Ты - мой песочный человек

*** ЛЕКСА *** — Ну наконец-то, Рэй! Вы где так долго? Мы должны были начать ещё полчаса назад! — Не нуди, Финн. — Она уже нервничать начала, а это, как вирус, передаётся на всех остальных. Ты представляешь, как это, когда примерно сотня артистов становится дерганой?! — Все претензии к её девушке. Она заляпала своё белое платье перед самым нашим уходом. Пришлось выбирать что-нибудь другое, так как Кларк отказывалась покидать дом в одежде другого цвета, потому что обещала Лексе быть в белом. Вот и потратили, как раз эти драгоценные полчаса на поиск нового наряда. — Ну теперь то все там в сборе? — Да, все на месте. Иди, зови свою Командующую. Я не могла сдержать улыбки, когда услышала это прозвище, которым ребята из кланов, да и друзья тоже, меня в «тайне» называли. Вот и сейчас, эти двое думают, что я не слышу. Для меня, сидя в гримёрной за закрытой дверью, не значит не слышать, что творится снаружи, неважно, как тихо они говорят. С тех пор, как Кларк рядом, и я каждую ночь сплю, не выпуская её из объятий, некоторые мои особенности даже улучшились. Например, я научилась подавлять шум в ушах, тем самым слух стал ещё яснее, и головная боль редко даёт о себе знать. Если всё-таки возвращается, я просто кладу голову на колени моей принцессы, и боль исчезает под нежными поглаживаниями рук. А ещё я много и охотно ем. Кларк возмущается, что наши генетические аномалии распределены не по-честному, потому что сколько бы я не ела, на мне это не откладывается, ей же приходиться себя иногда сдерживать. Хотя мне неважно. Она для меня идеальная. — Лекса, мы можем начинать, — позвал меня Финн, постучав, и мы пошли за сцену. Там все уже были на местах. Возбуждение читалось у каждого на лице. Хотя моё выглядело спокойным, внутри всё вибрировало от нетерпения. Воздух накалялся. В общем, обычная атмосфера перед выступлением. Я обожала этот момент. Было отчётливо слышно нарастающее скандирование толпы. Свет потух, и зал затих. Мы идём на свои места и понеслось. Всё было как обычно. Народ взрывало от каждого наплыва энергии. Музыка будоражила до мурашек по коже и вводила эмоции в экстаз. Я отдавала себя ей с головой. Последней композицией была «The Arena». Что эта мелодия была её любимой, она призналась в одну из ночей. После очередного феерического секса, мы иногда ещё долго лежим и разговариваем обо всём на свете. Тогда она сказала, что именно под эту песню влюбилась. В тот момент эмоции захлестнули меня, так как я вспомнила и всё другое, что произошло в те дни. Не желая навевать печальные мысли, я попросила её поговорить о чём-нибудь другом. Так эта плутовка с дерзкой улыбкой, беззастенчиво заявила, что мы можем вообще не разговаривать. Ну, а меня два раза просить не надо. С понимающей улыбкой я накрыла её собой и поцеловала. Наши руки сплелись, и мы потом ещё долго не разговаривали. Обведя зал глазами, я быстро нашла Кларк. Её было не сложно заметить, потому что мы с ней были единственными в этом помещении, кто был одет в белое. Она выделялась, как лучик света в темноте. Мой луч света. Наши друзья и родные находились там же, поблизости. Октавия сидела на коленях у Линкольна и нашептывала ему неприличные вещички, судя по его улыбке. Джаха, Индра, Эбби, Маркус расположились у бара. Когда я заметила в толпе Рэйвен с Финном, еле сдержала себя, чтоб не прыснуть от смеха. Бедный Финн пытался изо всех сил сдержать равновесие, так как Рэй энергично ерзала своей попкой, пыталась танцевать, сидя у него на плечах. Лишь Кларк стояла неподвижно, не отрывая от меня глаз. Наши взгляды нашли друг друга, как в прошлый раз. Сейчас я играла только для неё. Я собрала всё свои чувства, которые к ней испытывала и, как шесть месяцев назад в клинике она вытянула меня из тьмы, пустив свои эмоции по моему телу, я пустила поток энергии только на неё, чтобы она тоже почувствовала. И она почувствовала. Синие глаза посветлели до цвета ясного голубого неба и увлажнились, что сделало их ещё ярче, a губы растянулись в счастливой улыбке. Такая улыбка, какой улыбается женщина, когда ей в первый раз кладут младенца на грудь, улыбка маленькой девочки, заветная мечта которой сбылась, когда она увидела в рождественском подарке маленького щенка, улыбка парализованного с детства подростка, который после удачной операции сделал первые шаги или улыбка отца, стоящего перед домом, встречая сына, который живой и здоровый вернулся с войны. Вот такая улыбка безграничного простого человеческого счастья озарила лицо Кларк. Она вся засветилась необычным, наверное, только для меня видным сиянием, и ответная волна энергии прошла сквозь меня. Это было как немые клятвы любви и верности. — Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, — сказала я ей одними губами и с новой энергией отдалась музыке.