Amsterdam spring

Легкой поступью пришла в Амстердам на удивление нежная весна. Город постепенно прогревался под лучами солнца, талый снег исчезал в водах многочисленных каналов, а мягкий ветер лениво гнал по небу редкие облака. Первые рассветные лучи пронизывали город насквозь, освещая даже самые тёмные улочки и играя бликами на воде. В воздухе разливалась приятная свежесть, а распустившиеся на ровных лужайках подснежники выглядели не намного скромнее тех шикарных тюльпанов и роз, что считаются гордостью страны: благодаря неустанному труду жителей роскошные букеты всевозможных расцветок можно увидеть на цветочном рынке в любое время года. Горожане необычайно радовались, что суровая зима отступила под натиском весны. В город буквально вдохнули сил, и вот уже в ранние утренние часы многие жители были на ногах, занимаясь повседневными делами. Среди таких ранних пташек была и одинокая красивая блондинка в светлом плаще. Легкий ветер развевал за спиной девушки кончики светло-зеленого шарфа, лучи солнца золотили карамельного оттенка локоны, которые она время от времени откидывала назад ладонями, затянутыми в светлые перчатки. Уверенно цокая каблучками по мостовой, она направлялась в сторону древнего величественного здания Амстердамского университета. Несколько его корпусов располагались вплотную друг к другу, образуя в середине свободное пространство со скамейками. Университет словно бы отгораживал свой мир от суетных улиц, замыкая студентов в своих стенах. Подойдя вплотную к зданию, молодая леди провела узкой ладонью по шершавым камням, словно приветствуя. Затем, с трудом толкнув тяжелые массивные двери, девушка проскользнула внутрь. Гулкая тишина вестибюля встретила её неприветливо, а холод каменного пола заставил поежиться. Под тёмными сводами что-то гулко звякнуло и затихло. Неясные шорохи заставляли нервно оглядываться всех, у кого хватало решимости зайти сюда. Студенты не любили этот корпус из-за его мрачного интерьера и истории, — и были правы. Некоторое время назад сюда перевели администрацию университета. К счастью — или к сожалению, — люди более взрослого возраста на такие мелочи, как «плохая репутация» внимания не обращали, а пересуды студентов их и вовсе не волновали. Впрочем, девушка даже не оглянулась по сторонам, зная всю бесплодность этих попыток. Невозмутимый пронизывающий взгляд сразу скользнул по правому коридору к длинной лестнице. Ей сегодня надо было лишь отдать бумаги на кафедру права и потом со спокойной совестью уйти. Она еле заметно передернула плечами, словно избавляясь таким образом от ненужных мелочей, и направилась на второй этаж. Лестница с ажурными перилами была частично скрыта во мраке, и лишь в небольшие мутные оконца под потолком просачивался дневной свет. В его потоках можно было заметить частички пыли, плавно оседающие на горизонтальных поверхностях. Матово гладкие перила холодили ладонь, и в то же время позволяли сохранить мнимое равновесие в этом просторном холле. Едва ощутимые трещинки и царапины, касаясь кожи, вызывали щекотку. Справа скрипнула, открываясь, дверь, и в проеме показалась невысокая полноватая женщина, одетая в строгий костюм. Опытный взгляд студента мог бы сразу заметить и понять, что эта женщина — из категории тех преподавателей, работать с которыми одно удовольствие. Мягкость характера выдавали лучистые темно-карие глаза с сеточкой мелких морщин в уголках век – она явно много улыбается, – а неравнодушное отношение к студентам можно было предположить по тому, как аккуратно она держала папки с работами. На её шее, покачиваясь на ремешке и перепутываясь с золотой цепочкой, висел сотовый телефон, на запястьях от каждого движения весело звенела пара браслетов. — Мисс Киояма? – она задумчиво глянула куда-то поверх плеча блондинки и, дождавшись кивка, продолжила. – Бумаги можете оставить у меня на столе, и больше я вас не задерживаю. — Миссис Томпсон, могу я узнать, есть ли какие-нибудь замечания по курсовым работам? – быстро спросила Анна, потирая ремешок сумки. — Нет, – женщина чуть улыбнулась. – Ваша работа вообще вне всяких похвал. Так глубоко уйти в вопрос, представить официальные выписки из нормативных документов… Полагаю, милая, вы далеко пойдете. – Телефон, требовательно зазвонив, прервал их разговор и миссис Томпсон, кивнув Анне, унеслась дальше по коридору. Девушка, едва заметно улыбаясь, вытащила из недр бежевой сумочки кипу бумаг, которые готовила последние недели. Самое сложное заключалось в третьей части — статистическое исследование и отчет. Ничего особо сложного в сборе данных Анна не видела, — тем более здесь, в столице. Однако их последующая систематизация была делом трудоемким и долгим. Впрочем, девушка справилась и в этот раз, благодаря своему упорству и кропотливой работе. Кроме того, её живой гибкий ум позволял находить нестандартные решения многих вопросов, сокращая время выполнения заданий. Это позволяло ей быть на курсе одной из лучших. Возможно, дело было в атмосфере, которая царила в этом городе, но Анна не жалела, что три года назад покинула Японию. Учиться в Амстердаме благодаря где мнимой, а где и реальной свободе было не слишком обременительно. Многие ребята в её группе были если не на одном уровне с ней, то и отставали не на много. Вот и сейчас, выходя из корпуса, девушка на крыльце столкнулась с ещё одним отличником курса – Николасом Флорисом. — Bon matin, — живо поздоровался парень. – Работу сдавала? — Привет, — чуть улыбнулась Анна. – Да. — Не узнавала ситуацию с курсовыми? — Всё о’кей. Миссис Томпсон сказала, что завалов нет. — Прямо камень с души, — усмехнулся Николас. – Кстати, в группе проскользнула мысль отметить удачное завершение «адских работ», — он сделал страшные глаза, — ты с нами? — Да, — кивнула девушка. – Всем периодически не мешает расслабиться. — Замечательно! Тогда я позже позвоню и оповещу всех о времени и месте. — Договорились, — подытожила Анна, в очередной раз откидывая на спину свои длинные волосы. Ребята расстались на крыльце корпуса: Николас пошел отчитываться за проделанную работу, а Анна — наслаждаться редкими и от того ценными минутами отдыха. Подставляя лицо солнечным лучам, она любовалась игрой света на водной глади каналов. Изредка под каблуки сапог ей попадали сорванные ветром со стен листовки или позабытые кем-то, а затем слетевшие со скамеек газеты, но Анна, как и остальные прохожие, не обращала внимания на такие мелочи. По большей части Амстердам поражал туристов своей аккуратностью и порядком, однако бывали и дни, когда капризному городу такой облик надоедал. Во всяком случае, в это свято верили его жители. Вдыхая свежий воздух, прилетевший с залива Эйссельмеер, она поймала себя на предчувствии – где-то в самой глубине души, — событий, грозивших нарушить привычное течение её жизни. Однако даже ей, девушке, которая редко в чём-либо сомневалась и ошибалась, сложно было сказать наверняка, в чём они проявятся. Поэтому не оставалось ничего другого, кроме ожидания. * * * В Токио, тем временем, весна уже давно вступила в свои права, и улицы города были сплошь усеяны лепестками сакуры. Эту пору больше всего любили студенты, так как она ознаменовала собой перерыв в учебе. Основная масса лёгких на подъём молодых людей уже вовсю готовились к отдыху, тратя сбережения на билеты и турпутевки. Войдя в комнату, Асакура Йо с облегчением небрежно скинул рюкзак на пол, выразив таким своеобразным способом радость по поводу окончания занятий. Впереди две недели весенних каникул, которые он собирался провести с толком. Интернет уже давно помог парню в составлении примерного плана того, как это осуществить, и сейчас ему хотелось ещё раз уточнить детали, прежде чем заказывать билет. Пока Йо увлеченно долбил по клавишам и с головой погружался в необходимую информацию, дверь в комнату распахнулась с оглушительным стуком, и на пороге возник его старший брат-близнец Хао. — Потише нельзя? – не особо надеясь на отклик, Йо всё же позволил себе этот нехитрый вопрос. — Можно-можно, — ему в кои-то веки соизволили ответить. – Что ты там опять копаешь? — аккуратно прихлопнув дверь, Хао подошёл к брату. — Отдых планирую, — не сказать, чтобы Йо особо скрывал свои планы, но всё же посвящать в них никого не торопился, справедливо полагая, что два часа родительских нотаций перед отъездом — не месяц, который был бы ему обеспечен. — О, Амстердам, — довольно ухмыльнулся старший близнец. – Я с тобой? — Думаешь, стоит? – Йо с задумчивым видом изучал места, стоящие посещения, про себя довольно улыбаясь тому, что не только соблазнил Хао поездкой, но и прямо сейчас будет торговаться, выясняя, на что он ради этого готов. — А то как же, — полушутя, полусерьезно ему выписали — незаслуженный, между прочим, — подзатыльник. – Кто, кроме меня, покажет тебе в Амстердаме то, на что там действительно стоит потратить время. — И на что же? – Йо старался, чтобы вопрос прозвучал небрежно, хотя слова брата его заинтриговали. – Я уже несколько энциклопедий перечитал, про Королевский дворец, музей Ван Лон и НЕМО… Поток красноречия был прерван оглушительным смехом, прямо в ухо. Йо закатил глаза, понимая, что это надо просто переждать. Когда Хао отсмеялся, младший брат, подражая сволочному ему, изогнул бровь дугой, намекая, что неплохо бы пояснить. — Хех… — он наигранно почесал подбородок. – Ты же говоришь, что много читал про Амстердам, ни за что не поверю, будто не встретил ни единого упоминания обо всех…дозволенных там развлечениях. — Ну, — Йо смущенно пожал плечами, — ты же знаешь, я немного рассеян, когда натыкаюсь на архитектурные шедевры. Мог не обратить внимания. Хао пристально его оглядел, подумал, ещё раз оглядел и со вздохом пришел к выводу: — Ну да, ты – мог. — Так ты мне скажешь, в чем была причина твоего неконтролируемого смеха? — Non, — ухмыльнулся он. – Вот приедем — на месте покажу. Йо глубоко вздохнул, справедливо полагая, что из уст брата это звучит угрожающе. — Bien. Только с условием, что и по музеям мы походим. Вдвоем. — Идет, — слишком поспешно согласился старший близнец. — Ты так сильно хочешь поехать со мной, что даже согласился на осмотр «бессмысленной груды старого хлама в пыльных помещениях»? – подозрительно уточнил Йо. — Амстердам – моя мечта, — Хао сделал мечтательные и невинные глаза, накручивая на палец длинную прядь каштановых волос. Обычно это означало, что обещание-то он сдержит, но очень своеобразно. – И вообще, не отвлекайся. Как мы туда попадем? — Ну, я прикинул… Лучше лететь не тем самолетом, который садится в Шифол, а тем, что совершает посадку в Роттердамском аэропорту. Оттуда можно добраться на автобусе до центра Амстердама и... — Угу-угу, угу, — Хао согласно кивал после каждого предложения. Его явно не интересовали все технические детали, просто он хотел быть в курсе. Теперь уже им обоим предстояло известить родителей, желательно с благополучным исходом, о своей затее, и на днях свалить из дома. Оставшиеся полдня Йо ещё раз прорабатывал детали поездки и заказывал все необходимое, а Хао мысленно прикидывал стратегию поведения с родителями. Хотя в общем всё было готово – и даже сумки в ожидании стояли рядом с дверью, — парни начинали потихоньку нервничать. В итоге, махнув на свои стратегии рукой, Хао уткнулся в очередную подцепленную в библиотеке книгу. Это было на фоне эксцентричности парня ещё вполне так ничего, ибо некоторые его странности заставляли «проваливаться сквозь землю» даже прожившего с ним всю жизнь бок о бок брата. Хао такие мелочи интересовали меньше всего, а любовь к книгам у него была исключительно выборочная. Зная, что брат абы что читать не станет, Йо через некоторое время всё же рискнул осведомиться: — И что нового ты нашел на пыльных стеллажах библиотеки? — Гай Гэвриел Кей, — кратко донеслось от развалившегося на кровати брата. — Серия? – быстро уточнил Йо. — Дилогия, — перелистнув страницу, задумчиво ответил Хао. — Название? – рискнул испытать судьбу парень. — «Сарантийская мозаика», — медленно раздражаясь, кинул на него предупреждающий взгляд старший близнец. — О чем? – невинно похлопал глазами Йо, издеваясь. — Заткнись, — мрачно посоветовали ему в ответ. — Comprit, — Йо решил не проверять лимит хорошего настроения брата. Вечером, собираясь на ужин, они согласовали примерную тактику, как сообщить родителям о поездке, — точнее, просто грамотно поставить их перед фактом. Пока мама накрывала на стол, Хао подошел к отцу. — Пап, тут такое дело… — О, Духи, куда ты опять влип? – мрачно спросил тот, не дожидаясь продолжения. Хао приподнял бровь в немом удивлении, пока его младший брат тихо ржал, облокотившись о спинку кресла. — Ну, вообще-то никуда. Микихисе явно стало легче дышать. – А. Тогда извини. Просто последняя твоя проделка до сих пор заставляет меня нервно вздрагивать. — Мало его пороли, — выдавил Йо сквозь смех. — Молчал бы, — шикнул на него Хао. – Если бы я у тебя не был весь такой со связями, ты бы уже рыб кормил, хакер фигов. — Это была досадная случайность, — младший Асакура полуогорчённо вздохнул, признавая свою ошибку. Микихиса в это время мудро делал вид, что ничего не слышит. — Итак, — спохватился Хао. – Мы тут за ужином хотели бы сообщить вам с мамой… — Пренеприятнейшее известие, — Йо всё-таки не смог удержаться. — Да иди ты заткнись дайконом! – разозлился Хао. – Или сам всё говори! — Нет-нет, я молчу, — он испуганно запечатал себе рот рукой, зная, что в искусстве убеждения Хао нет равных. Подозрительно оглядев его, Хао повернулся обратно к отцу, продолжая: — В общем, как бы этот балбес ни прикалывался, изве…тьфу…сообщение и вправду с подвохом. — Ты хочешь сказать… — подтолкнул его отец к сути. — Что мы бы хотели уехать на эти две недели за границу, — спокойным, ровным тоном закончил Хао. — Кхм, — глубокомысленно подвел итог Микихиса. – Ты уверен, что решишься сказать об этом матери? — Эм…вообще-то я поэтому к тебе первому и подошел. Ну, — он оглянулся на молчащего Йо, — мы подошли. — Что ж, я понял, — вздохнул отец, — Посмотрим, чем можно будет вам помочь. В итоге семейного ужина Кейко была напоена половиной бутылки «успокоительного», — причём Хао, не стесняясь, подлил его матери ещё и в чай для закрепления результата, — а все сомнения женщины на корню задушены под тройным натиском. Братья отделались сравнительно легко, и теперь с нетерпением ждали момента, когда очутятся на улицах Амстердама. * * * Утро встретило Анну насупленными темнеющими облаками — тёмными не до такой степени, чтобы ожидать дождь, но и на появление солнца тоже надежды было мало. Впрочем, ещё только пять утра, стоит ли делать прогнозы так рано? Квартира девушки находилась на втором этаже аккуратного четырехэтажного домика. Он был мягкого бежевого тона с коричневыми рамами окон. Они выходили на узенькую улочку, шириной буквально в шесть-семь мужских шагов, которая затем обрывалась каналом. По краю канала вились стройные тонкие деревья, высаженные не позже пяти лет назад, которые приветливо качали вслед прохожим уже набирающими силу, но ещё прозрачными салатовыми листочками. Анна потянулась на бордовых простынях, как будто выныривая из остатков сновидений. Уже второй день она могла позволить себе более полноценный, чем обычно, отдых в виде продолжительного сна, — но по старой привычке её внутренние часы вытряхивали её из постели ровно в пять часов пять минут. Хмыкнув про себя о таких привычках, Анна встала и направилась в ванную. Там большое зеркало над раковиной отразило взъерошенную молодую леди, которая о чем-то размышляла. Автоматически выполнив все водные процедуры, она босиком отправилась на кухню готовить себе кофе. Это была одна из тех необходимостей, которым пришлось уступить, дописывая по ночам конспекты особо длинных лекций или работая над очередной сложной задачей. Но в конце концов, открыв для себя многообразие вкусов этого напитка, девушка ничуть не жалела об этом опыте. Вернувшись в спальню с дымящейся чашкой в руках, она отхлебнула глоток ароматного напитка и поставила чашку на стол. Подойдя к окнам, Анна отдёрнула тяжелые шторы, чтобы пропустить в комнату свет. Потом встала на цыпочки, потянулась и приоткрыла окно, вдохнув свежего воздуха и улыбнувшись мягкому плеску волн в канале. Где-то невдалеке звякнул звонок велосипеда. Цепкий взгляд девушки успел уловить смутно знакомую розовую нежность лепестков: немного в стороне, ближе к мосту некоторые деревья красовались розовыми цветами в своих кронах. — Амстердамские каштаны так похожи на сакуру, — шепнула девушка. Пока она расчесывала спутанные после сна волосы, солнечные зайчики так и прыгали по белокурым прядям, радуя хозяйку. Внезапно на туалетном столике ожил сотовый телефон, наигрывая песню Miley Cyrus "Who Owns My Heart". — Да? — Анна поднесла трубку к уху. — Анна, свет очей моих, — из динамиков послышался наигранно-торжественный голос Николаса, — ты не передумала насчет "отметить"? — Нет. А что, ты надеялся? — хмыкнула девушка. — Что ты! Ни в одном глазу, — воскликнул парень шутливым тоном. – Ну, тогда предлагаю встретиться сегодня вечером на площади, недалеко от Dampkring, а потом туда, ты как? — Да я-то не против, а почему решили именно туда? — заинтересовалась Анна. — Ты же знаешь наших, — горестно вздохнул парень, — им бы только где поесть повкуснее... — А ты типа не в их числе? — засмеялась она в ответ. — Ну, не то чтобы... — замялся Николас. — Ладно-ладно, всё норм. Там вроде и кофе подают приличный, — припомнила девушка. — Для тебя я лично достану, красавица. — Ну и договорились. Увидимся. — Au revoir. Анна положила телефон обратно на столик, мысленно перебирая варианты вечернего наряда. Девушка не страдала нарциссизмом, но прекрасно знала, какое впечатление производит на окружающих и как этот эффект усилить. На мгновение к ней снова вернулось необъяснимое чувство нетерпеливого ожидания. Она внимательно оглядела комнату, концентрируясь на мелочах, ведь только таким способом могла от этого чувства отвлечься. Спустя пять минут девушка и правда о нем позабыла, занимаясь домашними делами. * * * Тем же утром в одном из отелей Амстердама, а именно в "Mercure Amsterdam Arthur Frommer", происходила занятная сценка. Красивый длинноволосый парень, уткнувшись в подушку, мирно посапывал во сне. Второй же юноша, гипнотизируя его мрачным взглядом, готовил свою страшную месть. «Нет, мало того, что я всю ночь беспокоился, где эта сволочь, не спал, порывался звонить в полицию», — раздумывал он, меряя шагами комнату. – «Мало того, что он не предупредил куда исчез, а потом среди ночи ввалился сюда, почти ползком добираясь до кровати», — его губы сжались в тонкую линию. – «Он ещё и с кровати меня умудрился столкнуть! Пять раз за это проклятое утро!!» — кипятился Йо, вспоминая своё нелегкое пробуждение после ощутимого всем телом знакомства с полом. Наконец он остановился посреди комнаты и, не придумав ничего более изощренного, чем пробудить явно-обречённого-вскорости-страдать-похмельем брата стаканом холодной воды, направился в ванную. Подкрадывался обратно он, старательно копируя представителей семейства кошачьих. Зажмурив один глаз, он уже начал наклонять стакан над мордашкой брата, как вдруг тот хрипло заметил: — Насыплю льда в штаны и заставлю дотерпеть, пока весь не растает. До предела натянутые нервы Йо такого подвоха не ожидали. Стакан благополучно перевернулся до конца, окатив старшего близнеца освежающим потоком. За секунду до этого инстинкт самосохранения подсказал парню отпрыгнуть подальше, что Йо благополучно и сделал. Правда, издалека наблюдать за взъерошенным, мокрым и очень злым братом было не менее страшно. — Ты охренел?! — Х-хао, я не специально, — воскликнул Йо, спрятавшись за столом. В стенку рядом звучно врезалась подушка. — Скотина, — прошипел сквозь зубы брат. — Ну, Хао, ну прости... Хочешь, я тебе таблетку дам от головной боли? — невинно поинтересовался парень, пытаясь умаслить близнеца. — Куда ты денешься, — потер виски Хао, явно уже начавший страдать от последствий веселой ночи. Проглотив таблетку, он растянулся на кровати, блаженно улыбаясь и опять проваливаясь в сон. Йо потормошил его за плечо: — Ну хватит спать уже. — Мм...ну дай ещё минут десять, — сонно отозвался Хао. — Угу, и опять я тебя потом буду холодной водой будить. Ты лучше скажи, где был-то... — Наткнувшись взглядом на вполне характерные следы на теле брата и осознав, что тот был не один, он добавил: — Хоть красивая? — Краси-и-ивый, — полубессознательно протянул парень, накрывая голову подушкой и защищая свой сегодня тонкий слух от расспросов прилипчивого брата. — Ч-чего? — Йо потихоньку сполз на пол, справедливо заметив, что так безопасней, ибо колени уже и так подгибались. — Хао! — он подергал одеяло на брате. – Хао, эй! — Твою м-мать! Да встаю я... — пробурчал тот. Он сполз с кровати мимо ещё не отошедшего от шока брата и направился в ванную. Йо проводил его мрачным взглядом, понимая теперь, что слухи, ходившие по университету, имели под собой вполне реальную основу. Решив, что пока ничего толкового от брата не добьётся, он озаботился завтраком. Было очевидно, что Хао нетранспортабелен и идти куда-либо сейчас не захочет, поэтому Йо попросил принести еду в номер, а потом сам разместил всё на столе. Так что к выходу Хао из ванной его уже ожидал аппетитно выглядевший завтрак, который прямо-таки требовал, чтобы им немедленно занялись. Парень с довольным видом оглядел предложенное. — То, что надо. Он натянул на себя одежду, затем, подхватив тонкими пальцами ближайший бутерброд, примостился на краю стола. — А где "спасибо"? — хмыкнул Йо, покачиваясь на стуле. — А где "извини" за утреннюю экзекуцию? — парировал Хао. — Извини, — мотнул головой Йо, — я правда не хотел. — До или после моей угрозы? — Между. — Мм... — махнул рукой старший близнец, забавно зажмурившись. — Ты прощен. Минут через пятнадцать, когда голод был уже более или менее утолен, Йо решил перейти к волновавшему его вопросу. — Хао? — Что? — тот умиротворенно пил чай, не обращая внимания на настороженность брата. — Скажи, те слухи, что ходят по универу, — Йо подался чуть вперед и последнее слово договорил уже почти шёпотом, — правда? Хао слегка удивленно посмотрел ему в глаза. — Ну, это смотря что ты имеешь в виду, — он пожал плечами. — Обо мне много каких слухов ходит. И о тебе, кстати, тоже. — Обо мне?! — воскликнул Йо. — А то, — Хао усмехнулся. — Ты думал, быть родственником такого, как я, легко? Йо вздохнул, махнув рукой на это замечание. Потом снова перевёл взгляд на брата. — Так что из рассказов о тебе – правда? — Хм...ну, большая часть. Кроме совсем уж фантастических выдумок. — Это...это... — от шока он только и мог, что часто моргать. — Это надоедает, — подвел черту Хао, хрустя печеньками. — Тебя это что, совсем не волнует? — выдавил из себя младший близнец. — Non, — пожал плечами юноша. – Народ нуждается в темах для обсуждения, они бы что-нибудь придумали всё равно. — А... – Йо вновь запнулся. — Да, и это тоже правда, — закатил глаза Хао, прочитав по лицу брата всё, что тот так упорно, хоть и стесняясь, пытался спросить. — И, поверь, ни один парень ещё не жаловался после более близкого общения со мной. Йо схватил со стола кружку с чаем и махом всё выпил. По взгляду Хао, в котором словно плясали огоньки, можно было сразу сказать, что поведение и яркий румянец брата его забавляют. — Как ты с девушками знакомишься, если начинаешь краснеть ещё только от образного ответа общими словами? — Тебе ли не знать, сколько их было, — буркнул Йо. — О да, — тот в ответ тряхнул мокрыми волосами. — Именно поэтому сегодня вечером мы займемся "работой над ошибками". — Мне уже страшно, — невнятно пробормотал парень себе под нос. Хао на это замечание лишь ухмыльнулся. * * * Вечерний Амстердам поражает своей томящей красотой. Полумрак создаёт атмосферу таинственности, а разноцветные огни города — нереальности. Неоновые вывески призывают окунуться в сказку. Чем позже час, тем больше влюбленных пар можно было увидеть на мостовых. Они неспешно прогуливались по берегам каналов, высматривая в водах зеркальное отражение Амстердама, что появлялось там в свете фонарей. Эти виды искривленного города завораживали, притягивали взгляд. И, конечно, всё больше людей направлялись к Кварталу Красных Фонарей, где жрицы любви, лукаво улыбаясь, манили к себе изгибами тел и взглядами. Мало кто мог не соблазниться. Мягкий свет, словно красный туман, обволакивал каждого посетителя, легко стирая все рамки, обычно накладываемые обществом. В Амстердаме как нигде сладка на вкус свобода. Впрочем, постоянные жители города предпочитали проводить время иными способами. На площади то здесь, то там можно было заметить небольшие группы ребят, которые весело переговаривались между собой. Молодежь назначала место встречи обычно на большом открытом пространстве, а затем, выбрав развлечение по вкусу, направлялась в соответствующее заведение. Выбор, между тем, почти всегда сводился к двум вариантам: кофешоп или клуб. Одна из таких групп молодых людей состояла из трех парней и трех девушек. Они весело смеялись над шутками пепельноволосого блондина, что эмоционально размахивал руками, подкрепляя слова жестами. — ...и вот, когда у меня сердце совсем ушло в пятки, приоткрываю я дверь в ванную, — он сделал многозначительную паузу, привлекая внимание, и с напускной серьёзностью продолжил: — Как я только не заорал от ужаса... Стоит там на пороге эта девчонка, вся вымазанная в зеленой грязи, с какими-то "змеями" на голове. Ух...если бы она не завизжала, в ней вряд ли можно было человека узнать! Парни, смеясь, сочувствующе хлопали блондина по плечу. Девушки аккуратно вытирали из уголков глаз слезинки, выступившие от смеха. — Видишь, Николас, — наконец смогла ответить Шарлотта, — как опасно одному бродить ночью по территории общежития. — Меня больше интересует другое, — лукаво улыбнулась Эрика. — Куда же наш Николас направлялся ночью, что умудрился очутиться в женском общежитии? — Действительно, — обратился к парню Барт. — Куда...точнее, к кому ты шел? — Ну... — смущенно хмыкнул юноша. — К Розе. Ребята воззрились на него с неподдельным интересом. — Вы же расстались, mon cher, — приподняла бровь Алира. — И даже как бы друзьями. Так что от любви до ненависти и обратно не получается... — Или мы чего-то не знаем? – уточнила Эрика. — Я шёл за рефератом, который она мне любезно помогла закончить, — со вздохом сообщил Николас. — И это самое обидное, что только за рефератом. Друзья в очередной раз засмеялись, глядя на наигранно-удрученное выражение лица парня. * * * Неподалеку от этой компании на скамейке развалился в расслабленной позе длинноволосый юноша, снизу вверх глядя на брата. Йо явно не собирался присесть рядом, весь его вид молчаливым упреком давил — точнее пытался давить — на Хао. За те пару часов, что они гуляли по Амстердамским улицам, младший близнец устал отваживать назойливых поклонников и поклонниц от брата. И всему виной был внешний вид этого поганца. "Мало ему того, что он и так сногсшибательно красив, так ещё и выпендриться надо, скотине!" — Йо скрестил руки на груди, оглядывая своего спутника. Модные джинсы, немного разодранные на коленях, футболка, обтягивающая рельефный пресс, короткая черная кожаная куртка, куча разнообразных брелоков и цепочек, длинные волосы собраны в высокий хвост, и — ну, конечно! — последняя радость брата: проколотое ухо, в котором сейчас поблескивала небольшая металлическая звезда. Хао, нагло ухмыляясь, закинул ногу на ногу. Ему явно нравилось доводить Йо до точки кипения. — Прибью. Или хотя бы покалечу, — мрачно прокомментировал эту ухмылку Йо. — Расслабься, Йошка, — усмехнулся Хао, — всё путем. А серьёзно, — он поднялся, в свою очередь оглядывая брата с ног до головы, — тебя бы тоже приодеть. — Я не стану ходить вот в...таком...вот...так! — А тебе и не обязательно «вот так». Приличного вида можно добиться по-разному, — философски пожал плечами Хао. — Приличного? Где ты у себя приличие усмотрел? — Ну, а мы сейчас и не в таком месте, где можно было бы озаботиться на этот счет, — выкрутился парень. — И вообще, хватит нервничать. Можно было бы уже завернуть куда-нибудь. Насладиться, так сказать, гостеприимством жителей. Ты голодный? — Я в Квартал Красных Фонарей не пойду, — Йо покраснел, своеобразно интерпретировав реплику брата. — И это меня ещё в неприличности обвиняют? — изогнул тот бровь, усмехнувшись. — Я про поесть, а не про по... — Стоп! — Йо ладонью зажал ему рот. — Я понял. И да, не отказался бы перекусить. — Ну так пойдём, уточним вон у тех ребят, где здесь ближайшее заведение с хорошей кухней, — Хао потянул брата к ближайшей компании молодых людей. * * * — О, какой парень! – наигранно томно закатила глаза Эрика. — Да ещё и в квадрате, — смеясь, заметила Алира. Братья подошли ближе к ребятам, и Хао, как более решительный, первым начал разговор в вежливо-интеллигентной форме. — Вечер добрый, господа и леди, — легкий поклон головой. — И тебе, красавчик, — Девушки оценивающе оглядели его. Парни, тем временем, обменялись с братьями кто просто приветственными кивками, кто рукопожатием. — Не подскажете, в каком из местных заведений можно приятно провести время и перекусить? Йо несколько нерешительно выглядывал из-за его плеча, прислушиваясь к разговору. Его всегда удивляла такая смелость Хао, который запросто мог подойти и завязать беседу с незнакомыми людьми. В отличие от него, Йо чувствовал себя уверенно и спокойно лишь в окружении знакомых, хотя от паники и мог иногда компенсировать страх наглостью и язвительностью. Сейчас же уверенность ему придавала лишь рука брата, крепко сжимающая его ладонь. — Буквально в двух шагах отсюда, — спрыгивая со спинки скамейки, начал Николас, — есть кофешоп Dampkring. Там подают сногсшибательно вкусный жареный картофель. — Впрочем, есть и другие блюда, — намекнула Шарлотта, — «на любителя», так сказать. — Премного благодар…ны за помощь, — весело подмигнул Хао. – Не хотелось бы из-за коварного недоедания потерять единственного брата во цвете лет. Новые знакомые рассмеялись незамысловатой шутке, скользнув взглядом по слегка напряженному младшему близнецу. Йо же, прищурив глаза, толкнул брата в бок, буркнул: — Если мне и грозит недоедание, то на фоне твоих возлияний это выглядит несмертельно. Его тихое замечание вызвало лишь новый всплеск смеха. — Что ж, — улыбнулся Хао, — тогда мы, пожалуй, последуем вашему совету. – Он направился в указанную сторону, бросив напоследок: — Приятного вечера. — Au revoir, — Орион проводил их взглядом. После того, как братья отошли достаточно далеко, он повернулся к Николасу. — Ты ведь не просто так отправил их туда, — утвердительным тоном обратился он к другу. — Они интересные, — наклонил тот голову в ответ. – Я бы не отказался пообщаться с ними ещё. А что? — Да ничего, — хмыкнул Орион. – Лично я так только «за». — И по какому поводу ты выступаешь «за»? – поинтересовалась Анна, незаметно подошедшая с другой стороны. — Ох… — дурачась, схватился за сердце Николас. – Ну что ты подкрадываешься, как кошка? А если бы у меня был инфаркт? — Не преувеличивай, — хмыкнула в ответ девушка, — ты ещё всех нас переживешь. Так как? – она глянула на Ориона, ожидая ответ. — Если бы ты пришла чуть раньше то, думаю, со мной согласилась бы, — издалека начал парень. — Мы тут случайно познакомились с двумя очаровательными братьями, — подхватила Шарлотта. — Они интересовались, где можно хорошо провести время, — мечтательно продолжила Алира. — А Николас посоветовал им Dampkring, — усмехнулся, подводя черту Барт. — О, значит, я все-таки утолю своё любопытство, и вы мне их сегодня представите, — чуть улыбнулась Анна уголками губ. – Признаться, вы меня заинтриговали. — Обязательно! – хлопнула в ладоши, скрестив их на груди Эрика. – Только дождемся ещё двоих оболтусов, которые, как всегда, опаздывают. — А кто ещё решил пойти-то? – заинтересовалась Шарлотта. — Адам и Мартин, — фыркнул Николас. — Позвоните им кто-нибудь, чтоб поторопились, — задумчиво шаркнула носком сапога по камню Алира. – Иначе они вовек не дойдут. * * * Братья размеренным шагом шли вдоль по улице, наслаждаясь неожиданно тёплой вечерней погодой. Йо с любопытством оглядывался по сторонам, жалея, что не додумался взять фотоаппарат. Улицы Амстердама были наполнены самыми разнообразными людьми, причем как туристы, так и местные жители выглядели настолько оригинально, что хотелось запечатлеть их на фотоснимке и создать целую галерею портретов Амстердама. Периодически младший близнец эмоционально чем-нибудь восхищался, в основном – архитектурой. Даже достаточно равнодушный к этому Хао в глубине души признавал правоту брата. Возникало такое ощущение, что город тщательно, кропотливо складывали, сшивали по кусочкам, словно лоскутки одеяла. Причем одеяла дорогого. Это проявлялось, прежде всего, в цветах: благородный бежевый оттенялся величественным коричнево-шоколадным, меланхоличный серый улиц сочетался с аристократическим голубым неба, молодая зелень листвы — с яркими штрихами красного, оранжевого, синего вывесок магазинов. И всё это было восхитительно тонким, узким – миниатюрным. Город, построенный для восхищения. Хао задумчиво читал названия магазинов и кафе, мимо которых они проходили, выискивая Dampkring. В целом атмосфера города ему импонировала, а некоторые мелочи забавляли. Вроде небольшого плаката рядом с одним из кофешопов с надписью «Only hard drugs!» И знак предупреждающей ладони. Не меньший интерес вызывали магазины, в изобилии разместившиеся почти в каждом здании. В основном они были узкой специализации, что позволяло им выставлять в витринах свои лучшие экспонаты, привлекая туристов. Приметив на другой стороне улицы магазин сувениров и разных металлических побрякушек, Хао направился туда. Йо, пребывавший в эстетическом ауте, не сразу заметил этот манёвр. — Хао! – дернул парень за рукав брата, как только догнал. – Предупредить не мог? — Зачем? – философски пожал плечами тот. – Ты всё равно разглядывал очередное «чудо архитектуры» в бронзе и оторвался бы от него только минут через двадцать. А мне больше и не надо, — он потянул на себя изогнутую деревянную ручку старинной на вид двери. — Ну…логично, — вынужден был согласиться Йо, с сомнением оглядываясь назад. Заметив, что брат слегка поник, Хао тяжело вздохнул и запустил руку в рюкзак. Старательно покопавшись там несколько секунд, он вытянул оттуда фотоаппарат, неловко впихнув его в руки растерявшегося Йо. — Без комментариев, — закатил глаза Хао. – Буду через двадцать минут. И чтобы диаметр твоих перемещений не превышал десяти метров. Я предупредил. Быстро развернувшись, он скрылся за дверью, в то время как Йо проводил его взглядом, счастливо улыбаясь от уха до уха. Когда дверь за Хао закрылась с легким шуршанием, и колокольчик, последний раз звякнув, затих, по губам старшего близнеца тенью скользнула улыбка, и он неосознанно провел большим пальцем по браслету на запястье. Эта привычка у них с Йо была на двоих. Ровно с тех пор, как дедушка сделал эти деревянные браслеты с искусно выточенными символами и подарил им на пятый день рождения. — Вам помочь что-нибудь выбрать? – вывел Хао из задумчивости тихий женский голос. — Нет, благодарю, — он отрицательно качнул головой в ответ. – Я попросил бы вас лишь показать одно украшение с витрины. — Конечно, господин… — она слегка замялась и попыталась поклониться, подражая традициям его страны. — Господин Асакура, — чуть усмехнулся на эту попытку Хао. Женщина, смутившись, покраснела, тем не менее уточняя, которая из безделушек привлекла внимание юноши. — Птица в клетке, — кивнул Хао на затемненный угол витрины. — О, минутку, — она, аккуратно отодвигая коробки, едва добралась до того труднодоступного места, в котором лежала вещица. – Не думала, что кого-то заинтересует эта вещь, — мимоходом поддерживая разговор, продолжила женщина, — эта подвеска лежит тут уже около трех лет. — Возможно, она просто ждала того, кто её оценит, — спокойно заметил парень. — Что ж, вероятно, вы правы, — женщина протянула руку, вытягивая подвеску за цепочку. В свете фонарей она окрасилась в нежно-золотистый цвет, а птичка в клетке покачнулась, касаясь прутьев клетки и выбивая незамысловатые звуки. Заправив за ухо прядь выбившихся из прически волос, хозяйка протянула подвеску Хао. Парень, изучая, провел указательным пальцем по тонким прутьям клетки и всмотрелся в фигурку птички, в темных глазах-бусинках которой отражался неверный свет косых лучей, падающих от люстры. — Я возьму её, — задумчиво произнес он, опуская вещь на столик. — Замечательно, — привычным движением женщина упаковала покупку, словно боясь, что юноша передумает. Побродив ещё минут пять среди пыльных полок, он направился к выходу. Когда Хао вышел на улицу, он довольно заметил, что неугомонный братец, переминаясь с ноги на ногу, уже нетерпеливо ждет его рядом с витриной. — Ну как, всю пленку истратил? – насмешливо поинтересовался он, подходя сбоку. — Да нет… Четверть разве что, — чуть улыбнулся Йо. – Спасибо, — через пару секунд добавил он. — Не за что, не за что, братец, — хмыкнул Хао, направляясь к наконец найденному кофешопу и потянув за собой Йо. Первое, что начинаешь чувствовать, даже не заходя внутрь, — сладковатый запах легких наркотиков. Некоторые улицы буквально пропитались этим дурманом. Распространенное заблуждение всех туристов заключается в позиционировании города и жителей как людей, злоупотребляющих наркотиками. Ничего подобного. Подобные развлечения разрешены лишь в определенных местах, и всё это организовано достаточно культурно. В кофешопе царил шум и гам, присущий таким заведениям. Однако всё остальное, начиная со стен, казалось довольно-таки необычным. Ровный бежевый тон перекликался с яркими бордовыми квадратами, фантазией художника размещенными в причудливых сочетаниях. Помимо этого на стенах были стенды с фотографиями разных уголков страны. По всей площади заведения были расставлены добротные деревянные столы, — явно не новые, ибо сквозь облупившуюся по углам коричнево-красную краску можно было заметить ещё пару различных оттенков. Вся эта атмосфера легкого безумия подчеркивалась полупрозрачными синими шторами, которые волнами расположились вокруг каждого окна. — Займи вон тот столик, а я закажу поесть, — распорядился Хао. Йо согласно кивнул и, подхватив рюкзак, направился к небольшому столику у стены. * * * — Лотти! – воскликнула Эрика. – Осторожнее! Адам, быстро сориентировавшись, подхватил девушку за талию, не давая упасть. — Merci, — уцепившись за его шею, выдохнула Шарлотта. – Ну почему надо было мостить улицы именно брусчаткой? — Зато как эстетично выглядит, — улыбаясь, заметила Анна. – И вообще, ты бы приспосабливалась быстрее… — Или надевала кроссовки, — закончила за неё Алира. — Сложный выбор, — вздохнула Лотти, не торопясь отлипать от Адама. Тот на эти её заигрывания лишь посмеивался — в отличие от начинавшего закипать Мартина. – Адам, ты не откажешься меня сопроводить хотя бы по улице? – мило улыбнулась девушка. – Я так боюсь упасть… — Откажется! – прищурился Мартин. – Иди уцепись за Барта и отлипни, наконец, от моего парня… — Ага, сейчас, — фыркнула Эрика, сжимая пальчиками ладонь юноши. – Не своё – не трожь. Лотти тяжело вздохнула: — Ну что вам, жалко, что ли? Остальные ребята лишь посмеивались над ситуацией, прекрасно зная, что Шарлотта не серьезна в своих заигрываниях и лишь провоцирует Мартина на ревность. Как впрочем, и Эрику, которая славилась своей холодностью в общении, но становилась ужасно вспыльчивой, когда дело касалось Барта. — Всё-всё, прекращайте, — смеясь, заметила Анна. – Мы пришли. Как только ребята зашли внутрь, Николас с Орионом тут же помчались искать братьев – им не терпелось продолжить увлекательное знакомство. Алира и Шарлотта, весело щебеча, умчались в дамскую комнату «попудрить носик», а Анна направилась к бару заказать напитки, пока остальные устраивались за столиком. — Я полагаю, всем как обычно? – усмехнулась она, переглянувшись с Мартином. Девушка уверенным шагом шла вперед, но, оглянувшись на приятеля, не заметила юношу, что неожиданно появился у неё на пути. Тот, в свою очередь, выискивал глазами брата и тоже не мог предположить стремительного столкновения. — Ох… — резко столкнувшись с парнем, она сбила его с ног, но так как успела зацепиться за его рубашку, он невольно утянул её за собой. Одной ладонью Анна облокотилась об пол, а вторая уперлась в грудь парню. Светлые локоны разметались вокруг, смешиваясь с каштановыми прядями юноши. Однако Анна не могла оторвать взгляда от глаз Йо и мало обращала внимание на творившееся вокруг. Цвета горького шоколада, его глаза манили, притягивали к себе, а золотые искорки где-то на дне, словно всполохи солнечных лучей, согревали. Йо после падения боялся даже шелохнуть пальцем, дабы не спугнуть такое прекрасное видение из своего поля зрения. Одна его рука покоилась у девушки на спине, и он мог чувствовать всю хрупкость этого прелестного создания. На ум сразу пришла ассоциация из книг, которые он брал читать у брата: эльфийка. Правда, он не решался сказать точнее – светлая или темная – потому как, хоть с виду она и выглядела сущим ангелом, взгляд черных ониксовых глаз пронизывал до дна души, не обещая легкой жизни. Из этого наваждения их вывел насмешливо-удивленный голос Ориона, который взирал на них сверху. — О, так вы уже познакомились! – обе пары глаз синхронно уставились на него в изумлении. — Кто с кем познакомился? – уточнила Анна. — Значит, ещё нет? – он протянул ей руку, помогая подняться. – Excusez-moi. В таком случае позвольте представить, — он легонько отряхнул рубашку поднявшегося Йо, — этого немного стеснительного парня зовут Йо. Его близнеца, к сожалению, мы с Николасом пока не обнаружили… — Он сейчас подойдет, — тихо вставил юноша. — Ещё лучше, — мимоходом добавил Орион. – Вот. Имя этой леди – Анна. Сногсшибательная красотка, и хоть и блондинка, но умная. Юноша не мог оторвать взгляда от Анны, она не столь открыто, но всё же искоса с интересом поглядывала на Йо. Орион тем временем подхватил их обоих под руки и усадил за столик к остальной компании. Йо слегка покраснел под пристальными взглядами стольких людей. А Лотти тут же подсела поближе, пытаясь завязать разговор. — Откуда вы с братом приехали, красавчик? — Из Японии, — кратко ответил Йо, отпивая минералки из стакана. — Учитесь? – брюнетка придвинулась ближе, упираясь коленями в стул, на котором сидел юноша. — Да, — так же коротко ответил Йо, опасливо на неё покосившись. Николас уткнулся взглядом в стол, пытаясь сдержать смех, Анна скосила глаза в сторону окна, но уголки её губ подозрительно подрагивали, остальные же сдавленно хихикали, почти не таясь. — Ты всегда отвечаешь так коротко? – не отчаиваясь, ласково продолжила Шарлотта, легко проведя ладошкой по плечу парня. — А ты всегда так настойчива? – нахмурился Йо, перекладывая ладонь девушки со своего плеча на её колени. Не сдержавшись, Николас заржал в голос, остальные, схватившись за животы, медленно сползли под стол. Лишь Анна да Эрика более-менее сумели удержать себя в руках. — О-па, что за смех без причины? – удивленно спросил подошедший Барт. Анна, фыркнув, только махнула рукой, а Эрика всё же пояснила: — Лотти культурно обдали «ведром холодной воды». — Оу… — Барт сочувственно улыбнулся девушке, которая только философски пожала плечами, признавая поражение. – А я вам, кстати, ещё одно гостя привел. Тут только ребята обратили внимание на Хао, стоявшего за плечом Барта. Старший близнец, весело ухмыляясь, наблюдал развернувшуюся перед ним картину. Затем он подошел к Лотти, церемонно коснулся губами её руки, и проговорил: — Не сердись, ma chère, — он сел на стул рядом с Йо, приобнял брата за плечи. – Просто ты не в его вкусе. — Да ладно, — легко улыбнулась девушка. – Он просто был таким зажатым, мне хотелось как-то его растормошить. — Не обращай внимания, — хмыкнул Хао. – Ему просто нужно время, чтобы освоиться. Как только появился Хао, Йо сразу почувствовал себя несколько свободней и любопытно начал оглядывать ребят, уже не таясь. Внимательный Адам тут же заметил эту перемену, весело подмигнув младшему близнецу. Тот ожидаемо не только не смутился, но и ухмыльнулся в ответ. После последней фразы брата, он чуть встрепенулся и, слегка виновато улыбаясь, вновь обратился к Лотти: — Прошу прощения. Я просто… — Не любишь столь пристального внимания, — понимающе закончила Шарлотта. – Ничего, я рада, что ты «оттаял». Любопытный Николас тут же насел с вопросами на Хао: — Он без тебя всегда так замкнут? — Почти, — пожал плечами тот в ответ. – А я без него жутко нервный. Честно. — Почему? – наклонила голову Эрика. — Потому что начинаю за него беспокоиться. Он жуткий непоседа, — Хао потрепал брата по волосам. Йо довольно улыбнулся такой редкой ласке от него. — А вы о себе рассказать не хотите? – оглядел младший близнец ребят. Те переглянулись между собой. — Кхм… — потер затылок Мартин. – Ну, давайте я начну. В общем-то, рассказать на самом деле мало что могу. Родился здесь, в Амстердаме. Родители держат небольшую пекарню, так что я с детства почти профессионально разбираюсь в выпечке. Люблю путешествовать, но всегда возвращаюсь домой, ибо свято верю, что лучше Амстердама города нет. Учусь на факультете естественных наук и информатики. Планирую затем работать в какой-нибудь международной фирме. Впрочем, это уже нескромно, — весело улыбнулся он. — Да брось, — улыбнулся Адам. – На самом деле Мартин тот ещё скромник. Во-первых, он не уточнил, что препод по информатике бегает за ним по пятам, так как не хочет упустить из рук такой талант в этой области. А во-вторых, у него замечательная семья. Мать, отец и трое младших сестер. Затейницы ещё те, но безумно милые. Ребята весело ухмыльнулись, а Йо, заметив полные нежности взгляды, которые бросает на Адама Мартин, тут же уточнил: — А вы… Адам вопросительно посмотрел на него, ожидая полностью сформированный вопрос, а Хао, который, только глянув на мордашку брата, сообразил, о чём именно тот опять не решается спросить, захихикал. — Братец всего лишь хочет подтверждения своим догадкам об отношениях между вами, — витиевато выразился он сквозь смешки. — О, — наигранно-подозрительно покосился на него Николас. – А ты не гомофоб, нет? — Нет! – воскликнул Йо, пожалуй, чересчур эмоционально. – Будешь тут гомофобом, когда родной брат… — Да-а-а? – Николас переключил своё внимание на Хао. — Ты не в моём вкусе, — усмехнувшись, сразу отрезал тот. — Жаль, — наигранно вздохнул Орион. – А мы так надеялись уже кому-нибудь его сплав…мм…сосватать. Вот. Всю компанию опять пробило на смех. Алира, сняв с шеи шарфик, помахала ладонями в свою сторону: — Как-то жарко стало… Чуть улыбнувшись, Адам обратился к Йо, который в этот момент вертел между пальцев трубочку от коктейля и явно напряженно о чем-то думал. — Ты точно хочешь ещё что-то спросить. Ну? — В Амстердаме, — задумчиво начал парень, — так спокойно относятся к однополым парам. Это непривычно. Я не осуждаю, просто…в Японии бы это не показывали так открыто. — Это зависит от образа мышления, — мягко начала Анна. – Япония изначально страна, основанная на традициях, церемониях. Мы стараемся не показывать своих чувств в обществе, но мы с уважением относимся к личной жизни каждого. Верно? – она глянула на Хао. Тот согласно кивнул. — А в Амстердаме, — продолжил Орион мысль девушки, — никто никогда не осудит тебя за «не ту» ориентацию. Здесь ценится любовь во всех её проявлениях. Как во Франции, только не столь манерно. Йо согласно кивнул: — Да, я понимаю. В общих чертах. — Ты бы быстрее к этому привык, пожив в Амстердаме хотя бы пару недель, — фыркнул Барт. — Я научу его быстрее, — пообещал Хао. – Итак, кто продолжит эстафету? Адам? — Мм… — замялся парень. — Ну, ладно, – Мартин осторожно коснулся его плеча, — словно в знак того, что сопереживает, деля одну боль на двоих. – Родился я в Англии. Детство было как у нормальных ребят моего возраста, разве что я всегда с большим рвением ходил на занятия в музыкальную школу. В моей семье царят очень консервативные взгляды. И, в общем, лет в шестнадцать, как только я начал выходить за рамки, принятые в нашем обществе, я стал им не нужен. Официально от меня, конечно, не отрекались, но ясно дали понять, что в доме видеть не желают. Правда, отец молчаливо поддержал и финансирует как мою учебу, проживание, так и поездки. А вот с матерью, сестрой и братом я не разговаривал уже около четырех лет, – парень грустно улыбнулся. – Вот. Тем не менее, я своей жизнью доволен. Сейчас учусь на факультете права, планирую стать адвокатом, — пока парень задумался, что бы ещё сказать, его рассказ дополнил Николас. — А ещё он уже полтора года как встретил Мартина, и они своим счастливым видом нервируют тех, у кого в личной жизни непорядок! — Ну, Николас, говори за себя, — Барт чмокнул в щеку свою девушку. — Но, как бы то ни было, — улыбнулся на эту легкую пикировку Адам, — а Мартин действительно самое дорогое, что у меня сейчас есть в жизни. — А как твои родители отнеслись к этому? – спросил Хао у Мартина. — Они же всю жизнь прожили в Амстердаме, — весело ухмыльнулся парень. – Конечно, спокойно. А в Адаме они души не чают. Мать — та вообще в любом случае всегда на его стороне, — ребята хихикнули, глядя на его наигранно-удрученное выражение лица. Адам ласково провел рукой по длинным волосам своего парня: — Да ну брось. А то меня она меньше гоняет в итоге. Мартин довольно зажмурился: — Ничего не знаю. Но, — он серьезно посмотрел в карие глаза Адама, — меня такое положение вещей более чем устраивает. — Убиться, — дурачась, стукнулся лбом об стол Николас. – Я тоже так хочу. Пока ребята забавлялись выходками Николаса, Йо пристально оглядывал Анну, которая задумчиво помешивала кофе ложечкой. Перед ней завитками клубился легкий пар от горячего напитка, и девушка казалась почти эфемерной. Заметив, кому адресовано безраздельное внимание брата, но, зная, что спросить о чём-либо тот осмелится ещё не скоро, Хао решил немного помочь. — Анна, — обратился он к девушке и, дождавшись пока она поднимет глаза на него, спросил. – Хотелось бы и о тебе узнать. Не откажешь? — Ну почему бы и нет, — девушка слегка пригубила ароматный напиток. – Я думаю, что по моей внешности вполне понятно происхождение, — Хао согласно кивнул на это замечание, — так что нет смысла упоминать о родине. В Амстердаме я оказалась, можно сказать, случайно. Не то, чтобы я не любила Японию, но некоторые обстоятельства жизни подтолкнули к переезду. В частности родители, которые слабо интересовались, где я и что со мной, ну и полное отсутствие друзей как таковых. — Просто ни у одного из твоих прошлых знакомых не хватило мозгов посмотреть дальше собственного носа, — осуждающе заметил Орион. — Возможно, — чуть улыбнулась Анна на его реплику. – В общем, я приняла решение уехать. Передо мной был весь мир. И я могла выбрать любую страну, любой город. Выбрала Амстердам. Наткнулась в интернете на блог одной девушки, что жила в городе, и её описания меня заворожили. Невозможно описать что-то без чувств, а она настолько прониклась атмосферой города, что её любовь выражалась в каждом слове. — И этой девушкой… — лукаво улыбаясь, заинтриговала Алира. — Была Эрика, — весело закончила за неё Анна. – Она первая, с кем я здесь познакомилась. — А потом мы вместе решили поступать в Амстердамский университет. Только Анна выбрала кафедру права, а я экономики, — накручивая на палец прядь рыжих волос, девушка с легкой улыбкой вспоминала события трехлетней давности. — Это невероятно, — потер виски Орион. – Правда. Когда начинаешь смотреть и анализировать жизнь каждого, понимаешь, что, если бы не какие-то мелочи, события, поступки, мы бы никогда не встретились. Да вот, хотя бы напиши Эрика пост о городе днем позже — и кто знает, куда бы вместо Нидерландов улетела бы Анна. — Не думай о прошлом, Ори, — Алира положила ему на руку свою ладонь. – Главное, что мы всё-таки вместе здесь и сейчас. — Барт, — легко толкнула локтем в бок юношу Анна. – А ты чего молчишь? Между прочим, он сам из безумно красивой и в чём-то даже загадочной страны. — Правда? – заинтересовался Йо, внимательно уставившись на парня. — Анна преувеличивает. Каждая страна достойна восхищения, — улыбнулся парень. – Но, конечно, я всегда несколько больше буду любить именно родину. Моя страна – Ирландия. — Вау, — глаза Хао загорелись огнем. Этот взгляд однозначно обещал вытрясти из Барта все подробности. — Тихо-тихо, — смеясь, приподнял руки в защищающем жесте тот. – Я уже давно предлагал, и повторюсь ещё раз, что я и моя семья были бы рады видеть всех вас у нас в гостях. Так что, — хитро глянул он на Хао, — рассказывать не буду. Приедешь и сам всё увидишь. — Да без вопросов, — парни деловито ударили по рукам. За приятным ужином ребята и не заметили, как пролетели несколько часов. Братья быстро влились в уже сложившийся коллектив ребят, и кто-нибудь посторонний вряд ли мог бы даже предположить, что познакомились они только сегодня. Любопытный Йо заваливал каждого вопросами, причем часто перескакивая с одного на другое, да ещё и в произвольном порядке. Поначалу все терялись, особенно Шарлотта, которая любила некую последовательность действий, но в итоге, поймав ритм, ребята даже прониклись такой системой. Вопросы Йо всегда были направлены не столько на техническую сторону дела, сколько на эмоциональную подоплеку, поэтому каждый вопрос наталкивал не на однозначный ответ, а на целый мини-рассказ. Да и сам он с радостью делился подробностями своей жизни, рассказывая о проделках брата, — да и своих, что уж тут. Хао хоть и был немногословен, но периодически вставлял ехидно-язвительные реплики, подчеркивающие абсурдность того или иного поступка их с братом знакомых. Так что довольно часто за столиком слышались смешки и сдавленные всхлипы тех, кто от смеха предпочитал отлеживаться под столом. Однако спустя некоторое время стало понятно, что сил на продолжение вечера уже не хватает. Девушки сонно терли покрасневшие глаза, а Эрика, используя плечо Барта как подушку, уже некоторое время лежала с закрытыми глазами. Да и кофешоп работает не всю ночь напролёт. В итоге общим решением было принято постановление продолжить действо следующим вечером, а всем ребятам настоятельно рекомендовалась мягкая постель и часов девять здорового сна. На улице потихоньку моросил дождик, поэтому парни, не сговариваясь, замотали девушек в куртки и шарфы, — чтобы, не дай Бог не, заболели. Барт слегка кивнул всем на прощанье и, мягко обнимая Эрику, находившуюся в полудреме, повел её домой. Шарлотта задорно подмигнув всем на прощанье, подхватила с одной стороны Алиру, с другой — Николаса и повела их в сторону общежития. Мартин, потянув Адама за руку, безапелляционно заметил, что одного его ночью до дома не отпустит, и что тот переночует сегодня у него, как раз мама обещала пончики испечь, как только Адам у них в гостях появится, и он ведь не хочет оставить своего любимого и обожаемого парня без такого лакомства. При слове «лакомство» Хао и Орион ожидаемо захихикали, а Йо покраснел. Пока брат что-то выяснял с Орионом, Йо подошел к Анне и тепло улыбнулся. — Mademoiselle, вы не откажетесь завтра, — он глянул на часы, — точнее уже сегодня, но многим позже, прогуляться со мной по очаровательным местам этого города? — Это приглашение на свидание, monsieur? – девушка улыбнулась в ответ. — Определенно да, — он слегка поклонился. – Я бы хотел продолжить наше увлекательное общение... Конечно, если ты не против. — Не против. Парень вскинул на неё неверящий взгляд. Признаться, он был удивлен таким легким положительным ответом. — Почту за честь, — он коснулся губами её руки. Впервые за много лет скулы девушки слегка порозовели от такого галантного и обходительного отношения. * * * В окно снаружи беспомощно толкался ветер, прилепляя к стеклу ворох мокрых маленьких снежинок. Весной погода капризна, как женщина. Может то обласкать нежными лучами солнца, то, рассердившись, застелить всё вокруг холодным снежным покрывалом, то, расстроившись, пролиться безутешным ливнем. Над городом застыли тяжелые белые облака, укутывая небо, словно одеяло. Однако утренний яростный ветер давал надежду на то, что к обеду тучи развеются. Хао задумчиво стоял у окна, наблюдая за сумбурным танцем снежинок. Проснувшись ещё часов в семь утра и посмотрев на тихо сопящего Йо, он уже хотел повернуться на другой бок и продолжить спать, однако закон подлости сработал и в этот раз, спугнув сновидения старшего близнеца. Вот уже пару часов он застывшей статуей стоял, облокотившись о подоконник и время от времени упираясь лбом в стекло. Первый раз в жизни он испытал потребность быть с кем-то дольше одной ночи, да ещё и за пределами постели. Первая ночь в городе, когда он вернулся в номер лишь ближе к утру, никак не выходила у Хао из головы. Как назло именно в этот раз обстоятельства таковы, что он вряд ли ещё когда-нибудь встретит этого человека. А ведь с ним было интересно. Он первый, кто отличался такой же яркой индивидуальностью и жесткой системой ценностей, как сам Хао. Он первый, кто заинтересовался парнем не только из-за эффектной внешности. И он первый, с кем они понимали друг друга с одного взгляда, ибо образ мышления был однотипен. Впрочем, тихо собирая вещи в той квартире, Хао даже не стал будить красивого юношу, чтобы попрощаться. Посчитав этот жест сентиментальным, а интрижку – из разряда «на одну ночь», Хао решил уйти по-английски. Теперь где-то в глубине души он об этом жалел. Но так как отчаиваться и предаваться унынию парень никогда не любил, он решил отвлечься от неприятного осадка на сердце и пойти перед встречей с ребятами развеяться. Вспомнив, что брат пригласил Анну на свидание, юноша повернулся к кровати с ухмылкой. «Йо должен выглядеть сегодня на высоте» — так и читалось в его глазах. Растормошив брата за плечо, Хао с ходу начал командовать: — Вставай давай, бездельник! Йо сонно моргал глазами, не понимая, чего от него хочет брат. Тот закатил глаза и, состроив серьезное выражение лица, выдал: — Ты проспал свидание с Анной. После этих слов Йо совершил шикарный маневр — подскочил на кровати и ласточкой слетел на пол, запутавшись ногами в одеяле. — Я пошутил, — посмотрел на него сверху вниз Хао. — Скотина, — простонал Йо, потирая ушибленное колено. — Я переживу, — фыркнул тот в ответ. – Тем не менее, к назначенному времени я намерен сделать из тебя… — Нечто по своему образу и подобию? — Нет, — хмыкнул в ответ на эту реплику Хао. – Моя индивидуальность и эксклюзивность меня устраивает. Но привести тебя в порядок не помешает. Потянув одеяло за край, он резко вытянул его из-под брата, кивнув в сторону ванны: — Марш! Пока Йо окончательно просыпался под прохладными струями душа, Хао успел заказать в номер легкий завтрак, после чего начал деловито копаться в вещах брата. Подобрав соответствующий и стилю, и погоде — на его взгляд — комплект одежды, Хао аккуратно сложил это всё на кресло и занялся завтраком. Минут через пять из ванны вышел младший близнец, забавно мотая головой и отряхивая с волос назойливые капли воды. — Как быстро. Вот что значит правильно и безапелляционно поставить перед фактом. — Зараза ты, — беззлобно огрызнулся Йо, подсаживаясь за стол. — Знаю, — фыркнул тот в ответ. – А ещё знаю, что ты меня и такого любишь и всё равно сделаешь, как я скажу. — Ну да, выбора-то у меня нет, — пожал плечами Йо, наслаждаясь завтраком. – Мне ещё жизнь и нервы дороги. — На счет жизни согласен, на счет нервов – ты погорячился, — Йо на это замечание только тяжело вздохнул. – Ладно. Куда ты Анну поведешь-то? — Мм…в Королевский парк. Хао глянул на улицу, где, как и предполагалось, ветер уже разогнал снежные облака, а смущенное своим опозданием солнышко наверстывало упущенное, растапливая все снежинки, что так опрометчиво в весеннюю пору напоминали о зиме. — Да, думаю сегодня Лиссе – это то, что вам нужно, — согласно кивнул он. – И романтично, и ненавязчиво. Йо чуть улыбнулся его словам, вспоминая всё, что читал о парке Кёкенхоф. Хао задумчиво следил за мимикой брата, отмечая первые признаки влюбленности. Он закатил глаза, понимая, что теперь не раз и не два Йо расскажет ему о красивой блондинке всё, что сможет узнать. Ну что ж, Анна — определенно лучшая девушка из всех, которые, так или иначе, были близки к его брату. Но между тем уточнить намерения Йо тоже не помешает. — Братец, — начал Хао, отпивая из своей чашки крепкий кофе, — скажи мне, ты пригласил её на свидание ради приятного времяпрепровождения или… — он не закончил, понимая, что Йо это сделает за него. — Или, — не колеблясь, ответил парень. – Она мне очень нравится. — Ты понимаешь, что мы скоро уедем? А она останется здесь? — Позволь, этот вопрос мы решим позже? — Как пожелаешь, — наклонил голову Хао. – Я просто не хочу, чтобы ты вернулся в Токио с разбитым сердцем. — Я тоже этого не хочу, — ласково улыбнулся Йо, переодеваясь в одежду, приготовленную братом. – И я говорил не о себе. Ты ведь понял? – серьезно глянул он в глаза старшему близнецу перед тем, как дверь за ним закрылась. — Поганец, — чуть улыбнулся Хао в пустоту номера. * * * Добрались до Лиссе ребята без проблем. Благо Анна уже достаточно хорошо ориентировалась как в городе, так и за его пределами. Погода, словно извиняясь за утро, распространяла вокруг приятное тепло и размеренность. В такой замечательный день на тропинках Королевского парка можно было встретить довольно много туристов. Впрочем, его размеры позволяли почти не пересекаться при желании с другими посетителями. Нередко в пышных кустах разноцветных тюльпанов можно было заметить садовников, любовно ухаживающих за каждым цветком. А по обочинам тропинок — художников, которые наметанным взглядом прирожденных эстетов ловили здесь своё вдохновение в перекрестье солнечных лучей и полупрозрачных на их фоне нежных лепестков разнообразных цветов. Туристы время от времени останавливались и наблюдали за процессом творчества, который завораживал неким таинством и великолепием. — Это непередаваемо красиво, — окинул взглядом Йо кусты и клумбы вовсю цветущих растений. — Рай на земле, верно? – чуть улыбнулась Анна. Парень галантно предложил ей опереться на его локоть, и Анна, осторожно обхватив его руку, потянула в сторону оранжерей. Первая была в изобилии засажена тюльпанами всевозможных сортов и оттенков, золотыми нарциссами и пышной сиренью. Когда молодые люди проходили мимо одного из кустов сирени, в волосах девушки запуталось несколько сиренево-перламутровых лепестков, чему Йо только улыбнулся, отмечая, что так она ещё больше похожа не неземное создание. От клумб в воздух поднимался тонкий аромат цветов и сырой земли. Тюльпаны были рассажены так, что образовывали на земле красивые узоры. Больше всего ребятам понравилось сочетание бордовых бутонов с ярко-желтыми. — Вон те нежно-золотые нарциссы… сразу напоминают о тебе, — заметил Йо. Анна повернула голову, оглядывая оранжерею. У широкой прозрачной стены в самом углу едва-едва распахнули свои бутоны золотистые нарциссы. Видимо, их только недавно полили, так как на нежных бархатных лепестках сверкали в лучах солнца капли воды. Их цвет и правда напоминал цвет волос девушки. Улыбнувшись такому точному сравнению, Анна скользнула взглядом по лицу парня. Тот не отрываясь, любовался ею на фоне цветов. Медленно Йо протянул руку, очерчивая пальцем контур её скул. Сердце Анны от такой откровенной ласки пропустило удар, сбивая дыхание. Чуть наклонившись, юноша коснулся губами её щеки. — Ты красивее всех цветов этого сада, — тихо прошептал он ей, выпрямляясь. — Merci, — так же тихо промолвила Анна. Не дав ей времени, чтобы как-то отреагировать на его вольность, Йо повел её дальше по тропинке во вторую оранжерею. Если первая отличалась вольным духом и более приземленной красотой, то в этой, полной красных роз, властвовала атмосфера поистине королевская. От их роскоши захватывало дух. Большие упругие бутоны насыщенного алого цвета в свете солнца заставляли думать, что вы попали во владения императрицы. И, казалось, стоит только завернуть на неприметную тропинку, уходящую вглубь, как тебя окружат прекрасные фрейлины и галантные кавалеры, приглашая окунуться в вихрь королевского бал-маскарада. Анна наклонилась над одним из кустов, вдыхая насыщенный, но тонкий аромат роз. Пряди её распущенных волос скользнули вниз, теряясь в лепестках и стеблях цветов. Немногим позже, когда, смеясь, ребята пытались аккуратно выпутать волосы девушки из стеблей, Йо слегка оцарапал запястье, которое Анна тут же замотала белоснежным платочком. — Красиво и опасно, — задумчиво улыбнулся юноша, переводя взгляд с цветов на замотанное запястье. Анна осторожно провела пальцами по ткани, разглаживая складки: — Красоту всегда стремятся присвоить. И не всегда с добрыми намерениями, — она чуть улыбнулась. – Следовательно, надо уметь себя защитить. — Или знать, что тебя защитят, — тихо добавил парень. Она слегка удивленно посмотрела ему в глаза. В них отражалась уверенность и стремление помочь. Если надо – защитить. И никому не отдавать. — Что ж. Такая формулировка тоже имеет место быть, — отозвалась девушка. Последняя оранжерея изобиловала легкими, изящными орхидеями. Они ассоциировались с аристократической тонкостью. Маленькие лепестки каждого цветка радовали глаз своим орнаментом. Создавалось такое ощущение, будто опытный художник на цветы одного тона отряхнул капли с кисти другого: белые с каплями розового цвета, красные с желтым и бордовым, сиреневые с лазоревым, а зеленые — с фиолетовым. В этой оранжерее как нигде царило буйство сочетаний и композиций. — Куда теперь? – выходя из оранжереи, Йо окинул взглядом раскинувшиеся вокруг просторы. — Даже не знаю, — задумчиво улыбнулась девушка. – Здесь много замечательных мест. — Ты бывала здесь раньше? — Да. Пару раз с ребятами приезжали, — ответила девушка. – Давай пойдем к прудам? — Как пожелаете, миледи, — улыбнулся ей парень. Гуляя по дорожкам и тропинкам, любуясь разнообразием ярких красок и вдыхая необычный аромат цветов, Йо осознавал, что вот в таком месте он бы и хотел остаться на всю жизнь. Вдоль многих аллей были выставлены скульптуры голландских и зарубежных мастеров разных эпох. Конинг, Кервель, Вермер... Юноша не переставал удивляться тому, как много чудес скрывает этот парк. На его восторженные замечания Анна отвечала лишь едва заметной улыбкой. Ей тоже была близка эта красота, но всё-таки годы замкнутости давали о себе знать, не позволяя девушке открыто демонстрировать своё восхищение. Впрочем, ей было приятно видеть эту непосредственность у других. Йо не сразу заметил, что тюльпановые поля сменились зеркалами прудов. Однако тихий вздох Анны заставил его обернуться, и он, так же как и девушка, замер, боясь сделать лишнее движение. В середине пруда, рассекая водную гладь, тихо плыли двое белоснежных лебедей. Их грация завораживала. Изгибы длинных шей мягко склонялись к воде. Вот один из них нежно шевельнул крыльями и осторожно подтолкнул вторую к краю пруда, где один из работников сада крошил на поверхность воды мякиш хлеба. От лебедей в стороны расходились небольшие волны, которые качали высокие травы, росшие у берегов. Сердце щемит от нежности, когда видишь, что самец не притрагивается к еде, пока его подруга не утолит голод. Недаром именно про лебедей сложены такие красивые легенды о любви и верности. Видя птиц воочию, ни разу в правдивости этих историй не усомнишься. .. Йо нисколько не тяготила молчаливость спутницы, однако он не мог не поддаться желанию больше узнать о ней. Старался лишь не задавать чересчур много вопросов. Анна же проникалась к нему всё более глубоким доверием, поэтому беседа действительно была приятна обоим. Вечер подкрался тихо и незаметно, словно хитрый кот. Солнце постепенно клонилось к горизонту, — а ребята всё не могли найти в себе силы расстаться. Йо нежно сжимал в руке ладонь девушки, провожая её до дома. — Мне было приятно провести этот день с тобой, — заметила Анна, остановившись у подъезда. — Я весь день желал, чтобы мгновения, проведенные с тобой, не кончались, — открыто улыбнулся парень. — Ну, можно считать, что твоё желание было услышано, — Анна тихо рассмеялась. – Через пару часов встретимся на той же площади, что и вчера… — она, спохватившись, посмотрела ему в глаза. — Вы ведь придёте? — Конечно. — Тогда…увидимся, — девушка сделала пару шагов к подъездной двери. — Анна, — окликнул её Йо. Она обернулась, а юноша, резко подавшись вперед, коснулся своими губами её губ. Легкий, словно крылья бабочки, поцелуй, заставил сердце биться быстрее. Мягкие губы парня лишь на пару мгновений задержались на её устах, а, отстранившись, тихо шепнули: — Увидимся. * * * Сунув карточку в аппарат, Йо дождался, пока индикатор загорится зеленым и открыл дверь. Замерев на пороге, он потер глаза, удивляясь, почему не горит свет. То ли Хао в номере не было, то ли он спал. Йо осторожно прошёл по пушистому ковру вглубь комнаты, на ходу снимая куртку и расстегивая рубашку. Прикинув, что брат, который времени впустую терять не любит, скорее всего, где-то развлекается, парень сделал ставку на то, что его в номере действительно нет. Скинув вещи на кресло, Йо щелкнул выключателем. Под потолком вспыхнула белоснежным «дневным» светом современного типа люстра. И тут же юноша понял, что кардинально ошибся. Мало того, что Хао всё-таки был в номере, — он ещё и был не один. Споткнувшись о туфли на высокой шпильке, Йо упал на пол, ошеломленно хлопая ресницами. Если быть более точным, судя по рыжей копне волос с одного бока и кудрявой красно-коричневой — с другого, брат был даже не наедине с кем-то. Естественно, яркий свет и шум в комнате не могли не разбудить Хао и его спутниц. Рыженькая оценивающим взглядом окинула Йо и, повернув мордашку к старшему близнецу, осведомилась: — Он присоединится? Не дожидаясь ответа, вторая леди чмокнула Хао в щеку и заметила: — Извини, красавчик, утомил уже. Второй такой же — это сейчас перебор. Замотавшись в простынь, она подмигнула Йо, прихватила одежду и скрылась в ванной. От шока младший близнец только беззвучно открывал и закрывал рот, силясь хоть как-то отреагировать. — Хао! – в итоге возмущенно выдал он. — Не волнуйся, Софи, он слишком благороден, чтобы воспользоваться твоим положением, — фыркнул Хао, намекая на полное отсутствие одежды и лишь слегка прикрытое простынью тело девушки. Та в ответ весело рассмеялась: — Жаль, ты не находишь? — Возможно, — лениво хмыкнул он в ответ. Затем всё-таки соизволил глянуть на брата, продолжая нежиться в объятиях рыженькой девушки: — Что? — Прекрати сейчас же! – стремительно краснел Йо. — Как-то нелогично. Вот когда начну, тогда и будешь возмущаться. — Прелесть какая, — со смехом откликнулась на реплику Хао вторая девушка, выходя из ванной. — Да уж, Элен, повезло нам с тобой сегодня получить в распоряжение на несколько часов такое чудо, — Софи легко поцеловала в губы старшего близнеца, поднимаясь с кровати. Йо в это время смотрел куда угодно, только бы не на этих троих. — Он такой милый, — обратилась к Хао Элен. — Сам умиляюсь, — ухмыльнулся парень. Девушки собрали вещи, перешучиваясь периодически со старшим близнецом. Рыженькая пыталась как-то вывести Йо из состояния шока, но не особо в этом преуспела. Младший близнец краснел, отворачивался и постоянно порывался накинуть на девушек побольше одежды, чем несказанно их веселил. В конце концов, одна из них на прощанье потрепала Йо по волосам, с лёгким вздохом выражая удивление тем, что есть ещё на свете такие благородные парни. В ответ на это Хао наигранно обиделся, стребовав себе-любимому ещё парочку извиняющих поцелуев. — Береги это сокровище, — шепнула ему на ухо в дверях зеленоглазая красавица. — И, если что, ты знаешь, где нас найти, — подмигнула ему Софи, закрывая за собой и подругой дверь. Мечтательно улыбаясь, Хао заказал в номер чашку крепкого кофе. Потом, потянувшись, глянул на брата. Тот сидел спиной к двери, и весь его вид показывал, что сейчас кое-кто кое-кому будет читать нотации. Закатив глаза, старший близнец фыркнул: — Они уже ушли. Тут же Йо стремительно повернулся к нему, сверкая глазами. Но прежде чем он успел сказать хоть слово, Хао стал отвечать на те вопросы, что сейчас – он знал по опыту – роились у брата в голове. — Нет, я не ходил в Квартал Красных Фонарей, — он лениво вытянулся на разворошенной постели. – Нет, они не представительницы древнейшей профессии. Да, я просто случайно с ними познакомился в клубе. Да, вот такие тут нравы, что делить постель на троих тоже можно. Я их не заставлял. Да они меня чуть сами не изна… — он покосился на брата, махнул рукой и закончил, — в общем, ты же сам видел, что им всё понравилось. Йо уже хотел что-то сказать, но его прервал стук в дверь, и он пошел открывать. Впихнув в руки брату через минуту чашку горячего кофе, он вздохнул и…промолчал. — Ну что ещё? – потерев затылок, уточнил Хао. — Просто…втроем… — Тебя сам факт возмутил? – насмешливо спросил брат. – Или ты сам хочешь, но не знаком с техникой и стесняешься спросить? — Хао! — Ладно, молчу, — хмыкнул тот. — Да ну тебя, — Йо сел рядом на кровать. – Ты мне лучше вот что скажи. Прошлую ночь ты ведь провёл с кем-то другим? – он прекрасно помнил их разговор во время того утра, когда детально знакомился с полом. — Мм…ну да. — И? – Йо слегка наклонил голову вбок. – Я ведь по глазам вижу, это было что-то особенное. — Йо, перестань, — потер виски старший близнец. – Ни мне, ни тебе от детального разбора моей интимной жизни легче не станет. Просто поверь мне на слово, что это всё бесполезно. — Ну, как знаешь, — вздохнул парень. – Только пообещай, что всё будет хорошо. — Да будет, будет, — весело ухмыльнулся Хао. – А не будет — так сделаем. — Нисколько не сомневаюсь, — фыркнул Йо. – Собирайся, кстати, уже полвосьмого, а через полчаса мы должны быть на площади. — Без проблем, — юноша потянулся, допил кофе и соскочил с кровати. * * * Направляясь на место встречи, Анна задумчиво оглядывала небо, на котором уже появлялись звезды. Глубокой ночью сверкающие не хуже драгоценных камней на черном бархате в ювелирном магазине, сейчас они были пока едва заметны и нерешительно подрагивали. На небе разливалось розово-красное зарево от заходящего солнца, а редкие облака окрасились в бледный золотой цвет. Неосознанно девушка кончиками пальцев коснулась своих губ, вспоминая поцелуй Йо. Как же жаль, что он живет не в Амстердаме. Но если то, что она видела в его глазах – правда… — Нет, — сама себе шепнула девушка. – Пока об этом даже думать рано. Однако в сердце девушки уже теплилась надежда, что эти отношения станут многим больше одного свидания. На той же скамейке, что и вчера, уже развалился Николас, нетерпеливо оглядываясь вокруг. — Ты, как всегда, самый первый? – улыбнулась Анна, облокотившись о спинку скамейки. — Это не я первый! Это все опаздывают! – фыркнул парень в ответ. — Да ну? – Анна глянула на часы. – Не аргумент, у ребят ещё минут пять-десять есть до назначенного времени. — Твои часы отстают, — безапелляционно заявил Николас. Девушка фыркнула, махнув на него рукой, зная, что парень он слишком деятельный и вечно куда-то стремящийся. — Как давно ты сам-то пришел? — Ну, минут двадцать назад, — неохотно сознался он. — Николас, ну зачем так рано-то? – покачала головой девушка. – Мало того, что у нас большая часть народа пунктуальны до неприличия, так ещё некоторые, наоборот, на часы смотрят через пять на шестой. — Думаешь, Адам с Мартином опять опоздают? – насупился парень. — Уверена, — хмыкнула девушка. – Вспомни, как Мартин собирается, постоянно отвлекаясь на «ну ещё один поцелуй, и я честно буду собираться», плюс как он потом по десять раз проверит, насколько тепло оделся Адам. — Может, им позвонить? – юноша потянулся к сотовому. — Не стоит, — фыркнула Анна. – Так ты их ещё больше отвлечешь. Кстати, я ещё в большом удивлении, что ты свой любимый велосипед не взял с собой. — Он в ремонте, — парень взъерошил свои светлые волосы. – А без него так грустно дома… — Дайте догадаюсь, — неожиданно послышался звонкий голос Лотти, — Николас опять страдает по своему железному другу? — Что-то вроде, — улыбнулась Анна. Вопреки опасениям Николаса, никто не опоздал, к назначенному времени все были в сборе. Естественно, ребята не могли не обратить внимания на то, как Йо, казалось бы, незаметно, взял Анну за руку. До самого кофешопа эти двое шли рядом, периодически о чем-то негромко переговариваясь. Хао с легкой улыбкой в уголках губ окидывал пару взглядом, но на вопросы, тайком заданные ребятами, отвечать не спешил. Он прекрасно понимал, что если отношения между Йо и Анной всё-таки окажутся серьезными, то они сами же об этом и скажут. Между тем, старший близнец был в состоянии легкой меланхоличности и почти не участвовал в жаркой дискуссии, которая разгорелась между Николасом и Орионом. Парень шел вперед с полуприкрытыми глазами и ловил нежные касания ветра к лицу. Что-что, а явления природы он любил безумно. Дома мог часами размышлять, разглядывая юркие, голодные язычки костра. Или на побережье наблюдать за тем, как неожиданно проявляют силу нежные, на первый взгляд, волны. Или за яростным, срывающим все на своем пути, ветром. — Эй! – неожиданно потянула его за руку Эрика. – Не уходи в себя так глубоко. Мы уже на месте, а ты даже не заметил. — Больше не буду, mademoiselle, прошу прощения, — слегка улыбнувшись, Хао галантно открыл перед ней дверь. Шумно переговариваясь, ребята заняли тот же столик, что и вчера. Николас и Барт умчались заказать что-нибудь поесть и выпить, а остальные всё так же продолжали исподтишка оглядывать севших немного в стороне Йо и Анну. — Нет, ну так не пойдет, — воскликнул Орион, привлекая внимание. – Анна, вот ты мне как боевая подруга скажи… — он наигранно наклонился над столом и громким шепотом уточнил — …это любовь? Ребята засмеялись, глядя на такое полусерьезное выражение лица парня. Только Йо слегка напрягся в ожидании ответа девушки. Анна наклонила голову, словно что-то обдумывая, а затем, положив руку ему на плечо, ответила Ориону: — Да. С первого падения, в общем-то. Йо весело улыбнулся, нежно проводя ладонью по её руке. Остальные ребята на пару секунд застыли в шоке: всё-таки догадываться и узнать из первых рук — это разные вещи, а затем разразились эмоциональными поздравлениями и пожеланиями счастья. Как только подошедшим Николасу и Барту обо всём рассказали, блондин уже стандартно и предсказуемо пошёл биться головой обо что-нибудь твердое. — Николас, — ухватила его за руку Алира. – Ну, перестань. И на твоей улице когда-нибудь будет праздник. — Или хотя бы намек, — невинно уточнил Орион. Алира и Лотти одновременно с двух сторон выписали ему подзатыльник. — Он просто завидует твоей внешности, — успокоила Николаса Эрика. — Что?! – так же с двух сторон Ориону запечатали рот ладошками. — Правда-правда, — Эрика усадила парня рядом с собой на стул. – Ну что хорошего в темноволосых синеглазых итальянцах? Другое дело пепельные блондины с голубыми глазами. — На таких всегда ведутся, — со знанием дела кивнула Шарлотта. Николас, глядя на возмущенно сверкающего глазами Ориона, тихо хихикал и кивал на все аргументы девушек. Ради «вечного соперника» он ещё и не с таким был готов молча соглашаться. Ухмыльнувшись, Хао ленивым тоном обратился к Лотти: — Не ошибусь, если скажу, что ты из Франции? — Накануне девушка довольно неохотно рассказывала о себе, ни разе не упомянув, откуда родом. Однако внешность, стиль одежды и жесты смутно напоминали именно эту страну, что Хао и решил уточнить. — Не ошибешься, — улыбнулась девушка, стеснительно опуская взгляд на подол платья. — Лотти, — обратился к ней Йо. — Что? – удивленно глянула на него девушка. — Ты не в его вкусе, — в извиняющимся жесте развел руками парень. Девушка глубоко вздохнула, покосившись на Николаса: — Что ты там говорил про «убиться»? Алира, смеясь, погладила девушку по волосам: — Ну что ж вы так… Наслаждаясь вкусной едой, ребята весело проводили время. Шутливые пикировки Ориона и Николаса всех несказанно забавляли, ибо, парни, прекрасно зная привычки и вкусы друг друга, умудрялись всё вывернуть так виртуозно, что под конец дискуссии уже сами путались, о чём начали спорить. Периодически в их перепалки влезал Хао и умудрялся запутать всё ещё больше, так, что в итоге они махали на один спор рукой и начинали другой. Разнообразие их знаний поражало своим размахом и деталями. Девушки хоть и прислушивались иногда, но всё же предпочитали обсуждать более традиционные для себя темы: мода, косметика, парни... Причем, парней они обсуждали на вполне конкретных примерах, из уважения не трогая только Адама, Мартина, Барта и уже сегодня Йо. А вот остальным досталось как порции комплиментов, так и конструктивной критики. Сначала удивленно выгибая бровь, а затем всё больше примеривая на себя и соглашаясь, Хао себе в мыслях делал пометки, на что стоит обратить внимание. — Пойдем закажем чай и пирожные, — шепнул Йо на ухо Барт. – А то я как-то не решаюсь оторвать Николаса от такой занимательной беседы. Парень согласно кивнул, и, чмокнув Анну в щеку, поднялся вслед за парнем. — Надеюсь, ты разбираешься в этом меню, — улыбнулся Йо ему. – Потому что я местную кухню ещё не успел выучить досконально. — Не волнуйся, разберемся, — деловито схватил с барной стойки меню Барт и углубился в чтение. Тем временем, Йо оглядывал посетителей, в который раз удивляясь многообразию как национального состава, так и вкусовых пристрастий в одежде. Легко захлопнулась дверь за входящим внутрь очередным посетителем. Не обратив на это внимания, младший близнец продолжал наблюдать за парой художников, которые специально для хозяина заведения рисовали вольную картину в абстрактном стиле. Естественно, для него стало полной неожиданностью, когда откуда-то сбоку раздался незнакомый голос, называя его именем брата. — Зачем же ты обрезал свои шикарные волосы, Хао? Йо удивленно обернулся, и в его поле зрения возник красивый высокий парень с глазами удивительного янтарного оттенка. — Простите, вы слегка ошиблись, — неуверенно начал он. — Ты сейчас пытаешься сделать вид, что мы незнакомы? – голос незнакомца стал на тон холоднее, явно не обещая ничего хорошего. К счастью для Йо, его старший брат был намного внимательнее и, как только увидел этого посетителя, направляющегося к близнецу, сразу извинился перед ребятами и поспешил к барной стойке. Когда он услышал последний вопрос, заданный таким тоном, его самого пробрало, что уж говорить о Йо. Поэтому он по-хулигански обнял сзади брата за шею и с ходу выпалил: — Рен, отвали от моего брата, ты его пугаешь. — Хао? – тот удивленно переводил взгляд с одной мордашки на другую. – Ты не упоминал, что у тебя есть брат-близнец. — Неправда, я говорил, что у меня есть брат. — Уточнять надо, — задумчиво ответил Рен. – Прости, — обратился он уже к Йо. – Я не ожидал такого поворота. — Да ничего, — выдохнув, ответил младший близнец. – Только на будущее – ты очень страшно сердишься. Не надо так к окружающим. У них инфаркт будет быстрее, чем ты закончишь задавать вопрос. Хао рассмеялся на это замечание брата, а Рен только согласно кивнул, признавая, что перегнул палку. После этого между ребятами установилась тишина, которая непонятно к чему должна была привести. Хао всё ещё обнимал брата, и Йо мог чувствовать, как напряглись руки его близнеца. А в глазах парня – по опыту знал – наверняка сейчас заметно было безудержное и беспощадное пламя. Впрочем, взгляд Рена был не менее пугающим – прямой, холодный и острый. Они словно изучали друг друга, размышляя, стоит ли ещё что-то говорить или просто развернуться и уйти. Характер ни одного, ни другого не позволял сделать первый шаг, а сердце не позволяло просто взять и оборвать все ниточки. В итоге Рен первый нарушил эту концентрацию напряжения, тихо, но твердо спросив: — Почему ты тогда ушел? Хао от такого вопроса смешался и, оглянувшись, в призывном жесте махнул рукой Барту. Когда парень подошел, он показал взглядом на Йо, намекая, чтобы того отвлекли. А сам шепнул близнецу на ухо: — Иди к ребятам, братец. Разговоры взрослых подслушивать нехорошо. — Всё нормально? – парень обеспокоенно глянул сначала на брата, потом на Рена. — Скоро будет, — фыркнул парень. Барт мягко, но настойчиво подтолкнул Йо к столику, впихнув ему в руки несколько тарелочек с пирожными. — Не урони. Лотти тебе такого никогда не простит, — весело ухмыльнулся парень. Сосредоточившись на благополучной транспортировке десерта к столу, Йо благополучно пропустил момент, когда Хао шагнул ближе к Рену и оба вместе вышли из кофешопа в темноту улицы. — Куда это Хао ушел? – поинтересовалась Алира у подошедших ребят, в то время как Лотти цепко стянула с блюдца свой любимый имбирный пряник. — Мм…ну, я не уверен, — пожал плечами Йо, расставляя перед девушками тарелочки с лакомством. – Но, думаю, что ему просто надо прояснить несколько моментов с… — Знакомым? — Парнем? — Любовником? — Другом? Разнообразие вариантов поразило воображение не только Йо, но и Барта. Причем получилось так, что самые нескромные варианты предлагали те, на кого в обычной ситуации и не подумаешь. Поэтому после того, как первый всплеск эмоций стих, все в немом изумлении уставились на Эрику. — Что? – слегка покраснела девушка. – Вы на меня плохо влияете. Парни философски пожали плечами, девушки, согласившись с ней, кивнули, и все перевели взгляд на Йо. — Ну? – уточнил Николас. – Какой вариант выиграет в этот раз? — Да откуда я знаю, — фыркнула парень. – У меня нет подробной статистики, с кем он спит. — Так всё-таки спит? – ухмыльнулся Орион. — Не знаю, — покосился на него Йо, давая понять, что тема слишком скользкая, и принял из рук Барта тяжелый чайник с чаем. Намек был понят быстро, и косточки перемывать Хао никто не стал. Во всяком случае, это было отложено до того момента, когда у старшего близнеца выспросят все подробности. Иной раз стоило только задать вопрос — и всё становилось понятно. Но что-то подсказывало ребятам, что это не тот вариант. Девушки насели на Барта, детально выспрашивая, как выглядел юноша, с которым ушел Хао. Анна, отвлекая Йо от темы о брате, интересовалась событиями, происходящими сейчас на родине. Лотти, не давая вставлять ехидные комментарии Ориону, ловко через каждые полминуты впихивала ему в рот ложечку с кусочками пирожного. Адам забавлялся, глядя на эту картину, а Мартин подумывал повторить маневры Лотти на собственном парне. Размеренный вечер разбавлялся шутками, атмосфера во всём заведении царила расслабляющая. Как и в предыдущий вечер, никто не успел уследить за стрелками часов, но позже единогласным решением ребята проголосовали за то, чтобы ещё не один и не два вечера провести вместе. Вновь провожая Анну до дома, Йо ещё сильнее ощущал, какой глубокой нежностью и восхищением проникся к девушке. За этот день он узнал о ней много нового, да и о себе рассказал немало. А её сегодняшнее признание только укрепило те чувства, что буквально затапливали сейчас его сердце. — Зайдешь на чай? – улыбнулась Анна. — Если ты приглашаешь, — он, чуть улыбнувшись, коснулся губами её виска. Ни Хао, ни Йо не могли себе даже предположить, как эта поездка кардинально изменит их жизни. Любовь – капризная дама, но она всегда привносит в течение будней яркие краски и ошеломительные мгновения. А здесь, в Амстердаме, найти любовь, наверное, ещё легче. Слишком дружественный город, слишком широкие рамки и слишком романтичная атмосфера. Здесь просыпается надежда испытать яркие, незабываемые чувства. Примерно такие мысли посещали каждого из их компании. Йо, когда он, лежа на диване, осторожно поглаживал по волосам уснувшую на его плече Анну. Мягкий приглушённый свет лишь слегка рассеивал тьму, создавая уютную домашнюю атмосферу… Хао, когда облокотившись спиной о перила моста, тот смотрел в небо, пересчитывая звезды, зная, что удерживающий его парень не намерен разжимать объятия и куда-либо его отпускать. Его распущенные волосы мягко колыхал ветер, а собственнический взгляд Рена не давал забыть, что он кому-то нужен… Мартина, когда тот, спускаясь по лестнице, с теплой улыбкой наблюдал, как его мама кормит Адама пончиками, а вокруг бегают сестры, порываясь залезть на колени к его парню. Вот в следующее мгновения Адам поймал самую младшую, и теперь её щекочет, а она своим звонким смехом наполняет всю комнату… Эрику, которая сонно целовала Барта в губы, а, затем, погасив ночник, уютно устраивалась у него под боком… И многие-многие другие пары, что встретили свою любовь на старинных улочках таинственного города.