Его Драгоценный Бельчонок

***

Мягкий зелёный ковёр из травы. Свежий воздух, который невероятно приятно вдыхать. Голубое небо без единого облачка. Яркие цветы разбросаны по земле: красные, желтые, синие, розовые. Всё наполнено жизнью. — Моя доченька, моё сокровище... Девушка с волосами цвета каштана, которые заколоты сзади в дульку, нежно поглаживает маленькую девочку по рыжей головке. Её карие глаза светятся любовью. Девочка крепко обняла её за талию и прижалась всем своим существом. Она испуганно поднимает свои очаровательные голубые глазки, точно такие же, как у отца: — Мама, ты же меня никогда не бросишь? Взглянув на них сейчас, невозможно не удивиться. Так они похожи: мать и дочь. Цвет волос и глаза - единственное, что досталось девочке от отца. Девушка, в свою очередь, прижимает её к себе и, улыбаясь, целует в макушку: — Конечно же нет. Мы всегда будем вместе. POV Кира Я открыла глаза от того, что свет бил мне прямо в глаза. Значит, уже утро. В моей просторной комнате никого не было. Кроме меня и моих друзей. Эти друзья пусть были неживыми, но самыми лучшими. Они спали со мной, ели со мной, играли со мной. Игрушек было столько много, что они заполонили всю комнату. Их дарил мне папа, чтобы я не скучала одна. Наверное, единственным, кто проводил со мной столько же времени сколько они, был один из моих "нянек" - Лейтенант... Дофельд Митака. Но я его называю просто Дофельд. Он глаз с меня не сводит и не отпускает никуда, потому что иначе, по его словам "папа ему голову оторвет". А папа это может. Но сейчас Дофельда нет. Пока я спала, он, видимо, решил отдохнуть от меня. Да уж, честно говоря, я понимаю, почему занятия со мной не доставляли ему удовольствия. Моя "нянька" прямо говорит, что я шумная и балованная девчонка. А ещё он пугается, когда я двигаю предметы, не касаясь их. И просит так не делать. Я не знаю почему. Чего тут бояться? Будто бы он так никогда не делает! Но я не сержусь на него. Иногда я и впрямь позволяю себе шалости, но это лишь от скуки и любопытства. Встав с кровати, я решила переодеться. Обычно в этом мне помогал Дофельд, но мне больше нравилось переодеваться самой. У меня целая куча красивых платьев и костюмов, которые доставал для меня папа. Я выбрала бледно-голубое пышное платье без рукавов. Оно висело самым первым. Да разве важно, какое платье? Папа всегда говорит, что я в любом наряде красавица. Дофельд строго запрещает мне высовывать свой нос из комнаты. Но пока его нет, можно пойти погулять по базе. Не сидеть же в комнате одной?! Штурмовики и сейчас охраняют мою комнату. Наверное, они немного глупые, чтобы они открыли дверь, просьбу нужно говорить твёрдо и медленно. Но зато они всегда меня слушаются. — Откройте. Дверь. И. Выпустите. Меня. Наружу. Сначала они непонимающе переглядываются, но через пару секунд открывают дверь. Я на свободе! Коридоры базы очень широкие и извилистые. По ним гулять можно бесконечно, главное - не заблудиться. Коридоры никогда не бывают пустыми. Здесь всегда ходят штурмовики и другие люди без костюмов. Сейчас, увидев меня, они в шутку отдают честь, некоторые даже снимают шлемы. Конечно, я ведь дочка самого главного человека здесь. Они улыбаются, и мне это нравится. Но вскоре мне уже наскучило бесцельно бродить по коридорам. Я хочу играть, тем более, когда вокруг столько живых людей. Я подошла к одному из штурмовиков: — Поиграешь со мной? Пожалуйста. Я почувствовала, как тот растерялся. Но отказать мне он был не в силах. — Во что? Я хитро улыбнулась. — В догонялки! — И взвизгнув рванула по коридору, а неуклюжий штурмовик последовал за мной. Наверное, это зрелище выглядело очень смешно. Огромный неповоротливый штурмовик в своих доспехах и шлеме сломя голову несётся по коридору, пытаясь нагнать маленькую шуструю девчонку. — Кира! От голоса, который меня окликнул по имени, я резко затормозила, и штурмовик чуть было не врезался в меня. Капитан Фазма. — PL-3146, где вы должны быть? - Тот ещё не успел открыть рот, как она продолжила. - Вот и ступайте туда. Когда штурмовик скрылся из вида, её внимание вновь переключилось на меня: — Ну что, опять сбежала? Или этот паршивец Лейтенант куда-нибудь улизнул? Я смиренно подошла к ней и, вздохнув, ответила: — И то, и другое. Капитан Фазма примирительно потрепала меня по голове: — Прогуляешься со мной? — С удовольствием! Я подала ей свою руку, и её рука в железных доспехах крепко сжала мою. Её костюм отличался от костюмов штурмовиков. Он был металлическим, и в нем я могла увидеть собственное отражение. Это было очень интересно. Капитан Фазма хорошая. Она не трясётся надо мной, как мои "няньки", а позволяет делать то, что я хочу. — Капитан Фазма, а почему ты никогда не снимаешь свой шлем? — А ты хочешь, чтобы я его сняла? Я кивнула. Капитан задумалась на минуту, но потом решительно махнула головой: — Ну уж нет. Смотря на эту женщину и слушая её голос, я вспомнила сегодняшний сон. — Капитан Фазма, мне сегодня такой хороший сон приснился! Женщина улыбнулась: — И какой же? — Мне снилась моя мама. Она была очень красивой, но немножко грустной. Она говорила, что скоро мы будем вместе. И папа наверняка тоже будет с нами! А вообще, мне мама часто снится. Я просто не всегда помню. А ещё я часто чувствую, что она рядом, но я почему-то просто не могу её видеть. Капитан Фазма, а вы знаете мою маму? Она раньше жила тоже на базе? — Да... Мы пересекались с ней... Но жила здесь она совсем недолго. Я даже через шлем её и костюм почувствовала, как в ней возникла какая-то грусть и жалость. — А я похожа на неё? — Очень похожа. И на отца своего тоже очень похожа. Может, если Капитан Фазма раньше знала мою маму, то знает где она сейчас? — А где сейчас моя мама? Она скоро придёт к нам? Она присела, чтобы стать пониже, и взяла мою вторую руку: — Я не знаю, Кира. Но если ты будешь ждать, то, может, она когда-нибудь придёт за тобой. Я вздохнула. Никто не знает, где моя мама. Почему она не со мной? Неужели она ушла? Но не могла же мама бросить меня насовсем. Значит, скоро она придёт. Фазма права, нужно просто ждать. Но я и так жду уже слишком долго. Я скучаю по ней. Я совсем не помню её и знаю, как она выглядит только по своим снам. Папа единственный, кто любит меня на этой базе. Конечно, ведь я его дочка. Правда, он очень занят и не может много времени проводить со мной. Но это короткое время лучше, чем всё моё остальное. Мои "няньки" с радостью бы избавились от меня, я им не нужна. Разве что Лейтенант Дофельд Митака, несмотря на мой характер и его ворчание, привык ко мне и, наверное, расставаться бы не захотел. Капитан Фазма... Она очень хорошая, но... Я для неё всего лишь чужая девочка. Получается, я никому ненужный лишний ребёнок. Но есть ещё один человек. Хотя я не уверена, что это человек. Он иногда приходил ко мне в комнату. В чёрном костюме и страшной маске. Рассматривал, спрашивал что-то. Но мне не столько страшен его внешний вид, сколько... То, что я не чувствую в нем жизни. В нем нет чувств, будто это бездушная машина. И это страшно. — Капитан Фазма... Кто тот человек в чёрной маске, который приходит ко мне в комнату иногда? Она удивилась: — Он приходит к тебе? Лучше держись от него подальше, Кира. — Я его боюсь. Я чувствую, что он ненавидит меня, где-то глубоко внутри... Но не показывает этого. Фазма промолчала. Но я отчётливо услышала её мысль. "У него есть все причины тебя ненавидеть" Что это значит? Наверное, база и состоит из одних коридоров и комнат. По крайней мере, в той части базы, которую я могла осмотреть, так и было. А что было за большой железной дверью, ведущей в другую часть я не знала. Туда меня не подпускали ни под каким предлогом. Всё на базе было серым, скучным и железным. Из-за поворота в конце коридора резко появился чёрный высокий силуэт. Это был тот страшный человек в маске. И он приближался к нам. Я прижалась к Фазме, точнее, к её металлическому костюму. — Кто позволял выпускать её из комнаты? Где-то глубоко внутри него кипела злость. Пусть и скрытая за железной маской, равнодушием и пустотой. — Разве девочка должна сидеть постоянно в своей комнате? Приказа держать её там не было. Он стоял перед нами так близко и кричал, не замечая меня. — Неужели вы не понимаете опасность? Предрасположенность, наследственность... Вы уверены, что в следующее мгновение у неё не взбунтуются мидихлорианы, и она не покинет базу? Капитан Фазма оставалась спокойной: — Вы преувеличиваете, Магистр Рен. — Лейтенант Дофельд Митака уже разыскивает её по всей базе. Думаю, Генерал Хакс не похвалит и вас, и его, если узнает об этом. Девчонка использует свою силу, как ей вздумается, и я, как будущий её учитель, требую, чтобы она была постоянно под наблюдением. Когда-то от меня сбежала, не став ученицей, её мать, я не хочу, чтобы это повторилось. Вы не в силах уследить за ней? Так, может, звание Капитана вам великовато? Можно исправить. — Вы - не мой начальник. Похоже, он злится на Капитана Фазму и Дофельда из-за того, что я сбежала. Я вырвала свою руку из крепкой руки Фазмы и подбежала ближе к нему. — Я сама ушла из комнаты. Вы не должны ругать их. Я смотрела на маску, в то место, где должны были быть глаза. Он молчал. — Капитан Фазма, отведите девочку в её комнату. Она взяла меня за руку. Мы неспеша пошли в сторону моей комнаты. Вспомнив, что говорил этот мужчина, я сказала: — Не хочу, чтобы он был моим учителем. Капитан Фазма тихонько ответила: — Боюсь, одного твоего желания будет для этого мало. Человек в маске что-то говорил о моей маме. Он тоже знал её? Может быть, хотя бы он знает, где она находится сейчас? Мы уже подошли к моей комнате, но тут увидели запыхавшегося Лейтенанта Митаку. Он, бедный, наверное, обежал всю базу, разыскивая меня. Я бросилась к нему: — Дофельд, не сердись, я просто погулять вышла! Капитан Фазма строго ему сказала: — Внимательней следи за ребёнком. Кайло Рен уже лично хотел разбираться с тобой, но у тебя оказалась хорошая защитница. Дофельд с улыбкой потрепал меня по голове: — Шалунья! - Затем он обратился к женщине. - Спасибо, что привели её сюда, Капитан Фазма. Она кивнула и, развернувшись, ушла по своим делам. Её шаги ещё некоторое время были слышны. — Ну что, пойдём в комнату? Но мне туда возвращаться вовсе не хотелось. Я схватила его за руку: — Нет, пожалуйста, отведи меня к папе! Пожалуйста! Мужчина растерялся: — Он сейчас занят, давай попозже... — Я хочу сейчас! Отведи. Меня. К папе. Он сдался: — Хорошо, пошли. У папы был свой кабинет. Когда мы подошли к нему, папа с кем-то очень громко разговаривал. Лейтенант Митака осторожно постучал: — Генерал Хакс, Кира потребовала привести её к вам... Какую-то секунду отец молчал, а потом сказал: — Пошли отсюда вон, оба. Что? Папа прогнал меня? Но я облегчённо выдохнула, когда из кабинета пулей вылетели двое штурмовиков. Это было не нам. — Заходи, бельчонок. Лейтенант Митака, можете идти. Я бросилась к папе. Повисла у него на шее, и ему пришлось в ответ обнять меня. Бельчонок. Папа любит меня так называть. Говорит, я и впрямь похожа на бельчонка — такая же рыженькая и непоседливая. И мне нравится такое прозвище. — Кира, чего ты хотела? Он легонько отстранил меня от себя. — Я соскучилась по тебе! Папа вздохнул: — Бельчонок, я тоже по тебе скучаю, но ты же знаешь, я занят... Тут я решила сразу попросить папу: — Папа, ты же можешь сделать так, чтобы я не была ученицей этого... В чёрной маске... - Я попыталась вспомнить, как называла его Капитан Фазма. - Кайло Рена! Ты же главный, скажи им, я не хочу с ним общаться. Я заметила, как он побледнел: — Откуда ты знаешь Кайло Рена? Где ты его видела? Я смутилась. Мне не хотелось ставить папу в известность о моём сегодняшнем маленьком побеге. — Он иногда приходил ко мне в комнату. Спрашивал меня обо всем. А сегодня... Мы с Капитаном Фазмой встретили его в коридоре. И он говорил, что я - его будущая ученица. Папа нахмурил свои рыжие, очень похожие на мои, брови: — А что ты делала в коридоре с Фазмой? Я опустила глаза в пол. Да, это будет объяснить папе сложно. — Я просто... Вышла погулять и встретила Капитана Фазму. Но его такой ответ не устроил: — А как ты вышла из комнаты? — Я попросила и мне открыли дверь. Папа вздохнул и посадил меня к себе на колени. Похоже, я его расстроила. — Знаю я, как ты просишь... Он так и не ответил на мой первый вопрос, поэтому я решила его повторить: — Так ты скажешь, чтобы я не была ученицей Кайло Рена? Ты же здесь главный, он тебя послушает! Папа натянуто улыбнулся: — К сожалению, я не настолько главный, бельчонок. У него был в этот момент грустный вид, что мне стало интересно, что же папа думает на самом деле. Я без труда проникла в его мысли. "О чем они думают! Кира всего лишь ребёнок, простой ребёнок..." Я не хотела дальше расстраивать папу, поэтому решила не спрашивать дальше о человеке в маске. — Папа, а почему на базе нет больше детей? Он удивлённо приподнял брови: — Каких детей? Я принялась ему объяснять: — Обычных, маленьких. Одни только взрослые. Вот было бы здорово, если бы детей, таких, как я, было много, да? Папа засмеялся. У него была широкая красивая улыбка. Жаль, что улыбается он нечасто. — Таких же бельчат, как ты? Да вся база бы с ума сошла! Он защекотал меня, зная, что я очень боюсь щекотки. Я хохотала, извиваясь, пытаясь скрыться от его рук. Успокоившись, я объяснила: — Просто мне же скучно одной, а так был бы у меня друг... Папа искренне удивился: — Скучно? Я тебе столько игрушек подарил, а тебе скучно? Я смутилась: — Но в игрушки одной играть надоедает, а Дофельд не любит со мной играть. Папа загадочно улыбнулся: — Ну так и быть, бельчонок. Завтра же распоряжусь, чтобы у тебя был личный дроид, запрограммированный на игру с тобой. Эта идея мне понравилась. Но я стала, прямо смотря в глаза, и нагло спросила: — А сегодня? — Ах ты, наглая девчонка! Сегодня я с тобой поиграю. Только сейчас, сделаю кое-что. Он сел за свой стол и что-то торопливо начал писать. Я следила затем, что пишет папа и, заметив незнакомое слово, спросила: — А что такое "казнь"? Он закрыл рукой свой текст и смущённо ответил: — Неважно. Дай мне спокойно дописать, и мы сразу пойдём играть. Я взвизгнула и, подпрыгивая от счастья, с другого конца комнаты, не касаясь, открыла дверь, решив подождать папу в коридоре. Но его строгий голос меня остановил: — Кира, разве я не просил никогда так не делать? Я потупилась. Папа почему-то ненавидел, когда я так делала. — Но почему? Я же ничего плохого не делаю! Папа решительно встал из-за стола и пошёл закрыть дверь. Потом подошёл ко мне и, присев, спросил: — Ты видела когда-нибудь, чтобы я так делал? Я помотала головой. Папа всегда всё делал руками, а не на расстоянии. — Вот и ты так не делай. Ни при мне, ни, тем более, при ком-то другом. Хорошо? Сядь пока, лучше расскажи мне что-нибудь. Он усадил меня на диван, а сам вернулся дописывать что-то за стол. Рассказать? Точно! Тем более, мне есть, что рассказать. — Мне такой хороший сон сегодня приснился! — Какой? Папа поинтересовался, не отрываясь от письма. Его голос всё ещё был строгим, но постепенно оттаивал. — Про маму! Она говорила мне, что мы всегда будем вместе. Она же не обманывает? И ты с нами будешь? — Конечно. — Я почувствовала, как его голос дрогнул. — Там было так красиво! Пол был зелёным, мягким и тёплым, и по нему были рассыпаны бусинки - украшения самых разных цветов. А потолок, потолок был так высоко, в километре от пола! Он был голубым и, казалось, излучал свет. Поедем туда, пожалуйста, ты же знаешь, где это место? Папа, наконец, оторвался от дела и смотрел на меня. — Я попытаюсь сделать так, чтобы мы полетели туда, как можно скорее. Думаю, нам позволят... Я почувствовала, как он погрузился в воспоминания, и не могла не удержаться, чтобы не посмотреть их. Папа видел холодную планету, покрытую полностью чем-то белым. Там была девушка из моих снов, моя мама. Его захлестнула сильная, непонятная мне горечь. — Ты тоже скучаешь по ней? Мама на той холодной планете? Я увидела даже, как папа вздрогнул: — Я тебе не говорил, чтобы ты не лазила ко мне в голову? Шпионка. - Вздохнув, он ответил. - Нет, бельчонок, мама не на той планете. Жаль. Где же она тогда? Когда она уже вернётся? Наверное, папа заметил, что я загрустила. Поэтому он оставил свой стол и подошёл ко мне: — Бельчонок, чего нос повесила? Играть идём? Он берёт меня за руку, и мы идём в мою комнату. А я представляю, жду и верю, что скоро, очень скоро мы будем вместе на той красивой, прекрасной планете. Втроём. Мама, папа и я.