Три года.

      В жизни старшеклассника есть много прелестей. И вдвойне прекрасно, когда у тебя много друзей. Я относился к людям, общением с которым, многие люди гордятся. Этакий идол, да к тому же ещё и ловелас. Не спорю, отношения с противоположным полом приносили мне массу удовольствия, как морального, так и физического. Девушки, даже самая замкнута, просто расцветали рядом со мной, кокетничали и смущённо отводили взгляды, когда я обращался к ним по имени или улыбался, глядя прямо в глаза. И такая жизнь меня очень даже устаивала. Даже пьянки-гулянки не являлись для меня чем-то сверхъестественным, ведь для одиннадцатого класса - это вполне нормально.       Мужским вниманием я тоже не был обделён. Нет, сомнений в моей чисто-традиционной ориентации не было. Большинство друзей моего пола, в принципе, были примерно такими же, как и я - тоже популярны, красивы с множеством девушек вокруг себя. Но, по иронии судьбы, моим лучшим другом был парень по имени Андрей, который весьма отличался от меня. На моём фоне: 181 см и 68 кг, он: 159 см и 46 кг, смотрелся, как многие подмечали, весьма комично. Его очень тонкое телосложение, явно уступало моему. Он любил красить волосы и никогда не стриг их коротко, всегда оставлял чёлку. Так же у него был через-чур хороший вкус в одежде, но он спокойно мог позволить себе прийти в школу в женском кардигане и для всех это было нормально. Он Был так же популярен. Хотя среди девушек даже больше. Любил по долгу обниматься и лицом не уступал даже самой миленько девочке у нас в школе. Естественно про него сразу поползли слухи, пущенные "бруталами", что он "предпочитает не только девушек", "собирается сменить пол", ну и тому подобное.       Я же был уверен в обратном. Уже три года он говорил о любимом человеке, который не отвечает ему взаимностью. По его выражению лица можно было понять, что он и правда любил её, но это причиняло только боль. Я, как лучший друг, пытался выяснить: кто она и почему так задела его? Хотя все мои попытки были прекращены на полпути стандартными фразами: "Да забудь", "Не важно", "Это не очень хорошая тема для разговора". Ну а в основном мы были очень дружны. Хотя бывали и ссоры. Он отбивал у меня девушек. Ну, не совсем так. Каждой девушке, которую я выбирал, он рассказывал обо мне, как о "Грехе Великом" и те быстро решали порвать со мной. А объяснялось это тем, что я, якобы: "Просто морочу им, несчастным, голову".       Один мой знакомый устроил не плохую тусовку по случаю своего дня рождения у себя на квартире. К слову, была она большая и гостей было тоже много. Я был приглашён одним из первых. Андрей, или, как его звали девушки - Андрюша - тоже не упустил шанса поучаствовать в такой шумихе. Море выпивки, полная квартира подростков и никакого контроля. Но что-то пошло не так и мне пришлось уводить слегка побитого друга к себе домой.        На моё счастье родители уехали на дачу и вернуться обещали не скоро. Я без особого усилия затащил Андрея в квартиру и, закрыв дверь, на шатающихся ногах побрёл в кухню. Друг сидел на стуле и уже с горла хлебал, запрятанное до ныне, вино. Во мне же доза алкоголя была вполне хорошая, потому я решил на сегодня остановиться на этом. Андрей заговорил первым.       - Знаешь, - пробормотал он. - Очень трудно быть влюблённым, - он немного запинался, а глаза были мутными. По ходу он давно превысил свою "ударную" дозу, но бутылку из рук не выпускал.       - Ты опять о ней? - я поджёг сигарету и уселся напротив Андрея. Курил я очень редко. Можно даже сказать, что почти никогда. Бывало, просто, что-то находило и очень сильно хотелось затянуться пару раз, а затем снова сказать себе: "Стоп!".       В ответ на мой вопрос Андрюша, как-то странно горько усмехнулся и вновь отхлебнул пару глотков бордовой жидкости девятнадцати процентов алкоголя.       - Так почему ты ещё не действуешь. На твои страдания порой очень больно смотреть. Почему не признаешься ей? Может она всё-таки ответит взаимностью? - я правда от всей души пытался подбодрить его, хотя и получалось у меня это немного ломано и неумело.       - Не ответит. Она просто не поймёт если я ей признаюсь, - и его лицо накрыла ещё большая тоска и грусть. В уголках глаз заблестели слёзы. Это была его ещё одна особенность, но её видели только самые близкие люди: он иногда был сентиментален, особенно если дело касалось его чувств. Мне тоже стало немного больно. Всё-таки я не мог понять ту, что вот так во просто смотрит на страдания человека, который любит тебя всей душой.       - Почему? - я всё также старался понять причину той стены, что он сам встроил между ними. Может она была намного старше? Или это был учитель со школы? Родственница или знаменитость? Становилось немного неловко, от того, что я не знаю кто это.       - Потому что ты не понимаешь, - хрипло, как-то избито произнёс он и слеза скатилась по щеке. Да почему он такой упрямый-то?       - С чего ты решил? Может если ты решишь действовать, то всё измениться! - не выдержал я и поднял голос. Алкоголь ударил в голову и было трудно сдерживать себя. А Андрей упёрся руками в стол и, быстро приблизившись, еле весомо коснулся своими губами моих губ. От этого я аж протрезвел и резко, как по команде, отдёрнулся назад, и ошалелыми глазами уставился на друга.       - Вот видишь. Говорил же, что будет только хуже, - со слезами на глазах и вымученной улыбкой проговорил он. А у меня в голове проносился лишь один вопрос: "Почему?" Видимо Андрей прочитал это по моим, широко открытым, глазам.       - Да потому что это ты! - с огромной болью в голосе, срываясь на истерические нотки, крикнул он. - Три года я смотрел на тебя и не понимал, как можно было влюбиться в лучшего друга? А ты целыми днями только и твердил, что о своих "подружках". Я мечтал лично отгонять каждую от тебя, лишь бы они не приближались к тому, по кому я схожу с ума. Не хочу тебя делить с кем-то. Потому что я люблю тебя, Лёша. Люблю! - Андрей стоял на коленях возе стены и рыдал в голос. Теперь у меня всё сложилось во едино. То, почему он не рассказывал мне, говорил, что не пойму и отгонял от меня девушек. А что остаётся мне? Я просто стоял и смотрел на рыдающего друга, который тихо изредка выдавал: "Люблю...". Сердце сжималось, глядя на то, как он страдает.       Знакомы мы были пять лет, и пять лет я считал его своим лучшим другом, ведь никто не понимал меня лучше, чем он. Всегда мог поддержать, давал дельные советы и был рядом в самый нужный момент. Может я и не замечал, но всегда, смотря на него думал: "Без него жизнь потеряет смысл", - кажется так. Мне часто приходилось вытаскивать его из разных передряг и защищать от тех, кто: "Мечтает лично похоронить каждого гомика!". Они все так говорили, а он молчал в ответ. Отшучивался и держал в себе всё это три года.       Мне стало жутко стыдно, обидно и больно. Я не желал видеть его таким. Я будто потихоньку приходил в сознание и понимал, что вся моя жизнь последние пять лет вертелась вокруг него. При каждой неудаче я шёл ни к семье, ни к девушкам, друзьям или кому-нибудь ещё, а к нему. А сейчас он, который давал мне любовные наставления стоит на коленях и корчится от боли, давясь своей любовью. Пора было заканчивать это. Я наконец-то отмер и принял для себя очень важное решение.       Я медленно подошёл к Андрею и присел перед ним на корточки. Он, закрытый своими же руками и оглушённый собственным рыданием даже не заметил моего присутствия рядом с собой. Мне потребовалось ещё пару мгновений, что бы вызволить его лицо из цепких длинных пальцев. Он с отчаяньем смотрел на меня, не прекращая плакать. И вот я резко подался вперёд, накрывая его губы своими. Рыдания вмиг прекратились. Я отстранился и посмотрел в его заплаканное и удивлённое лицо.       - Я должен был понять раньше, - хрипло произнёс я, вытирая с его щёк застывшие и свежие дорожки слёз. А он молчал и, иногда всхлипывая, таращился на меня своими большими карими глазами. На этот раз я одной рукой взял его лицо, а второй упёрся в стену для равновесия и снова накрыл его губы, но уже более требовательным поцелуем. Сначала он вообще никак не реагировал, но вскоре начал робко и очень нежно отвечать вцепившись обеими руками мне в футболку. Я углубил поцелуй и без всяких сомнений вошёл в его рот, сплетая наши языки. Было немного странно и захватывающе, но в первый раз в жизни я чувствовал, что делаю именно то, чего хочу. Я медленно изучал его рот языком, но вскоре нам обоим перестало хватать кислорода и пришлось оторваться друг от друга.       Он был весь красный и тяжело дышал, опустив голову. И дураку было ясно, что он пытается скрыть лицо, полное смущения. Почему-то сейчас, смотря на него такого, я не испытывал отвращения, или чего-то подобного. Наоборот, мне было жутко приятно и радостно видеть его таким. Я не чувствовал, что мы занимаемся чем-то неестественным. И, уж точно, у меня в мыслях не было прекращать всё это.       - Не играй со мной, - тихо проговорил он, прикрывая рот рукавом кофты. Сейчас он был напуган, смущён и возбуждён, а это адская смесь. Лицо Андрей так и не поднял, что меня заводило ещё больше.       - Я не играю, - я придвинулся к нему ещё ближе, тем самым прижав его к стене. - Посмотри на меня, - он дрожал всем телом, и тяжело дышал. Я понимал его сейчас, лучше, чем когда-либо. Для меня это тоже было очень волнительно. Руки немного тряслись от напряжение, то достаточно было лишь одного взгляда в его напуганные глаза, как меня охватило жуткое желание завладеть им полностью.       - Лёш, я не понимаю. Зачем? Почему? - его голос очень сильно дрожал и эта его беспомощность возбуждала ещё сильнее. Я пытался расслабиться и совладать с собой, но ничего не выходило. Он продолжал смотреть на меня, ожидая ответа. А что я? А я всеми силами пытался сдержать себя и наброситься на него.       - Лёш. Лёша, не молчи, - он приблизился всего-то на пару сантиметров, а у меня сорвало башню. Я буквально впечатал Андрея в стену и тут же вновь завладел его ртом. Он, ничего не понимая, просто сдавлено промычал, но всё же дал мне волю. Одним ловким движением я задрал его кофту, что прикрывала замечательное тело. Я аккуратно провёл линию от пупка до груди, от чего Андрюша чуть выгнулся и снова замычал, когда я взял в пальцы один из его сосков. Мне повезло, так как я разместился ровно между ног парня, пресекая любые его попытки прикрыть своё возбуждение.       Наконец я оторвался от таких желанных и чуть припухших губ и перешёл на шею. От уха я спускался ниже к ключицам, надкусывая и посасывая нежную кожу, оставляя ярко-алые пятна. Одним рывком мне пришлось почти сорвать с его прекрасного тела кофту и отбросить ту куда-то под стол.       Его смущение и то, как он пытается его прикрыть подстёгивало меня. Его руки на моих плечах сжимались каждый раз, когда я касался губами его груди, живота и спускался ниже.       Пол в кухне был холодный и неудобный, потому меньше чем через минуту мы уже были в моей комнате, чуть освещаемой уличным фонарём. Всё лицо Андрея было красным. Шея, грудь и торс были в засосах и снова пристроился у него между ног и какой же от сюда вид. Срывая с себя футболку, я снова приблизился к его разгорячённому телу и, целуя и покусывая живот, быстро расправился с ремнём на его штанах и спустил их вниз вместе с боксерами.       - Стой! - подал голос Андрей, но я его не слушал. Он был возбуждён и даже очень. Меня несомненно радовала мысль, что на меня у него встаёт. Я аккуратно обхватил чуть пульсирующую плоть и слизнул капельку смазки, что была на конце. - Не... Не нужно! Ты не дол... Ах! - я прервал его на полуслове взяв в рот почти на половину. Андрюша протяжно вздохнул, издав стон и выгибаясь. Его длинные пальцы сжимали красную простынь. Он пытался заглушить свои стоны, закусывая губу каждый раз, когда я опускался.       За всеми этими прелюдиями я и сам был возбуждён. За ширинкой неприятно ныло, но я не мог оторваться от него. Просто не мог перестать слушать эти стоны и чувствовать, как его член пульсирует под моими ласками. Наконец он громко простонав, изогнулся и устало рухнул на кровать, тяжело дыша. Бела вязкая жидкость медленно стекала по моей груди и пальцам. А он... Он буквально задыхался от страсти.       Наконец я стянул с себя последнюю одежду и пристроился к Андрею сзади и приставил головку члена ко входу.       - Подожди! - неожиданно резко крикнул Андрюша и я остановился. - Подожди... - уже тише повторил он и начал потихоньку вылезать из под меня. - Я... Я буду сверху, - сбиваясь и дрожа от смущения прошептал он и легонько толкнул меня в грудь, заставляя упасть на кровать. Я был удивлён и в то же время счастлив. Он смотрел на меня своими затуманенными глазами и медленно сел сверху. Затем, отведя взгляд, он уперся руками мне в грудь и стал медленно насаживаться. Меня всего передёрнуло. Это были странные и головокружительные ощущения. Как только я вошёл полностью он выпрямился, закинул голову назад и сразу начал двигаться. То, как он двигался - просто сводило меня с ума! Капли пота стекали по его лицу, груди и торсу. Я был не лучше... В комнате температура поднялась градусов на пятнадцать и дышать было всё труднее.       Сбитое дыхание, стоны, непристойные звуки... Андрей был на высоте во всех смыслах. Всё моё тело изнывало от наслаждения. Каждый раз, когда я был почти на пике, он останавливался... Он поднимался, почти слезая с члена, а затем снова полностью насаживался. Двигался вперёд и назад, целовал меня и слегка царапал. Дразнил до такой степени, что я был готов молить его не останавливаться!       Сейчас он выглядел совсем иначе. Он не был застенчивым, не был робким и не смущался... Смущался я. А он лишь удовлетворённо улыбался, двигаясь всё быстрее и быстрее. Наконец я почувствовал нарастающее ноющее чувство, которое собралось внизу живота и взорвалось, как фейерверк. Я протяжно застонал и кончил прямо в Андрея. Он тоже устало рухнул рядом.       - Что это было? - спросил я, когда дыхание восстановилось. - Ты где этому научился? - я был смущён, да, но то, что творилось с Андрюшей - передать невозможно. Он побелел, затем покраснел и отвернулся от меня, но мне не доставило труда снова повернуть его к себе.       - Ну... Я фан-фантазировал и... И практиковался... Ну... В смысле растягивался и... - у меня было ощущение, что он сейчас растает от стыда и напряжения. Я лишь рассмеялся и притянул его к себе, вовлекая в голые, горячие и липкие от пота объятия.       - Фантазёр, - один поцелуй и я вновь почувствовал, как нечто тёплое упирается мне в ногу. Всё-таки он был слишком чувствительным, да и, видимо, так любил меня, что завёлся от одного поцелуя. - В душ? - предложил я, чувствуя, как потею ещё больше...       - А ты не устал? - он поднял на меня свои большие глаза и придвинулся ещё ближе.       - Что бы меня утомить, у тебя силёнок не хватит, - это было совершенно не обидно для Андрюши, потому что он понимал, насколько мы разные в плане выносливости, но, всё-таки, пытался победить.       - Это был вызов? - спросил он, чуть прикрыл глаза, внимательно вглядываясь мне в лицо.       - Ну получается так...