Ангел, который сорвал мне крышу

На следующий день мы вели себя так, будто ничего не произошло. Ну, не совсем так, конечно. Мы шутили, смеялись, разговаривали, все как обычно. Только вот я заметил, что неотрывно смотрю на его губы. Они такие привлекательные, слегка полные, притягивающие. Они же просто умоляли меня подойти и поцеловать их. Я так и слышал: «Йесон-ши, мы очень нуждаемся в ласке. Пожалуйста, подари нам ее». Я так точно с ума сойду. С губами разговариваю, совсем уже. Не, ну серьезно, чего Вукки так сексуально их облизывает, прикусывает, проводит по ним пальцем. Ааащ, и ведь он прекрасно видит, как я реагирую, как сжимаются мои кулаки, а тело дергается в его сторону. Так бы и прижал к стене и зацеловал до потери пульса. Репетиция прошла в полном астрале. Все и так считают, что я вечно на своей волне, а сейчас вообще подумали, что я чокнутый. Конечно, они мне этого не сказали, но я же вижу, как они смотрят. Всю дорогу домой я сидел, как на иголках. Вукки еще чего-то шептал мне на ухо, как бы случайно дотрагиваясь своими до безумия сексуальными губами моей кожи. Реук, тебе ведь не жить. Подожди только доедем. В общежитие сразу влетаю в свою комнату и раздеваюсь уже там. Вукки спокойно заходит следом. - Что-то случилось? Верхнюю одежду обычно принято снимать в прихожей, - спрашивает он ехидным голосом. Издевается, скотина. Реук проходит к подоконнику и облокачивается на него спиной. Я знаю, что он хочет. И я с удовольствием дам ему это. Быстро пересекаю комнату, подхватываю его, усаживаю на окно. Он обхватывает мою спину ногами, руками же обнимает за шею, притягивая ближе. Я угадал. - Безумно хочу тебя поцеловать, - выдыхаю ему в губы. - И я тебя, - шепчет он и тянется ко мне. Мы почти соприкоснулись губами, но тут послышался хлопок двери. Черт, так бы и сматернулся, но Реуку нельзя такие слова слышать. - Ух, ты, а вы уже всё, да? Быстро, однако. А как же месяц ухаживаний, цветы, конфеты, свидания? – Насмешливо спросил Кюхен. - Что-то я не заметил, что ты за мной много ухаживал. Просто взял и… - обиженный голос Чжоу Ми. - Ты и так знаешь, что я тебя люблю. - Знаю, знаю. - Принесла вас нелегкая. - разворачиваюсь от окна и наблюдаю, как Кю с Мими устраиваются на моей кровати. - Да вы продолжайте, мы не мешаем, - спокойно разрешил Кюхен, удобно устраиваясь в объятиях Мими. Я взял Реука за руку, стащил с подоконника, и мы устроились на соседней кровати. Обнимались, правда, с подушками, но голова Вукки все же лежала на моем плече. - А вы только нам так открыто палитесь? – спросил я. - Шивон в курсе. – усмехнулся Мими. – Кюхен не смог сдержать свой порыв, за чем нас и застал Шисус. - И как наш праведник отреагировал? – поинтересовался Вукки. - На удивление легко. Он сказал, что я самая лучшая партия для Кюхена. Мне показалось, или наш макне действительно покраснел? Не знал, что он умеет. - Кто-то еще знает? – снова спрашиваю я. - Нет, не думаю, - пожал плечами Мими. - А Итук? - Думаю, он догадывается. Это же Чонсу. Он все про всех знает, - усмехнулся Кюхен. - Надеюсь, остальные вас не убьют, когда узнают. - Ты думаешь, кто-то будет спорить с Кюхеном? – с сарказмом спросил Вукки. - Это вряд ли, - улыбнулся Чжоу Ми, целуя Кюхена в макушку. Потом мы разговаривали о предстоящем концерте. Очень бурно обсуждали фансервис КюМи. Они охотно демонстрировали нам то, что собираются делать на сцене. Это выглядело весьма впечатляюще. То Мими незаметно поцелует ухо Кюхена, заставляя того чуть слышно простонать. То они поют настолько близко друг к другу, что почти касаются губами. В итоге, не сдержавшись, они на несколько минут забывают о нас и целуются. Вукки чуть заметно краснеет. А я не перестаю удивляться искренности чувств этих двух. Кю такой податливый в руках китайца, а Мими так бережно и осторожно его обнимает, словно хрупкую игрушку. Нет, все-таки я им завидую. Вдоволь накюмимившись друг с другом, они принимаются за нас. Мы отмазываемся как можем, но, в конце концов, оказываемся вытолкнутыми с мягкой кровати. Как-то не идет у нас фансервис. Я почему-то смущаюсь прикоснуться к Реуку, да и он не делает попыток подойти ко мне. В конце концов, Кюхен с Мими просто толкают нас друг к другу. И этот простой жест помогает нам расслабиться. Я начинаю петь, обнимая Вукки со спины. Он покачивается в такт музыке, а я зарываюсь носом ему в волосы, вдыхая его аромат. В общем, потом все пошло хорошо. Мы играли в фансервис уже вчетвером. Устраивали сцены ревности, когда Кю обнимал Реука, или я притягивал к себе Чжоу Ми. Спели одну из песен Край, а Мими станцевал под музыку Мисс Чик. Долго смеялись над его движением пингвинчика, за что и получили пару фиков длинным и изящным пальчиком китайца. Окончательно устав, Кю с Чжоу Ми улеглись обратно на мою кровать. Мы же устроились на постели Реука. Долго еще о чем-то трепались, но вскоре Кюхен заснул в объятиях Мими. Мы с Вукки благородно разрешили им переночевать у нас, дабы не будить макне. Он так мило спал, что даже я невольно залюбовался. Мими накрыл себя с Кю одеялом, притянул макне к себе, чмокнул в висок и довольно засопел тому в шею. Мы с Вукки тихо переоделись в пижаму и забрались под одеяло. Я обнял его, закинув на него ногу. Он недовольно пробурчал, но потом затих, прижимаясь ко мне сильнее. - Вукки, - тихо позвал я, поднимаясь на локте и заглядывая ему в глаза. – Я все еще хочу тебя поцеловать. - Хотеть не вредно, - улыбнулся «вечный макне». - Я знаю. Поэтому и хочу… - я провел пальцем по его нижней губе, - тебя, - приблизился ближе, - поцеловать, - прошептал я ему в губы. Реук судорожно выдохнул. Обняв меня за шею, он сократил оставшееся расстояние между нами и припал к моим губам. Как приятно снова чувствовать его вкус. Такой нежный, сладко-горький. Мне нравилось с ним целоваться. И даже не особо беспокоило, что Вукки парень и по делу между нами ничего не должно быть. Я просто хотел, чтобы этот поцелуй не прекращался. Но вскоре Реук замер, и я удивленно открыл глаза. Мой малыш почти заснул. Бедняга, вымотался сегодня. - Спокойной ночи, котенок, - прошептал я ему на ухо и поцеловал в щеку. Он улыбнулся и перевернулся на бок, утыкаясь носом мне в шею. Третий раз. Третий поцелуй. Третий незабываемый в моей жизни момент. И я уверен, не последний.