Сатисфакция

      Перед ним, несомненно, стоял Локи, но Боже Всемилостивый, как он выглядел. Узкое, бледное лицо обрамляли почти чёрные волосы. Две серебристые пряди падали по бокам. Локи начал седеть. От Роджерса не укрылось, что зелёные глаза были запавшими, под ними залегли чёрные тени. Кожа была белее мела, казалось, что он недавно пережил тяжёлую операцию.       На бывшем претенденте на мировое господство были надеты простые чёрные джинсы, чёрная же футболка. Он был босиком, зато на руках его красовались чёрные, судя по виду, кожаные перчатки. Локи молча смотрел на бывшего врага, тут только Стивен обратил внимание, что хоть Локи и старается держать осанку — плечи его мелко трясутся. Он явно боялся Стивена и того, что может произойти. Помня о наставлениях Фьюри, капитан молчал. Сейчас он рассматривал «камеру» Локи. Это были апартаменты. Четыре двери выходило в гостиную. На огромном балконе был разбит сад, в котором можно было гулять. Уж на камеру эта квартира не походила никак.       Локи неотрывно смотрел на Роджерса, он нервничал, это было заметно сразу, а ведь в прошлую их встречу, он был хладнокровен. Наконец послышался вздох: — Зачем ты пришёл? — он не спросил, а скорее прошелестел. Голос у Локи был как у смертельно больного. — Есть шанс смягчить твою участь, если поможешь. Такого Стивен не ожидал, Локи горько засмеялся, но не двинулся с места. Выглядел он как помешанный, а когда он заговорил, Капитан Америка вздрогнул: — Никто не способен смягчить мою участь. Никто из вас. СЛЫШИТЕ?! — Стивен понял, что этот крик относится к Тони, который наблюдает за происходящим в комнате. — НИКТО! И слова ваши — пусты, им грош цена. Локи устало опустился прямо на пол, поджал под себя ноги и уставился на свои руки. По всем предплечьям точно змеи вились чёрные татуировки. Они извивались, казались живыми и, похоже, начинались на кистях рук, скрытых перчатками и заканчивались, убегая под короткий рукав чёрной футболки. — Нет, — голос Локи упал до шелестящего шёпота, — кому я способен помочь, если я и себе не помог? Уходи.       Роджерс ушам своим не поверил, Локи вёл себя так странно, скорее всего, он боялся Фьюри. Что с ним случилось? Нужно было во всём разобраться. Что мог решить Стивен Роджерс? Конечно только то, что Локи пытали, и он боится ошибиться, не так сказать или не то сделать. На несколько секунд честное, храброе сердце встрепенулось, и он сделал решительный шаг вперёд, чтобы ободрить Локи. Он просто хотел сказать, что добьётся его перевода под свою ответственность, что главное верить и надеяться.       Этих нескольких секунд замешательства вполне хватило. Стивен сделал шаг по направлению к Локи, то резко вскочил и выставил вперёд руки. В глазах появилась паника. Он что-то прошептал, и волна мощной магии сбила Роджерса с ног, придавила к полу. Стивену казалось, что невидимые руки душат его. Дверь в комнату снова открылась, и на пороге возник Фьюри, не церемонясь, он подбежал к Локи и грубо тряхнул его за плечи. — Локи, немедленно пусти его! — но Локи пустыми глазами смотрел перед собой и не слышал, что ему говорят. — Пусти его! — уже громче рявкнул Фьюри и встряхнул его ещё раз.       Капитан почувствовал как давление магии на грудь и горло стало ослабевать, а потом и вовсе исчезло. Стараясь отогнать зелёные точки, то и дело мелькавшие перед глазами он сел. Сначала он не поверил в то, что видит.       Локи сидел на полу, а Николас Фьюри крепко удерживал его за плечи. В этом жесте не было ничего агрессивного, скорее наоборот, так держат, когда желают поддержать тяжелобольного. — Ник пришёл, — равнодушно сказал Локи. — Да, — Фьюри отпустил его, он знал, что Бог Обмана не терпит чужих прикосновений, точнее просто боится их. — Зачем он тут? — кивок в сторону Стивена. — Он же говорил. Или ты не помнишь? — осторожно спросил Фьюри. Локи молчал, и директор продолжил, — Ему помощь нужна, понимаешь? — Да, — Локи покосился на Роджерса. Фьюри перехватил этот взгляд. — Он не опасен. Это я тебе гарантирую. — Я понял, — но было видно, что Локи не поверил.       Роджерс с каждой секундой понимал всё меньше и меньше. Что произошло, если Локи отпрыгивает от него как от зачумленного, а атака магией была явным актом самообороны. Теперь ещё Фьюри убеждает несостоявшегося тирана в том, что ему ничего не угрожает. — Что вообще случилось? — сипло спросил Стивен. Говорить было больно, директор вовремя вмешался, иначе бы Локи придушил бы его насмерть. — Так чем помочь? — спросил его Локи. Фьюри просто не ответил на заданный вопрос. — В Нью-Йорке убивают девушек и женщин от восемнадцати до двадцати пяти лет. Душат, если конкретнее… — Это не я, — мрачно ответил Локи. — Да никто и не говорит на тебя, просто на месте преступлений часто находят слизь, которая по происхождению сходна с чешуёй читаури. — И как эти недоящеры связаны с маньяком? — Вот это мы и собираемся выяснить. Поможешь? А я смогу ходатайствовать о…. — под взглядом Фьюри он замолчал. Теперь он смотрел на Локи. — Мало данных. Я должен всё сам видеть. Нужны картинки, рисунки или ещё что-нибудь… — Это называется фотографии, — подсказал Фьюри, — мы предоставим, или тебе лучше самому взглянуть? При этих словах Локи вздрогнул: — Нет, нет. Фотографий достаточно. — Локи, — обратился Роджерс, — я могу отвезти тебя на место преступления если ты пообещаешь… — Достаточно! — властно прервал его Фьюри, а потом обратился к Локи. Голос его смягчился, — Фотографии, так фотографии. Если что-нибудь ещё надо, то говори Старку, он всё добудет. — Всё, больше ничего.       Локи поднялся на ноги, стоял он нетвёрдо, и пошёл к двери в комнату. Он не поворачивался спиной, внимательно следил за Стивеном. Когда он скрылся за дверью, Фьюри вздохнул и сказал: — Обошлось. Я думал, что будет хуже. Оставь ему папку с документами и пойдём к Тони, есть, что обсудить.

***

— Тони, что вы с ним сделали? — спросил Роджерс у Старка. — Мы? Ничего, поверь сейчас он ещё в хорошем состоянии. — Что? Подождите! — внезапная догадка пронзила его, — Вы ведь поэтому его в Асгард не выдали?! А что если Тор узнает? Глаза Старка сузились, Фьюри вздохнул и ответил: — Тор не является желательной персоной на Земле и уж кто-кто, он не вправе требовать от нас ответа. В итоге Стивен не понял ничего, но вопросов задавать не стал. У него разболелась голова и он поехал домой, нырнул в кровать, но и во сне не находил успокоения. Ему снились больные, запавшие зелёные глаза. Всё же, что должно было произойти, чтобы такая тираничная личность за год растеряла свой сарказм и лоск?

***

— Локи, открой, это Тони, — дверь отъехала в сторону. — Заходи. — Я снотворное принёс, — Тони протянул капсулу и стакан воды. Локи осторожно взял её в рот, запил и, повинуясь жестам Тони, показал, что проглотил лекарство. — А ты жесток, сын Говарда. Почему ты меня не отпустишь? Месть ваша слишком затянулась, я давно всё искупил, даже с лихвой. — Локи, так нельзя! Ты это понимаешь? Надо жить! Надо жить! Я всё понимаю… — Нет! Ты не понимаешь ничего! Ты просто не можешь это представить, к счастью! Да, я пытался взять власть, но такого не сделал бы никогда! Зачем, норны, зачем ты меня спас? — Я всего лишь человек. — Вы бы сделали благое дело, если бы убили меня в ту ночь.       Локи замолчал и сел на пол. В комнате была кровать, два кресла, книжный шкаф. Локи ни разу не взял оттуда книгу. Он больше не читал, ему ничего не хотелось, он даже ел только потому, что Тони каждое утро вытаскивал его из комнаты и тащил в столовую. — Локи, — тихо сказал Тони, — не хорони себя, это уже ничего не исправит и не изменит. Просто помоги, даже не нам. Помоги тем девочкам. Чувство беспомощности и бесправности — это ужасно… — Ты мне это говоришь? — Я вижу, что с тобой стало, но ты сильный воин. Ты справишься, не сейчас, так через год, пять, десять, сто лет, но ты справишься. Шрамы на душе изгладятся…. — Локи поднял голову на Старка и слушал, — А вот девочки нет, они его боятся, а этот изверг играет их жизнями. Не нам помоги, а им. — Никто не примет помощь от меня, особенно после всего, что случилось. Я виноват сам. — Хватит! Ты не в Асгарде! Здесь другие законы и нравы! Уж в произошедшем твоей вины точно нет! Ты понял?       Локи кивнул, он видел, что Старк не врёт, и говорит так не из жалости. От этого становилось и хорошо и противно одновременно, но вот только жить не хотелось. От самоубийства его удерживало только отсутствие посмертия. Провести вечность в скитаниях посреди Хаоса он не хотел.       В ушах начало шуметь, его клонило в сон, наконец, его разморило. Тони, чертыхаясь, призвал усиленные перчатки, с трудом поместил Локи в кровать, накрыл пледом и вышел из комнаты: — Джарвис, следи за ним. Обо всех изменениях докладывай мне лично.       Старк не мог сказать, когда его ненависть к Локи сменилась сочувствием. Он сам не знал, почему так произошло. Даже сейчас Локи был далеко не слаб, он вызывал уважение у него и Фьюри. Вот только себя Локи не уважал и ненавидел, и это было страшно.