Их жизнь

Северус оторвал взгляд от своих записей и посмотрел на Гарри – тот третий день продолжал на него дуться как мышь на крупу. «И что ему в голову засела эта идея с ребенком?» – мысль мешала сосредоточиться на статье. – Так и будешь молчать и сердито сопеть? – поинтересовался Северус, которому было морально некомфортно – размолвка давила на сознание, и он чувствовал себя старой желчной сволочью, отказавшей любимому человеку во вполне естественном желании завести детей. – А что я могу еще сказать? – буркнул Гарри – его характер требовал действий, громкого скандала и яростного выяснения отношений, но он терпел, надеясь все же переупрямить партнера. – Я все тебе объяснил, пообещал взять на себя хлопоты по подбору кандидатуры – от тебя понадобятся только одобрение и материал для оплодотворения, в чем я тоже с удовольствием тебе помогу. Да, в конце концов, я заверил тебя, что брошу Аврорат и сменю работу, о чем ты уже третий год мечтаешь! Чего еще ты ждешь от меня взамен на свое согласие? – в голосе прорезались горестные нотки. – Да пойми же ты, что я не отказываюсь, но ведь нас никто не торопит. Успеем мы еще повозиться с сопливым малышом, – попытался снова растолковать свою позицию Северус, с ужасом представляя их дом, заваленный детскими игрушками, миниатюрными одежками и бутылочками с едой для младенцев. – Ты сам еще недавно в школу ходил… – Недавно? Уже семь лет прошло, если ты вдруг забыл арифметику! – Гарри подошел к Северусу, сидевшему за столом, и встал на колени рядом с его стулом. – Неужели ты не осознаешь, какая это радость – маленький человечек, который будет звать тебя папой? – Где уж нам! Мы ведь темные! И ничего не смыслим в детях – орущих по ночам, бесконечно писающих в штаны и требующих к себе больше внимания, чем закипающее волчелычье зелье! Делай, как знаешь! – заметив счастливую улыбку, расплывшуюся на лице Гарри, он предупредил: – Пока ребенок не научится есть самостоятельно, кормить его будешь ты!