Всего один портрет

Дело близилось к рассвету, а на огромном холсте ничего так и не появилось. Натаниэлю не удавалось изобразить Адриана. На маленьких тетрадных листочках линии сами превращались в столь желанный образ, но сейчас всё шло из рук вон плохо. Юноша понял, что стараться дальше нет смысла. Сегодня явно не его день. Ещё разок посмотрев на пустой холст, он устало зевнул. Через три часа нужно идти в университет, а усталость только дала о себе знать. Натаниэль не решился отдохнуть, ведь проспать второй день – явно не лучшая идея. Он вышел из дома очень рано. На улице были либо те, кто только возвращался со вчерашнего веселья, либо несчастные, которым в такое время надо уже быть на рабочем месте. Юноша не мог сказать, почему гулять в такое время привлекательно. Ему просто хотелось сесть где-нибудь и подремать часочек. Дома мешает это сделать пустой холст, он словно давит на сознание и в чём-то упрекает. Полусонный Натаниэль с трудом дошёл до университета. Здесь, в тишине аудитории, юноша даже задремал. Никого нет, красота, можно успокоиться и уйти в мир сновидений. Он положил голову на парту и не заметил, как задремал после долгой, почти бессонной, ночи. – Ой, прости, я не думала, что здесь кто-то есть, – темноволосая девушка улыбнулась и поспешно убрала свой рюкзак, который только что поставила Натаниэлю прямо на руку. – Ничего, – юноше совсем не хотелось говорить. – Меня зовут Маринетт, а ты должно быть Натаниэль, верно? Это правда, что твоя семья живёт в Эльзасе? Я вот всегда мечтала там побывать. Мой дядя говорит, вина оттуда просто чудесны, лучшие найти сложно. Девушка болтала не переставая, но юноша вовсе не хотел выслушивать эти речи, он жутко устал и грезил только о минутке сна. Неужели это такое невыполнимое желание? Маринетт продолжала рассказ, время от времени вспоминая, что не одна в аудитории. – Ты не обращай внимания на Хлою, она со всеми такая неприветливая. – Мне кажется, что я ей чем-то не понравился. – Если на то пошло, то мы все ужасны в её глазах. Кроме Адриана. Сон пропал, юноша даже выпрямился и стал внимательно прислушиваться. Он не мог понять, почему это происходит, но и оставаться равнодушным не получалось. – Хлое нравится Адриан? – старался скрыть дрожь в голосе. – Да, он многим по душе. Красив, богат, обаятелен, разве что-то ещё нужно для счастья? – мечтательно потянула девушка. – Искренние чувства? – Натаниэль не знал, что ещё может быть важным. Лично для него богатство никогда не играло никакой роли. Может, потому что он никогда не встречал настолько успешных людей? – Это само собой. Разговор пришлось прервать, ведь в аудиторию вошла Хлоя. Натаниэль про себя отметил, что с Маринетт можно поболтать. Она знает многое и довольно сообразительна. Оставшись наедине со своими мыслями, он и не заметил, как вновь начал думать об Адриане. Несколько часов пролетели слишком быстро. Натаниэль поймал себя на мысли, что без конца смотрит на предмет своего обожания. Что же это такое? Почему ему настолько тяжело заставить себя опуститься с небес на землю? Это всего лишь влечение художника. Один портрет охладит его пыл, надо поспешить. Оставшееся время юноша сидел как на иголках. Ему безумно хотелось попасть домой, чтобы поскорее расправиться с надоевшим чувством. Оно было слишком странным, не таким, какие появлялись раньше. Сердце как-то слишком сильно стучало, когда Адриан появлялся в поле видимости. Маринетт быстро нашла в нём благодарного слушателя и теперь у юноши появилась возможность узнать своих однокурсников получше. Девушка не скупилась на описания и не раз возвращалась к теме любви. Казалось, что у неё были какие-то проблемы на личном фронте. – И насколько чудесно было бы сходить на свидание! – закончила свою тираду Маринетт, довольно прижимая к груди блокнот. – Скажи, что такое любовь? – Натаниэль с трудом заставил себя задать этот вопрос. – Это трудно объяснить. Такое можно только почувствовать. Дай мне немного подумать, и я постараюсь дать ответ на твой вопрос. Всё остальное юноша пропустил мимо ушей. Слова о любви почему-то сильно задели его. А как она выглядит, эта странная любовь? До этого момента Натаниэль никогда не задумывался о таких вещах. Ему было всё равно. Сейчас казалось, что мир сделал из него безвольную куклу, способную только без конца смотреть на человека с первой парты. Дома было слишком темно и как-то одиноко. Хотелось поскорее завершить обучение и вернуться в Эльзас. Там жить легко и лишние вопросы в голову не приходят. На них просто нет времени. Подготовка к завтрашнему семинару была успешно отброшена подальше. Даже рисовать не хотелось. Какая-то странная апатия заставила Натаниэля с грустью листать тетрадь. Все поля были изрисованы разными каракулями, и только на последней страничке красовался портрет Адриана. Юноша с обожанием рассмотрел каждую деталь. Красивый. И всё же он никак не может понять, а что такое любовь? Как узнать, что испытываемые чувства настолько серьёзны? Натаниэль вздохнул. Опять он сегодня не смог сесть за работу. Похоже, нарисовать портрет на холсте так просто не получится. Только юноша переступает порог своего дома, тут же пропадает всякое желание что-либо делать. Натаниэль чувствовал себя плохо. Ему казалось, что каждая мелочь в квартире стоит не на своём месте, а холст и вовсе не вписывается в общую атмосферу беспорядка. Юноша начинал раздражаться по пустякам. Отбросив подальше тетрадь с портретом, он забрался под одеяло и скрутился клубочком. Да, просто заснуть. Сегодня был не очень хороший день, может, завтра будет лучше? Только вот через несколько минут Натаниэль не выдержал. Сердце забилось быстрее, к щекам подступил румянец, а рука сама потянулась за тетрадью. Осторожно разгладив последнюю страницу, юноша спрятал портрет себе под подушку. Только после этого он немного успокоился и смог наконец-то заснуть.