Ненавижу!

— Отпустите! Я сложила руки на груди. Вот уже как полчаса меня нес на руках Макс, и я никак не могла выбраться. — Это же была… — Да, это, конечно же, была шутка! — перебил меня Ким, который шёл где-то сзади нас. — Мы не настолько тупые, как ты думаешь. Я фыркнула и перевела взгляд на Макса. После начальной школы он очень изменился, возмужал. Уже нет этих прямоугольных очков, одежды книжного червя. Макс полностью посветил свое свободное время самому себе и своей внешности. Сейчас у него уже совершенно другая прическа, вместо очков — линзы, конечно же, модная и дорогая одежда, идеальное накаченное тело. Впрочем, ничего нового. А если быть честной, то это полностью моя вина. Мне не стоило шутить насчет них и вообще затрагивать эту тему. Но у меня в голове просто не укладывается, как они могли подумать, что я их выдам?! — Уж лучше я на руках у Агреста буду… — пробормотала я, но поняв, что я сказала, я широко распахнула глаза и моментально закрыла рот рукой. — Э-это было н-не то, что в-вы подумали! Через несколько секунд я уже была на руках у Нуара, от чего у меня немного порозовели щеки, и я пробормотала что-то невнятное даже мне. Подняв голову, я увидела лицо Агреста, который смотрел куда-то вперед и улыбался Нуаровской улыбочкой. Я стыдливо закрыла раскрасневшееся лицо руками, при этом прошептав что-то вроде: « О боже!», — чем вызвала приступ смеха у парней. — Отпустите, у меня есть ноги, — прошипела я, всё ещё закрывая лицо руками. — И про Агреста я пошутила! — Ага, как же? — сказал Агрест сквозь смех и сильнее прижал меня к себе. — Куда мы идем? — В подвал. От шока я вся обмякла и каким-то образом упала на пол. Не теряя не секунды, я побежала к пекарне, при этом слыша угрозы в мою сторону. Миновав парк, я увидела, что на нашей улице стоят две пожарные машины и трое полицейских. У меня промелькнула мысль, что что-то случилось с нашей пекарней, но я быстро отбросила эти глупые мысли. Внутри живота что-то заболело. Страх. Подойдя ближе, я увидела что-то, что повергло меня в шок. Вывеска « T&S» лежит на асфальте, из окон идет дым, смешанный с искрами огня, а некоторые места покрыты пеплом. Нет, нет, нет, НЕТ! Родители! Они должны выжить! Я, слегка пошатываясь, подошла к полицейскому и положила руку ему на плечо. Посмотрев на бейджик, я взглянула в глаза полицейскому. — Мисс Дюпен-Чен? — спросил мистер Бейнж с легким английским акцентом. Он обвел взглядом пекарню и снова посмотрел на меня. В его взгляде я увидела грусть, отвращение и… сожаление? Я слегка сгорбилась. — Ваше здание кто-то сжёг, а преступник скрылся с места преступления, оставив лишь… — он отдал мне что-то свернутое в бумагу. Дрожащими руками я начала распаковывать и увидела маленький амулет который представлял собой хвост лисы. Я растеряно подняла глаза на полицейского и слегка покачала головой. Вольпина. — Вы знаете, что это могло пре… — А… Мои родители… Том Дюпен… Сабина Чен… — перебила я полицейского. Моё тело буквально дрожало, и было похоже на то, что меня лихорадит. — Я. — мистер Бенйнж забегал глазами по дому, не желая встречаться взглядом со мной. Он поджал губы. — Мне жаль, они… Я выпучила глаза. Я уже не слышала его. На несколько секунд я забыла, как дышать. В глазах болезненно защипало. Я упала на колени и мои губы задрожали. Нет, нет, нет! Это невозможно! Я ещё так много им не сказала! Нам так много ещё нужно было сделать! Мама… Её больше нет. И папы. Я одна… Совсем одна. — Бугабу, вставай! — меня взяли на руки, но я закрыла глаза, не желая их открывать. Лишь бы это был сон! Но аромат чего-то горелого давал мне ясно понять ответ. — Не плачь. — Я… Мне нельзя… Они… Совсем одна. Я погрузилась в тьму, всё ещё чувствуя, что чьи-то теплые и сильные руки прижимают меня к себе. Я совсем одна.