ч-что? — Ты мне тоже нравишься, Гриффин. Просто поцелуй меня и замолчи. Кларк не могла поверить своим ушам, но послушалась брюнетку и просто поцеловала Лексу. Сладко, слегка посасывая каждую губу, а потом вновь отстранилась и посмотрела на все ещё бледную брюнетку. — Кларк, я хочу тебе кое-что рассказать… — Все потом… Ты должна поспать… — А ты? — тихо спросила девушка, утыкаясь в подушку. — Я буду с тобой, когда ты проснёшься… Кларк счастливо улыбнулась, а потом сделала музыку потише и стала вслушиваться в мирное дыхание Палмер. Как же она сейчас рада… Но долго ли это продлится?

***

Лекса медленно разлепила глаза и повернула голову в сторону, где лежала Кларк. Блондинка мирно спала, свернувшись калачиком, и улыбка появилась на лице девушки. Палмер хотела было повернуться на бок, но поняла, что не может пошевелить ногами. Паника поселилась в сердце, и девушка, позабыв обо всем, закричала. Кларк резко проснулась, сморщившись от боли в голове. — Эй, тш, что случилось? — Кларк, ноги! Я не могу… не могу! — паниковала брюнетка. — Эй, эй, тише… Успокойся… В комнату вбежал Дэниел и увидел, как плачет Лекса. Блондин сразу все понял, он просто сел на колени перед девушкой, взял её руку и тихо зашептал: — Все будет хорошо… Слышишь, Лекса, ты сильная! Кларк сидела, понурив голову. Она не знала, как успокоить её, не знала, что надо сделать… Она просто смотрела, как брюнетка плачет, уткнувшись в подушку. Вот зачем они поехали на ферму? Зачем? Два дня спустя… Лекса сидела в инвалидном кресле и просто молчала. Она молчала уже два дня. Не говорила ни с кем, а просто слышала мысли, но она отдала бы все, чтобы их не слышать. Не слышать, как её жалеют, не слышать, как Кларк винит себя во всем. В очередной раз девушка встречала рассвет. Она сидела в инвалидном кресле и смотрела на Геркулеса, который спокойно жевал травку. Все, что с ней произошло — по вине Геркулеса… Брюнетка просто не хочет вспоминать, как черно-белая лошадь начала беситься на обратном пути домой, как начала зажимать ногу Лексы своим телом, а когда Палмер попыталась замахнуться на него, то он просто взбрыкнул. Удар должен был прийтись на Кларк, но Лекса просто максимально, насколько это возможно, закрыла её своим телом. Девушка не винила лошадь, не винила Кларк, она винила себя. Ведь если подумать, то это она вынудила Гриффин сесть на лошадь. Палмер тяжело выдохнула, и белая дымка вырвалась из её рта. Ужасная гематома так и осталась на пояснице и ещё долго не сойдёт. Дэниел пытался объяснить, что ходить она сможет, но Лекса не верила. Слишком болела спина и плечо. Она тайно прятала уколы морфия, на котором брюнетка, последнее время, постоянно сидела. И вот, в очередной раз, она достаёт шприц из кармана толстовки, зубами закатывает рукав и… — Что ты творишь?! Александрия даже не вздрогнула. Кларк не понять. Не понять, какая адская боль преследует её каждую ночь, каждый день и только этот шприц спасает её от мучений. Но Лекса не собиралась объяснять. Она просто смотрела вперёд, не втыкая шприца. Голубоглазая блондинка отобрала шприц и серьезно посмотрела на девушку. — Откуда у тебя это?! «Господи, Лекса, поговори со мной, пожалуйста…» Брюнетка просто смотрела сквозь Кларк. Она одернула рукав, обхватила колеса и поехала ближе к лошади, чтобы погладить это животное. — Лекса! Черт! Не подходи к нему! — Гриффин схватила коляску за ручки сзади и остановила её. — Поговори со мной, прошу. Лекса, ты мне так нужна… — А ты мне нет. — хрипло сказала девушка. Она врет. Врет и сама знает об этом. Разве Кларк нужна обуза? Конечно нет! Но так считала Лекса. Девушка смотрела в голубые глаза, которые наполнялись болью и слезами, впервые… Впервые за долгое время, она увидела, какой слабой стала Кларк… перед ней. — Ты врешь! Не говори так!!! — закричала блондинка. — Господи, Лекса, ты такая дура! Я ведь влюбилась в тебя! Но Лекса не слышала. Она просто начала крутить колеса, чтобы скрыться от этого пронзительного взгляда. Александрия Палмер просто закрылась. Закрылась в себе, в своих проблемах ото всех… Кларк смотрела на то, как девушку, которую она полюбила, так безразлично отнеслась к её словам. Её сердца словно ножом полоснули. Она смотрела ей в спину, и слезы потекли по её щекам. Эти два дня молчания были самым ужасным временем для всех. Для Ани, для Кларк, она могла разговаривать только с Дэниелом и то, блондин не говорил, о чем они разговаривали. Только хмурился и уходил к себе в кабинет, даже не обратив на девушек никакого внимания. Кларк вытерла слезы и направилась в дом, оставляя Лексу одну. Брюнетка была вовсе не против, девушка только достала мобильник, которым она не пользовалась очень давно. Набрала номер и вздохнула. — Здравствуйте, я бы хотела заказать такси. На сегодня, на 15:00. Ферма «Гриндом». Спасибо… Девушка вздохнула, а потом набрала ещё один номер. — Дэниел, я уезжаю сегодня… — Ты можешь прид…приехать ко мне в офис, и мы решим, каким рейсом ты полетишь в Москву. — Конечно. Только никому ничего не говори. — без эмоционально попросила Палмер. — Это будет трудно… Ты уверена? — Я обуза для вас всех, особенно для Кларк. — брюнетка подняла голову и сморщилась от боли в плече. — Убегать от проблем — не выход, Лекса! — Для меня — лучший выход! Скоро буду. Объяснишь, что нужно будет делать с твоей компанией в Москве. — Хорошо, — на том конце послышался тяжёлый выдох. Лекса положила трубку и убрала телефон в карман. Сегодня её уже не будет в Америке.