Доверься мне

      Акаши осматривает комнату совещаний и, убедившись в том, что все в сборе, начинает свои речи:       -Думаю, вы уже в курсе всего происходящего и понимаете, зачем я вас собрал.-все насторожились, подняв взгляд на Сейджуро, он продолжил.-Куроко украли, прямо у нас из под носа. И знаете кто вор? Правильно, наш заклятый враг-Империя Дайчи.       -Акаши,-неуверенно отзывает императора Момои-сбежавшая из Магноштата студентка с невероятными магическими способностями.-Неужто ты хочешь объявить им войну?       -Это ответный удар, Момои. Война началась уже с тех самых пор, как трон занял Хайзаки. Само его существование несет куча бед, пока он жив и свободно бродит по этому миру, мы все обречены на гибель. А значит остаётся только один вариант. Понимаете, о чём я?       -Уничтожить Хайзаки и империю Дайчи раз и навсегда, высвободив Куроко из их цепей.-задумчиво произносит Мидорима, поправляя очки.-Ты уверен в победе? Империя Дайчи отличается от всех наших предыдущих противников, на их стороне тёмный маги, да и сам Хайзаки не слаб...       Сейджуро самоуверенно взглянул на Мидориму и положил голову на сплетённые между собой пальцы.       -Не спорю, наши силы равны, и они вполне могут заполучить победу. Но разве сейчас это имеет значение? Разве есть время заморачиваться над этими мелочами? Они забрали моего маги, и тем самым совершили огромную, непоправимую ошибку, которая будет стоит им жизни. Никто и никогда не смеет трогать то, что принадлежит мне.       Акаши вновь пробежался взглядом по комнате. Теперь, после его речей, уже никто не имел никаких возражений. Наоборот, их сердца наполнились уверенностью и страстью как в былые времена. Все генералы тут же вспомнили юность, наполненную приключениями и безудержным весельем. Тогда они ещё не были известны как покорители лабиринтов и как стражи империи Тейко, тогда они были обычными детьми с весьма необычным и опасным детством. Но эта самая опасность делала каждый день в их жизни удивительным и настолько ценным, что хотелось проживать его снова и снова, не смотря на все невзгоды.       -Нападём на них завтра с самого рассвета.-с азартом в глазах говорит Акаши и, переведя взгляд на Аомине, добавляет.-Действовать строго по плану.       Дайки сразу понял, что это адресовано ему. Ведь он не раз нарушал план, высовываясь вперед с желанием продемонстрировать свою силу. Да, Аомине и вправду был силён и искусно владел мечом, но из-за эти его вылазок с намерением укрепить свой статус генерала весь план катился к чертям, заставляя товарищей по команде придумывать что-нибудь новенькое или же просто импровизировать, что было отнюдь не легко.       -Что ж...-начал было Акаши, но тут же был перебит ворвавшимся в зал стражником. Все оглянулись в сторону двери.       -Император, какой-то странник пробрался во дворец, требуя встречи с вами, но когда мы отказались проводить его, этот негодяй устроил ужасный вздор, перебив половину охраны!-запыхавшись, произносит стражник.       -Где он?-тут же спрашивает Сейджуро, встав со стула.       -В главном зале внизу.

Империя Дайчи

      Кисе больно падает на холодный цементный пол, конечно же, не по своей воле. Руки туго связанны колющими кожу толстыми верёвками, а рот плотно заклеен серебристым скотчем, мешающим внятно выговаривать слова. Всё это безобразие дополняет ужасно недовольная мина со сморщенным носом и нахмурившимися от негодования бровями. Рёта отчаянно мычит в скотч, дёргая ногами и руками. Ханамия возвышается над беззащитной фигурой, оттряхивая руки от пыли.       -Пока посидишь здесь, а после придумаем, что с тобой делать.-безразлично кидает он, надменно смотря на полностью обезвреженного врага, отчаянно бьющегося в попытках освободиться. Всё это было безнадёжно и со стороны выглядело жалко. "И этот сопляк обладатель сосуда джина? Просто смешно."-ещё раз посмотрев на тщетные попытки Кисе вылезти из плена, Макото затворил железную решётку, погасив твёрдыми от мозолей пальцами ярко горевшую свечу. Последняя искра света в миг погасла, оставляя после себя только размытые воспоминания. Тьма полностью поглотила маленькое помещение, изначально предназначенное для пленников и нарушителей, безрассудно бежавших из империи в надежде на свободу. Насколько же глупы были эти беженцы, насколько рискованны и необдуманны были их поступки. Всё или ничего, надежда на жизнь или верная смерть, свобода или пожизненное заключение. Думая, что у них есть хотя бы малейший шанс на выигрыш, они бежали, безрассудно и бессмысленно переставляя больными от тяжёлых работ ногами, готовыми тот час разрушиться на ходу. Они надеялись, не желая воспринимать реальность, думали, что у них есть выбор, когда на самом деле стояли между двумя пропастями, не решаясь прыгнуть ни в одну из них. Глупые глупые люди, предполагавшие, что империя их так легко выпустит из своих сетей. Единожды перешагнув её границу, они, сами не понимая того, впутались в её паутину, мало по малу разрушаясь изнутри.       И Ханамия это знал, поэтому и запустил Кисе в мрачную холодную темницу, плотно заперев решётку на замок снаружи. Так то он точно не сбежит, так у него даже не будет шанса на побег, а значит нет смысла наблюдать за каждым его действием и вслушиваться в каждый шорох, издаваемый с его стороны. Конечно же, Ханамии до жути хотелось посмотреть на то, как Рёта будет медленно ломаться изнутри и просить, нет, молить о пощаде, заливаясь горькими слезами и частыми всхлипами, склоняя блондинистую шевелюру к ногам маги. Прекрасное зрелище, но на которое, увы, категорически не хватает времени. Всё же война с Тейко не шутки, так что надо хорошенько подготовиться.       Макото кинул восковую свечу на цементный пол и поднялся по лестнице на свет, оставляя Рёту одного в полном мраке. Даже во тьме можно было различить тёмный рух, по пятам следующий за хозяином и через минуту полностью скрывшимся за углом. Вскоре глаза пленника привыкли к темноте, и он уже мог различать предметы, спокойно ориентируясь в пространстве. Вот только до сих пор оставалась одна очень весомая проблема, перечёркивающая наперекосяк абсолютно все всплывающие в голове планы побега. Рёта был связан, причём очень сильно и прочными веревками. Отёкшие ноги и руки начинали неприятно покалывать, бросая всё тело в дрожь. Кисе перевернулся на живот, нельзя позволить этому продолжиться, иначе проблем не оберись. Не хочет же он сгнить в этом месте на радость Ханамии?       В темноте что-то блеснуло. Маленькая светящаяся дорожка тут же разрезала мрак и на секунду осветила пространство. Это был отблеск от маленького позолоченного ножа, щедро подаренного Кисе его покойным отцом императором Кайджо. Этот маленький ножик был хорошо запрятан в шелковистых одеждах, что и позволило протащить его так далеко. Сейчас он был маленьким лучиком надежды в тёмной сырой темнице, он был небольшой спасательной шлюпкой в огромном океане отчаяния, лишь своим видом заставляющей сердце трепетать сильнее и чаще, а пальцами крепко цепляться за хрупкую, но такую ценную жизнь. Звук постепенно рвущейся верёвки и лязганье острого лезвия, что может быть лучше этой смеси? Какой бы толстой и крепкой не была верёвка, как туго она не была бы завязана-этот нож обязательно высвободит его обладателя из любой хватки, давая нужное решение в самой запутанной ситуации.       Свободно двигая затёкшими руками, а ногами твёрдо ступая по холодному полу, настороженно вслушиваясь в каждый шелест и предварительно оглядываясь по сторонам, Кисе бесшумно поднимается по сырой лестнице вверх, где через узкое дверное отверстие просачивается ясный свет и виднеется голубое небо, своим оттенком напоминающее о второй миссия плана: во что бы то ни стало освободить Куроко.