Доверься мне

      -Как исчез?! Быть того не может!-буквально подпрыгнув от удивления, вопрошает император. Мидорима нервно поправляет сползающие на нос очки. Аомине стоит за его спиной, думая, что его не видно, в чём он, конечно же, непрекословно ошибается.       -Возможно он сбежал,-озвучивает свои предположения советник, судорожно перебирая в руках маленькую фарфоровую фигурку Акаши-счастливый талисман на сегодня.-Может он где-нибудь застрял, пошёл погулять по улицам...       -А что насчёт Кисе? Думаешь, он тоже сбежал?-с сарказмом говорит Сейджуро, пытаясь успокоиться и держать себя в руках. Он тяжело вздохнул, закинув голову назад. Ни Куроко, ни Кисе нигде не было видно. Сбежать бы они просто не смогли: Тецуя ещё слишком слаб и неопытен в магии, а Кисе, а что Кисе? Он просто неудачник, не способный сделать ноги, не привлекая излишнего внимания. Странно, не находите? И это не просто таинственное исчезновение, это намеренная кража. Император встал, нервно перебирая пальцами. Он повернулся к Аомине и Мидориме.       -Мидорима, собери самое сильное войско и предупреди об этом Мурасакибару. Аомине, сегодня же приведи всех генералов в комнату переговоров.-приказал Акаши, подойдя к окну. Взгляд его был устремлён прямо на север, на бескрайний океан, за которым скрывалась империя Дайчи, но даже отсюда были видны миллионы тёмных рух, со всех сторон окруживших вражескую империю.-Это объявление войны, Хайзаки, клянусь, ты пожалеешь об этом.

В день кражи

      Куроко и Аомине медленно гуляют по саду, внимательно вслушиваясь в пение птиц. Дайки закидывает руки за голову и мельком поглядывает на своего спутника. Куроко трепетно разглядывает лепестки сакуры, обходя её со всех сторон.       -Слышал ты из деревни фаналисов, но совсем на них не похож. Ни капельки сходства.-прерывает повисшую тишину Аомине, заставляя Куроко резко остановиться и опустить взгляд на сырую почву.       -Я жил в приёмной семье, моя мама умерла, как только я появился на свет, доверив меня жителям деревни.-тихо сказал Куроко, неподвижно стоя на месте. Каждое воспоминание о ней причиняло ему боль. Хотя, можно ли грустить по человеку, которого ты даже никогда не видел? Он не знал её имени, не чувствовал её ласковых рук, не помнил нежного, заботливого лица. Всё это у него отняли ещё с самого рождения.       -Оу, прости, не знал...-замялся Дайки, он не хотел обидеть Тецую и задеть за живое. Ведь он понимал его как никто другой. Он набрал в лёгкие воздух и продолжил. -Я был принцем Египта и жил в достатке. Уже с самого детства у меня было всё, что душе угодно, то, чего не было у других детей. Но в один день всё исчезло. Всё, что у меня было украли, а всех, кого я любил, жестоко убили. Я впал в отчаяние, не знал, что делать дальше, когда пришёл он и, протянув мне руку, сказал: "Хочешь путешествовать вместе со мной?". Акаши спас меня, а взамен я стал его верным генералам. Да и сейчас мне хорошо живётся...       -Ты скучаешь по ним?-неожиданно спросил Куроко, застав Дайки врасплох.-Ты скучаешь по своей стране, по семье?       -Я, я...-начал мямлить Аомине, нервно теребя золотые цепи. До этого его никогда и никто об этом не спрашивал, до этого он даже не задумывался, а скучает ли его сердце по прежней жизни? Хочет ли он всё вернуть и исправить?       -А я скучаю, ужасно тоскую по семье и брату. Хочу ещё раз увидеть его яркую улыбку и добрые глаза.-Куроко поднял взгляд к небу. Сейчас его успокаивало лишь одно: что прямо сейчас где-то в деревне Кагами сидит у озера и смотрит на небо, думая о Тецуе. Сейчас лишь оно связывало их.-Хочу обратно.       Аомине удивлённо посмотрел на маги. Такое хрупкое тело и такая сильная душа. Доброе и храброе сердце, так отчаянно бьющееся в желании. Разве может такое большое сердце уместиться в столь маленькой грудной клетке. Разве могут беспомощность и отвага сплестись воедино?       -Ты можешь не отвечать, но придёт время, и твой внутренний голос больше не сможет молчать. Тогда ты не сможешь удержать истинного себя на цепи, больше не сможешь запереть его на губящий душу замок. Он вырвется, разорвёт прежнего тебя но куски и крикнет так громко, что в ушах начнёт звенеть: "Нет времени на ложные утешение, нет времени на гнусное враньё! Пора восстановить истину, пора перестать обманывать самого себя, скрываясь за чужой маской!" И тебе вмиг станет легче, захочется прыгнуть и взлететь. И ты сможешь. Ты будешь парить над этим миром, на душе станет легко и ясно и тогда ты вспомнишь мои слова и, взглянув на небо, увидишь моё лицо и радужку голубых глаз.       Аомине, ни на секунду не отрываясь, смотрел на Тецую, поражаясь его мудрости и словам, несущим удивительно глубокий смысл. Не его внутренний зверь стоит у него на пути, Дайки сам губит себя. Он поднял взгляд на небо, блаженно всматриваясь в плывущие по нему пушистые облака.       -Ты прав, Куроко, как никогда прав,-шепчет он, прикрывая глаза и поддаваясь навстречу лёгкому ветерку, развивающему короткие синие волосы. На лице появляется усмешка. -Ты смог образумить меня до того, как я успел коснуться дна и полностью потерять настоящего себя, запутавшись в собственных сомнениях. За это спасибо тебе.       Дайки открыл глаза, но Куроко рядом уже не было, как и недавно цветущей сакуры...