Первый выход в свет +519

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Шерлок (BBC)

Автор оригинала:
Verityburns
Оригинал:
ссылка не указана

Основные персонажи:
Джон Хэмиш Ватсон, Шерлок Холмс
Пэйринг:
Шерлок/Джон
Рейтинг:
R
Жанры:
Songfic
Размер:
Мини, 6 страниц, 1 часть
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Джон, только оправившийся от жестокого похищения, вместе с Шерлоком посещает Рождественскую вечеринку в Скотланд-Ярде. И вот на танцполе начинаются некоторые… события.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания переводчика:
Примечания автора: песня, играющая во время танца: Danny Elfman - The Little Things (http://www.youtube.com/watch?v=leJAPiaCx2c)
также на написание сцены поцелуя, когда Шерлок удерживает руки Джона над головой, вдохновил арт авторства reapersun:: http://reapersun.tumblr.com/post/11311712866/time-to-go-to-bed-the-jewellers-hands-could-you
15 декабря 2012, 17:33
Лестрейд стоял, опираясь на стену, болтая сильно разбавленным пуншем (с искусственно завышенной крепостью, не без некоторых манипуляций со стороны владельца), в пластиковом стаканчике, и окидывал ленивым взором зал, вдруг с изумлением замечая Шерлока Холмса, который сам, добровольно явился на столь необычное для него мероприятие.
Ну, "добровольно" - это слишком сильно сказано. Он проследил направление взгляда Шерлока и не удивился, убедившись, что Шерлок смотрит точно на танцпол, где беззаботно отплясывал его на протяжении последних трех лет друг и сосед по квартире, с виду мало напоминающий человека, недавно перенесшего столь суровые испытания.
Хоть его левую щеку и пересекал сверху вниз глубокий, но уже заживающий шрам, ребра Уотсона вроде бы окончательно перестали причинять ему боль, судя по энтузиазму, с которым он кружил в танце сержанта Кавану: ее светлые волосы разметались в стороны, пока она смеялась над его шутками и улыбалась ему. Джона все любили.
Лестрейд оттолкнулся от стены и стал пробираться к Шерлоку, по пути обмениваясь шутками с коллегами. Его появление было встречено, если это можно так назвать, радостным, едва заметным подергиванием уголка рта Шерлока. Детектив даже не двинулся с места, так и стоял, прислонившись к колонне, но Лестрейд знал его достаточно долго, чтобы понимать, что кроется за расслабленной позой.
- Обычно ты не удостаиваешь вниманием наши рождественские тусовки, - неуклюже начал он. - Не то чтобы тебе не были рады, конечно, - быстро добавил он.
Шерлок промолчал.
- Тебе и Джону, естественно.
Молчание становилось все более весомым.
Лестрейд помялся в поисках темы для разговора, но, так и не придумав ничего стоящего, в результате просто повернулся в направлении танцпола.
- Он неплохо выглядит, - решился начать он, кивая в сторону центра событий. – Точнее, уже лучше.
- Лучше, чем когда ты его спас? Хуже просто некуда.
Лестрейд вздрогнул от непрошенных воспоминаний.
- Значит… он притащил тебя сюда?
Шерлок поднял бровь, окинув Лестрейда пренебрежительным взглядом.
- Меня вряд ли можно куда-то «притащить»
- Так почему ты пришел? – прямо спросил Лестрейд.
Какое-то время казалось, ответа он не получит, двое мужчин просто стояли рядом, наблюдая как третий беззаботно хохочет, запоминая сложную последовательность танцевальных па, которой его учила компания молодых констеблей.
- Он давно нигде не бывал, - внезапно сказал Шерлок.
Лестрейд кивнул, пытаясь не задаваться в очередной раз вопросом, что же происходит между этими двумя. Ставки на их «камин-аут» как пары уже утраивались. Держал кассу Бредстрит и ему удавалось собирать по пять фунтов в день, хотя на неделе, когда нашли Джона, он поднимал и до пятидесяти. Куча желающих, но обломались все. После воссоединения Джон помимо «я в порядке» и слова не проронил, да и Шерлок на него практически не смотрел, после того, первого, оценивающего взгляда. Лестрейд, наверное, единственный, кто подозревал, что тот был просто не в состоянии . В считанные минуты их увезла частная скорая.
- Ревнуешь, фрик? – из-за колонны раздался ехидный голос.
- Хотя бы попытайся проявить оригинальность, Салли. Если бы ты меняла свои подходы так же часто, как и любовников, жизнь стала бы гораздо интересней.
Салли сбивчиво оскорблённо залопотала.
- Я не…
Шерлок смерил ее холодным взглядом, но быстро отвернулся.
- Я бы еще воспользовался термином «нижнее белье», но, кажется, сегодня вечером это совершенно необязательный аксессуар.
Салли снова открыла рот, но Лестрейд ее прервал.
- Если в твоем представлении это вежливое приветствие, Донован, то в следующем месяце грядет еще один тренинг чуткости; с радостью тебя запишу.
Он поймал себя на том, что задумчиво разглядывает задницу сержанта, пока его не отвлекло тихое фырканье Шерлока. Лестрейд покраснел и снова обратил свое внимание на танцпол.
- Я так тебя и не поблагодарил, - вдруг произнес Холмс.
- За что? – спросил Лестрейд и заглянул ему в глаза. – О. Ясно, - он пожал плечами. – Ну, я опередил тебя всего на каких-то пять минут, невелика разница.
Вновь воцарилось молчание, и Лестрейд вспомнил, в каком именно виде обнаружил доктора. Пять минут могли сыграть огромную роль.
- Тебе может понадобиться завтрашний день - пробормотал Шерлок.
- Что?
Шерлок кивнул на часы.
- Уже почти полночь.
Лестрейд, проследив взглядом в направлении его кивка, увидел, как минутная стрелка замыкает час. Он обернулся в поисках объяснений, но Шерлок уже исчез.

Джон выдыхался. Он прекрасно проводил время. Танцевал, болтал, флиртовал, не преследуя какой-то цели, просто чтобы не потерять навык… Так приятно было после долгого перерыва снова «нормально» провести вечер. Но теперь его ноги напомнили, что он еще не совсем в форме, да и единственный принятый внутрь стакан пунша давал о себе знать. Уотсон стал оглядываться в поисках Шерлока, скользнув взглядом по часам как раз, когда пробило двенадцать.
Новый день. Еще на одну календарную страницу дальше от произошедшего и всех его необратимых последствий. Он вздохнул, махнул на прощание дружелюбной и энергичной компашке и направился к колонне, где в последний раз видел своего друга.
Того уже и след простыл, и Джон принялся крутить головой, в приглушенном свете выискивая друга внимательным взглядом, продираясь сквозь толпу на танцполе, и вдруг замер на месте, почувствовав, как кто-то мягко обхватил его руками за талию.
Инстинктивный порыв грубо отреагировать на захват угас в зародыше, и Джон, напротив, даже неосознанно подался назад, навстречу рукам.
- Ты что творишь? – поинтересовался он, стараясь перекричать музыку.
Шерлок подступил ближе, так что Джон мог ощущать тепло его тела по всей спине.
- Разве это не общественное мероприятие? Я общаюсь.
- Пойдут разговоры, - Джон виском почувствовал, как губы Шерлока растягиваются в улыбке, и опасливо заозирался, но они были в самом центре танцпола, скрыты спинами танцующих, на островке спокойствия посреди буйства.
- Ну и пусть.
- Шерлок! – Джон хотел было развернуться, но руки на нем сжались крепче и притянули ближе; одна обвилась вокруг талии и прижала его сильнее, другая скользнула по груди, чтобы улечься на больное плечо. Шерлок снял пиджак и закатал рукава рубашки, бледная кожа предплечья в темноте казалась призрачно светящейся.
- Джон. Ты же этого хочешь, - его бедра двигались в такт музыке, и Джон автоматически присоединился, на мгновение откинув голову на плечо Шерлока, просто впитывая его. Но быстро отпрянул и развернулся.
- Но ты – нет.
Шерлок и не собирался выпускать его из рук, лишь немного ослабил хватку, позволяя ему повернуться, и вот теперь снова притянул его ближе.
- Хочу, - низким тихим голосом проговорил он прямо в ухо Джона, - и всегда хотел.
Музыка сменилась, зазвучала медленная песня, народ вокруг делился на пары, но Джон удерживал Шерлока за предплечья, сохраняя некоторую дистанцию.
- Ты всегда говорил, что это слишком опасно. И я думал… после всего случившегося… что ты станешь еще более непреклонным.
- Мы почти три года притворялись, Джон, - в низком голосе Шерлока не было ни капли сомнений, - Три года ходить рядом с тобой, не прикасаясь. Три года опасений и дистанцирования. Три года видеть твою улыбку, когда никто не знает, что она появилась благодаря мне. Три года видеть, как ты хмуришься, когда никто не знал, что я был причиной печали.
- Думаю, за хмурость тебя все же винили, если честно, - с улыбкой ответил Уотсон.
Шерлок не ответил ему улыбкой.
- Ты никогда не хотел скрываться. Это было мое решение.
- Но я же знал, - уверял Джон, - Ты боя… - он оборвал себя на полуслове, - опасался, что меня смогут использовать против тебя. Я понимаю. Всегда понимал.
- Можешь сказать «боялся», - признал Холмс, - «Боялся» более чем честно. Но в свете недавних событий нет нужды пытаться делать вид, что ты значишь меньше, чем есть на самом деле. Тем более что, как выяснилось, достаточно назвать тебя своим другом, чтобы поставить под удар, - он печально улыбнулся, - Возможно, будь у меня больше одного друга, ты не выделялся бы так сильно.
- Ну, только попробуй завести еще любовников, чтобы я смешался с общей массой.
Губы Шерлока дрогнули в улыбке.
- Салли бы ушам своим не поверила. Она всегда считала, что это я у нас собственник.
- Ну, знаешь ли, не так уж и легко постоянно видеть, как люди раздевают тебя взглядом. Может, если бы не приходилось все время держать себя в руках, я бы не реагировал так сильно, когда, наконец, добираюсь до тебя дома.
- Какая была бы жалость, - голос Шерлока опустился до рычания, и нервы Джона натянулись от неприкрытой страсти в этом голосе в столь непривычной обстановке.
- Шерлок, ты уверен? Три года, и ты ни разу не колебался. А сейчас уступаешь мне только из-за произошедшего? Я не хочу, чтобы ты был несчастен.
- В каком это смысле я «уступаю»? – поинтересовался Холмс, - Ты никогда не просил.
Уотсон удивленно взглянул на него.
- Я постоянно прошу. Знаю, с какой легкостью ты меня читаешь, мне и озвучивать слова не нужно, чтобы ты услышал. – Он помрачнел, - После того, как ты нашел меня…
- Тебя нашел Лестрейд.
- Ты меня нашел. И направил ко мне Лестрейда просто потому, что он находился ближе, - он покачал головой, - Я боялся, ты решишь, что мне будет лучше без тебя… Попытаешься меня отослать.
Рот Шерлока изогнулся в горькой усмешке.
- Употребление слова «попытаешься» как никогда уместно. – Взгляд оставался спокойным, - Я знаю, что ты ко мне испытываешь, Джон. Может, был период между излечением твоей хромоты и соблазнением тебя, когда я и мог так поступить, но…
- Какой-то не очень длительный был период, не находишь?
- Достаточно длительный, - они уставились друг на друга.
- Я бы предпочел риск жизни без тебя, - сказал Джон, и оба услышали все, оставшееся не произнесенным.
- Я знаю.
Джон сердито взглянул в ответ.
- Порой раздражает быть настолько очевидным. Ты же меня никогда не ревнуешь, да? Не очень-то приятно.
- Не глупи. Сама идея, что ты вообще можешь меня предать, совершенно смехотворна.
- Ну да, тебя наверняка вообще невозможно обмануть.
- Я совсем не это имел в виду, - Шерлок заговорщицки прищурился, - как тебе и самому прекрасно известно. – Его руки на талии Джона сжались крепче, - Может, я и не переживаю из-за твоего флирта, но он мне совершенно точно не нравится. Всегда так хочется стереть улыбки с их лиц, поцеловав тебя.
- Правда?
- Правда. А теперь, после сегодняшнего, я именно так и буду делать, - он улыбнулся было, но надолго эта улыбка на лице не задержалась, - Это не опрометчивое необдуманное решение, Джон. Я специально выжидал так долго, чтобы быть абсолютно уверенным, что оно не основывалось на моей предрасположенности делать для тебя всё после того, как заполучил тебя обратно.
- А я почему об этом не знаю?!
- Ты бы воспользовался знанием, чтобы требовать чай.
- Ты и так делал чай. И от дел отказывался, чтобы оставаться со мной, не думай, что я не знаю.
- Они были скучные. – Шерлок отвел взгляд.
Джон решил не заострять на этом внимание и двинулся дальше.
- Теперь я в порядке. Не делай этого, если на самом деле не хочешь.
- Это рациональный выбор. Если тебя уже выбрали мишенью, лучше всего сразу прояснить, что ни одно подобное нападение не останется безнаказанным. Я во всеуслышание объявляю, насколько ты важен.
Джон подозрительно прищурился.
- А это еще что значит?
- Не забегай вперед. А теперь, может, поцелуешь меня, дабы положить конец спекуляциям, распространяющимся по комнате?
Джон не стал оглядываться, но уже и спиной чувствовал, сколько людей уже некоторое время таращатся на них. Медленная песня затихала, уступая место раскатистому ритму ударных.
- Я так легко не сдаюсь, - нашёлся он, радостное выражение лица сменилось озорной улыбкой, - Сначала потанцуй со мной.

- Какого черта..?
Лестрейд стрельнул глазами в сторону Салли, но происходящее на танцполе быстро снова завладело его вниманием.
- Это же не… - она непроизвольно распахнула рот, - …не может быть.
Оба замерли, вылавливая цель в мельтешении толпы.
Сержант Кавана подошла к Лестрейду с другой стороны.
- Вы видите то же, что и я, или это я переборщила с пуншем?
- Думаю, не у тебя одной измененное сознание, - отозвалась Салли, - Он, должно быть, под кайфом.
- Выглядит именно так, - согласился Лестрейд, - Но я более чем уверен, что его наркотик законом не запрещен.
На мгновение в толпе танцующих образовалась небольшая брешь, и тут же брови троих наблюдающих в изумлении взметнулись ввысь.
- Черт побери, я была уверена, что он в танце как марионетка будет выглядеть, с такими длиннющими конечностями, – прокомментировала Кавана.
- А он, оказывается, не такой.
- Вообще не такой, - подтвердила Кавана.
Салли моргнула, озаренная внезапным воспоминанием.
- Погодите-ка. Кто держит кассу? – она оглянулась – Где Бредстрит?
Лестрейд широко улыбнулся.
- Похоже, мои дети все же получат X-Box на Рождество.

Шерлок прикрыл глаза и расслабил мышцы во всем теле, за исключением рук, которые напоследок сжались на талии Джона, а затем соскользнули на его бедра. Они довольно часто выбирались куда-нибудь потанцевать, ведь Джону это нравилось, но только в места, где их гарантированно не могли узнать, да еще и перестраховывались, немного меняя внешность. Бары с приглушенным светом и крошечные клубы – все началось с дела, что было связано с диско в стиле девяностых.
Начинал Шерлок с неохотой, несмотря на выражение лица Джона, говорящее «полон надежд, но готов к разочарованию» (именно от этого выражения Джон никак не мог отказаться, что чертовски раздражало Шерлока). Его утверждение, что он якобы «не танцует», было отметено напоминанием о его же клубном прошлом, на что пришлось уточнить, что танцевал он исключительно будучи под кайфом. Холмс очень надеялся, что это замечание послужит точкой в разговоре, раз уж Джон придерживается столь строгих взглядов на употребление запрещенных законом наркотиков, но одного упоминания эндорфинов, чтобы плавно подвести его к сути, оказалось достаточно, чтобы вскоре получить изрядную долю оральных ласк в уборной. После такого спорить сложно.
Он прижал Джона к себе крепче и нагнул голову, делая глубокий вдох, постепенно расслабляясь, чтобы двигаться в такт музыке, одной рукой съезжая по спине к основанию позвоночника, а другой поднимаясь между лопаток. Уотсон подстроился моментально, как и обычно. «Думай о сексе», посоветовал Джон в самом начале, когда Шерлок предсказуемо стал жаловаться на неуклюжесть. Рекомендация оказалась очень действенной.
Теперь Шерлок мысленно перенёсся вперед на несколько часов, когда они наконец попадут домой, основываясь на прошлом опыте. Джон всегда был уступчивым и старательным. Страстно желал доставить удовольствие. Судя по тому, как руки до боли сжали его шею, направление мысли было выбрано верно. Они начнут в холле, решил он, руки Джона будут как сейчас – прижаты к стене над его головой, Шерлок будет удерживать их одной своей. Уотсон не будет отталкивать его. Не станет бороться за доминирование. Он позволит Шерлоку свободной рукой поддержать его за подбородок и отклонить голову чуть назад, а когда Шерлок нагнется ближе, Джон приоткроет рот в знак одобрения и позволит Шерлоку взять желаемое. А желал Шерлок очень и очень многого.
- Начнем в холле, - проговорил он прямо в ухо Джона, и вовремя отстранился, чтобы успеть увидеть, как стремительно расширяются его зрачки. Уотсон кивнул. Край его рубашки каким-то образом выбился из брюк, и Шерлок воспользовался ситуацией, проскальзывая ладонью в образовавшийся зазор, вместе с тем ощутив, как в его волосах путаются знакомые пальцы. Кожа на ощупь оказалась горячей и влажной от пота, такой же, какой она будет час или два спустя, когда он проведет по ней языком.
Холмс понимал, что все больше взглядов танцующих было обращено к ним, что они давно миновали точку, когда их поведение еще можно было истолковать как попытку двух друзей поговорить в таком шумном месте; что их знакомые все видят и понимают, что вялый флирт Джона Уотсона никогда ни к чему не приведет, потому что он недвусмысленно занят и шансов у них просто нет.
Шерлок дотянулся до бедра Джона и крепко схватил, свободной рукой поддерживая с другой стороны. Он слегка оттолкнул, отодвигая Джона назад настолько, чтобы руки партнера упали на плечи. Они двигались вместе, в унисон, взгляд Шерлока ни на секунду не дрогнул, с тех пор, как они встретились глазами, и он не сомневался, что сцены, сменяющие одна другую в его собственной голове, отражаются в мыслях Джона.
Воображение переметнулось к происходящему в спальне, а взгляд неосознанно упал на рот Джона, немедленно приоткрывшийся для него, показавшийся язык привычно облизал губы. Медленно. Он сделает так же дома, а Шерлок толкнет его и усадит на кровать, затем встанет перед ним, ожидая… пока Джон будет притворяться, что не в его руках сосредоточена вся сила, что есть в комнате. Пока он делает вид, что покорен и даже немного волнуется, расстегивая брюки Шерлока, но не ремень, по-настоящему дрожащими пальцами сначала погладит его через белье, пока возбуждение партнера не начнет просачиваться сквозь тонкий шелк, и, наконец, опустит голову, а глаза его будут сиять от ликования, что ему это позволено… Низвергнув Шерлока до самых основ, напомнив, что здесь и сейчас, со своим любовником он целиком и полностью человек… обычный мужчина.
Переключившись на реальность, Шерлок развернул Джона и снова прижал, не оставляя места для сомнений, ни миллиметра пространства между ними. Он не знал, что за песня играет, но ее неумолимые ударные идеально подходили его настроению, а ритм казался очень естественным в танце. Холмс опустил голову к уху Джона, по-хозяйски поглаживая низ его живота.
- А закончится все так.
Он был нехарактерно нежен, пока Джон восстанавливался, но сегодня оба явно были готовы к большему. Шерлок глубоко вдохнул его запах и представил, насколько острее он будет, когда оба будут наги. Когда Джон окажется на четвереньках, а Шерлок раскроет его, пальцами и языком, заставляя ругаться и умолять, не позволяя ему ни секунды отдохнуть пока слова не иссякнут и не останется ничего кроме имени Шерлока. Только тогда Холмс возьмет то, что ему принадлежит, добровольно отданное и отчаянно желаемое, заветное, обожаемое. Он накроет Джона собой, грудью к спине, глубоко погруженный, и приложит все ресурсы самоконтроля, чтобы продлить это так долго, как это вообще возможно, оттягивая момент после экстаза… когда им придется снова разделиться, и Джон отодвинется. Но недалеко, а сейчас Шерлок и вовсе будет держать его много ближе.
Джон откинул голову назад, на плечо партнера, его «Да» читалось совершенно явно, хотя и не сопровождалось ни звуком, и Шерлок, ослабив хватку, развернул его как раз когда музыка начала стихать, уже представляя по освободившемуся вокруг них пространству, сколько внимания они привлекли.
И здесь, на полутемном танцполе, при половине штата Скотланд Ярда в качестве свидетелей, Шерлок Холмс наконец сорвал с себя маску, что носил столько лет, и, опустив голову, поцеловал единственного человека, которого когда-либо любил.

Гром оваций чуть не оглушил их.