Cожители

Полуденное солнце освещает комнату мягкими лучами, скользит по огромному зеркалу, моему телу. Мама заботливо поправляет мою причёску, разглаживает руками платье и молча плачет. Сегодня августовское утро стало самым значимым для меня. Сегодня я стану его женой... - Моя дочь такая красавица, - мама аккуратно промокает глаза салфеткой и обнимается с Дари, у которой глаза тоже на мокром месте. - Ей, ну вы чего? Я ж замуж выхожу, а не умираю, - я храбрюсь, а у самой коленки трясутся. Ещё и на каблуках еле стою от волнения. - Хей, детка, ты чего? Не волнуйся, ведь вы даже сталкера пережили, - Дари поправляет мою фату и шепчет: - Пора.

***

У огромных дверей церемонной залы я беру отца под руку, он накидывает фату на лицо и ободряюще сжимает мою руку в своей отцовской ладони. Неспешно, под музыку мы входим в зал, где собрались родственники, друзья, близкие сердцу люди. Десятки пар глаз смотрят на меня, счастливо улыбаются, но я вижу только его. Он такой красивый в этом чёрном смокинге, стоит у алтаря и неотрывно наблюдает за мной. Через минуту отец вложит мою руку в ладонь моего будущего мужа и уже от этого по моему лицу начинают скатываться слёзы радости. Я никогда не была столь сентиментальной, но с ним иначе нельзя. Он напротив, держит мою ладонь, пока священник благословляет наш союз, а после, открывает моё лицо, убирая фату назад. Намджунов голос немного дрожит, когда мы оба произносим клятву, он начинает плакать, когда я надеваю кольцо на его палец. Я видела его разные эмоции, но слёзы... Впервые он заплакал. Впервые он настолько оголил передо мной душу. Его поцелуй, такой нежный и трогательный. Его руки, сжимающие мою талию. Его слова "безумно люблю тебя"... Всё это слишком, но это наша реальность. В нашем, пока ещё маленьком, мире есть только я и он. Мой муж, котрый смотрит на меня с обожанием, прижимает к себе, пока мы кружимся в танце, вновь и вновь повторяет, как он меня любит. Это только начало нашей совместной истории, в которой будет радость и горе, здравие и болезнь, богатство и бедность. Но я готова отдать ему всю свою жизнь, всю себя и раствориться в нём, словно морская пена на берегу. Я готова рассыпаться на осколки, лишь бы он заново меня собирал. Я готова дарить ему всю свою любовь, на которую способна. Кажется, будто я люблю его с каждым днем всё больше и больше. Он так бережно утирает мою истерику, вновь целует, а я не могу поверить, что сейчас наша свадьба. Поздравления, подарки, пожелания самых родных. Мой муж рядом и я самая счастливая. Наша сказка только началась но иногда хэппи-энды не заканчиваются словами "и жили они долго и счастливо". Наш хэппи-энд начался со слов моего мужа: - Я хочу скорей снять с тебя всю эту красоту, малыш...

***

Не отрывай от меня взгляд, милый. Помоги снять платье, распустить причёску. Мне так надавили шпильки, ты б знал... Восхищайся мною, родной. Раздень меня взглядом, а после - коснись руками, отправь мой разум в космос. Он стоит позади меня и расстегивает платье. Оно не долго на мне задерживается по приходу в наш люкс. Все мои юбки падают на мягкий ковёр с тихим шелестом, а я стою в одном нижнем белье, на каблуках и не шевелюсь. Потому что он попросил... Он касается моей спины кончиками пальцев, ведёт от шеи вдоль позвоночника, вызывая табун мурашек по телу. Внизу живота мигом разгорается пожар, в горле предательски пересыхает, но он просто убирает руки. - Ты охренела, милая, - его хриплый шепот на ухо убивает меня. - Ты охренела быть такой красивой. - Родной, всё для тебя... Он невесомо касается губами моей шеи, обнимая сзади, касается пальцами затвердевших сосков. Намджун всё ещё в пиджаке, рубашке, брюках, а я почти голая. Такая вопиющая несправедливость меня убивает и я разворачиваюсь к нему лицом. Смотри в мои глаза, милый, пока я буду раздевать тебя. Смотри и умирай так же, как и я. Мне мешает твой пиджак, но он уже на полу, рядом с моим свадебным платьем. Пуговицы на рубашке рушат моё терпение и я их просто разрываю. Они падают на пол так же, как я падаю в пропасть, занимаясь с тобой любовью. Родной, я хочу тебя, хочу быть твоей, хочу быть твоим воздухом. Смотри на меня, такую всю твою от "а" до "я". Смотри в мои глаза, прочти желание отдаться полностью. Я схожу с ума, когда он становится передо мной на колени, целует живот, спускается ниже, гладит ладонями ягодицы, а зубами стягивает кружевную повязку с левой ноги. Мне мало воздуха, когда он толкает меня на кровать и нависает сверху. Джун неумолимо продолжает неспешную пытку, палач из него искусный... Такие мягкие губы, влажный язык и руки, которые ласкают всё тело. Мне сносит крышу, когда белое кружево рвётся на мне, а его пальцы проникают в сочащееся лоно. Да, я теку от одного его взгляда но, что поделать, когда его язык с нажимом облизывает клитор, а пальцы двигаются внутри? Секс с тобой, милый - исскуство. Ты - художник, который раскрашивает свой мольберт алыми цветами, следами пальцев, рук. Твоё клеймо на мне так красиво смотрится. Родной, не отрывай взгляд от меня. Моё тело горит от его прикосновений, а когда он входит в меня на всю длину - я сгораю полностью. Его толчки, поцелуи сводят с ума и я не пренадлежу себе. Только он так может. Только он разбивает мою душу на осколки, а потом собирает воедино. Я не могу себя сдерживать, а он ловит губами каждый мой вдох-выдох, каждый стон и крик. Доводит до оргазма и кончает одновременно со мной, наполняя меня собой. - Люблю только тебя, родная. - Я вся твоя, родной...