Когда рушатся мосты

В автомобиле я устало откинулась на спинку сиденья, кровь на лице не убывала, из-за этого мне было ужасно жарко. Драгоций, весь взлохмаченный, сидел за рулем, а Захарра, сидящая возле меня, все еще прищуренно разглядывала мой фэйс в профиль. Должна заметить, что выглядела она великолепно - каштановые волосы красиво рассыпались на плечах, аккуратно забранные возле висков серебрянными заколками с зелеными блестящими камушками, маленькую хрупную фигурку облегало в осиной талии изумрудное искрящееся платье чуть выше колен и без рукавов, шоколадные глаза были подведены длинными кошачьими стрелками, а в ушах сверкали серебрянные змейки. - Приехали, - выдохнул Фэш и я поспешила покинуть машину. Старшие Драгоции были, кажется, на кухне, и что-то громко обсуждали, но я, как культурная девочка (ха-ха!) пошла к себе в комнату. Я переоделась и поспешила в ванную, наткнувшись на Захарру, которая не проронила ни слова. Понежившись под душем, я начала рассматривать себя в зеркало над умывальником. Красность ушла, но на лице все еще блистали струйки пота. Я, решив, что младшая Драгоций не обидится, одолжила у нее освежающий тоник и крем для лица. В дверь постучали и я, завязав пояс халата, сгребла свои шмотки в охапку. Возле двери стояла Захарра, а я потопала в комнату. Осторожно разложив вещи, я плюхнулась на кровать и взяла телефон в руки. Полистав новостную ленту, я чуть не офигела - было о-очень много постов с фотками с сегодняшнего праздника. И знаете, какое фото было прикреплено почти к каждой из этих записей? То, где я и Фэш играем песню Бруно Марса и поем! И у меня, и у Драгоция были полуприкрытые глаза и одинаковое выражение лица - такое безмятежное, блаженное. И у меня, и у Драгоция были взлохмачены волосы, вспотевшие лица и помята одежда. И еще. На нескольких фото наши здоровые руки, которыми мы играли, соприкасались! Но я даже не почувствовала этого! В комнату зашла Захарра и сразу же ввалилась на свою часть кровати. Она попыталась незаметно заглянуть ко мне в телефон, но я быстро выключила его и тоже легла. Когда я уже засыпала, Захарра тихо спросила меня: - Тебе нравится Фэш? - Нет, - отрезала я. В ответ девушка только как-то грустно хмыкнула, но я не обратила на это внимание... Следующие пять дней прошли, как в тумане. Самым запоминательным выдалось то, как Селена что-то ворковала про мою новую будущую комнату, из чего я только поняла слова "большая кровать" и "бежевый"; а также то, что Резниковой не было в школе и что Диана с Захаррой как-то странно на меня поглядывают. ... В пятницу я ушла с последнего урока, потому что это была физ-ра. Я, конечно, люблю спорт, но сидеть на лавочке с поломанной рукой и наблюдать, как остальные играют в волейбол мне было ужасно неприятно, поэтому я отпросилась домой. Поскольку я должна была топать пешком, я сделала крюк и мельком "навестила" Таракановский мост с Винтиком и Шпунтиком. Денек стоял замечательный - белые облачка, которые не спеша куда-то плыли, отражались в воде, покрытой рябью, дул ласковый ветерок, сияло своей чистотой лазурное небо, такого же цвета, как глаза Фэ ... ЧТО-О? Эй, Василиса, что с тобой? Неужели влюбилась?! Да нет, бред какой-то. От такой дурацкой мысли я даже улыбнулась и, благополучно забыв об этом маленьком происшествии в моей голове, пошлепала домой... Оказалось, Драгоции были уже дома, на что я, фактически, не прореагировала. По дороге в мою временную комнату, я увидела в открытых дверях моей собственной каких-то дяденек, которые красили стены. Возле них что-то певуче рассказывала Селена, а Диаман стоял рядом и, скрестив на груди руки, наблюдал за мастерами. Я решила не мешать им и тихо проскользнула в комнату Захарры. Зайдя туда, я увидела саму девушку, которая что-то печатала в телефоне. Она не сказала мне ни слова, только одарив меня своим прищуренным, уже ставшим коронным взглядом, которые она с Фрезер бросала мне в последнее время. Я почему-то вспомнила, что она не говорит со мной с того самого праздника Осени. Как и весь остальной Орден Дружбы, кроме Драгоция, который иногда что-то зло рычал ко мне. - Захарра, что такое? - я села возле нее и задала волнующий меня вопрос. - Почему ты мне не доверяешь? - внезапно спросила она меня, в ее голосе резал металл и какая-то обида. - В смысле? - я ничего не поняла. Абсолютно ничего. - Почему ты мне не хочешь признаться?! Разве я тебя подводила? - она развернулась ко мне всем телом и вызывающе посмотрела в глаза. В увеличенных зрачках подруги(?) я не рассмотрела ничего, хоть как ни старалась, кроме жажды ответа. И при этом я не могла его ей дать, потому что вообще не понимала, про что она. Что она именно хочет знать. - Захарра, о чем ты? - мое лицо вытянулось от удивления. - О чем?! Ты прекрасно знаешь, о чем! - взревела она, вскочив с кровати и нависнув надо мной. - Я не понимаю! - я не выдержала. Почему меня все игнорят?! Что я такого сделала? И что от меня хотят?! - Почему ты не признаешься мне, что тебе нравится мой брат?! - спросила она меня тихо, но таким тоном, словно это она проорала. - Чего-о-о-о?! - я оторопела, поднявшись и выпятив глаза. Чего-о-о-о?! Серьезно?! Я взорвалась смехом. Не знаю, почему, но это очень меня рассмешило. По крайней мере, мне хотелось, чтобы это было так. Потому что где-то глубоко-глубоко, где-то в темном закоулке моего неизведанного мозга шевельнулось какое-то существо и произнесло:"А, может, это правда? Может, ты действительно влюблена в него?" Я заливалась смехом, который казался очень искренним и только я могла слышать, как сквозь хохот пробиваются истерические нотки. Я ведь не знаю, чего хочу! Я не могу разобраться в своих чувствах! Я запуталась и ничего не понимаю!!! Захарра стояла и смотрела на меня двумя взглядами: первый взгляд мог предназначаться только человеку умалишенному, а второй - растерянный. Когда я наконец смогла усмирить хохот, который после еще нескольких секунд продолжения мог бы перейти в слезы (а я очень не хотела бы кому-либо это показывать, даже Захарре), то обратилась к девушке: - Захарра, неужели ты действительно могла так подумать? Ну вспомни лишь, как и он меня, как и я его, раздражаем друг друга. Да и принципы у меня такие, что не позволят влюбиться без взаимности. А какая у меня с твоим братом может быть взаимность? - я взяла руки девушки в свои, - Он на меня даже не посмотрит за своей Резниковой, да и больно уж мне надо. - Ты точно мне доверяешь? - она пристально посмотрела на меня. - Да! - я воскликнула, и тут - неожиданность. У меня заурчал живот. - Значит, пошли жрать! - подруга моментально приобрела веселое выражение лица и, выдернув свои руки из моих, радостно пошагала к двери. Я, облегченно вздохнув, последовала за ней. ... Мы нарезали бутерброды и теперь пили кофе (я - чай). - Ты уж прости нас с Дианой, просто мы так подумали из-за того, что увидели на дискотеке, - начала разговор Захарра, - когда ты играла с Фэшем, то в конце вы ТА-АК смотрели на друг друга! - она взмахнула руками, пытаясь описать, - что у тебя было лицо, как у овечки, так и в братца, как у барана. - Ну, не факт, что он им не является, - буркнула я, улыбнувшись этой веселой мысли. Захарра также коротко ухмыльнулась, но потом продолжила: - Поначалу мы подумали, что между вами что-то есть и вы скрываете это даже от нас, - это было сказано таким тоном, словно худшего исхода быть не могло, - но потом Маар увидел, как Фэш и Маришка держались за руки и о чем-то разговаривали, поэтому о Фэше идею эту мы откинули. - Осталась ты, - подруга глотнула кофе и продолжила рассказ об их "расследованиях", - мы подумали, что ты любишь братца моего непутевого и подумывали свести вас. От такой вести я поперхнулась, вызвав у Захарры улыбку. - Да-да,- она похлопала меня по спине, - мы все считаем, что ты больше бы подходила Фэшу, чем госпожа кошмар-р. Но потом я тебя спросила, нравится ли тебе мой брат, и ты ответила, что нет, - здесь я утвердительно кивнула, - я сразу обиделась, потому что подумала, что ты соврала, и просто не доверяешь мне и Диане. Когда ты сегодня ушла из физ-ры, моя уверенность о твоей влюбленности почему-то еще больше подтвердилась. Но поскольку ты заверила меня, что нет, - и здесь я энергично закивала головой, выражая согласие, потому что весь рот был занят бутербродом, - я поверю тебе. Я наконец прожевала злосчастный кусок хлеба и Захарра, опустив глаза, сказала: - Ну ... и ты это ... прости меня и Диану за то, что не поверили тебе и строили козни... - Да ты что, Захарра?! - я, пораженная словами, воскликнула, - я нисколечки не обижаюсь! Если бы это было правдой, я бы была даже благодарной, но я не обижаюсь! - Правда? - она подняла грустные карие глаза. - Конечно,- ответила я. После этого девушка встала и обняла меня. Крепко-крепко, так, что у меня кости захрустели. А если еще и учесть то, что я вообще недотрога ... - Ой, прости, - она отпустила меня, когда у меня слишком громко хрустнул хребет. На это мы двое, как по команде, рассмеялись. А где-то глубоко у меня в подсознании маленькая часть меня плакала.