Я буду охранять твой сон

Очередной вечер, очередная ночь в зале для тренировок казалась Чонину уже такой привычной. Все ребята уже давно закончили репетицию нового выступления, приняли душ и скорее всего отдыхают в общежитии. Для Чонина трехчасовых тренировок как всегда оказалось мало. Когда он взглянул на время, было почти семь вечера. Негромко выругавшись, что чуть не опоздал на встречу с Тэмином, Чонин бросился к своему телефону и решил позвонить другу, чтобы предупредить, что немного задержится. — Тэмин-а, ты уже пришёл? Прости, я только что закончил тренировки. Подождешь немного меня? — начал тараторить Чонин, даже не выслушав приветствие друга и наспех собирая разбросанные вещи по залу. — Чонин, прости, я думаю у меня сегодня не получится. — Почему, хен? У тебя вроде нет расписания, — Чонин правда удивился, ведь он знал все записи и выступления Shinee, не хуже самих участников. — Дело в том, что… — на том конце провода явно не могли правильно подобрать слова. — В общем, Чонин, помнишь я говорил, что мне кое-кто нравится? Так вот, этот человек предложил мне сегодня провести вечер с ним. И. Я правда хочу попробовать. Я тебе обязательно все расскажу, только дай мне время. Сердце Чонина пропустило удар, с ног до головы обдало жаром, а в голове появлялись отголоски разговоров между ним и Тэ. Он помнит, как друг пару раз заикался о том, что есть кто-то, кто ему нравится. Но Кай каждый раз убеждал себя, что ему послышалось, или что вряд ли эти чувства серьезны. Ведь вероятность, что Тэмину нравится Чонин почти нулевая. А сам Кай уже около двух лет испытывает к нему далеко не дружеские чувства. — Хорошо, хен. Тогда увидимся в другой раз, — это все, что Чонин успел сказать, перед тем, как почувствовал признаки нового приступа. Парень быстро нажал кнопку отбоя и дрожащими руками выронил телефон. Он спустился на пол, опираясь спиной к зеркалам зала. Чонин стал чувствовать, как ему не хватает воздуха, и от осознания того, что это повторяется, ему становилось только хуже. Последний приступ был больше года назад, и парень искренне надеялся, что его страхи ушли. Но вот он сидит посреди комнаты для тренировок и не может собрать свою волю в кулак. В голове стали появляться мысли, которые не должны быть там. «Ты потерял всякую возможность», «у тебя было пару лет, чтобы признаться, а теперь поздно», «ТЫ САМ ВО ВСЕМ ВИНОВАТ, ВСЕГДА ВИНОВАТ ТЫ». Эти голоса пытались перебить адекватность, и Чонин слишком поздно осознал всю серьёзность данной ситуации. Он один, в зале, в любой момент может зайти кто угодно, что крайне нежелательно для Чонина. Страх и паника стали ещё больше нагнетать, он стал чувствовать, что задыхается, его трясёт, и мысли никак не желают ему подчиняться. В момент, когда Чонин стал терять контроль над собой, он услышал голос. — Чонин, ты ещё занимаешься? Разве ты не собирался отдохнуть с Тэмином? Почему ты там сидишь? — на последних словах голос Чондэ дрогнул, потому что он увидел согнувшегося от боли Чонина. Чондэ перепугался не на шутку. Он рывком подбежал к Чонину, звал его и тряс за плечи. Но это никак не помогло обратить внимание Чонина на него. Чондэ резко обхватил лицо Кая своими руками и повернул его к себе. В этих глазах читалась неподдельная боль и страх. Если первоначально Чондэ думал, что у него схватило поясницу, то теперь он понимает, что все намного серьезнее. Продолжая держать лицо Чонина перед собой, он звал его и просил посмотреть в его глаза. В конце концов это возымело успех, и зрачки Чонина были направлены прямо на Чондэ. — Чонин, что с тобой? Это нога, поясница? Что случилось? — после молчания Чонина, Чен хотел вырваться и уже вызвать скорую помощь. — Нет, хен. Не зови никого, — хриплым и заикающимся голос произнёс Чонин. — Коробка… В моем шкафчике… В сумке. Коробка. Принеси её мне. На глазах у Чонина стали выступать слёзы, Чен не мог даже представить, какую боль испытывать сейчас парень напротив. Чондэ рванул к раздевалке, перед этим закрыв на замок дверь в этот зал. Паника стала накрывать и его, и Чен не сразу вспомнил, где находится шкафчик Чонина. Быстро вытащив чёрную коробку из портфеля, Чондэ побежал обратно. Картина не изменилась, Кай корчился на полу, и как показалось Чену, стал задыхаться. Как только он присел возле него, Чонин выхватил у него коробку и стал поспешно её открывать. Он вытащил оттуда странного вида шприц, больше похожий на одноразовый, но уже с набранным лекарством. Сняв колпачок зубами, Чонин дрожащими руками стал пытаться вколоть себе в плечо. Испугавшись за возможность Чонина сделать это самому, Чондэ сжал его руку с шприцом в своей и спросил: — Позволь мне, — на что Чонин кивнул. Чондэ резким движением ввёл содержимое шприца, и моментально на его глазах Чонину становилось лучше. Спустя пару минут Чонин мог уже спокойно дышать, его руки не дрожали и в глазах читалось облегчение. Он протянул руку и нащупал все ту же коробку. Чондэ не отводил глаз, пока он доставал оттуда какие-то таблетки и проглотил две штуки. — Чонин, тебе лучше? Мне позвать кого-то? Или давай лучше вызовем врачей. — Хен, мне уже лучше. Ты не должен был этого видеть, прости меня. Просто забудь, со мной все в порядке. — Чонин попытался встать, но Чондэ крепко схватил его за запястье, тем самым снова повалив на пол. — Всё в порядке?! ВСЁ В ПОРЯДКЕ?! Чонин, я перепугался, что ты умрёшь у меня на руках, а ты говоришь, что все в порядке? Глядя на твои лекарства, можно предположить, что это не впервой. Ты болен? — Чондэ старался говорить громко и показать насколько он зол, но Чонин увидел в этом лишь заботу и волнение. — Чондэ — хен, ты прав. Все не очень хорошо. Но я не болен, не беспокойся, это не помешает нашему продвижению, — соврал Кай. — Я не волнуюсь за это чертово продвижение, я переживаю за тебя! — Чонин, расскажи мне, — уже ласково и очень осторожно стал говорить Чондэ — Ты можешь доверять мне, я никому ничего не расскажу. Внутри Чонина боролись две личности. Одна яро отговаривала его от этого. «Ты не можешь кому-либо рассказывать такое, это опасно, тем более он мембер твоей группы. Это ещё опаснее». Но другая сторона, тот маленький и ранимый мальчик Чонин сильно нуждался в поддержке, в человеке, который рядом и который знает. Есть Рави, его ангел хранитель, как не раз называл его сам Чонин. Но, к сожалению, как бы они оба ни хотели, их графики редко совпадают, и они видятся все реже и реже. — Давай выйдем отсюда, — окончательно решил для себя Чонин, — не думаю, что об этом можно говорить здесь. Чонин быстро принял душ, сложил свои вещи и убрал лекарство обратно в свой шкафчик. Чондэ ждал его перед входом в здание СМ. Вместе они направились в сквер, недалеко от их общежития. Всю дорогу их сопровождала тишина, и Чондэ боялся нарушить её, поэтому сдерживал свои вопросы, зная, что Чонин сам расскажет, что посчитает необходимым. Когда они сели на скамейку, в парке почти никого не оказалось. Лишь вдалеке гуляла парочка, но вряд ли бы они с такого расстояния узнали в парнях всемирно известных айдолов. Не дождавшись вопроса, Чонин начал: — Это называется синдром панической атаки. У меня это с детства. Я пытался лечить, но таблетки лишь предупреждают приступы, но никак не устраняют их полностью. Я до сих пор удивлён, что мне столько времени удавалось это скрывать от вас, ведь мы столько времени проводим вместе. Такие приступы не частые, давно они происходили раз в пару месяцев. Последний был около года назад. Я уже начал верить, что они больше не вернутся. Пфф. Наивный. Чонин помолчал ещё минуту. Чондэ не знал, что сказать. Он был в шоке. Как он не мог замечать такого? Это ведь Чонин, его донсэн. Как он мог позволить страдать ему все это время в одиночестве? — Обычно приступы связаны эмоционально, — продолжил Кай, — страх, паника, боль, обида. Я не могу это контролировать. Но когда чувствую нарастание эмоций, принимаю таблетки. Они успокаивают. Но, к сожалению, у них есть и побочный эффект, моя работоспособность снижается больше, чем на сутки. А танцы для меня всё. Столько без движений, это ещё больший стресс для меня. — Но сегодня ты вводил лекарство через шприц, — не выдержал Чондэ. — Да, это в крайних случаях. Когда приступ резкий, и я не могу его остановить с помощью таблеток. — Что случилось? Чонин посмотрел на Чена, не совсем понимая вопроса. — Сегодня? Что привело к сегодняшнему приступу? — переспросил Чондэ. — Я не хочу об этом, хен, — Чонин почувствовал, как ему больно от мыслей о Тэмине. Он отвернулся от парня и услышал тихое «прости». — Ничего. — Нет, Чонин. Прости, что не заметил этого раньше, что не помогал тебе. Хоть мы и не были слишком близки с тобой, я должен был понять, что что-то не так. Все-таки мы столько времени вместе, с времен трейни. — Все хорошо, хен. Спасибо, что помог сегодня и выслушал. Мне необычно рассказывать кому-то об этом. Чондэ понимал, что Чонин далеко не все рассказал, и что ему тяжело. Он хочет раскрыться, но это сложно. Чондэ решил дать ему время и обещал себе, что будет помогать этому ребёнку и поддерживать его.

***

В тот же вечер, когда Чонин уже спал, он услышал тихую вибрацию своего телефона на тумбочке. На соседней кровати сквозь сон Дио пробормотал, чтобы Кай выключил его. Чонин посмотрел на дисплей и не смог просто отключить вызов. Он встал, натянул штаны и вышел за дверь. — Чонин-а, ты не спишь? — Воншик был очень бодр для этого времени суток. — Угу — Знаю, уже поздно. Но я должен был позвонить тебе. Как репетиция? Как отдохнули с Тэмином? И вот опять это щемящее чувство. Чонин сглотнул и тихо ответил, чтобы никто из мемберов не смог его услышать: — У меня снова был приступ. — Что? Как приступ? Чонин, что случилось?! — Тэмин… Хен, ты знал, что у него кто-то есть? Ты знаешь, кто ему нравится? — Чонин, прости. Я знаю, что должен был рассказать тебе все это. Он говорил мне о ком-то, не называл имени, просто что она ему дорога и он хочет сблизиться. — Хен, почему ты не говорил мне об этом? Я бы смог предупредить этот приступ. Я так верил, что они закончились, — Кай говорил это сквозь слезы и злость. Он злится вовсе не на Воншика, а на самого себя. Он не видел этого, или просто старался не замечать. Но что больше тревожило Кая, так это то, что он даже не попробовал. Он даже не узнал, был ли у него шанс. — Чонин, я могу приехать? Мы обо все поговорим, — виновато спросил Рави. — Не стоит, уже поздно, я позвоню тебе завтра. Спокойной ночи, хен. — Чонин больше не мог говорить. Он просто отключил телефон, вернулся в комнату и мгновенно заснул. Сквозь приоткрытую дверь в их комнату спустя пол часа заглянул мембер. Боясь разбудить жителей комнаты своими движениями, он остался стоять на пороге и неотрывно смотрел на темную макушку, выглядывающую из-под одеяла. Он мысленно пожелал доброй ночи парням и вскоре покинул комнату, плотно закрывая дверь за собой. Чонин на кровати зашевелился, снова чувствуя сквозь сон присутствие кого-то, кто дарил ему чувство защищенности и возможность спокойно заснуть.