Хочешь мира — готовься к войне

      Я неспешно шла за врачом в его кабинет. Прошла неделя, и мне стало хоть чуточку легче. По крайней мере, я больше не чувствую ноющей боли в мышцах и суставах, чего не скажешь о голове. Эта боль странная, она сдавливает мою голову точно железным кольцом и перед глазами появляются неизвестные мне люди. Чаще всего это молодой мужчина, со шрамом на лице.  — Присаживайтесь, — голос врача вывел меня из раздумий. Осмотревшись я поняла, что мы уже пришли. Вот только как я умудрилась не заметить это сразу? Кивнув, я послушно села. Врач же уселся напротив меня и, поправив очки, а также достав блокнот, принялся расспрашивать меня о том, что я помню из своего прошлого. Ох, если бы я хоть что-то знала об этом.  — Я ничего не помню. Абсолютно, — честно призналась я, уж было открыв рот, чтобы что-то добавить, но резкий приступ головной боли прервал меня. Я взвыла, схватившись за голову. С каждой секундой становилось всё хуже, всё больнее. Я слышала голоса. Много голосов. И также много незнакомых лиц.  — С вами всё в порядке? — таким же будничным тоном спросил медик. Честно говоря, я была не в том состоянии, чтобы ответить ему, но неужто ли не видно?! Будто прочитав мои мысли, он спокойно встал и, вытащив из полки неведанный мне препарат, протянул его мне. — Вот, выпейте. Вам станет легче, — после этих слов он вложил в мою руку небольшую красно-синюю таблетку и подал стакан воды, ранее стоявший на столике около него. Не имея иного выбора, я закинула таблетку в рот и запила её водой. Поначалу ничего не происходило, а даже наоборот: стало куда хуже. Голоса слышались отчётливее, лиц стало ещё больше. Но в один миг всё резко прекратилось, а в глазах всё поплыло. Я моргнула пару раз, стараясь отогнать наваждение, но не вышло. Лишь спустя несколько секунд ко мне вернулась острота зрения и наконец-таки прекратилась головная боль.  — Ч-что… со мной происходит? — дрожащим, хриплым голосом задала вопрос я. Врач лишь что-то записал в блокноте, а после, подняв на меня взгляд, соизволил ответить мне.  — Это последствия тяжёлой операции на мозге, — совершенно спокойным тоном начал он, — поэтому вы часто испытываете головные боли, а также вам наверняка мерещатся голоса и различные лица, — я согласно кивнула, но внутри появилось некое чувство отвращения. Будто бы я уже слышала это раньше и ненавидела врачей за то, что они сделали. Но как это может быть, если я, чёрт возьми, даже не помню своего имени, не то, что своего прошлого? Тем временем медик продолжил: — Вам следует принимать эти таблетки каждые три часа. Они помогут унять головную боль и в скором времени это всё пройдёт, — он подал мне ту самую пластмассовую банку с красно-синими таблетками. — У вас есть ещё жалобы? — он вскинул бровь, смотря на меня. Я же отрицательно кивнула. Он, видимо, уже собирался закончить сеанс и уйти, но я не дала ему, задав вопрос.  — Как меня звали? — это был один из животрепещущих вопросов, ответ на который я уже долгое время собиралась узнать. Отчего-то доктор снисходительно взглянул на меня и… не ответил. Что-то внутри меня ёкнуло и я повторила вопрос, но на сей раз гораздо твёрже.  — По предварительным данным, вас зовут Рэйчел. Рэйчел Вестбрук, — услышав ответ, я, как ни странно, не почувствовала облегчение — напротив, появилось ощущение, что мне нагло лгут и имя не моё. Но так как иного не дано, я кивнула в знак благодарности, списав все эти странные ощущения на потерю памяти.  — У вас ещё остались вопросы? — доктор уже явно нервничал, видимо желая поскорее избавиться от моего общества. Однако, так просто отпускать я его не собиралась. Если он знает моё имя, то, вероятнее всего, он может знать что-то о моей семье. По крайней мене я утешала себя данной мыслью.  — Вы знаете хоть что-нибудь о моей семье? Была ли она у меня? — я с надеждой взглянула на медика. Ответом мне послужил отрицательный кивок, а после хлопок закрывшейся двери. Соломинка, за которую хватается утопающий, только что ушла ко дну. Тяжело вздохнув, я осознала, что на какое-то время осталась одна, пока не придёт очередной доктор. Какой в этом смысл, если они все задают одни и те же вопросы, не делая ровным счетом ничего? Размышления были прерваны неизвестным мне человеком, что вошёл в кабинет. Оторвав взгляд от пола, я лениво подняла глаза на него. На удивление, это был далеко не врач. То был высокий темноволосый мужчина в костюме, что на данный момент преспокойно устроился напротив меня. Вскинув бровь, я вновь осмотрела нежданного гостя. Я уж было собралась узнать кто он и зачем он пришёл, как вдруг он начал разговор первым.  — Мисс Вестбрук, — его голос был очень низким и грубым. Сама не зная отчего, но я насторожилась и он, заметив это, слегка улыбнулся. — Вам незачем бояться меня. Я здесь, чтобы ответить на ваши вопросы, которых, я уверен, немало. Пару секунд мне потребовалось на то, чтобы переварить сказанное им. Неужели мне действительно ответят? Расскажут о прошлом, о семье, обо мне. Появилась хоть какая-то надежда.  — Что вы знаете обо мне? О моём прошлом? — осторожно начала я, недоверчиво взглянув на него. Мужчина, в свою очередь, вздохнул и принялся рассказывать мне о моей «прошлой жизни». С каждым словом, я чувствовала всё нарастающее напряжение. Честно сказать, я не верила в это. Он сказал, что я была солдатом и меня отправили в Токио. Северокорейцы тогда напали на столицу страны Восходящего Солнца, и нас послали туда, чтобы мы дали отпор. И как раз-таки в то время я находилась в самолёте, что потерпел катастрофу. Казалось бы, всё звучит весьма складно и логично, но ощущение, что мне наглейшим образом лгут и не краснеют не желало покидать меня: с каждым новым словом я чувствовала себя всё более не комфортно. Однако, я вздохнула и, моргнув пару раз, согласилась с его словами. Лучше уж это, чем неведение. Пусть даже это будет ложью, плевать. Я должна знать хоть что-то, иначе я сойду с ума… если уже не сошла. Услышав всё, что только можно, я решила узнать больше.  — Полагаю, у меня была семья? — потерев переносицу, поинтересовалась я, на что получила положительный кивок. Но, как ни странно, большего я не услышала, из-за чего задала вопрос снова.  — К сожалению, мисс Вестбрук, мы очень мало знаем о вашей семье. Мы знаем лишь, что ваш отец, Дерек, ранее служил в отряде «Дельта», но не более,  — мужчина приложил огромные усилия, чтобы изобразить сочувствие. Фальшь было видно сразу. Тем не менее имя показалось мне смутно знакомым, будто я слышала его где-то раньше. Сколько раз я испытывала дежавю? Всё же я решила не делать замечания своему собеседнику, пока не узнаю ответы на остальные вопросы.  — И что же с ним случилось? — аккуратно поинтересовалась я, параллельно стараясь переварить услышанную информацию, не упуская новую.  — Есть версия, что он был единственным выжившим из команды «Метала», — я внимала каждому слову, — больше — ничего не известно.  — Абсолютно? Даже неизвестно, кем была моя мать? — я старалась не переводить тему. Всё слишком абстрактно, слишком много трактовок. А мне нужна только одна. Но увы, мужчина лишь покачал головой. Тяжело вздохнув, я поняла, что ничего больше от него не добьюсь. Однако, я хотя бы что-то знаю.  — Вы ведь пришли не просто, чтобы рассказать мне о моём прошлом, не так ли? — спустя несколько минут размышлений, я вновь нарушила тишину. Мужчина согласно кивнул.  — Вы абсолютно правы, Рэйчел, — медленно начал он. — Видите ли, мой босс хотел бы, чтобы вы работали у нас, — я внимательно слушала его. — Ничего нового вам делать не придётся — вы всё так же будете служить, но на этот раз в более высокооплачиваемой корпорации.  — А что, если я откажусь? — подметила я, многозначительно посмотрев на него. Взгляд мужчины в мгновение изменился, стал более жёстким. Что-то мне подсказывает, что выбор у меня невелик. А точнее — его нет.  — Вы можете не соглашаться, мисс Вестбрук, — почти что прошипел мужчина. — Однако, я хотел бы задать встречный вопрос вам, — он буквально испепелял меня взглядом, отчего становилось жутко. — Что вы будете делать, когда вернетесь? Семьи у вас нет, — моё сердце ухнуло и ушло в пятки, едва я услышала это, — а в армию вас, скорее всего, не возьмут. Подумайте сами — для всех вы — мертвы. Быть может, вам стоит начать новую жизнь? Его слова громом прозвучали в моей голове. Соглашаться работать на незнакомую мне корпорацию совершенно не хочется. Но, как ни печально, он прав. Что я буду делать? На что жить?  — Время — деньги, Рэйчел, — аккуратно начал он, прожигая меня взглядом. — Второй раз я предлагать не буду. Решайте сейчас.  — Прежде чем я ввяжусь в это, — вздохнув, выдала я. — Что со мной будет? Я не помню ничего о своей службе и, боюсь, буду бесполезна.  — Насчёт этого можете не волноваться, — усмехнулся мужчина. — Вы и несколько ваших сослуживцев пройдёте через переподготовку, в ходе которой и будет принято решение насчет вашей работы в корпорации.  — Последний вопрос, — я уже была готова подписать эту несчастную бумажку, что мужчина недавно достал из тумбочки. — Как называется эта корпорация?  — «Атлас», мисс Вестбрук, — почему-то я поёжилась, когда услышала это название. Мужчина сделал вид, что не заметил этого. — Вы будете работать на корпорацию «Атлас». Набрав в грудь побольше воздуха, я взяла из рук мужчины бумагу и ручку. Быстро пробежав глазами по тексту, я нашла поле для подписи. Меня терзали смутные сомнения, мне совершенно не хотелось этого делать, но жёсткий, действующий на меня не хуже ушата ледяной воды, взгляд мужчины вынудил меня действовать и я, чувствуя, что не имею другого выбора, поставила там крестик, так как он был первым, что пришло мне в голову.  — Благодарю вас за ваше решение стать частью Корпорации Атлас, — я вздрогнула, когда мужчина произнёс эту фразу. Чувствую, что ни к чему хорошему это не приведёт. И видит Бог, я ещё пожалею о содеянном.