Гони или умри...Кажется, в этот раз, он гнал слишком быстро....

      Небольшая щетина, добродушная открытая улыбка, светлые волосы и голубые глаза. Несколько фотографии и парочка видео — все, что осталось от отца. Я снова сижу на чердаке в куче фотографий и газетных вырезок, сколько мать не пыталась их спрятать, я нахожу их снова и снова. Ведь это единственные ниточки связывающие меня с отцом. Это, несколько обрывочных воспоминаний и рассказы членов семьи. Бывший коп, прирожденный гонщик, верных друг, примерный семьянин и просто хороший человек. Все, что ясно о нем из рассказов. Но мне этого мало...Я хочу знать каким он был, чем жил, что любил. Хочу знать то, что он не доверял никому, держал глубоко внутри себя, дожидаясь надежного человека. Хочу разговоров по душам отца с сыном, хочу, чтобы он ругал за прогулы, давал советы, учил водить машину и остальное, что делают отцы со своими детьми. Хочу, чтобы сейчас передо мной сидел он, а не валялись его, уже пожелтевший от времени фотографии.       "Разыскивается преступник, бывший полицейский Брайан О’Коннер, — гласила одна из вырезок. — Обвиняется в участии в налётах на грузовики с бытовой техникой, скрывает местонахождения беглого преступника Доминика Торетто"       Это было в Лос-Анджелесе. Они тогда только познакомились с мамой и дядей Домиником. Почему он отпустил его? Почему отдал свою машину? Он ведь потерял тогда все. Что руководило им тогда? О чем он думал? Во что верил?       "Бывший полицейский Брайан О’Коннер вместе с бывшим преступником Романом Пирсом приняли участие в поимке известного мафиози Картера Вероне"       Он не взял денег, не вернулся в органы, не вынес из этого никакой прибыли, хотя мог. Просто, ушёл в закат, как говорят. Почему?       Наркобарон Артуро Брага. Миллионы Эрнана Рейса. Чип Оуэна Шоу и месть его брата - Деккарда. Все это часть жизни моего отца, часть самого Брайана О’Коннера. Я знаю это от матери, дяди Доминика, Романа, Теджа, но я никогда не узнаю это от моего отца. Не увижу ситуацию его глазами. Не узнаю его мыслей, чувств. Не узнаю, почему он поступил так, а не иначе, что им двигало. Я никогда не узнаю настоящего Брайана О’Коннера.       Дверь на чердак скрипнула и я оторвал глаза от фотографии. В помещение под крышей вошёл дядя Доминик, слегка согнувшись. Как этот громила вообще в дом помещается? — Снова здесь? — спросил он, присаживаясь рядом. — Извините, — глупо промямлил я. — За что? За желание побыть с отцом? — дядя Дом взял в руки одну из фотографии и улыбнулся. — Лондон. Твой папа тогда самолёт сбил. — Знаю, — выдохнул я.       Я уже слышал эту историю несколько раз, но не слышал самого главного. О чем думал отец? Боялся промазать или был полностью уверен в успехе? Почему я не могу, как любой нормальный ребёнок подойти и спросить об этом? Почему именно у меня забрали его? Почему? Почему? Почему? — Идем-ка со мной.        Доминик уже стоял и выжидающе смотрел на меня. Я поднялся на ноги и пошёл за дядей. Мы вышли на улицу и пошли за дом. Вот на этой лужайке мы могли бы играть с ним в мяч, в догонялки, или разбирать машину. Да все что угодно. А ведь у меня могли быть младший брат или сестра, или даже оба. У меня определённо были бы брат или сестра, такие же красивые, как мама и такие же надёжные как папа. Хотя если бы он был надёжный, он был бы со мной. Ты был бы рядом, но тебя нет!       Я не заметил, как мы пришли в гараж. Сhrysler Town & Country стоял на своём месте. Интересно, а отец хоть раз возил меня в нем? Интересно было бы на это посмотреть: бывший коп, гроза стритрейсеров за рулём этой машины. Дядя Дом прошёл мимо нашего семейного авто и направился куда-то в глубь гаража. Он остановился возле машины, накрытой тканью. Она всегда была здесь? Торетто лёгким движением руки отправил простынь на пол.Передо мной стоял синий Nissan. 6-цилиндровый V-образный двигатель, объемом 3,8 л, с двумя турбокомпрессорами IHI и мощностью 353 кВт, 6-ступенчатая коробка передач, 600 лошадок, разгон до 100км/ч за 3,2 секунды. Машина мечты. — Nissan Skyline GT-R, — дядя прошёл вдоль машины и остановился у двери водителя. — Миа сказала, ты мечтаешь о такой, — я молча кивнул. — Это у тебя от Брайана. Твоей отец души не чаял в Nissan'е. Это его последняя машина. После той аварии мало, что от неё осталось, но нам с твоим дядей Теджом удалось привести крошку в порядок, — Доминик молча смотрел на машину. Наверное, вспоминает папу. В скольких гонках они были вместе, сколько говнюков посадили. Интересно, дядя скучает по нему? Вспоминает их разговоры, шутки? Господи, конечно же скучает и вспоминает! Им же ещё тяжелее. Ему, мама, дяде Теджу и Роману. Они знали его пол жизни. Они были семьей. Потерять отца, для них тоже самое, что потерять часть себя. — Джек, — голос дяди вытащил меня из мыслей в реальность. — Твой отец хотел бы этого, — я увидел вытянутую руку, а в ней ключи.       Я осторожно взял их в руки,снял сигнализацию и открыл машину. Осторожно сел на место водителя и положил руки на руль. Он так же сидел в Лондоне, в Рио, в Лос-Анджелесе. Сжимая руль, до боли в пальцах, жал на газ до упора. Проходил поворот за поворот, обгоняя одного за другим. Ехал вперёд, вдыхая жизнь.       Я закрыл глаза и представил, что он сидит рядом и учит меня водить. Указывает, смеётся, иногда кричит, беспокоясь о своей ласточке. Хотя бы в фантазиях я мог быть с ним рядом, чувствовать его тепло и любовь. Хотя бы в фантазиях чувствовал себя целым. Но есть одно "но". Позже эти фантазии и ломали меня.       Мы покинули гараж и вышли на задний двор, где стоял стол. Сегодня в нашем доме собралась вся семья. Мама и тётя Летти выносят из дома салаты, дядя Тедж и дядя Роман, снова о чем-то спорят. Скоро мясо будет готово и все потянутся к столу. Дядя Роман, как обычно первый примется за еду и будет читать молитву. Интересно, при папе, он тоже всегда первый начинал есть? — Какой он был? — я взглянул на дядю Доминика. — Он был добрый, — я проследил за взглядом дяди и заметил, что он переводит взгляд от одного члена семьи на другого. — Храбрый. Надежный. Любящий. Верный. Жил придерживаясь принципа "Гони или умри". — Кажется, в этот раз, он гнал слишком быстро.