Когда рушатся мосты

- Огнева ... Огнева! Я обернула голову к учителю. - Что? - со спокойствием тюленя поинтересовалась, насколько же важный вопрос мог оторвать меня от спора с моим братцем. О чем мы спорили? Не помню. В начале дня, на английском, он что-то мне сказал, я возразила, и вот сейчас мы спорим. Помню только, что это жизненно важно. - Василиса, Вы совсем обнаглели?! - возмутился физик, нахмурив лохматые сивые брови. - Это с какой стороны посмотреть, - философским тоном ответила я, дерзко улыбнувшись правым уголком рта. Я вспомнила тему спора. Норт сказал, что я просто симулировала болезнь, а на самом деле я просто хотела пропустить неделю выставления тематических оценок. Потому что выставление тематических значит бесконечные контрольные, самостоятельные или устные опросы. Он говорил, что я боюсь учителей, и никогда не пойду против старших. Ну что же, Норт, сейчас посмотрим. - Не понял, - в голосе учителя скользнула затаившаяся угроза. - Ну, если смотреть с одной стороны, то вообще-то я не обнаглела, - я подняла одну ладонь, мысленно качаясь по полу от выражения лиц Норта, учителя и дноклассников, - я общаюсь со своим одноклассником. А разве школа не для того, чтобы общаться со своими одногодками? Чтобы научиться вливаться в социум? Физик приподнял брови и смотрел на меня широко открытыми, удивленными, выцветшего водянисто-голубого цвета глазами. - Но с другой стороны, - я подняла другую ладонь, - школа для того, чтобы мы учились навыкам для будущей жизни, расширяли свое мировоззрение. Но ведь школа не очень способствует этому, верно? - я обернулась к одноклассникам. - Ведь как нам поможет в будущей жизни тригонометрия, высшая математика, биографии писателей и поэтов, которые закончили суицидниками, или же умение определять векторы движения и прочее? Из этого следует исход, что в школу мы ходим по первой причине - чтобы научиться вливаться в коллектив. А как я научусь вливаться в коллектив, сидя молча почти все время? Закончив свою пламенную и очень провокационную речь, я опустила руки на парту и теперь пыталась не улыбнуться. Несколько секунд стояла гробовая тишина, которую пронзали золотистые солнечные лучики, светя сквозь оконные стекла, а потом по классу покатился шепот. Мои одноклассники шокированно смотрели на меня, в глазах некоторых даже виднелся какой-то страх и даже благоговение. О, чувствую, сегодня буду героем! Ну почему же тебе, Василиса, не сидится тихо и не молчится в тряпочку?! - Тоесть, Огнева, Вы считаете, что школа, фактически, это ничто? Пустая трата времени? - медленно и задумчиво спросил учитель, как будто бы пробуя эту мысль на трезвость и правдивость. И что же мне ответить? Может, просто извиниться и заткнуться? Э-э, нет, раз кинула в воду, так доварю эту кашу! - Ну-у, как сказать, - с умным лицом произнесла. - Теоретически, получается, да, но фактически я так не считаю. - И тем не менее из Вашей речи можно сделать вывод, что именно так Вы и считаете, - ответил учитель интересующимся тоном, но на дне его маленьких зрачков я увидела угрозу. Любой нормальный человек уже бил бы тревогу и проглотил язык. Но, к моему ВЕЛИЧАЙШЕМУ сожалению, я не нормальный человек. - Выводы - это субъективные высказывания насчёт какой-то информации, которые редко, а чаще всего - никогда, не имеют настоящих фундаментальных доказательств, - с каменной мордой мудреца изрекла я. - И кто же это так сказал? - язвительно поинтересовался кто-то из моих дноклассников. - Я сказала. Прозвенел звонок на перемену, но никто из учеников не дёрнулся. Все прикипели взглядами ко мне и учителю, желая дождаться конца перфоманса. - Ну что же, Василиса, - задумчиво и с какой-то непонятной ехидностью физик развернулся и, подошев к столу, взял в руки классный журнал и ручку, - за Ваши философские рассуждения я не поставлю Вам двойку. Но я более чем уверен, что Вы просто не знали, как решать ту задачу, которую я задал, и оттягивали время, поэтому я поставлю Вам "три". Дноклассники начали подниматься и собирать свои сумки. Класс загудел разговорами. - Но ... Но ведь так нечестно! - я едва не задохнулась от возмущения. - Что именно, златоустая наша? - насмешливо поинтересовался физик. - Я могла бы решить ту Вашу задачу в три счёта! - я поднялась с места. - Да? - учитель поднял брови. - Ну, повтори условие задачи. Я открыла рот, да так и застыла. Я же не знала условия, потому что спорила с Нортом! Услышав смешки со стороны, я кинула на братца испепеляющий взгляд и получила такой же в ответ. - Всё, Огнева, свободна, - с некоторым злорадством подытожил учитель и захлопнул журнал. - Да, свободна, как пятидесятилетняя женщина на улице Красных Фонарей в Амстердаме, - послышался голос Драгоция, а потом его рука легла мне на плечи. Ник с Мааром заржали, а Диана только фыркнула. - Ну ты Василиса и даешь, - обратилась ко мне брюнетка, пока я скидывала из плеча руку Фэша, - спорить с учителём, да еще и физиком! - А я бы тоже так сделала, - откуда ни взялась Захарра и вручила мне мою тетрадь с конспектами по физике, видимо, похищенную Нортом. - Спор с учителем - самое тонизирующее средство! - Ага, и трояк после этого, - загоготал Ник. - Бе-бе-бе, - младшая Драгоций показала белобрысому язык. - Идите уже, спорщики, - произнес физик, держа дверь настежь. - Мне кабинет закрывать нужно. - Вы не указывайте, что нам делать, а то мы еще и в суд подадим на Вас, - весело и добродушно сболтнул Маар, и я вместе с парнями захохотали, а Захарра с Дианой только переглянулись. Мы покинули кабинет и потопали на первый этаж. Но на пролете между третьим и вторым этажами Драгоций, Броннер и Лазарев удалились в спортзал, где у них была тренировка. Мы с подругами благополучно вышли на улицу и сели к Диане в машину. Фрезер подкинула нас (потому что Фэшу автомобиль нужен, чтобы после тренировки добраться домой), и мы, попрощавшись с ней, пошли в дом. Конец POV Василиса POV Фэшиар Я зашел в дом и, скинув кеды, потопал на кухню, чтобы попить водички. После тренировки пить хотелось ужасно, а свою бутылку минералки я сегодня забыл. Но на кухню я так и не попал. Я остановился возле входа, прислушиваясь к голосам родителей. Почему же я не зашел? Потому что голоса были слишком уж секретные. - Но ведь это может быть неправдой, - с надеждой произнесла моя мама. - Ну как же ты не понимаешь, что он ТОЛЬКО ЧТО САМ позвонил и сказал, что приедет! - воскликнул отец. - А, может, он просто захотел проведать нас... - Мой брат никогда просто так ничего не делает! - почти истерически взвыл папа. Я никогда еще не слышал столько отчаяния, тем более от своего папы. - Господи, и зачем же Нортон привёз ее сюда, - безвыходно произнесла мама. - Бедная девочка, бедная девочка! Что же ее ждет?! - Судьба матери ее ждет, - мрачно ответил отец. - И почему обязательно так радикально?! - спросила мать. - Потому что она мешает ему! - рыкнул отец. - Она всем мешает! Она и Астрагору карты путает, и мне, и Нортону! Он поэтому и сплавил ее сюда, чтобы себя не ставить под такую угрозу! В его голове смешались жалость, сожаление, злость, отчаяние и ярость от невозможности что-то сделать. О Господи, неужели Василиса настолько всем мешает?! Но как именно? Я вспомнил ее детское лицо, немного дерзкую улыбку и наивные синие-синие глаза. Неужели этот демонёнок может настолько мешать, чтобы ее убили?! Я бесшумно обернулся и побежал наверх по ступенькам, перелетая за раз по три-четыре. Попав наверх, я ввалился в комнату Огневой и застал там девушку, лежащую на полу в центре комнаты, и втыкающую в потолок. - Василиса, поднимайся и собирай все самые необходимые вещи себе в рюкзак! Немедленно! - Зачем? - отсутствующим тоном поинтересовалась она, даже не моргнув. Я подошел к ней и, схватив за руку, поднял на ноги. - Василиса! Немедленно собирайся! Нет времени объяснять! - рыкнул на нее я и выбежал из комнаты. Забежав к себе, я быстро вывалил учебники из своего рюкзака и закинул туда наушники, зарядку от телефона, телефон, немного одежды, таблетки от кашля и от мигрени. Потом я скинул школьный пиджак и штаны, а надел серую теплую толстовку с капюшоном и черные джинсы. В конце я достал все деньги из своей заначки и, не пересчитывая, кинул в рюкзак, после чего застегнул 'молнию' и пошел к выходу. Но перед тем, как выйти, я выдернул метательный нож из доски и сунул в рукав, и только потом покинул свою комнату. Василиса в то время задумчиво перебирала одежду. В ее рюкзаке были только телефон, наушники, зарядное, белье и плед. Тихо чертыхнувшись, я подскочил к Огневой и, мягко оттолкнув ее, схватил одежду с самого края и запихнул в ее сумку. Потом я нашел теплую толстовку грязно-синего цвета и кинул ее Василисе. - Немедленно надевай, - сурово приказал я, тем временем оглядываясь, что я забыл. - Фэш, что ... - начала была девушка, но я ее немного резко оборвал: - Василиса, нет времени. Где у тебя деньги? - На карточке, - сказала она. - А карточка...? - Под бампером телефона, - ответила рыжеволосая. - Окей, - кивнул я и, заметив на столе полную бутылку минералки, тоже сунул ее в рюкзак и, застегнув замок, потянул девушку из комнаты прочь. На ступеньках я показал знак 'Тихо'. Мы спустились и я без слов повел Огневу к входной двери. Нагнувшись, завязал шнурки на кроссовках и, подождав Василису, бесшумно открыл дверь и вышел вместе с девушкой. Так же тихо закрыв дверь, я взял рыжую за руку и потянул за собой по улице. - Фэш, куда мы идем? - недоуменно и встревоженно спросила она. - Прочь, - коротко ответил я. Услышав шум мотора, я обернулся. К нашему дому подъезжал уже знакомый нам автомобиль. - Накинь капюшон, - тихо произнес я, и сам, накинув свой, взял Огневу под руку и зашагал быстрее. У нас есть сутки, чтобы покинуть Питер.