Примитивная

Открыв глаза и увидев пустую половину кровати напротив, ты подорвалась и тут же, в чем была, а точнее в пижаме, лохматая, побежала в главный зал. Влетев туда, заметила, что у главного пульта стояли ребята и мирно о чем-то разговаривали, правда, с серьёзными выражением на лицах. Остальные охотники сновали рядом, видимо, ожидая скорого совещания. Алек и Джейс находились к тебе спиной, но Иззи в просвете между плечами братьев заметила тебя через несколько секунд после твоего появления и мило улыбнулась. Ты уверенным шагом направилась в их сторону, Лайтвуд, видимо, заметив долгий взгляд сестры куда-то мимо, обернулся и смерил тебя тревожным взглядом, но удостоверившись, что вроде всё нормально, мягко проговорил, когда ты с ними поравнялась: — Доброе утро. — Доброе, — кинула ты и крепко обняла нефилимку. Брюнетка рассмеялась и обняла тебя в ответ. — Мы так волновались, — проговорила ты ей в шикарные густые волосы. — Все хорошо, — она погладила тебя по голове, и вы наконец отстранились друг от друга. — Нас ты так с дежурства никогда не встречаешь, — задорно отозвался сзади Джейс, и ты застенчиво улыбнулась ему, когда развернулась к парням лицом. Алек широко улыбался, глядя на вас, и, наверное, он впервые позволил себе подобную эмоцию при таком количестве народа. Завидев, что в вашу сторону направляется Лидия, ты коротко обняла Джейса и подошла к брюнету, точно не зная, как проявить эмоции. Лучник, видя твои колебания, взял тебя за ладонь и крепко сжал в своей, пристально, с чувством глядя в глаза. Для тебя этого было более чем достаточно. Кивнув парню, ты поспешила испариться, прежде чем его бывшая невеста поравняется с вашей компанией. Главное, что твои охотники живы и здоровы, а их совещания, обсуждения мировых планов тебя не касаются. Алек в любом случае расскажет, если это будет надо. После завтрака, проведенного в одиночестве, ты направилась в оранжерею. В последнее время ты стала посещать это место всё чаще, хотя раньше обходила стороной, оно тебя никак не привлекало. В обычной жизни ты равнодушно относилась к растениям, никогда ничего не выращивала, как многие девушки на своих подоконниках. Тебе почему-то это казалось пустой тратой времени, но надо признать, что сад в институте был прекрасен. Под стеклянным куполом, через который проникал и рассеивался природный свет, раскинулась огромная площадь, на которой росло такое множество невероятной красоты цветов, деревьев, кустарников, что глаза разбегались. Многие из них имели магическое происхождение и выращивались для помощи в лечении ран и других недугов, существовавших только в сумеречном мире. Первым делом, когда зашла в сад, увидела, как утренние, солнечные лучи золотыми нитями прошили каждым миллиметр пространства, красиво проникая во внутрь сквозь прозрачную крышу. Растения тонули в тёплом свечении, издавая ненавязчивый, приятный, сладкий аромат. Иногда ты помогала юным охотникам ухаживать за местной флорой, хотя просто терпеть не могла подобную ручную работу. Но, видимо, тебе не хватало живого общения, а вечно занятые охотники не могли уделять столько времени, сколько было необходимо обычному человеку, поэтому ты находила успокоение в оранжерее. Иногда ты думала, что это какое-то испытание — стать соулмейтом человека, который, как бы, даже не совсем из твоего мира. Не таится ли здесь некая жестокость? Или в том, что охотник может влюбиться лишь раз? А если вторая половинка умрет или разлюбит его? Всю оставшуюся жизнь прожить в одиночестве? Хотя для нефилимов это не было бы проблемой, большую часть своего существования они посвящают долгу, борьбе. Ваш же случай с Алеком имел двойную опасность. Ты не являлась воином с ангельской кровью, бегущей по венам, а потому была слаба, могла легко заболеть или смертельно пораниться, что увеличивало шансы лучника в итоге остаться одному. — Я удивился, когда мне сказали, что я могу найти тебя здесь, — прозвучал голос за спиной. Ты обернулась и увидела, как на лице Лайтвуда расцвела милая улыбка, делающая его похожим на ребенка. Искреннего, довольного жизнью, невинного ребенка. — Потихоньку открываю в себе задатки крутого садовода, — иронично ответила ты. Алек улыбнулся ещё шире, обнажая ровные белые зубы. — Могу присоединиться к тебе? — поинтересовался он, как истинный джентльмен, даже слегка наклонившись корпусом вперед. — Когда ты приходишь посреди ночи в мою комнату и заваливаешься на мою постель, то разрешения не спрашиваешь, — хитро улыбаясь, шутишь ты. Брюнет опускает взгляд вниз и выглядит довольном смущенным, хотя довольным. Тебе кажется, или у парня слегка порозовели щёки? — Если тебе не нравится… — Ой, да прекрати. Конечно, ты можешь присоединиться, — перебиваешь его беспардонно, махая рукой, подзывая к себе. Лучник сходит с места, заводя руки за спину. Вы медленным шагом прогуливаетесь по узким гравийным дорожкам, кидая в сторону друг друга робкие взгляды, не стараясь прервать молчание. Подойдя к огромному витражному окну в конце одной из дорожек, разделявшему внутренний двор института и сад, вы остановились. Алек глянул на тебя как-то неуверенно сверху вниз и серьезно проговорил: — Вся информация подтвердилась. Мы будем готовиться к войне. У тебя спёрло дыхание, и почему-то трудно было посмотреть на брюнета в ответ. Ты несколько секунд металась взглядом по полу и пейзажу за спиной охотника, не зная, как реагировать. — Послушай, — тихо, проникновенно начал он, сжав слегка ладонями твои плечи. — Если вдруг что-то случится… — Нет, — ты замотала головой в протесте. — Нет, нет, нет, не говори ничего такого. — Ты должна послушать, — хватка на плечах стала чуть сильнее, и ты подняла голову на Лайтвуда. — Если со мной что-то случится, ты не останешься одна. Я об этом позабочусь. Тебя либо переведут в другой институт, либо оставят в этом, если с ним всё будет хорошо, либо помогут обустроить обычную примитивную жизнь в каком-нибудь отдаленном красивом уголке, подальше отсюда. От подобных страшных слов по всему телу побежали мурашки и желудок сжался размерами до маленькой точки. Он так просто произносил то, о чём ты даже начать думать не могла. Вселенная не могла забрать у тебя Алека, ведь она только подарила его. Его и замечательных Джейса с Иззи взамен отнятой прежней жизни. Невозможно сравнивать, но ты не представляла себя без них. Ты по-прежнему слабо качала головой в отрицании на автомате, смотря себе под ноги. Брюнет тяжело выдохнул и прижал тебя к себе за шею одной рукой, а другой обвил хрупкие плечи. Негромко всхлипнув, ты вцепилась пальцами в куртку парня за спиной, стараясь как можно сильнее впечататься в широкую, сильную грудь Лайтвуда. Если бы ты только могла проникнуть за эти ребра, жить там в самые тяжёлые и страшные времена, чтобы не расставаться, чтобы не оставлять его одного. Какая-то безумная мысль, но тебе казалось такой правильной. Охотник чуть отстраняет тебя, длинными пальцами приподнимает голову за подбородок, медленно наклоняется и нежно касается твоих губ. Внутри тут же водопадом разливается бешеное тепло, через пару секунд губы лучника становятся более настойчивыми, сминая твои под страстным напором. Даже сквозь закрытые веки показалось, что свет с улицы стал светить ярче, проникая сквозь огромное окно, топя вас в своей яркости, вокруг послышалось легкое шевеление, будто, растения ожили и радостно зашуршали. Привиделось ли тебе или это была животворящая сила чувств между двумя соулмейтами? На деле не так уж и важно. Главным оказалось то, что именно в этот миг, кажется, каждый из вас осознал, что не сможет жить без другого, что вы окончательно слились душами.