Когда рушатся мосты

Внезапные каникулы кончились спустя три дня, так что я, опять невыспанная, словно зомби, плетусь в толпе таких же учеников. Вот только одна Резникова сияет и блещет - белоснежная блузка, кожаная коротенькая юбка пошива клеш и элегантные туфли на большущих шпильках. И как она на них ходит?! Я в своих преудобнейших кедах еле ноги передвигаю! - Какой сейчас урок? - я оборачиваюсь от Маришки в сторону рядом идущего Ника. - Физ-ра. - О, круто, - я мгновенно взбодряюсь. Ну, а что может быть лучше, чем урок физкультуры после пары русского, геометрии и мировой литературы? - Только ты не радуйся, - невесело ухмыльнулся Лазарев, - Ромка заболел, и вести урок будет Жанна Васильевна. - И что? - я не понимаю - какая разница, под чьим надзором бегать? - А то, что у нас начинаются беспрерывные уроки гимнастики, - он поморщился, словно раскусил кислющий лимон. - Пф, без проблем, - фыркнула я. Никогда еще не была против лишний раз порастягиваться. - В смысле? - Ник смешно сложил брови домиком, недоумевая, где же моя кислая мина. - О, Огнева с Жанкой подружатся, - откуда-то взялся Фэш. - Она гимнастка. - КМС по художественной гимнастике, - невольно уточнила я. - Ух ты! А мне Диана ничего не рассказывала, - удивленно воскликнул Лазарев. - А она и не знала, - ответила я и закрыла за собой дверь в женскую раздевалку. Пока я натягивала леггинсы на ноги, то сожалела о том, что пошла в школу, а не осталась дома с болеющей Захаррой. На уроках скукотища - из всего Ордена Дружбы в школу пришли лишь я, Драгоций и Лазарев. Рознева тоже не было, как и Андрея, зато Марк, Норт, Дейла и дражайшая Резникова явились в школу, как штыки. Тьфу. Затрезвонил звонок на урок, и я, плюнув на попытки сунуть кеды в пакет, кинула их под лавочку и выбежала из раздевалки. Гимнастический зал оказался на первом этаже. Белые стены сплошь и рядом были обвешаны зеркалами на всю высоту, а пол устилал темно-синий ковролин. Возле левой от входа стены стояла лавочка, где, когда мы вошли, восседала громадная женщина с парой седых волос, так туго собранных сзади в пучок, что ни одна мышца на лице тетки не дернулась. Женщина была в бирюзовом костюме с наглухо застегнутой под шею кофтой, которая в области талии влезала между жировых складок, что как-то комично напоминало спасательные круги, которые моряки кидают потопающим. - Добрый день, - проорала она, когда все мои дноклассники зашли в зал. - Здрасте, - вразнобой ответили ей. - Растягивайтесь, и будем сдавать норматив, - произнесла она и принялась что-то строчить в классном журнале. - Э-эй, мы даже не знаем, что и как делать! - возмутилась Маришка, демонстративно раскинув руки в стороны, мол, посмотрите на это. - Да, и что именно сдавать будем, - поддакнул ей Норт тихим боязливым голоском. Я тоже стояла с растерянным взглядом, но меня тревожил другой вопрос - как здесь растягиваться? Здесь даже матов нет! Конечно, я могу пойти и закинуть ногу кому-то на плечо, или опереть ее об зеркало, но блин! Но когда я услышала возмущенные восклицания братца и госпожи кошмар-р, то обозлилась. - Надо знать, - саркастически ответила я Маришке и принялась демонстративно разминать ноги. Правда, я даже не смогла сесть на шпагат, потому что все вокруг столпились и случайно (или нет) могли отдавить мне голень. Маришка понаблюдала за мной, стараясь скрыть свое удивление, что получалось у нее не очень, и начала тоже как-нибудь приседать. Учительница, которую, как я поняла, звали Жанна Васильевна, громко хлопнула в ладоши дважды и указала на лавочку. Все мигом посадили свои задницы рядом с учительницей, и я оказалась в противоположном конце скамейки от физручки. Она тем временем вызвала Цзию, худенькую девчонку с светло-коричневой кожей и узким разрезом глаз, и начала объяснять, как нужно сдавать норматив, а Цзия в то время исполняла ее указания. Программа, если эту последовательность элементов можно так назвать, была очень и очень легкой. Кувырок с выходом на полусогнутые колени, прыжок, опять кувырок, назад березка, мостик, кувырок и колесо. Цзия исполнила это без ошибок, но все же слегка грузно. Далее вызывали остальных девушек, и почти ни у кого не получилось колесо, а ровная березка более-менее вышла только у Дейлы. О парнях я молчу. Некоторые не могли выполнить первый кувырок с выходом на колени, а у некоторых, и у Драгоция тоже, не вышел мостик. Только в отличии от девушек, каждый элемент, выполненный парнем, сопровождался дурацким гоготом остальных, включая самого исполнителя. Жанна же только сильнее поджимала и без того тонкие губы и сосредоточенно выводила оценки в журнале. Каждый раз после чьего-то выступления она бормотала себе под что-то типа: "Нет, не то", или "Нет, эта (этот) не подходит". Когда все сдали, кроме меня, она отложила ручку: - Все уже прошли? Я сидела молча, моля, что меня пронесет, дабы избежать лишнего раза оказаться в центре внимания, но мой главный помощник был тут как тут. - Огневой еще не было, - выкрикнул голос Драгоция. - Огневой? - Жанка кинула взгляд в журнал, выискивая, поставила ли она оценку Дейле. Я вздохнула и поднялась с лавки, обнаруживая себя и молча проклиная Фэша. - Василиса, - пробормотала я, оборачивая на себя внимание учительницы. - Новенькая? - спросила она, оценивающе рассматривая меня. Хотя смотреть-то не на что - синие чешки, такого же цвета леггинсы с белыми полосками по боках, белая футболка и пушистый, точно помпон, рыжий хвост кудрявых волос, собранный высоко на затылке. - Ага, - подметила я и медленно двинулась в центр зала. - Ну, Василиса, удиви нас, - выжидающе протянула учительница. - Да-да, упади, например, - захихикал Марк. - Или руку сломай. - Только тебе, - процедила я сквозь зубы. Когда я отошла на нужное расстояние, то сразу же почувствовала на себе много пар насмешливых и оценивающих взглядов. Незаметно передернув плечами, чтобы избавиться от этого противного ощущения, я вздохнула, быстро прокрутила свое личное выступление в уме, а также подобрала подходящую песню из плейлиста, чтобы чувствовать ритм. Выбор пал на не слишком быструю, с меланхоличным настроем композицию "All of the stars", которую исполнял Ed Sheeran. В голове у меня зазвучали первые аккорды песни, которую я знаю наизусть, и, дабы убрать знакомую неприятную дрожь в коленях, еще раз глубоко вздыхаю. С первыми словами, спетыми в уме, я плавно кувыркаюсь, выхожу на полусогнутые колени, подпрыгиваю, делая в воздухе шпагат. Мягко приземляюсь на носок правой ноги и сразу же падаю на спину, в последний момент выгибаясь полукругом и делая кувырок назад. Вместо выхода стаю на руки, делая березку и, подождав пару секунд, чтобы четко попасть в следующую строчку песни, делаю мостик. Поднимаюсь на ноги, разбегаюсь на нескольких шагах, оборачиваюсь в плавном, словно в замедленной съемке, сальто, потом колесо вперед, и еще одно сальто подряд. Приземляюсь с глухим стуком пяток вместе с последней долей припева и напряженно выдыхаю. Когда я обернулась к лавочке, на меня во все глаза пялились мои дноклассники и учительница вместе. Ник встал и медленно захлопал. Фэш последовал за ним, остальные взяли с них пример. Маришка, Дейла, Норт и Марк только поджали губы, одарив меня ненавидящими взглядами. Когда аплодисменты более-менее затихли, учительница захлопнула журнал и широко улыбнулась мне. - Василиса, какое выступление! - восхищенно воскликнула она. - Сальто, шпагат, идеальная березка! А ритм какой интересный! На этих словах Драгоций тихо хмыкнул, криво улыбаясь одним уголком рта. Я мысленно про себя подумала, что, видела бы это моя тренерша, то закопала бы где-то за школой живьем. Не абсолютный шпагат, распрямленное сальто, а, исполняя колесо, самое стандартное колесо, я слишком долго задержалась руками на полу. - Как раз то, что мне нужно! - продолжала ворковать Жанна Васильевна. - Э-э, зачем? - я подняла одну бровь. - На отчетный концерт мне нужен гимнастический номер, - протараторила учительница, - ты где-то занималась? - Да, - отрешенным голосом ответила я, моля небо, чтобы она передумала посылать меня на сцену. - Я КМС по художественной гимнастике. - Отлично, - она всплеснула в ладоши. - Возьми себе кого-то в помощь для растяжки, и можешь заниматься здесь зале, придумывая номер. Урок окончен. Прозвенел звонок и все потопали к выходу, а я осталась стоять и пялиться в окно. Вот кто меня за руки-ноги дергал 'усовершенствовать' программу? Я же с треском провалю номер, который придумаю, на сцене. У меня перед десятью учениками трусились ноги, а там на меня будет пялиться комиссия и вся школа! Да и еще зависать после уроков придется, и домой самой топать. Сейчас на улице такой дождь лупит, будто одна капля способна пригвоздить человека к земле. Вот капец! - Чего застыла? Я вздрогнула от неожиданности, а моя шея покрылась мурашками от обжигающего дыхания. Я оглядела весь зал, потом обернулась и сделала то же самое, но, кроме меня и Драгоция, здесь никого не было. - Ты почему остался? - спросила я его. Он удивленно вскинул левую бровь, при этом насмешливо блеснув глазами. - Вряд ли ты пойдешь в такой дождь домой пешком, - наконец ответил он мне. Я, не поняв, что он имеет в виду, вопросительно посмотрела на парня. - Я тебя должен ждать, чтобы потом отвезти домой, - разъяснил он, кивнув на окно, за которым вовсю грохотал ливень. - Тем более, тебе нужен помощник для растяжки. - Ну-у, - протянула я, радуясь, что домой пешком идти не придется, и одновременно проклиная, что "помощником" оказался именно Фэш. - Окей. Пока мне помощь не нужна, так что посиди на лавочке, - я указала на скамейку. Драгоций послушно сел на скамейку и, опёршись спиной на стену, скрестил руки на груди. Я громко сглотнула, понимая, что мне придется разминаться перед Фэшем, но выбора не было. Поэтому я приступила к самому начальному - обычная утренняя зарядка для разминки шеи, рук, и так далее. Потом были приседания обычные, жабкой, и выпады. Чтобы не краснеть, я обернулась к Фэшу спиной. Когда с этим было покончено, я произнесла: - Иди сюда. Драгоций послушно поднялся и подошел ко мне. - Садись, - я указала ему на пол. - Зачем? - подозрительно сощурился тот. - Растягивать меня будешь, - огрызнулась я. Фэш без вопросов сел, и я села перед ним спиной. После этого я легла ему на колени, но оказалось, что он скрестил ноги по-турецки. Ну да ладно. - Теперь бери меня за пятку, - я сунула ему под нос левую ногу, - и разгибай меня. - Э-э-э ... - протянул Фэш, - ты уверена? - Да, - я еще раз тыкнула ему ногой. Он послушно взял меня за пятку и начал тянуть мою ногу на себя, опуская ее на плечо. Я же удерживала вторую ногу разогнутой и на полу. Когда мы приступили к другой ноге, я начала приподниматься и опускаться на спине, хлопая лопатками Драгоция по внутренних частях бедер. Хребтом я чувствовала, что каждый раз в спину мне упирается что-то выпуклое. Я изо всех сил пыталась сосредоточиться на маленькой, почти незаметной боли при растяжке. Это телефон. Точно, просто телефон. Да, самый обычный мобильник, у Драгоция в кармане. - Все, - выдохнула я, когда он последний раз разогнул меня. - Окей, - ответил Фэш и отпустил ногу. Я поднялась и принялась делать наклоны. В стороны, вперед локтями, назад. - Я ... э-э-э ... пойду вещи с раздевалки заберу, - как-то неуверенно сказал Фэш и направился к выходу. - И мои не забудь, - не оборачиваясь, ответила я. Послышался хлопок двери, и я, сделав еще обороты тазом, принялась за шпагаты. POV Фэшиар Я вышел из гимнастического зала и сначала пошел не в раздевалку, а на улицу, чтобы постоять под крышей на прохладе. Когда Огнева разминалась, я наблюдал за ней, так как больше мне не было чем заняться. И это стало моей большой ошибкой. У Василисы классная фигура, вот честно. Даже у Маришки не такая. Да, может, у рыжей и нет таких длинных ног, но зато у нее есть узкая талия, пышная грудь и упругая попа. Да и то, что она такая низкая, делает ее еще круче - ведь не очень хорошо смотрится, когда девушка дылда и парень карлик. Когда Огнева начала приседать, то я все время пытался оторвать взгляд от нее и смотреть куда-то не туда. Но ее задница отражалась во всех зеркалах в зале. Но это еще ничего. Когда она сказала растягивать ее, я едва сдерживал слюни. И чуть не совершил преступление, когда она ерзала спиной по ... э-э-э ... по моей внутренней части бедер. Я начал мерзнуть, поэтому благополучно решил, что нужно все-таки сбегать за рюкзаками, пока раздевалку не закрыли. Свои вещи я забрал быстро, но когда я зашел в девичью раздевалку ... - А-а-а-а! - Извращенец! - Выйди, придурок! - Фэш, ты что, с ума сошел?! В раздевалке стоял страшный крик, а последний визг принадлежал Маришке. И это она мне говорит? Да я ее и вовсе без одежды видел, нашла чего стесняться! Странные это существа - женщины. Когда я вынимал рюкзак Огневой с ее шкафчика (он единственный был вместе с ключом в замочной скважине), то едва ли увильнул от ноги Грозы, потому разумно решил побыстрее выбежать из девчачьей раздевалки. А то еще и изобьют. Говорю же, женщины - странные существа! Когда я зашел в зал и громко захлопнул за собой дверь, Огнева, сидя на продольном шпагате, обернулась ко мне лицом и облегченно улыбнулась. - Фэш! - окликнула она меня, пока я подходил к ней. - Слава тебе, небо, что ты пришел! Давай, подними меня, - она протянула ко мне руки. - А сама? - я решил немножко поиздеваться над ней. Но у меня не очень-то получилось. - Ты серьезно?! - захныкала она. - Я уже минут пять вот так сижу и жду кого-нибудь! У меня косточка какая-то не туда стала, и я не могу согнуть ноги! Подними меня! - она еще раз требовательно протянула ко мне руки, жалобно захлопав синющими, словно васильки, глазами. Я вздохнул и наклонился к ней, положив ладони ей под руки. Когда я собирался поднять ее, то почему-то заметил, что ее лицо в сантиметре от меня. Сбитое дыхание Василисы било мне по носу. Я поднял свои глаза к ее и увидел, как внимательно она изучает мою радужку. Впрочем, как и я ее. Вдохнув побольше воздуха, я начал медленно приближаться к лицу Огневой. Когда я коснулся кончиком носа ее переносицы, в дверь кто-то яростно ворвался. Я быстро отпрянул от Василисы, и как раз в тот момент раздался ультразвуковой визг. - ДРАГОЦИЙ! - этот крик я узнаю из тысячи. Раздраженно выдохнув, я поднял Василису под руки и, удостоверившись, что она стоит, обернулся к Маришке. - СВОЛОЧЬ! ПРИДУРОК! - визжала Резникова. Василиса скривилась и закрыла уши руками. Я, поняв намек, подошел к Маришке и, взяв ее под руку, вывел из зала в коридор, закрыв дверь. Девушка выдернула свой локоть из моей ладони и яростно посмотрела на меня. Только теперь я заметил, сколько холода, мерзости, злости и ненависти было в ее светло-голубых глазах с тонной макияжа. Столько кровожадности я даже у волков не видел, когда в детстве ходил с отцом на охоту. И тут до меня дошло. Мне резко стало все равно. - ТЫ СУКА! СЛЫШИШЬ?! - визжала Резникова, а я сунул руки в карманы и принялся слушать ее, пропуская большую часть ее криков мимо ушей. - ДЕБИЛ! ПРЕДАТЕЛЬ! ИЗМЕННИК! Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! ПОДОНОК! Она орала на весь коридор маты еще похлеще, которые мне стыдно произносить даже в уме. Но самое интересное то, что Резникова ни разу не сказала причины, почему я такой. Я ей не изменял, не предавал, цветы дарил, заботой окружал. А ей еще чего-то не хватает. То ее миллиардные пакеты с одеждой таскай или сумку, то сережки за 6 штук купи, то в Инстаграм сфоткайся, типа целуешь ее. Да пошла она. - ДАУН ТЫ НЕДОРАЗВИТЫЙ! СУКА, ТАК НЕЛЬЗЯ С ЛЮДЬМИ! ДРЯНЬ, ПАДЛА! - Маришка, - спокойно окликнул я ее. - ИЗВИНИСЬ, ТВАРЬ! ДА ЗА ТАКОЕ ТЫ НА КОЛЕНЯХ ДОЛЖЕН ПЕРЕДО МНОЙ ПОЛЗАТЬ, ЧТОБЫ ВЫМОЛИТЬ ПРОЩЕНИЕ! - девушка не слышала меня. - Маришка! - оборвал я ее. - Ты больше не моя девушка, - тихо сказал я ей в лицо, и зашел обратно в гимнастический зал, громко закрыв за собой дверь... Настроение у меня упало. Не знаю. Я вроде и рад тому, что кинул Резникову, но все равно какой-то осадок от ее слов остался у меня в душе. Я знаю, все эти ее визги - пустые оскорбления, но все же... Василиса лишь одарила меня сочувственным взглядом, но я просто отвел глаза и, сев на скамейку, положил голову на руки и опустил взгляд в пол. Огнева продолжила заниматься, а я сидел и слушал, как грохочет она пятками, когда неудачно приземляется. Со временем я развеселился и начал наблюдать, как она пытается делать те или иные пируэты, и как отрабатывает неудачные. А вот Огнева разбегается, отталкивается левой ногой от земли и пытается покрутиться в полете. И снова она вместо оборота падает звездой на мат, который она откопала невесть-где. Я не выдержал и расхохотался. За это Василиса кинула на меня сердитый взгляд, но я уже не мог остановиться. На меня накатила безудержная волна смеха, а после и Огнева присоединилась ко мне. - Вы что здесь делаете? - раздался громовой голос уборщицы Ирины Михайловной из-за двери. Вместо ответа мы с Василисой разразились еще большим хохотом. - А ну убирайтесь отсюда! Уже пол седьмого! - тетя Ира зашла и толкнула меня шваброй в плечо. Я не прореагировал, как и Огнева. - Я сказала - прочь отсюда! - закричала уборщица, принявшись лупить меня шваброй, а Василису - мокрой половой тряпкой. Я, все еще смеясь, схватил наши сумки одной рукой, хохочущую Огневу - другой, и выбежал из зала в вестибюль. Когда я отпустил Василису и отдал ей ее рюкзак, то посмотрел на нее. Зря. Потому что опять громко расхохотался одновременно с ней. Мы стояли и ржали, как два придурка. Мы не знали и не имели никакой на то причины, и все же мы задыхались от смеха. С Маришкой я не смеялся так никогда.