Наказание для омеги

- Мертон, ты как? Ничего не болит? - негромко спросил я, огладив чуть дрожащие бедра лежащего рядом любимого. При чём он специально развернулся ко мне спиной, чтобы я не дай бог увидел его краснеющего. Боже, что я там не видел! Тем более после сегодняшней ночи. Думаю, стоит рассказать вам всё с самого начала... Вот уже месяц мы пара и живём вместе. Мертон хороший, очень хороший омега, но только когда молчит. А когда нет, я начинаю думать, под чем я был 4 недели назад, когда предложил ему жить у меня... За это время число моих нервных клеток уменьшилось в 5, а то может и в 7 раз. Учитывая, что мой мальчик ещё к тому же и беременный, он постоянно закатывает истерики, плачет, скандалит. Я уже достаточно натерпелся, но последняя его выходка вообще вывела меня из себя. На днях он лишил меня секса, сказал, что не хочет иметь со мной ничего личного и собирался вообще уйти. Вот и как я должен был на это реагировать? Сказать: "Да, конечно. Я не любил тебя, ты прав. Типа я просто трахнуть тебя хотел". Так, что ли? Нет, ну он издевается! Сам себя накручивает, а потом плачет сидит. Рано или поздно всему приходит конец, например, моему терпению. Сегодня мы снова поспорили, и Мертон заявил, что у него отличная выдержка и он сможет продержаться неделю без секса. Что ж, удачи, дорогой. Я-то знаю, что не сможет. Но я не буду его трогать, пусть сам одумается. Может и вправду получится, кто его знает. - Хорошо, дорогой, - согласился я, - Но если не вытерпишь, я так оттрахаю тебя, что неделю сесть не сможешь, договорились? - Договорились. Естественно, я выиграю, потому что уже на третий день Мертон плачет в ванной, вцепившись зубами в собственную руку. Я сначала хотел его утешить, но не стал, понимая, что он просто на всего выгонит меня. Что ж, надо отдать ему должное. Он героически крепился 5 с половиной дней. Я уже и вправду подумал, что справится. Но возлюбленный всё-таки сдался. Я в это время сидел на диване и смотрел телевизор. Мертон как-то нерешительно подошёл ближе и, присев рядом на пол, положил голову мне на ногу. - Том, - хрипло прошептал он, - Прости. - За что? - я старался не смотреть на своего омегу, потому что не только тот страдал от недостатка секса. - За мою глупость, - Мертон сглотнул, обнимая меня за бедра, - Томми, пожалуйста!... - Дорогой, ты же помнишь наш разговор? Тогда мне придется тебя наказать, - ох, черт, Мертон, убери руки оттуда, иначе точно неделю не встанешь. - Накажи меня, Том! Пожалуйста!! Накажи!! Накажи!!! - у любимого окончательно сдали нервы, и я не вытерпел. Ну если так просят, грех отказаться. Грубо впиваюсь в его губы поцелуем, одновременно с этим поднимая дрожащее от вожделения тельце себе на колени. Мертон тут же обнимает меня за шею руками, а ногами обхватывает бедра. Он чуть елозит пятой точкой, и его глаза округляются. Да, да, я ждал долго, малыш. Резко разорвав поцелуй, губами впиваюсь в тоненькую шейку, поцелуями-укусами спускаясь ниже, на грудь. Одним резким рывком срываю с него рубашку, тут же отбрасывая её в сторону. Языком обвожу контур ключиц, оставляя чуть ниже них яркий засос. Мертон тихо стонет, пальцами вцепившись мне в плечи. Дрожь его только усилилась, а уж когда я стал играть языком с его сосочком, вообще глазки закатил. А мне было приятно касаться его нежного тела, дарить ласковые поцелуи, заставлять терять голову от ощущений. Руками прижимаю его ближе к себе, притянув ладонью за талию, и, не сдержавшись, кусаю в плечо. Тихий всхлип тут же донесся до моего уха. Прости. Чуть углубляю укус, прокусывая до крови. Затем отстраняюсь и осторожно слизываю красные капельки, одновременно с этим рукой сжимая твёрдую эрекцию Мертона через плотную ткань брюк. - Ох, Томми, - омега тянется за поцелуем, и я с радостью выполняю его просьбу. Осторожно покусывать такие нежные и любимые губки, углублять поцелуй, прижимать к себе ближе, лапать задницу... Боже, как я по этому соскучился! Сдерживаться больше нет сил, и я, с негромким рычанием, опрокидываю Мертона на диван, сдирая с него и себя оставшуюся одежду. Переворачиваю его и заставляю лечь животом на спинку дивана. Раздвинув ноги омеги пошире и разведя упругие ягодицы в стороны, резко, без церемоний, врываюсь в его жаркое нутро на всю длину, до характерного шлепка обнаженных тел. Мертон кричит, выгибаясь дугой. Он жмурит глаза, кусая припухшие от поцелуев губы. Но я уверен, ему ни капельки не больно, ему очень хорошо. Начинаю размашисто двигаться, буквально вбивая всхлипывающего любимого в диван. Немного поменяв угол проникновения, с громким хлопком опускаю ладонь на дрожащие ягодицы. - Томми? - парень стонет, прогибаясь в спине сильнее. Он подаётся мне навстречу, заставляя входить в него глубже, резче. Но я всё равно стараюсь делать это мягче, нежнее, чтобы не навредить малышу, да и Мертону, собственно, тоже. Каждое движение сопровождаю смачным шлепком по попе возлюбленного, заставляя его дергаться и всхлипывать. Кладу свою ладонь на член омеги и грубо надрачиваю, одновременно вцепившись зубами в его шею. Толчки становятся более глубокими, быстрыми, и вскоре я чувствую, как вмиг напряглось стройное тело. Мертон рыдает в моих руках, подаётся на встречу и кончает, практически тут же вырубаясь. Я делаю пару рваных толчков и выхожу из растянутого ануса, кончая на красные от шлепков ягодицы любовника. ****** Осторожно опускаю любимого в воду, успокаивая его дрожащее тело тёплыми струями. Он еле слышно шипит сквозь плотно сжатые зубы и крепко обхватывает меня руками за шею. Аккуратно обмываю его, после чего снова целую. Он тут же отвечает на поцелуй, прижимаясь ещё ближе ко мне. - Мертон, неужели снова? - удивленно вскидывая брови спрашиваю я, ощущая чужое возбуждение под своей рукой. Дингл только стонет в ответ, выгибаясь в моих сильных руках. Я улыбнулся и, раздевшись, залез в ванну к любимому, разворачивая его к себе спиной и слегка нагибая. - Сейчас я сделаю тебе хорошо, - шепчу я, разводя упругие ягодицы в сторону и раздвигая дрожащие ноги парня пошире. Толчок. Я резко вхожу в него, тут же срываясь на бешенный темп. Мертон, не сдержавшись, вскрикивает. После он лишь широко открывает рот, стараясь получить хоть глоточек спасительного воздуха, цепляется дрожащими пальцами в холодный кафель и подается назад, наверняка желая ощутить в себе меня больше, резче, глубже. Боже, как хорошо! Когда мы оба кончили, я вновь быстро обмыл дрожащее тельце и отнёс его в нашу спальню, где уложил на мягкие простыни и укутал в тёплый плед. Мертон мгновенно уснул, прижавшись ко мне и уютно посапывая в плечо. Третий раз произошёл через 20 минут после того, как я принёс его в спальню, но хороший минет решил это дело. Я сосал член Мертона, ласкал языком его нежные яички, заставляя терять голову, стонать, кричать, цепляться тонкими, слегка дрожащими пальцами мне в волосы. Четвертый раз произошел уже за полночь. Омега ни с того ни с сего соскочил с кровати со слезами на глазах. Я поймал его и снова прижал к себе, прошептав ласково на ушко: - Что такое? Дингл в ответ стонет, подаётся бедрами назад, потираясь ягодицами о мой пах. Неужели снова?! - Возьми меня, Томми, пожалуйста, я хочу ощутить тебя в себе! Хочу ощутить твой толстый и прекрасный член в своей заднице! Но раз так просят, отказываться глупо. Раздеваю своего ненаглядного, буквально сдирая с него накинутую на обнажённое тело рубашку. Затем одним резким рывком переворачиваю его на живот. Вообще для нашего наказания я припас множество занимательных штучек, но увидев, что мой партнер жаждет только грубого траха, думал пощадить его, а сейчас вот передумал. Быстро достаю из-под кровати ящик и, взяв из него длинные веревки, приковываю Мертона к постели. Руки закрепляются к изголовью, а ноги - по обе стороны кровати. Затем надавливаю на спинку любимого, заставляя его прогнуться и оттопырить попку. - Ты такой нежный, такой красивый, малыш, - тихо шепчу ему на ухо, зная, как сильно это заводит моего мальчика, одновременно прикусив мочку его ушка. Парень застонал, выгибаясь так, чтобы соприкоснуться спиной с моим животом. Я на это ласково коснулся губами его плеча, чуть прикусив, затем спустился ниже и дорожкой влажных поцелуев-укусов прошёлся по покрытой бисеринками пота спине, оставил яркий засос на правой лопатке и подставленной мне шее. Ладонями огладил тонкую талию, делая своеобразный массаж любимому, размял аппетитные ягодицы, одновременно приподнимая его бедра. Прошёлся языком по одной из половинок и скользнул к дырочке, проникая внутрь языком. Сверху тут же раздалось приглушенное мычание. Отлично, тогда продолжим. Проникаю чуть глубже, практически трахая омегу языком. Мертон извивался подо мной, довольно постанывая и изредка вскрикивая от необычных ощущений. Он выгибался, подаваясь бедрами назад, насаживаясь глубже. Я крепко держал его за бедра, не давая двигаться. Как никак наказание у нас. Вскоре к языку я добавил ещё и указательные пальцы, растягивая всё ещё тугое отверстие. Когда я почувствовал, что Мертон достаточно растянут, я отстранился. Парень тут же издал протестующий стон, но я даже не обратил на это внимания, ведь через пару секунд ему будет очень хорошо. Последний раз скользнув пальцами внутрь растянутой дырочки, осторожно заменяю их небольшим вибратором, массируя красные стеночки. Мертон вновь выгибается над кроватью, широко открывая рот и вскидывая бедра. Ему очень хорошо. Я двигаю игрушкой в его заднице, то почти вытаскивая, то резко задвигая обратно. Чтобы добавить остроты ощущений, я беру черную длинную ленту и завязываю своему мальчику глаза. Он тут же пытается стряхнуть её, мотая головой из стороны в сторону, но я не позволяю, завязав концы на его затылке крепким узлом. Такая же лента легла на его возбужденный член, не давая кончить, перетягивая его у основания. - Томми? - наконец подал голос Мертон, нервно дергаясь. - Давай поиграем, малыш, - тихо шепчу ему в ответ на ушко, опаляя жарким дыханием. - Что-то мне это... Ох... Не нрав...вится, - прерывающимся голосом бормочет омега, когда я глубже вгоняю в него игрушку. - Тебе понравится, малыш, - как хорошо, что у альф есть одна очень полезная особенность - нечеловеческая выдержка. Иначе бы давно уже повторно оттрахал эту сладенькую попку. Ещё пару раз подвигав игрушкой в тесном проходе, оставляю её глубоко внутри и отхожу от кровати, наблюдая за возлюбленным. Тот дергался в путах, громко постанывая и всхлипывая, когда вибратор задевал его простату. Боже, меня так это возбуждает, но стоит немного потерпеть. - Тооом, - протяжно подвывает Мертон, потряхивая головой в надежде скинуть такую ненужную повязку, - Пожалуйста...! - Что такое? - спрашиваю я, неспешно раздеваясь. - Я хочу тебя..., - всхлипывает бедолага с нажимом на последнее слово. Вместо ответа вновь кладу ладони ему на спину, мягко поглаживая нежную кожу. Отвлекаю любимого расслабляющим массажем, заставляя его стонать под собой пуще прежнего. Аккуратно мну поясницу, упругие половинки ягодиц, спускаюсь ниже и массирую его член, разминаю нежные яички. - Томми! - возглас Мертона высокий, просящий. Парень тихо всхлипывает и вертит головой, а я продолжаю свои ласки, изредка дотрагиваясь до игрушки в его заднице, заводя сильнее. Когда я заметил, что моему мальчику уже плохо от удовольствия, и он отчаянно хочет кончить, брыкая связанными ногами и выгибая спину, то решил, что с него хватит. Аккуратно вытянув вибратор, я резко вошёл в его растянутый анус, сразу начиная трахать его. Мои руки огладили чужие бедра и спустились к его до сих пор связанному лентой члену. Сдираю ненужный теперь элемент сладкой пытки с его достоинства и начинаю слегка грубовато дрочить, вызывая крики и плач со стороны своего омеги. Пару движений и Мертон кончает. Он рыдает от счастья и обмякает в моих руках. Я кончаю за ним, предварительно выйдя с него. Какое-то время мы просто лежали рядом, я ласково выцеловывал каждый миллиметр бледной, но такой любимой кожи омеги. Затем Мертон тихо заскулил и задёргался в путах, выворачивая запястья и дергая ногами. Тогда я осторожно отвязал все верёвки, растирая покрасневшие места, распутал узел на бархатистой повязке на его глазах и вновь прикоснулся к любимым губам. - Прости, что не предупредил, - немного виновато, но больше довольно, - Мертон, ты как? Ничего не болит? - уже более взволнованно спросил я, огладив чуть дрожащие бедра лежащего рядом любимого. При чём он специально развернулся ко мне спиной, чтобы я не дай бог увидел его краснеющего. Боже, что я там не видел! Тем более после сегодняшней ночи, - Мерт, ты меня слышишь? Омега что-то невнятно хрипит и крепче прижимается к моему боку. Ну ладно, обо всём утром, а пока надо поспать. Осторожно прижимаю хрупкое тельце к себе и, накрыв нас обоих одеялом, засыпаю, уткнувшись носом в его макушку и вдыхая такой любимый и родной запах. Что ж, наказание вполне удалось. Завтра принесу ему завтрак в постель, так как чувствую, что встанет он не скоро.