Ненавижу!

Мне ни в коем случае нельзя рассказывать Агресту о моей маме. Чувствуя холод мраморных ступенек лестницы, я чувствую себя разбитой. Всё так неправильно. Я даже не знаю что думать, не то что сказать. Я зашла в свою комнату, закрыв дверь на замок. Прислушавшись, я услышала, что душ Агреста этажом ниже только что включился. Вздохнув с облегчением, я признала, что мне не помешает свежий воздух. Взяв плед, я открыла окно. Ещё в начале моего поселения у Агреста я заметила, что если ухватится за одну выпирающую доску, а после слегка подпрыгнуть, то можно очутиться на крыше дома. Я, конечно, ещё не пробовала залезть туда, но лучше сейчас, чем потом. Выгнувшись, я скомкала плед и кинула его на крышу. Вроде получилось. Так как я находилась на втором этаже, меня немного заботил тот факт, что если у меня не получится залезть с первой попытки, то получится где-то через месяца два. Примерно тогда меня могут выписать из больницы и я избавлюсь от переломов, которые возможно получу. Набрав в грудь побольше воздуха, я быстрым движением ухватилась рукой за доску. Не смотри вниз! Закрыв глаза на минутку, я почувствовала как ветер играется с моими волосами, охлаждая мою кожу. Оттолкнувшись об стену, я ухватилась за край крыши и, напрягая силы, залезла. Почувствовав легкую боль в районе локтя, я увидела как маленькие капельки крови появились в некоторых местах. Ненавижу царапины. У меня очень нежная кожа, поэтому такие вещи как синяки, царапины и ссадины могут «украшать» мое тело долгое время. Немного потерев царапину, я завернулась в плед, пытаясь не дышать. У меня такой бардак в голове, что мне понадобятся недели, чтобы все было в порядке снова. Мне нужно завести дневник. — Грустишь? — Агрест плюхнулся рядом. Его волосы были мокрыми и более волнистыми чем обычно, щеки и нос были розовыми от горячей воды. На нем была, я бы назвала, стариковская пижама из 90-х в клеточку, но она очень шла ему. Он захватил с собой ещё один плед, которым он сам же себя и укрыл. — Слишком много произошло в последний момент, Бугабу. Я понимаю, что ты сейчас не готова для разговора и заставлять тебя говорить мне совершенно не хочется. Но я хочу. чтобы ты знала, что я… Что мы будем рядом, чтобы ни случилось. — Я рада тому, что ты это понял, — улыбнулась я. Ответила я как-то двулично, — Но. как ты залез? — Ты что, забыла? Я же Нуар, мне все под силу, — нервно хихикнул он, почесав затылок. Ухмыльнувшись, я снова перевела взгляд уже на луну, которая успела заменить солнце. — Они уже подъезжают, — заметил Агрест, заметив как две чёрные Ауди припарковываются, — но я могу остаться с тобой ещё на 10 минут… Если ты не против, конечно… На его щеках выступил румянец, и он отвёл глаза в сторону, пытаясь не смотреть на меня. Агрест смущается?! Я почувствовала такой прилив тепла и нежности к Агресту, что просто не могла не посмотреть на него. Рукой я притянула его к себе, и наши взгляды встретились. Столько заботы в его глазах, сколько беспокойства и смущения! Ведь он всегда был на моей стороне, и рядом тогда, когда я в этом нуждалась. Он никогда не отказывал в помощи, и пытался контролировать меня во всем. Из-за беспокойства. Может он и есть тот, о ком говорил отец? Я нежно коснулась своими губами его и… это было просто незабываемо. Агрест среагировал не сразу, не веря в происходящее, но через секунды 3 подвинулся ближе, и немного углубил поцелуй, проведя своим языком по ряду моих зубов. Это не был пошлый, грязный и быстрый поцелуй, а совсем наоборот — нежный и романтический. На секунду я открыла глаза. Почувствовала его запах. Ещё секунда. Это не сон. Я целую Агреста. По своей воле! Немного погодя, я отстранилась от него, и мы оба тяжело дышали. Наши лбы соприкасались. — Я люблю тебя, Адриан…