Доверься мне

      Акаши медленно приближается к Хайзаки, надев на лицо привычную для себя маску безразличия. Казалось бы, что его пыл приутих, а будоражащее кровь волнение и вовсе покинуло его сущность, заменённое хладнокровным взглядом. Но это далеко не так. Его спокойствие-не больше, чем жалкий обман, отразившийся лишь на оболочке, но ни как ни на душе. Внутри был полный хаос, беспорядочный вихрь, безжалостно сносящий всё на своём пути. Каждый шаг, сделанный в сторону врага-убивал. Каждый мимолётный взгляд, брошенный в сторону противно ухмыляющегося Шого-оставлял глубокие трещины на холодной маске. Хотелось наплевать на весь план, стереть с лица ложную мину и поскорее выбить из этого гада всю дурь, наслаждаясь мучительной смертью ненавистника. Просто взять и хорошенько вмазать врагу. Идеальное решение проблемы, которое, к сожалению, император никак не может принять. Ведь тогда произойдёт непоправимое, тогда, он уже не будет принадлежать самому себе.       Акаши останавливается, продолжая безразлично разглядывать Хайзаки. Плащ Шого развевается на ветру, то и дело открывая голый торс и чёрную метку на боку.       -Так значит ты прислуживаешь Организации,-прозвучало больше как утверждение, нежели вопрос.-Впрочем, ничего удивительного.       -Да что ты, неужели нашему императору ни капельки не интересно узнать подробности?-с сарказмом спрашивает беловолосый, скидывая шёлковый плащ с плеч и тем самым полностью оголяя проклятую метку. Акаши делает шаг.       -Лучше скажи, куда ты дел Куроко,-в голосе начинают прослеживаться нотки раздражения, а руки невольно сжимаются в кулаки. Ещё чуть-чуть маска треснет, разбившись на маленькие кусочки, тот час испарившиеся в воздухе.       -Ты ещё не понял? Он прямо перед тобой.-вновь усмехается Шого.-Сейчас он-это я, а я-это он. У нас одна душа на двоих. О, не делай такое удивлённое выражение лица, ты же всё прекрасно понимаешь. Твой маги находится глубоко в моём сознании, навсегда перейдя на мою сторону.Ты можешь звать его сколько хочешь, но он больше не откликнется. Теперь он-часть моей души.

Куроко

      Тецуя медленно открывает глаза, но ничего не видит. Вокруг лишь безмолвный мрак и бесконечная пустошь. Руки безвольно болтаются в воздухе, а голубые волосы, подгоняемые прохладным ветром, извиваются во все стороны. Синяя жилетка упирается в спину, а на развивающихся штанах прослеживаются незаметные ранее складки. Золотая флейта тянется вверх, оставляя на шее своего обладателя красный след от верёвки.

Он падает

      Куроко бездушно смотрит перед собой, чуть разомкнув губы. Ничего не видно и не слышно. Ни единый звук, ни лучик света не смогут просочиться в эту бездонную дыру. Он застрял здесь навечно, попал в ловушку, из которой никогда не сможет выбраться. Куроко потянулся рукой вверх, хватаясь за воздух.

"Если бы я только мог взлететь..."

      Пальцы сгибаются, а глаза устало прикрываются. Глубокий вдох.

"...если бы только мог обрести крылья и парить..."

      И судорожный выдох.

...то обязательно, нашёл бы свет.

      Руки касается что-то тёплое и еле ощутимое. Куроко приподнимает веки. В глаза тут же бросается лёгкое свечение, а на щеках появляются отбрасываемые ресницами продольные тени. Зрачки чуть сужаются, а голубые глаза становятся ещё светлее. Волосы мягко падают на лоб, а флейта плавно опускается на перебинтованную грудь. Ветер больше не дует в спину и не подхватывает края одежды. Тецуя поднимает взгляд. Свечение становится ярче. Он прищуривает глаза.

Акаши

      Сейджуро тянет Куроко на себя, сжимая руку ещё сильнее. Он нежно прижимает к себе хрупкое тело, так, что голова Тецуи упирается ему в плечо. Тишину скрашивает тихая мелодия, а тьму заменяет огромный пустынный зал. Рука императора ложится на тонкую талию, заставляя Куроко покрыться лёгким румянцем. Другой рукой он продолжает держать ладонь маги. Куроко неуверенно кладёт руку на плечо Сейджуро, и они начинают кружить в медленном вальсе, свободно паря в воздухе. Мелодия становится громче, а в зале загораются свечи. Одна, вторая, третья, и вот всё вокруг горит маленькими огнями. Акаши притягивает Куроко за талию и сладко шепчет на ухо:       -Я стану твоим светом, Куроко...       Всё вокруг закружилось, теряя очертания и расплываясь безобразными пятнами, невидимый оркестр заиграл сильнее. Тепло на ладони и яркий свет.

Пора просыпаться, Тецуя