Точка пересечения

— Прекрасный сегодня день! Да, Стас?! — радостно сказал Илья, приобнимая меня за шею. — Наконец-то каникулы, и можно оторваться по полной! Илья — ужасно шебутной: ни секунды на одном месте. Иногда это раздражало, но он был моим лучшим другом, да и своим поведением ему всегда удавалось поднять мне настроение. Он весь как солнышко: золотистые волосы, немного вьющиеся на концах, на длинной чёлке выделяется пара голубых прядей («дань ориентации», как любит он говорить), светло-карие глаза с длиннющими тёмными ресницами всегда блестели, из-за чего складывалось ощущение, что они у него жёлтые, на носу немного веснушек, но они его не портили, а наоборот, придавали задорный вид. Смотря на него, я улыбнулся, этот человек всегда умел поднимать моё настроение. — Я так долго ждал этих каникул, Стас! — продолжал трещать он. — Я просто обязан найти себе парня и заняться сексом, в конце-концов! — Илюш, чёрт, тебе всего шестнадцать, не рановато ли? Мне уже почти семнадцать, и я тоже до сих пор девственник, и… — Так, может, поможем друг другу? Ну пожалуйста! — Слушай, ещё одна подобная реплика — и я перестану с тобой общаться. Ты меня реально уже достал с этим! Я не стану геем, никогда, понимаешь? Мне девушки нравятся! Де-ву-шки! — Ладно-ладно, я всё понял… — пробурчал он в ответ, разводя руками. Так, в относительной тишине, мы потихоньку дошли до недавно открывшегося торгового центра. Куда мы пришли не просто так, а за крайне нужной мне вещью — кедами. Обувью, в которой я души не чаял. Подойдя к зданию, мы остановились, присвистнув. Ну вот как за такой короткий промежуток времени можно было отгрохать такое строение? Четыре этажа, стены из стеклоблоков и огромная неоновая вывеска над зданием. Как любой нормальный человек, в первую очередь я посмотрел на своё отражение в витрине, я поправил темную прядь волос выбившуюся из-под шапки, чтобы лучше были видны фиолетовые глаза. Ну, то есть не на самом деле, конечно, — это были всего лишь линзы, но без них я на улицу не выходил уже больше двух лет, и даже почти все друзья уже наверняка забыли, что на самом деле глаза у меня карие. Поправляя фиолетовую куртку, я обратил внимание, что черные узкие джинсы всё же лучший для меня выбор. Илюха тоже посмотрелся в зереакальную поверхность и озорно подмигнул, мне или своему отражению — я не понял. В общем, вместе мы оставляли довольно странную картину, учитывая, что парень был меня значительно ниже и любил ярко одеваться. Кто-то называл нас неформалами, кто-то челкастыми, но на самом деле меня это мало волновало, потому что я знал, что многим девушкам нравятся такие смазливые парнишки, вот и пользовался своей подходящей внешностью. Зайдя внутрь, я даже поразился, сколько разномастного народа сюда понабилось. Были и такие, как мы, и спортсмены, даже пару группок из близлежащих деревень увидели. Илья сразу завертел головой в поисках своей очередной жертвы. Он, наверное, сексуальный маньяк, точнее, был бы им, если бы в конце концов нашёл «того единственного», которому не жалко подставить зад. Об ориентации друга я узнал сравнительно недавно, года полтора назад, когда он впервые после школы зашёл ко мне в гости. Мы с семьёй тогда только переехали сюда, и я попросил его после уроков показать мне город. Придя домой, я ушёл переодеваться, оставив друга на кухне в компании чая с печеньем. Спустя минут пять я услышал со стороны кухни какой-то звон и, по-быстрому натянув штаны и борцовку, кинулся туда. От представшей картины захотелось заржать: возле стола, весь красный, как рак, стоял Илья, пялясь на пол, где лежали осколки тарелки вперемешку с печеньем, старательно отводя глаза от раковины, где, как ни в чём не бывало, в одном полотенце стоял мой старший брат, Лёха, и пил воду из-под крана. — Я-я-я с-случайно уронил тут… — заикаясь, проговорил он. Брат убрал стакан на место и, смерив Илью нечитаемым взглядом, поспешил извиниться, сказав, что это он виноват, мол, неожиданно вошёл, вот парнишка и испугался. Наскоро познакомив их, я потащил не сопротивлявшегося друга на улицу, в ответ на что брат лишь проводил нас удивлённым взглядом. Там я, конечно же, устроил Илье допрос с пристрастием, объяснив, что не стоит так моего брата бояться, он не намного старше нас, ему тогда всего двадцать два года было. Илья начал что-то мямлить, но потом, видимо, собравшись с силами, зажмурив глаза, выпалил: — Я — гей, и я влюбился в твоего брата! Я впал в ступор, и всё ждал, пока Илья рассмеется и скажет, что пошутил. Но тот был смущен, напуган и взволнован. Неожиданно, что первый школьный друг оказался геем. Я не знал, как мне с ним теперь себя вести. Немного поразмыслив, я всё же взял себя в руки и потащил это незадачливое чудо в парк. Где втолковал ему, что, каким бы он ни был, он мой друг, и я его не брошу. В ответ парень заулыбался, облегченно ввдохнув, и кинулся мне на шею, едва не задушив. Чуть позже он долго меня доставал, что я теперь должен помочь свести его с моим братом. Я честно пытался пару раз что-нибудь подстроить, но Лёха никак на Илью не реагировал, видя в нём только ребёнка, ну, максимум — друга. Из воспоминаний меня вырвало какое-то невнятное сообщении по громкой связи. От обилия товаров разбегались глаза. Море стеклянных витрин с «тряпками», обувью, спорттоварами, какой-то бытовой техникой, кафешками. Я был несказанно рад, да и, благо, деньги были: я подрабатывал всё лето в автомастерской соседа. В первую очередь мы пошли, конечно же, в обувной отдел.