В эпицентре урагана

Если вспомнить, ему всегда нравились ураганы. Кто-то их боится, кому-то - всё равно, а Вондер очарован бурями и штормами. Разбушевавшаяся стихия выглядит так захватывающе, так опасно, грозно, пугающе, но Вондера это совершенно не останавливает; когда бы они с Сильвией в своих путешествиях ни оказались на планете, застигнутые грозой, Вондер непременно желает оказаться к ней как можно ближе. Сильвия смотрит на это сквозь пальцы, усмехаясь: ей наоборот больше нравятся тёплые и сухие места, но друга она не останавливает. Перед неконтролируемой мощью бури устоять просто невозможно. Вондер никогда не думал, что у него получится найти аналог этого потрясающего хаоса среди людей. До тех пор, пока он не встретил Хэйтера. Он сразу почувствовал это в нём: огромную силу, которая таится в глубине, изредка прорываясь наружу в виде всплеска эмоций. Вондер не отдаёт себе отчёта, но он хочет видеть этот ураган снова и снова. Раз за разом, чтобы только ощутить его на себе, разрушительный эффект, не сравнимый ни с чем. Может, он не придавал этому значения, но именно восхищение стало первым, что почувствовал Вондер к Хэйтеру, в отличие от всех других виденных им ранее людей, злодеев или не очень. И хотя Вондер не настолько глуп, чтобы купиться на эту браваду и игру на публику, он... покупается. Потому что при всей неприступности Хэйтера Вондеру как никому другому удаётся заглянуть за кулисы разыгрываемого представления, и от увиденного захватывает дух. Характер Хэйтера противоречив: он - тьма, но тьма, которая тянется к свету, он - чёрная дыра, поглощающая без остатка, и Вондера влечёт к нему непреодолимо, ему даже кажется, что сколько бы он ни бегал от своих чувств по океану галактики, его рано или поздно всё равно прибьёт к берегу - приведёт на зов маяка. Он уверен, что такое понятие, как "симпатия", не подходит его случаю совершенно. Будучи тем, кому обычно симпатичны вообще все окружающие, ты всегда знаешь, когда это чувство выходит за рамки обыденного и превращается в специфичное. Хэйтер пахнет грозой. А Вондеру всегда нравился этот запах (кажется, этому есть какое-то научное объяснение, но кому оно нужно), и он всегда мечтал оказаться в эпицентре урагана хоть раз, почувствовать бурю на язык (солёная? сладкая?), и остаться при этом в живых было бы неплохо. А пока - он наблюдает. Он вообще наблюдательный, этого у него не отнимешь. Он знает, что Хэйтер часто распаляется по пустякам, и причиной его раздражения может стать что угодно, но больше всего Вондеру нравится, когда гнев "величайшего в галактике" обращён на него самого. В такие моменты Хэйтер становится необъяснимо привлекательным, его спрятанные силы проступают на поверхность, выбросы энергии ощутимо колеблются в воздухе, заставляя Вондера дрожать, но не от страха, а от предвкушения. Поначалу Вондер боится, что Хэйтер и вправду уничтожит его, оставив лишь горстку пепла на полу своего корабля, и он, всё-таки опасаясь за свою жизнь, пытается отсрочить этот момент. Но чем дальше, тем яснее становится, что убийство Вондера насовсем не является истинной целью Хэйтера. И со временем Вондер начинает подозревать, что, возможно, Хэйтеру просто нравится демонстрировать свою мощь перед ним, как и перед всеми остальными. И это, конечно, менее опасно. Но вместе с тем и более скучно: ураган пылит у земли, едва заметный. Вондер недоволен. Он надеется - нет, он хочет - получить больше. И он хочет быть единственным, кто получит всё это. Хэйтер считает себя красавцем, на которого должны вешаться все девушки в округе, но девушек его внешность, похоже, не слишком впечатляет, и иногда Вондер задумывается, почему. Должно быть, из-за вздорного характера Хэйтера, но в этом ведь и есть его изюминка, разве не так? Вондер мог бы говорить ему, что он потрясающий, постоянно, если бы только Хэйтера удовлетворяло слышать такое от "своего заклятого врага". Он мог бы... нет, он хотел бы обнимать его ещё чаще, уткнувшись лицом ему в грудь, вдыхать запах озона (вот как звучит то научное слово), и ему даже всё равно, какая реакция может за этим последовать. Ураган непредсказуем, ты никогда не можешь предугадать, что случится в тот или иной момент. Вондера завораживает это. Он не знает, как поведёт себя Хэйтер: оттолкнёт, разозлится, рассмеётся ему в лицо, или - такая вероятность очень мала, но всё же - ответит взаимностью. Какой-то из этих исходов более болезненный, какой-то - более желанный, но все они имеют место быть, и невозможность сказать наверняка - страшна и притягательна одновременно. Многие считают, что Вондер всегда действует, не думая. Это не так. Порой он думает даже слишком много. ...Их в очередной раз ловят и запирают в тюремной камере корабля-черепа, и они совершенно не удивлены. Вондер замечает устало-раздражённое выражение на лице командира Пиперса, когда он запирает их с Сильвией. - И чем только Хэйтер думает, - уныло бормочет Пиперс себе под нос, уходя прочь. Вондер тоже задумывается над этим. В последнее время они сталкивались реже, чем хотелось бы (по крайней мере, самому Вондеру), и сейчас Вондер ощущает странное покалывание во всём теле, словно предвкушая что-то необычное. Сильвия зевает. - Ну, хоть высплюсь, - говорит она. - Ты будешь спать? Но Вондеру спать не хочется совершенно, и он качает головой. - Я... пойду прогуляюсь, - стараясь произнести это как можно беззаботнее, машет рукой Вондер. - Отлично, - снова зевает Сильвия, практически без особых усилий взламывая замок и открывая дверь камеры. - Развлекайся. Только не попадись ищейкам! Вондер кивает и выходит прочь, пожелав спокойной ночи своей подруге, растянувшейся на койке - Сильвия никогда не была особенно прихотливой. - И, Вондер?.. - останавливает она его, и он видит беспокойство в её глазах. - Будь осторожнее... ммм, с Хэйтером, ладно? Вондер улыбается. - Да, конечно, Сил, не волнуйся. Я просто хочу навестить его. - Вот это меня и волнует, - вздыхает Сильвия. - Он что-то больно странный в последнее время. Надеюсь, это не означает, что ты довёл его окончательно. - Всё будет хорошо, - убедительно говорит Вондер, и, что самое удивительное, он и вправду верит в это. Почему-то. - Ох, окей. Я верю тебе, - она сонно потягивается и отворачивается к стенке. - Надеюсь, мне удастся проспать хотя бы ещё пару часов... И Вондер понимает, о чём она. Сейчас час ночи, и это на самом деле немного выходит за рамки их обычных... встреч с Хэйтером. Мысль о том, что он сам только рад здесь оказаться, неудержимо бьётся в голове. Он проходит по тёмным коридорам корабля, неслышно и незаметно для ищеек-охранников. Некоторые из них посапывают, прислонившись к стене, другие играют друг с дружкой в карты или просто разговаривают. Вондер обходит несколько постов, надеясь, что камеры не засекли его, а если и засекли, то обнаружат это нескоро. Отчего-то он волнуется, и это непривычно. Раньше он редко испытывал такое, но сейчас всё кажется каким-то нереальным, и когда он оказывается перед дверью комнаты Хэйтера, Вондеру хочется ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Как ни странно, но охраны рядом нет, и... и дверь приоткрыта. Вондер ощущает, как сердце быстро колотится в груди. Он слегка толкает дверь и входит внутрь. В комнате темно, лишь полоска света из коридора лежит на полу, и включить освещение он не решается. Ощущение нереальности накатывает снова, когда Вондер оглядывает комнату, подмечая детали. Он уже бывал здесь раньше, и сейчас практически ничего не изменилось, но никогда он ещё не чувствовал себя так... неправильно. Словно не должен здесь находиться. То есть, конечно, разумеется, он не должен. Но это желание сильнее его, и он правда не стал бы нарушать личное пространство Хэйтера, если бы только... это не было так увлекательно. Сам Хэйтер, очевидно, вышел куда-то (интересно, куда, в час-то ночи?), и это даёт Вондеру возможность осмотреться. Вокруг беспорядок, вещи разбросаны, постель измята, но это не вызывает неприязни. Наоборот, чистая и прибранная комната, возможно, заставила бы его поскорее выйти обратно, но следы чужой жизни завораживают. Ему в самом деле нравится видеть доказательства беспокойной натуры Хэйтера, и он представляет себе, как тот в бешенстве (скорее всего) раскидывает всё это, или, возможно, просто бросает, не задумываясь. Вондер зачарованно проходит вглубь комнаты и осторожно прикасается к футболке, небрежно брошенной на спинку стула. Хэйтер ведь понятия не имеет, какое впечатление производит, правда? Потому что эти его футболки... ужасны. Ужасно отвлекают, так что хочется стащить их, и они такие обтягивающие, что просто не... Хм, возможно, его мысли ушли в какую-то не ту сторону, но Вондеру и вправду сложно контролировать себя, находясь рядом с Хэйтером, особенно после того, как он осознал свои чувства к нему. Он бездумно берёт футболку в руки, пропуская ткань сквозь пальцы, и неожиданно (или, впрочем, вполне ожидаемо) у него возникает желание уткнуться в неё носом. И она пахнет просто потрясающе. Прямо как сосредоточение всего, что ему нравится в Хэйтере, и она такая мягкая, и Вондер думает о том, как бы он хотел, чтобы хозяин этой вещи оказался сейчас тут. Что ж, его желание исполняется довольно быстро. Пожалуй, даже слишком быстро, потому что он не успевает ничего сделать, просто прирастает к месту, когда слышит тяжёлые шаги в коридоре и сердитое бормотание: - Говорю же, что хочу побыть один, чего пристали! И на пороге комнаты возникает Хэйтер собственной персоной. В футболке. То есть, конечно, ещё в джинсах и обуви, но Вондер замечает только его чёрную футболку с изображением ярко-жёлтой молнии на груди, и буквально перестаёт дышать. Хэйтер устало потирает лицо, прежде чем включить свет и увидеть своего, на минуточку, заклятого врага, стоящего посреди его собственной комнаты, сжимающего его футболку и глупо моргающего. Вондер видит, как глаза Хэйтера тут же расширяются, прежде чем он подскакивает и в ужасе вопит: - А что ТЫ тут делаешь?! И Вондер, который едва находит в себе силы положить футболку обратно, разворачивается к Хэйтеру и наклоняет голову набок. Он, конечно, мог бы уйти. Но что-то... что-то есть странное в том, как Хэйтер пытается выгнать его. Он... смущён? Это уже интересно. - Привет, Хэйти, - говорит Вондер, пытаясь заставить свой голос звучать как можно спокойнее, и всё же от некоторой хрипотцы ему избавиться не удаётся. - А я... ээмм, просто решил... навестить тебя. Хэйтер смотрит на него испуганно несколько мгновений. А потом сразу мрачнеет и начинает грозно надвигаться на Вондера. - Ты, - чётко произносит он, отделяя слова, - вломился в мою комнату. Чтобы "навестить" меня. И при этом ты прекрасно знаешь, что я ненавижу, когда ты так делаешь! Вондеру приходится отступить назад, и вскоре он натыкается спиной на стену. Он мог бы сбежать, если бы захотел. Но он не хочет. - Я знаю, что ты рад меня видеть, - примиряюще говорит Вондер. - И потом, ты сам поймал меня. Так что не стоило тебе так удивляться, это даже неприлично. - Что?! - возмущается Хэйтер. - Я не... ловил... - он вдруг вздыхает и закатывает глаза. - Ох, флёрт. Я просто сказал Пиперсу, чтобы он приготовил эту новую ловушку, но я не... Да я даже не знал, что она сработает! И сейчас середина ночи, какого... как ты тут оказался?! Вондер позволяет себе улыбнуться и пожать плечами. - Ну, возможно, я чуточку поспособствовал попаданию сюда. Но эта твоя ловушка выглядела как вызов, который я не мог проигнорировать! Разумеется, это только взбешивает Хэйтера ещё больше. - Вызов. Ты просто псих! - выплёвывает он, и Вондер даже не может спорить с этим. - Почему ты продолжаешь делать это? Доставать меня везде и всюду? Сейчас Хэйтер буквально нависает над ним, и его лицо так близко, что Вондеру с трудом удаётся сконцентрироваться на чём-то, помимо губ Хэйтера, и его ладоней, упирающихся в стену по бокам от Вондера. Он чувствует это напряжение, повисшее в воздухе между ними: его невозможно не заметить. - Потому что тебе на самом деле нравится это, - выдыхает Вондер. И не выдерживает: где-то внутри с напряжённым звоном лопается струна, пружиной подталкивая его вперёд, и Вондер вцепляется Хэйтеру в плечи - если бы мог их обхватить! - и целует. Губами прижимается к губам, словно с разбегу - и в пропасть, голос разума отчаянно вопит, что сейчас его оттолкнут, размажут по стенке, может даже и прикончат - но если его последним действием станет исполнение давнего желания, то он и не против. Но секунды идут, а ничего не случается. Вондеру кажется, что время замерло в вакууме, он не движется сам, боится пошевелиться и открыть глаза, увидеть гримасу отвращения на лице Хэйтера, оказаться отвергнутым и сломаться окончательно. Затишье перед бурей. Вондер распахивает глаза от изумления, когда чувствует, что Хэйтер - робко? - подаётся к нему навстречу, и его сердце пропускает пару ударов, чтобы зайтись в бешеном ритме, потому что Хэйтер не разрывает поцелуй, а с лёгким вздохом отвечает на него. Он наклоняет голову - ммм, так и правда удобнее - и приоткрывает губы, позволяя Вондеру ощутить сладость на кончике языка. Он всегда думал, что поцелуй с Хэйтером будет похож на извержение вулкана, но на самом деле то, что он сейчас испытывает, сродни пребыванию у костра в прохладную летнюю ночь; завораживающее тепло охватывает всё его тело, и ему даже начинает казаться, что он по-настоящему чувствует вкус маршмеллоу, а голова затуманена ликующими мыслями, которым он не позволяет пробраться наружу, только чуть поглаживает Хэйтера по плечам и нежно прикасается языком к его губам. Реакция Хэйтера незамедлительна: он прижимается к Вондеру вплотную и углубляет поцелуй, жарко дыша, в то время как его ладони тянутся к воротнику вондеровской рубашки, и как только он расстёгивает две верхних пуговицы, Вондер на мгновение теряет контроль и прикусывает Хэйтера за губу, издавая короткий приглушённый стон... Который в следующую секунду всё портит. Хэйтер резко отстраняется от него, Вондер теряет равновесие и едва не падает, но всё же ему удаётся удержаться на ногах. Хэйтер явно возмущён, но, покрасневший и взъерошенный, он выглядит таким привлекательным, что у Вондера подгибаются колени и тяжелеет внизу живота. Он просто не может ни о чём другом думать сейчас, и пусть даже ему врежут... - Убирайся, - глухо произносит Хэйтер, глядя на него потемневшими глазами. Лучше бы ударил. И Хэйтер отворачивается: презрительно, как же ещё, ему просто противно, он даже смотреть на Вондера не хочет. - Убирайся, говорю, - повторяет он, голос сочится злобой. - Как я вообще до такого докатился?! - Хэйти... - Вондер испуган и раздавлен, он пытается успокоиться: чего ещё он мог ожидать, с самого начало было ясно, что он тут никому не нужен со своими чувствами, а Лорду-повелителю-Галактики и одному хорошо. Но его трясёт и он не может двинуться с места, пока Хэйтер не оборачивается: - Уходи, пока я тебя в порошок не стёр, - и он угрожающе демонстрирует зелёное свечение, проступающее на ладонях. - Пока всё не зашло слишком далеко, и ты ещё можешь сбежать, как вы все делаете! "Вы все"? Что он имеет в виду? Хэйтер возвышается над ним, гневно взирает, сведя брови, и Вондер чувствует себя маленькой букашкой перед лицом грозной стихии. И тогда он идёт на самоубийство - делает шаг вперёд и спрашивает охрипшим голосом: - Что не так? И в этот момент ему открывается истина. Хэйтер не возмущён - он растерян. То, что произошло только что между ними, выбило его из колеи, встряхнуло так же, как и Вондера, будто они оба оказались жертвами землетрясения, когда всё переворачивается с ног на голову. - Ты ведь захочешь сбежать, - выплёвывает он, но Вондер видит, что Хэйтер всего лишь хочет скрыть разочарование. - Все хотели, и ты даже не прикидывайся, просто вали, пока окончательно меня не выбесил, и я, так и быть, убью тебя в следующий раз. Все хотели сбежать. Это должно быть слишком больно даже для такого, как он. Тем более для такого, как он, для человека, чья самооценка зависит от мнения окружающих, и... ему правда важно слышать слова одобрения, может, даже от "злейшего врага". - Чего ты вылупился?! - продолжает кричать Хэйтер. - Думаешь, как весело поймать меня врасплох, и посмеяться надо мной, и свалить поскорее? - Хэйти, - тихо, но твёрдо перебивает его Вондер, - я бы никогда не поступил так с тобой. Хэйтер закатывает глаза и мрачно изрекает: - Ну да, потому что ты бы так ни с кем не поступил. Не в твоих, флёрт тебя дери, принципах. Он говорит это так, будто ему само понятие принципов противно. - Да, это так, - соглашается Вондер. - Но, возможно... это только одна из причин. Хэйтер бросает на него быстрый взгляд: любопытно, но спросить считает ниже своего достоинства. - Вторая причина... - Вондер делает паузу. - Вторая причина заключается в том, что мне не всё равно. На то, что случится с тобой. И я просто не хочу сбегать, - он вздыхает: не так он представлял себе этот момент. Но ничего не поделаешь: Хэйтер настороженно слушает, и, похоже, это единственная возможность всё объяснить ему. - Потому что я люблю тебя. Ну вот. Он сказал. Что-то изменилось? Хэйтер зависает на пару секунд, но потом встряхивает головой: - ...Так же, как и любую тварь в этой галактике. Мне плевать. Тут Вондер начинает сердиться тоже. Почему до некоторых так туго доходит? Он подходит к Хэйтеру ближе, смело глядя ему в глаза, и говорит, тщательно выделяя каждое слово: - Послушай, если для тебя признание в любви - это пустой звук, то для меня это не так! Я никогда не отношусь ни к кому предвзято и всегда стараюсь помочь по мере своих сил, но это не значит, что я готов постоянно проводить с ними время, и что я хочу видеть их глупое лицо как можно чаще или слушать всё, что они говорят, и я уж точно не целуюсь с каждым встречным, тем более с языком! Последняя фраза, по крайней мере, заставляет Хэйтера смутиться. - И я бы никогда не "сбежал", это даже не пришло бы мне в голову, - он легко проводит Хэйтеру по руке, чуть улыбаясь. - Я влюблён в тебя. И я знаю, что тебе не плевать, ведь ты ответил на поцелуй. Лицо Хэйтера выражает одновременно замешательство, нетерпение и решимость. Он облизывает губы - Вондер завороженно наблюдает - и спрашивает, словно невзначай, но на самом деле страстно желая знать ответ: - Так значит, ты... ты не против?.. - Да, - кивает Вондер, у которого мгновенно пересыхает во рту. - Я хочу тебя. Это, видимо, решает всё. Переломный момент, теперь все отступы перекрыты, впереди только надвигающаяся буря. Хэйтер подходит вплотную. Вондер сглатывает. И шторм накрывает его с головой. Они целуются жадно, торопливо, хотя оба понимают, что спешить некуда, но они ждали этого так долго, что сейчас стремятся наверстать упущенное по максимуму. Вондер трепещет. Шквальный ветер захлёстывает его, и ему нужно больше: больше обжигающих губ, больше властного языка, больше шероховатых ладоней, бегло расстёгивающих его рубашку, больше сбившегося дыхания, больше приглушённых стонов, рождающихся изнутри. Хэйтер приподнимает его над полом, придавливает грудью к стене, вжимая предплечья в холодный металл, Вондер подаётся бёдрами вперёд и хватается за ремень хэйтеровских джинс, одновременно желая и страшась запустить руки под его футболку, ощутить гладкость кожи подтянутого живота и твёрдость мышц пресса, к которым он желал прикоснуться с тех пор, как вообще узнал об их существовании. Влажные поцелуи, перешедшие от губ к скулам и ниже, сбивают ход его мыслей. Хэйтер посасывает кожу на его шее, прикусывает, широко зализывая языком, и у Вондера ноги отказываются его держать, он уцепляется Хэйтеру за ремень и, запрокинув голову, сжимает зубы, пытаясь сдержать стоны, только шумно дышит и ощущает, что голова кружится, а ведь это только начало. Хэйтер сдёргивает с него рубашку, оголяя плечи, и Вондер вздрагивает. - Ох как же я ненавижу эти твои веснушки, - буквально рычит Хэйтер, чуть отстранившись и не отводя затуманенного взгляда от груди Вондера. - Сколько ночей я из-за них заснуть не мог. И он набрасывается на него снова: ураган желает его так сильно, буря оставляет следы, означающие только одно: "мой-мой-мой"; Вондер с волнением думает о том, что пройдёт несколько дней, прежде чем такие отметины сойдут полностью, а пока он сможет наслаждаться живым доказательством своего великого счастья. Рубашка окончательно летит на пол, и Вондер нетерпеливо подёргивает Хэйтера за футболку, задирая её кверху, и Хэйтер наконец стягивает её через голову. У Вондера перехватывает дыхание, и он судорожно сглатывает: ох, гроп, он специально выглядит так, чтобы хотелось съесть его целиком? - Что.. чего ты так смотришь? - ворчливо спрашивает Хэйтер. Вондер с трудом переводит взгляд выше, на его лицо. - Так ты говоришь, - хрипло спрашивает Вондер, - кто-то когда-то назвал тебя непривлекательным? Хэйтер явно недоволен этим разговором: он сердито фыркает: - Ну да, но я не... - Забудь, - шепчет ему Вондер в следующее мгновение, прижавшись ещё ближе и наклоняя его голову. - И никогда больше не вспоминай об этом, - выдыхает он ему в ухо и тут же целует. О, это настолько упоительно: достать до самого сердца бури, что он закрывает глаза и позволяет остальным четырём чувствам одержать верх. Осязание: кожа Хэйтера гладкая и шершавая одновременно, и такая горячая, словно вулканическая магма. Обоняние: он пахнет штормом, непогодой, сырым деревом и - в противоположность - тёплым углем после костра, немного - потом, и довольно сильно - шампунем с ментолом. Вкус: солоноватый, острый, так и просится попробовать его снова, лизнуть здесь, и там, везде разный. Слух: его стоны, когда он сжимает плечи Вондера, его шумные вздохи, когда Вондер скользит языком ниже, останавливаясь у пояса низко сидящих джинс, и жарко дышит напротив его паха. Тут Хэйтер резко хватает его за плечи и тянет вверх, и Вондер сразу расплывается в улыбке, глядя на его лицо. - Я убью тебя, - сообщает Хэйтер сердито, но его голос сбивается и Вондера таким не напугать. - Ох, кааак же мне страшно, - он картинно прикладывает ладонь ко лбу. - Меня собираются убить, спасите-помогите! У этого парня ужасное оружие прямо в его штанах, и он не побоится использовать его против меня! Хэйтер грозно сводит брови: - Да прекрати ты лыбиться, бесит. - Или, может, заводит? - подмигивает ему Вондер, и Хэйтер совсем выходит из себя. - Ну всё, сам напросился, - он впивается ему в губы поцелуем и разворачивает, чтобы откинуть на кровать. Вондер успевает заметить простыни цвета неба перед грозой, прежде чем он оказывается прижат к этим простыням и больше ни на что не остаётся мыслей. Целуясь, утопая друг в друге, они ощущают, что брюки уже становятся слишком тесными и неудобными, и пытаются как можно скорее избавиться от них вместе с обувью, путаясь в штанинах и ремнях и сталкиваясь между собой. Вондер пытается восстановить дыхание, может, что-то сказать, но слова оседают внутри, не успев вырваться, когда он видит Хэйтера, стоящего над ним на коленях в одном нижнем белье. Он выглядит так прекрасно и внушительно под освещением, падающем сзади, как грозная волна цунами, сверкающая на солнце, а его боксеры тёмно-красного цвета с языками пламени, и одного этого факта Вондеру хватает, чтобы ощутить волну жара, резко прокатившуюся по всему телу, и он откидывается назад, стараясь не думать об очертаниях, проступающих сквозь плотную ткань, в спешке облизывает губы, прислушиваясь к импульсам, отдающимся в паху. - Хэйтер... - стонет он, и позволяет циклону объять его полностью. Густая, плотная завесь желания затмевает всё его сознание, когда они сливаются воедино, вжимаясь друг в друга плотнее, и опаляющие прикосновения - везде-везде-везде - на внутренних сторонах бёдер, на животе, спине, плечах, груди заставляют кожу плавиться. Мощный тайфун подхватывает его и поднимает до невообразимых высот, завладевая им, и Вондеру только остаётся, что подчиниться. Хэйтер жадно тянет его бельё вниз, и Вондер приподнимается, помогая ему, после чего цепляется за резинку боксеров Хэйтера, просовывает ладонь внутрь, в жаркое и тесное, поглаживая, сжимая, и Хэйтер хрипло стонет, после чего с раздражённым рыком избавляет себя от последнего мешающего куска ткани. Теперь они абсолютно открыты друг перед другом, один - для другого. И терпение становится тонкой нитью, которая вот-вот порвётся, и тогда... Вондер выгибается и вцепляется пальцами в простыню, когда Хэйтер раздвигает его колени, чтобы устроиться между ними. Вот и оно. Ураган у его ног, присмиревший и послушный. Хэйтер несколько растерянно оглядывает его. - Эээмм... я же.. я не.. - бормочет он. Вондер довольно улыбается. Он ждал этого столько времени, он готовился к этому моменту, и сейчас ничто не в силах остановить его. - Тчшш, - он успокаивающе кладёт ладонь Хэйтеру на плечо. - Я покажу тебе. Он направляет его, чувствуя себя покорителем и - покорённым в тот миг, когда пальцы Хэйтера, прослеживая дорожку вдоль его бёдер, проталкиваются глубже, и Вондер выгибается ему навстречу, хрипло выдыхает и гортанно стонет, хватаясь за плечи Хэйтера, закрывает глаза, растворяясь в ощущениях: ураган сносит мельчайшие сомнения, заглаживает любые неровности, опаляет всё его существо. Он жаждал этого и он это получает, полностью поддаётся несдержанным порывам и жарким импульсам, пробегающим вдоль позвоночника. Но разгорячённое ласками тело отчаянно требует большего, и Вондер сжимает бока Хэйтера, скрещивая ноги, хватает его за запястье и жадным взглядом говорит, что готов. Хэйтер перехватывает его под коленями, прерывисто дыша, наклоняется чуть ближе, и Вондер приподнимает бёдра, принимая его. И это наконец происходит. Хэйтер повсюду теперь, каждое нервное окончание наполнено им без остатка, Вондер чувствует себя в самом эпицентре грозы, обволакивающей и вспыхивающей изнутри тысячами раскатов грома и молний. Хэйтер размеренно движется, и Вондер подаётся ему навстречу, упираясь ладонями в его плечи и задыхаясь от натиска бури, так сладко краснеющей, целующей его ключицы и шепчущей его имя на каждом выдохе. Вондер в ответ буквально выстанывает имя Хэйтера по буквам, позволяя себе раствориться в его руках. Но его собственное возбуждение даёт о себе знать, и он цепляется Хэйтеру за шею: - Ооо, Хэйти, Хэйти, - "прикоснись ко мне, дотронься до меня", но всё, на что ему хватает сил, это беспорядочная мольба: - Прошу-прошу-прошу! К счастью, Хэйтер понимает, или сам хочет это сделать, и его ладонь уверенно обхватывает, сжимая, и Вондера подбрасывает от ощущения грубой кожи на подушечках пальцев Хэйтера, двигающихся в том же рваном ритме, что и он сам. Он чувствует себя тонущем в бурном океане, окунаясь в глубину и выныривая на поверхность с каждым новым толчком, и просто не хочет, чтобы это кончалось, закусив губу и стараясь продержаться подольше. Но Хэйтер и сам не может больше терпеть: он делает несколько размашистых, глубоких толчков и впивается пальцами Вондеру в бёдра, вздрагивает всем телом и хрипло кричит: - Да пошло оно всё: я люблю тебя, люблю тебя! После чего Вондера прошивает насквозь разряд электричества, и это перекидывает за грань его самого, он содрогается, слышит шум в ушах, заглушающий собственные вскрики, и видит зелёные молнии перед глазами, выплёскиваясь наружу и тут же теряясь в отзвуках ливня, отдающихся на поверхности воды. - ...Вондер, Вондер! - он чувствует, что его трясут за плечи, но он всё ещё слишком глубоко, чтобы вынырнуть вот так резко, и он просто глядит на Хэйтера сквозь марево истомы. Но Хэйтер, кажется, чем-то серьёзно озабочен, и не отстаёт. - С тобой... всё нормально? - Что? - не понимает Вондер, медленно приходя в себя и пытаясь сфокусировать взгляд. - Всё прекрасно! Хэйтер моргает. - Но я... вроде как... устроил тебе "короткое замыкание". Ты что, ничего не почувствовал?! Вондер улыбается, устраиваясь на подушке поудобнее. - Ах, ты об этом, - говорит он, лениво прикрывая глаза. - Это... не было... больно или неприятно, это скорее как... - он делает паузу, пытаясь подобрать сравнение, - ...вишенка на куске торта. Такое беззаботное отношение, кажется, одновременно злит и успокаивает Хэйтера. Он выдыхает и опускается на кровать рядом с Вондером. - А почему ты спрашиваешь? Это ведь не первый раз, когда с тобой такое происходит, - говорит Вондер, слегка недоумевая. Хэйтер отвечает не сразу, как будто взвешивая слова. - Ну... вообще-то... вроде как первый, - быстро произносит он. Мысль о том, что это он заставил Хэйтера проявить такие эмоции, вызывает у Вондера бешеное желание улыбаться. Их плечи соприкасаются, и Вондеру кажется, что после всего вот так просто лежать - самое удивительное. Ураган, который должен был разнести его на кусочки, каким-то образом собрал его воедино. Он ощущает умиротворение и спокойствие, разливающиеся по всему телу, пока вдруг не вспоминает то, что мгновенно заставляет его щёки покраснеть, а сердце - пуститься вскачь. - Ты ведь сказал, что любишь меня, - говорит он, поварачиваясь к Хэйтеру. - Я... я такого не говорил, - сразу же начинает отпираться тот. - Хэйти!.. - Ладно, хорошо, - сдаётся Хэйтер, закатывая глаза. - На самом деле я тебя терпеть не могу, потому что ты - придурочная рыжая батарейка на ножках, но, флёрт знает почему, это ничего не значит и я всё равно люблю тебя. Или ты думаешь, я в постель каждого встречного затаскиваю? - передразнивает он. - Ну, не знаю... - Вондер разводит руками. - Кто знает, сколько людей тут уже побывало, мистер "Меня-хочет-полгалактики". Сотни? Тысячи? Хэйтер раздражённо рычит. - Прекрати это. Но Вондер не успокаивается. - Ооо, это, наверное, такая честь для меня - оказаться здесь! Я столько слышал о вас, вы дадите мне свой автограф? - он хлопает ресницами. - Заткнись. - У вас, должно быть, есть особая комната трофеев? Вы заведёте для меня отдельную полочку? - Захлопнись, или я... - Или что? Выселите меня из вашего гарема? Это уже слишком, и Хэйтер резко наваливается на него, нависая сверху. - Это ведь твоё любимое занятие - бесить меня, правда? - выдыхает он. - Нет, - Вондер качает головой. - Целовать тебя мне нравится больше. Следующие несколько минут они поглощены этим занятием, и Вондер ликует, и думает, что таким счастливым он не был уже очень давно. - Мне... мне нужно в душ, - говорит он через некоторое время, поднимаясь с кровати. - Ты не проводишь меня? - он оборачивается через плечо и кидает на Хэйтера призывной взгляд. Тот удивлённо смотрит на него, но потом соображает и накидывается на Вондера сзади. - Т-тише, - шепчет Вондер, стараясь не рассмеяться, когда Хэйтер целует его куда-то в макушку. - Иначе все проснутся! - Их проблемы, - ворчит Хэйтер, - я хотел сделать это... ммм, уже не помню, сколько времени. Что ж, в конце концов, это взаимно. Ураган уже не свирепствует в полную силу, он спокоен и укрощён, и Вондер наслаждается мыслью о том, что ему удалось попасть в самый эпицентр, оказаться причиной разыгравшегося шторма, и проявить то, что прежде было скрыто, найти что-то новое и невероятно захватывающее, что он теперь никогда от себя не отпустит. И... они "перешли на новый уровень", вроде того? Вондер думает, что у них ещё будет время, чтобы подумать и обсудить всё это: до рассвета ещё больше двух часов. А пока он улыбается. Ему всегда нравились ураганы.