Шесть сердец. Часть вторая

"Хочешь, дам совет? Говори поменьше." "Не скрывай свой голос. Пожалуйста, я хочу услышать..." "То, что произошло в саду... Я размышлял над этим и пришёл к выводу, что во всём виноват только я. Ты вообще не при чём. Прости." "Ты что, совсем идиот? Прекрати играть со мной в свои тупые игры." "Не надо, прошу, не надо," - думал Аято, находясь в каком-то тёмном помещении своего разума. Его душа разрывалась на части от ужасающего одиночества. Парень оглядывался по сторонам в поисках кого-то, может быть, в поисках его, но тело по непонятным причинам не просило любви, не просило милой ласки, оно желало быть разрушенным чем-то, поломанным кем-то, брошенным в мусорный бак после того, как над ним хорошенько поиздеваются. Парень чувствовал странный огонь в своей груди вместо сердца, он потерял свои страстные и благородные чувства, оставляя в себе только похоть и разврат. Он даже не мог вспомнить имени того, кого он безумно вчера любил. Он напрягал свои извилины, пытался выкрикнуть слова, но память не хотела возвращать их ему. "Только бы кто-нибудь любил меня, только бы кто-нибудь взял меня, неважно, кто именно это сделает, я хочу знать, что ещё нужен для чего-то," - слышал Сакамаки со всех сторон свои мысли, шепчущие то в одно ухо, то в другое, доводя своего хозяина до последней стадии безумства. - Ю... - тихо выскользнуло изо рта рыжеволосого. Он обхватил свои плечи руками, стараясь не заплакать от бессилия. - Юма... Юма Муками! "Люблю его, люблю его..." - кивнуло парню подсознание. Аято распахнул мокрые от слёз глаза и огляделся. Повсюду темнота. Почему он не помнит, что произошло до того, как он очутился в этой самой темноте, пугающей и одинокой? Он не на земле! Он...

***

Тем же временем. - Руки... - Нет. - Ну, Руки... Скажи мне... - Отстань, противный. - Бу-бу-бу... Шу уже тридцатый раз тыкнул ручкой в спину брюнета, несмотря на то, что они находятся на уроке. Учитель по психологии что-то увлечённо рассказывал, рисуя непонятные значки на доске скрипучим мелом. Учеников в кабинете было мало, так как не все хотели продолжать учиться в школе после выпускного девятых классов. А на дополнительные занятия по филологическому направлению вообще выбирали единицы. Руки пытался хоть что-нибудь понять из монолога учителя, но наглый одноклассник, сидевший на парте сзади него, уже как минут пятнадцать не давал ему покоя, стараясь затеять разговор или просто подурачиться. Иногда у него случались такие вспышки игривого настроения, особенно когда дело касалось его братьев и Муками. Кажется, что такими путями он пытался угнаться за потерянными подростковыми годами. Руки любил и ненавидел его одновременно. Но, наверное, любил он его чуточку больше. - До перемены совсем никак?.. - спросил он уже раздражённым тоном. - Нет, хочу услышать прямо сейчас, - губы Шу растянулись в своей неповторимой улыбке, которую он показывал до этого только Юме. - Малыш, пуся, солнышко... - Достаточно и простого имени. - Ой, ну скажи! Руки с неохотой рассказал Сакамаки, как он столкнулся с Аято. Он попытался передать весь их разговор как можно подробнее, потому что знал, что блондин очень любит, когда в курсе абсолютно всего. Из-за этого брюнет немного неловко себя чувствовал, а если говорить точнее, то мысленно корил себя за то, что ведёт себя, как сплетник. Голубоглазый внимательно выслушал его, и улыбка, красовавшаяся на его лице, стала ещё более счастливой и ослепительной. По такой реакции Руки сразу понял, что его собеседник в полнейшем восторге. - Что делать дальше? - спросил полукровка. - Мне страшно, когда думаю об этом твоём плане... Канато с Азусой вместе, у Субару и Коу тоже что-то серьёзное намечается. А вот Юма с Аято совсем не сдвигаются с места. - Но ты сделал то, что я просил? - Да, ещё на второй перемене... - Тогда всё путём. Аято уже в мешке. - Э-э-э? Что значит "в мешке"?..

***

В то же время. "Чёрт, чёрт, только не падай, вредный вампир, которого я люблю до безумия!" - ворчал с шутливой усмешкой Коу в своих мыслях. Сейчас, когда он под руку несёт своего возлюбленного и ощущает всю тяжесть его тела, им овладевает настоящая эйфория. Он с ним, они так близко друг к другу, и Субару доверяет ему! Коу одной рукой схватился за свою шею, щупая укусы, оставленные Сакамаки, чтобы ещё раз убедиться, что они действительно были соединены белоснежными клыками его возлюбленного. Рана, конечно, продолжала болеть, но от этого чувства Муками лишь ещё больше радовался и против своей воли натягивал на лицо удовлетворённую улыбочку. Он ногой распахнул дверь в медпункт и положил пепельноволосого на первую койку. Медсестра тут же бросилась к ним: - Что случилось? - Ему стало плохо, - Коу указал на Субару. - Неожиданная слабость, резкая боль в голове. - Ох, какая напасть! - женщина в белом халате быстро поправила выбившийся локон рыжих волос себе за ухо и, схватив шприц, подошла к вампиру, который уже вот-вот и полностью отключится. - Уже второй за сегодня приходит... Как будто начало эпидемии. И главное, что здесь замешаны серьёзные симптомы! - Кто-то ещё потерял сознание? - вопросил Коу с неподдельным любопытством. Женщина направила свои золотистые глаза прямо на Муками. В них он не увидел ничего, кроме испуга. Она неуверенно кивнула на ширму, за которой должна была располагаться вторая кровать. Коу взглянул за неё и увидел... Канато. - Что ты здесь делаешь? - спросил блондин у Сакамаки. - Азуса... неожиданно потерял сознание, - с расширенными от удивления глазами, прошептал тот. Кажется, он был немного шокирован неожиданный появлением брата своего любовника. Наверное, он даже успел подумать и о том, что его назовут виноватым из-за потери сознания Азусы, которая настала, пока они добирались до кабинета, где проходили уроки. Коу, конечно, не был способен к жестокости по отношении к тому, кого любит его обожаемый братик, поэтому-то им полностью завладело исключительно беспокойство за брюнета. Канато заметил, что второй зрачок Муками покраснел, после чего его обладатель вскрикнул и бросился к своему брату: - Азу-тян! Азу-тян, пожалуйста, скажи, как ты себя чувствуешь? Что случилось? Кое-как разлепив веки, мазохист взглянул на Коу. "Вот я влип," - первое, о чём он подумал, решив, что лучше не рассказывать старшему о том, чем они занимались с Сакамаки, пока шёл урок. В его душе зародился какой-то странный упрёк на своего возлюбленного, мол, всё время он делает так, что приходится всеми силами выкручиваться, чтобы потом стыдно не было. Вампир невольно обнаружил эти самые эмоции в его взгляде, из-за чего слегка потупил глаза. - Всё... Всё очень хорошо... Не волнуйся, братик... - натянуто улыбнулся младший Муками. - Ты такой дурак! - Коу приник к брату и крепко обнял его, чуть ли не плача. - Вот всегда ты такой! Нет бы сказать мне о своём самочувствии, но ты всё время хочешь казаться сильным! Азу-тян... Вот смотри, до чего тебя довела эта гордыня. Ты оказался на больничной койке! - Блондин отпрянул от полукровки и с какой-то непонятной торжественностью спросил: - Ну что, доволен теперь, ванхельсинг несчастный? - Но он же не знал, что так случится, - вставил Канато и тут же пожалел о своих словах. Коу криво ухмыльнулся: - Молчи. Ты тоже виновен в том, что не позаботился о моём милом братике. И ещё смеешь говорить, что любишь его! По телу Азусы прошлась неприятная дрожь. Он умоляющими глазками взглянул на Сакамаки, надеясь, что тот возразит и скажет, что действительно любит его. Но тот, как назло, закрыл рот на замок и покорно молчал. Азуса решил не думать о том, как ему плохо от немого разговора любовника, и поэтому разбавил обстановку вопросом: - Коу, а что ТЫ здесь забыл? Второй глаз идола засиял ещё ярче. Теперь краснота оттенка походила не просто на кровь, а на раскалённую и жгучую лаву. - Суба-тяну стало плохо, - прошептал он осторожно. Канато встал со стула и, в упор заглядывая в лицо Коу, совершенно безэмоционально произнёс: - Вот как? Значит, ты не способен защитить его? Что ж, теперь я знаю, почему Субару не хочет подпускать тебя к себе. Ты просто жалкий слабак. - Канато! - Азуса схватил любовника за запястье. - Не трогай меня! - рявкнул на полукровку Сакамаки, от чего тот в испуге отдёрнул свою руку от него. - Коу, я никогда не сталкивался с тобой лицом к лицу, так как сейчас, но я уверен, что только ты виноват в том, что в последние дни мой младший брат совсем потерял свой сон. Если любишь, то будь мужчиной, собери все свои девчачьи сопли в кулак и веди себя, как настоящий вампир! Я знаю Субару, и поверь: ему не нужны такие женоподобные тюфяки, каким ты являешься сейчас. Вместо того, чтобы нагружать его своими поцелуями и глупыми признаниями, которые отдаются от стен, как пустой звук, лучше бы ты хоть раз взял его за руку и просто предложил прогуляться по ночному городу! - Канато, - уже всхлипывал Азуса, пытаясь сдержать жалобные слёзы, - пожалуйста... Сакамаки с несдержанной злобой посмотрел на него: - Прости, мне нужно проведать Субару. Вампир удалился. Светловолосый Муками что-то проворчал себе под нос и бросился следом за ним. "Коу думает о Субару. Канато тоже думает о Субару. А где же мысли обо мне? Чем я хуже?! - закричал полукровка в своих мыслях, осознавая, что в нём появилась колкая ревность. - Ну хоть кто-нибудь... услышьте меня. Почему никто не хочет просто понять меня? Почему мне так одиноко?.." Азуса ощутил, как пульс в его висках стал болезненно пульсировать от чересчур глубоких моральных переживаний. Он снова один. И он снова чувствует, что его не любят. Тело снова разорвалось на две половины. И половина, которая стояла на стороне мазохиста, уже оторвала от себя кусок и передала его другой половине, отвечающей за слёзы от неприятного ощущения. Скоро Азуса узнает, какого не быть тем, кто любит боль.

***

Канато схватил руку Субару: - Ох, ты и раньше был бледным, братик, но сегодня... - Голос фиолетовоглазого оборвался. Вампир принюхался: - Субару, от тебя пахнет чем-то... странным... Ты пил кровь в последние два часа? Пепельноволосый бросил свой взгляд на Коу, после чего быстро помотал головой. Он не хотел, чтобы братья знали, чью кровь он выпил. Это грозило рождением нового конфликта в их семьях. - Коу, - обратилась медсестра к Муками. - Пожалуйста, отойдёмте со мной на минуту. Яркоглазый против своей воли до крови закусил нижнюю губу и, превозмогая желание обнять своего любимого, прошёл следом за рыжеволосой к её столу, на котором лежало несколько стопок непонятных бумаг. Волшебным образом женщина выдернула из этого бардака один единственный тоненький листочек и дала его полукровке со словами: - Я знаю, что именно ВАШУ кровь употребил Субару. Не спрашивайте, каким образом, я просто догадалась по вашим лицам. - Что здесь написано? Идол указал на непонятные записи. Конечно, как гласит мировое правило, почерк медицинского работника не должен быть никому понятен. Так и парень не понял, что написано на листке. Медсестра тыкнула пальцев на криво написанные фразы и сказала: - Этот анализ был сделан ещё в прошлом году, поэтому вы прекрасно знали, каким боком вам обойдётся давать кровь другим вампирам. - Голубоглазая легонько пожала плечами: - Вы осознаёте, что из-за вашего легкомысленного поведения Субару мог погибнуть, м? - Я не понимаю, о чём вы говорите! Мои прошлые анализы были положительными! - И вы подумали, что слово "положительный" означает что-то доброе, хорошее и светлое? - Ну... - Коу почесал затылок, краснея от того, что действительно так думал. - Так знайте: ваша кровь опасна для чистокровных вампиров! - женщина забрала листок из рук полукровки и положила его обратно в кучу медицинской макулатуры на столе. - Каждый раз, когда кто-то из них будет пить её, его тело будет потихоньку разрушаться изнутри, тем самым сокращая жизнь. Вам нужно осознавать, что вы никогда не сможете быть донором. Вы никогда не должны кому-либо позволять кусать себя! Даже если вы выпили до этого много человеческой крови, она всё равно подвергнется изменениям в вашем теле и станет равносильной яду. - А она... отличается по вкусу? - робко поинтересовался Муками. - Ещё спрашиваете! Да она такая насыщенная, горячая и густая, что даже самый сдержанный вампир потеряет над собой контроль! Коу замер с глупой улыбкой на лице, настолько он был удивлён. Значит ли это, что если Субару снова глотнёт его крови, то сразу же умрёт? Нет, ему нельзя было это позволить. Негодование, страх за любимого, злость на себя... Все эти чувства смешались внутри Муками. Он сжал кулаки. - Можно ли сделать повторный анализ? - прошептал он. - Для всех братьев. Рыжеволосая слабо улыбнулась: - Конечно.

***

Юи шла по коридору, пытаясь собрать все свои мысли в кучку. Почему Юма был с мешком? Почему он прогуливает уроки? Почему..? Девушка остановилась прямо посередине дороги. Некоторые ученики даже бойко посматривали на неё, а кое-кто даже успел посмеяться над её глупым задумчивым видом. Комори не обращала ни на что своё внимание, она была слишком занята вопросом о непонятном исчезновении Аято и подозрительным поведением Юмы. "А могут ли эти два события быть как-нибудь связаны? - задавалась вопросом девушка. - Аято всегда заглядывается на Юму, все это замечают. И они очень часто ссорятся, я же видела, как они подрались недавно! О, нет! А если Юма задумал положить Аято в мешок и унести в лес на съедение волкам? Или привязать этот мешок к камню и скинуть в реку? Хотя я и знаю, что Муками очень добрые и порядочные, я всё ещё не могу не осуждать их. Наверное, это потому, что я ещё не до конца доверяю всем, кто хоть каплю связан с вампирами." - Привет, внебрачная! - к блондинке подбежал Райто и похлопал её по плечу. - Чего стоишь, как истукан? Или ты всё это время ждала меня? - Райто-кун! - Юи натянуто улыбнулась. - Нет, я не ждала тебя; просто задумалась. Ты видел Аято? - Нет, этого Великого Олуха я не видел ещё с перемены между вторым и третьим уроками. Подозреваю, что он решил прогулять школу и уйти потусоваться в город. Может, он даже возобновил свои прошлые поиски. - Что за поиски? - Поиски своей новой жертвенной любви. Ты ведь, наверняка, заметила, что его чувства к тебе уже остыли? А к Юме он тоже в последние дни сильно не приставал, значит, его терпение лопнуло. На основе этих фактов можно предположить, что он захотел наконец-то найти себе более покорную и легкомысленную девицу. Я его не осуждаю, даже готов ему с этим помочь. - Райто-кун, у тебя всегда одни пошлости на уме! - А куда без них? Без пошлости нет секса, а без секса нет любви, ты знала об этом? - Это неправда. - Думай, как хочешь. Ох, от всех этих соблазнительных разговоров у меня так в горле пересохло... Рыжеволосый схватил Комори за талию и затащил в пустой кабинет химии, где напомнил ей об обязанностях жертвенной невесты.