Странная ночь

      Странная была ночь — пропитанная тягучим ожиданием чего-то важного, неизбежного. Необычно холодная. Здесь, в доме, этого не видно, но если выйти к заливу, то в плотной, зябкой темноте можно было заметить тонкую дымку, стелющуюся по нагретой за день воде. Тони сегодня не поехал ни на одно из таких «важных мероприятий», куда все время зазывали его люди, которых он должен знать, но все никак не мог запомнить их имен. Сегодня не хотелось пить, улыбаться или отвечать на вопросы журналисток. Не хотелось ловить на себе жадные взгляды, чувствовать, как все ждут от тебя или промаха, или успеха. В эту странную, свежую ночь хотелось ждать чего-то самому. Странное предчувствие скрутилось в районе солнечного сплетения тяжелым комком. Этот сгусток мешал дышать, не давал сидеть на месте, но и уйти куда-то тоже не позволял. Тони нарезал круги по комнате, брал и ставил обратно какие-то попавшие под руку безделушки, слушал музыку и ждал.       Ближе к полуночи вернулась Пеппер. Уставшая, разозленная. Отчитала его за то, что он не пришел на какую-то презентацию. Тони только развел руками и немного кривовато улыбнулся.       Как он мог объяснить, что странное предчувствие не выпускало его из дома? А с появлением Пеп это томительное, изнуряющее чувство только усилилось. Но девушка вдруг резко замолчала, посмотрев в глаза своего босса, и мягко улыбнулась: — Идем спать, Тони. У нас завтра куча дел.       Сегодня она была нежной, как никогда. Нет, они давно были вместе, и Тони казалось, что он изучил Пеп вдоль и поперек. Однако это была какая-то особенная ночь. Ночь чего-то нового. Но как ни старалась Пеппер, она не смогла согреть замерзших от ожидания пальцев мужчины. А тугой ком рядом с сердцем сжимался все больше. — Ты думаешь о нем? — Пеппер прикрыла глаза, уютно устраиваясь у Тони на плече. Старк едва заметно вздрогнул. — О чем ты, Пеп? — Ты знаешь, — девушка немного грустно улыбнулась, — после того, как ты в составе Мстителей остановил читаури, ты стал сам не свой. Ты думаешь о нем… — Пеппер приподнялась на локте и взглянула на Тони. Тот же всеми силами пытался удержать на лице расслабленную, непонимающую улыбку. Как всегда. Нет эмоций и слабостей. Но девушка знала, как никто другой — у Тони Старка есть сердце. И сейчас ее боссу тяжело. Невыносимо. За привычной безбашенностью сейчас видна какая-то… потеря, — и ты скучаешь. Почему ты не пошел за ним? — За кем? — едва слышно выдыхает Тони и клянет и Пеппер за ее внимательность, и себя за неосмотрительность. — Да все ты понимаешь, Тони. Ты же даже на американский флаг теперь смотришь глазами побитого щенка. Ты думаешь о нем. Ты по нему скучаешь, — тихий голос Пеп, казалось, озвучивал то, в чем Старк побоялся бы себе признаться. — Ты любишь его. — Пусть так. Я не нужен ему. Он — легенда. Между нами — десятилетия, Пеп. Сомневаюсь, что он оценит мои намеренья. Мы как будто с разных планет. — Иди к нему, умоляю. Ты не узнаешь, пока сам у него не спросишь. Ведь между вами что-то было? — Я его трахнул, Пеп, — отозвался Старк, — просто зажал в углу и… Черт! Он сам сказал, что для него это ничего не значит. Сказал, чтобы я забыл. — Ты его… Что?! Тони, да ты идиот непроходимый, прости, конечно… — Пеппер возмущенно взметнулась с кровати. — Ты сам-то в это веришь? Ты же знаешь его, ну. Как для него это могло ничего не значить? — Он сказал… — Да мало ли, что он говорил? Езжай к нему. Сейчас же.       Тони отрицательно покачал головой, садясь на кровати. Потс подошла, села рядом. Взяла ладонь мужчины в свою, легонько подула на холодные пальцы. — Ледяные… Езжай к нему. Или я решу, что ты боишься, — она задорно, но все же немного устало улыбнулась. — Прошу… Тебя же тянет туда. — А как же завтрашняя куча дел? — Старк попытался прикрыться последним аргументом. Пеппер только покачала головой и указала на дверь.       Странная ночь. По трассе на бешеной скорости несся автомобиль. Водитель мерз, но все равно упорно не хотел опускать крышу кабриолета. Ему будто не хватало воздуха. Его гнало вперед то самое странное предчувствие, которое только усиливалось. Быстрее. Еще быстрее. Увидеть, коснуться.       Дверь долго не открывали. Тони уже решил, что хозяев нет дома, и собрался уходить. Но вдруг дверь отворилась, являя Старку заспанного Капитана. Стив был такой домашний, закутанный в одеяло и со следом от подушки на щеке. Совсем не герой. — Старк? Что ты здесь забыл в такое время? — Роджерс недовольно нахмурился, сдерживая зевок.       И тугой ком в груди будто взорвался. Миллиарды искр вырвались в тело, побежали по венам..       Тони втолкнул Стива обратно в квартиру. Роджерс был еще теплый спросонья, немного неуклюжий и дико милый. От толчка одеяло слетело на пол, открывая взору Старка рельефный торс и свободные пижамные штаны на длинных ногах. Медленно, кошачьей походкой, Тони стал приближаться к Роджерсу. — Старк, ты что задумал? — Кэп, звони в психушку и полицию. И быстро. — Зачем? — Стив встал в коридоре, скрестив руки на груди. — Я, кажется, с ума сошел. — Это не новость, — голос хрипловатый, уголок губ дергается, создавая невольную полуулыбку. — А в полицию зачем? — Сейчас тут будет изнасилование.       Стив только открыл рот, чтобы возмутиться, но тут же оказался прижат к стене. Старк смял его губы в настойчивом поцелуе, раздвинул ноги коленом, прижимаясь бедром к паху. Тони капитально рвало крышу. От жара тела Стива, от его губ, кожи, запаха. А когда Стив начал отвечать, крепко хватая Старка за плечи и прижимаясь как-то отчаянно и потерянно, Тони понял, что обещанное изнасилование может быть неоднократным. Хоть бы солнце не вставало. Пусть эта ночь длится дольше. Мир этих двоих сжался до размеров небольшой квартирки в пригороде Нью-Йорка. Стараться быть как можно ближе. Так естественно. Так желаемо. — Ты где был столько времени? — Ждал.       Голоса хриплые, срывающиеся. Комната наполнена тяжелым дыханием и шорохом снимаемой одежды. В темноте слабо мерцает реактор в груди Старка. В голубоватом свете все кажется особенным, волшебным. Стив протягивает руку, обводит кончиками пальцев металлический корпус. Со стороны Старка доносится несдержанный вдох, и руку Роджерса перехватывают ледяные пальцы. Тони касается губами выступающих с внутренней стороны запястья венок. — Руки холодные. — Мне жарко.       Потянуться ближе, провести языком по шее, прикусить мочку уха. Довольно отметить, как вздрогнул Капитан. — Почему ты просил забыть? — Это неправильно… — Ты действительно так думаешь? — Нет…       Уже остывшие простыни на постели, куда Тони толкнули. Тяжесть тела сверху. Прижаться ближе, в поцелуе, больше похожем на бой, отвоевать себе первенство. Зарыться рукой в мягкие пшеничные пряди, погладить затылок. — Ты на кота похож. — А ты на Капитана Америку. — Серьезно?       Тихий смех, легкое касание губами груди. А еще руки согрелись. Дальше все сумбурно. Горячо, тесно, шумно и до одури, до потери сознания приятно. У сегодняшней ночи была странная магия. Сегодня их повязали. Сплести пальцы, отдаться размеренным, глубоким толчкам. — Громче… — Черт, Тони... Еще…       Утро встретило их дождем и новыми открытиями. Роджерс узнал, что Тони спит, чуть ли не полностью забираясь на своего партнера, и забавно колется усами, когда во сне трется о шею Стива носом. А для Старка стало открытием, что Стив дико стесняется и бесится, если зайти к нему в душ и сделать пару комплиментов насчет чисто мужских… э… хороших качеств, а также весьма мило краснеет, если видит, что при взгляде на капитановы «хорошие качества» эти же «качества» самого Старка только крепчают.       Кофе был крепким, табуретка жесткой, а Стив напротив — до безобразия растрепанный, помятый и сексуальный. — Сам догадался приехать, или кто подсказал? — Я скучал. — На вопрос ответь. — Люблю.