Жизнь богатых или школа «Black Pearl»

Чонин смотрел на едва светлеющее небо через иллюминатор самолёта. Он думал, что мать была несерьёзна и что она сказала о женитьбе только в порывах гнева. Но сейчас он сидел в самолёте с многообещающим названием «Ветер». Летчик устало произнес уже заученную фразу: — Вас приветствует капитан корабля Пак Чимин. Желаю хорошего полета. Текущий маршрут: Сеул — Токио. Рядом с Кимом, в большом, мягком и кожаном кресле сидела госпожа Ким. Она подняла со столика бокал красного дорогого вина и насмешливо посмотрела на сына. Он сразу отвернулся, устало прикрыв глаза. Ночь без сна была особенно тяжёлой и не прошла бесследно. Он всю ночь болтал с Чунмёном. Исин сразу уснул под боком омеги, а сам Ким старший долго пытался поддержать младшего. Омега вспоминал свою историю, и как даже из той ситуации нашелся выход. Он, конечно же, понимал, что у Чонина всё намного сложнее сейчас. Чунмён также понимал, что мать будет в три раза бдительней в этот раз и будет делать всё, чтобы не допустить такую ситуацию. Но Ким сейчас думал в первую очередь о том, что будет с Кёнсу в его отсутствие. Он хотел уже набрать сообщение на телефоне, как услышал голос матери: — Ким Чонин, немедленно отдай мне телефон! — потребовала женщина, протягивая ему руку, увешанную дорогими украшениями. — Мама, ты совсем лишилась рассудка?! Я не маленький и сам могу распоряжаться своим телефоном! — Я дважды повторять не буду! — повысила голос госпожа Ким. — Я тоже не буду повторяться. Я уже сказал «нет»! — Ким Чонин, я хочу напомнить, что тебе еще нет двадцати одного, поэтому всё имущество по праву принадлежит мне. — Да подавись! — крикнул Чонин, швыряя гаджет на пол. Но он не разбился. Столкновению поддалось только защитное стекло, и отлетела крышка. Женщина только кивнула молодому стюарду, чтобы тот собрал телефон и отдал ей. Она сняла его с блокировки, и разбитый экран засветился фотографией улыбающегося большеглазого омеги, который даже не подозревал, что его снимали. Женщина презрительно посмотрела на фотографию и демонстративно выключила телефон, смотря на Кима, который прожигал взглядом многострадальный гаджет. — Что это? — Чонин посмотрел на совсем новый смартфон, который ему протягивала мать. — Твой новый телефон. Все номера, которые тебе действительно нужны, — она сделала явный акцент на предпоследнем слове, — здесь уже есть. Даже номер телефона твоего жениха присутствует. Чонин раздражённо выдохнул, даже не посмотрев телефонную книгу. Он начал набирать заученный номер Чанёля, но телефон знакомых цифр не предложил. А это значило, что ни одного номера друзей здесь не было. Мать хорошо постаралась. Он знал наизусть только один номер — Чанёля, и тут же набрал всего пару слов, сразу удаляя из отправленных. «Позаботьтесь о Кёнсу… »

***

В просторной гостиной с большим настоящим камином, обрамлённым кирпичной кладкой, за круглым столом сидели на мягких диванах парни. Чанёль созвал всех в шесть часов утра. На одном диванчике сидели Чунмён с Исином, на втором Сехун с Ченом и Бэкхёном. Да, Пак не поленился позвать даже Бёна. — Ребята, вы, наверно, догадались, что собрал я вас здесь неслучайно, — сказал серьёзно Пак, посмотрев на всех, кто буквально прибежал по срочному сообщению. — Естественно, если ты нас всех позвал для того, чтобы перекинуться в картишки… Кстати, где Чонин? — резко остановился Бэкхён. — Вот поэтому я и собрал вас, — ответил Чанёль. — Он улетел в Токио вместе с мамой, — сказал Чунмён с полной пустотой в глазах. — Мы слышали, что она угрожала ему свадьбой, — подал голос Чондэ. — Но разве это не были попытки просто напугать его, чтобы поставить на место? — Мы тоже так думали, — ответил на такой вопрос Исин. — Но мы не выходили из его его комнаты. Мы ночевали с ним и без понятия, когда он смог уйти бесшумно. Но мы собирались ему позвонить… — Вы не сможете дозвониться, — хмыкнул печально Чанёль. — Почему это? — обеспокоился не на шутку Чунмён. — Потому что у него конфисковали телефон — это раз. Во-вторых, мы все, — он красноречиво обвёл всех присутствующих пальцем, — в чёрном списке. А в-третьих, скорее всего телефон на прослушке и каждое сообщение отслеживается. Он уже хорошо рискнул, прислав мне сообщение. Он просил нас… — парень замялся, вздохнув, — позаботиться о Кёнсу. — Что значит «позаботиться»?! — крикнул Бэкхён. — Что он хотел этим сказать? Он так просто сдался?! Да это вообще тот Чонин, которого мы знаем? — Увы, тот… — Чанёль откинулся на диване, закрывая глаза и пытаясь обдумать всю ситуацию. — Я его понимаю, — сказал Чунмён так тихо, что его едва можно было расслышать. Было видно, как у него на глазах блестели слёзы. Исин сразу сильнее прижал его к себе, успокаивающе поглаживая пальцами бедро парня. — Он просто… Скорее всего он просто в отчаянии. Сейчас он остался совсем один, без поддержки. И он даже не знает, что делать, потому что его лицо известно всюду, он не может позвонить друзьям или брату, не может ввести в интернете запрос, потому что всё прослеживается. Он даже не знает, что его ждёт через секунду. — Мы что-нибудь придумаем, — сказал решительно Сехун. На его лице не было и тени сомнения или неуверенности. Он всегда был уверен в себе и своих силах. — Мы все вместе соберём свои мозги и эмоции, — он многозначительно посмотрел на Чунмёна, — и придумаем выход и из этой ситуации. В конце концов, как говорят, выхода нет только из гроба. Но и с этим пытаются спорить… А сейчас, не мешало бы нам всё же поспать. Все сразу поднялись, собираясь уже у меня уходить. И каждый дал обещание, что сообщит сразу, как только появятся идеи, как вытянуть Кима. Только Бэкхён затормозил, оставаясь сидеть на диване. — Я думаю, сейчас он бы был счастлив услышать, что Кёнсу выбрал его, — усмехнулся Чанёль, словив на себе ревностный взгляд Бэка. — А тебе напомнить, кто в этом виноват? — недовольно фыркнул Бён. — Бэк. Я, кажется, уже говорил по этому поводу… — Если бы не ты, тупоголовый ты кретин, они были бы вместе и одной проблемой было бы не меньше! Какого чёрта ты всегда всё портишь?! — Заткнись, Бён Бэкхён! — альфа подскочил к нему на всех парах, хватая за грудки и швыряя на мягкий диван, не давая ему даже вздохнуть. — Я не могу понять, чего ты добиваешься?! У омеги сразу сбилось дыхание и заколотилось сердце. Совсем как раньше, даже сильнее. — Если тебе насрать на меня, то чего ты от меня хочешь?! Ты столько времени плевал на меня и мои чувства, так что произошло теперь? — продолжал кричать альфа, нависая над ним. На лбу выступила испарина и длинные волосы в полном хаосе свисали, закрывая половину лица, но не скрывая глаз. А во взгляде легко считывалась целая гамма чувств. Там гулял гнев, ревность, желание обладать и… Любовь. — Мне никогда не было плевать на тебя, Пак Чанёль! — крикнул в ответ Бён, в сердцах пытаясь достучаться до парня. — Тогда почему ты ведёшь себя так?! Бэкхён с силой оттолкнул альфу, собираясь уйти. Но тот схватил его за руку, дергая на себя и заключая в крепкие объятия. И Бэк просто поддаётся такой слабости и просто тает в родных руках. Он впервые хочет просто забыть обо всём. И о том, что они постоянно ссорились, и о том, что его родители особенно до сих пор против их отношений, и что он вообще-то играет роль сильного и независимого омеги. Хотя сам чертовски слаб и как никогда сейчас чувствует себя таковым… — Потому что родители. Они сказали, что увезут меня и я больше не вернусь. Я хотел попрощаться с тобой по-хорошему, но с каждым днём я понимал, что сделать это не могу. Слишком больно… Тогда я подумал, что если я уеду навсегда, а ты меня будешь ненавидеть, то тебе не будет так больно… — он мужественно сцепил зубы, сдерживая слёзы. А потом тихо добавил: — Хотя бы тебе. — Ты дорам пересмотрел? — усмехнулся альфа глупости своего омеги, обнимая его ещё крепче. — Ты хоть раз видел, чтобы эта штука работала? И ты думал, что я буду ненавидеть тебя? Никогда… Никогда ты не вызывал во мне таких чувств. Я всегда любил тебя, — закончил он совсем тихо. Бэкхён поднял голову, заглядывая ему в глаза. Но ничего говорить уже не хотелось. Казалось, что все слова уже сказаны, и пришло время действий. Поэтому он поднялся на носочки и нежно прикоснулся губами к губам альфы. И этого маленького милого поцелуя сейчас хватало для счастья обоим.

***

В сопровождении двух крепких альф Чонин добрался до своего номера в дорогом элитном отеле. Отель явно бы не для простых людей. Важные гости подъезжали ко входу на лимузинах, а некоторые на спортивных автомобилях последних моделей, которые стоили целые состояния. Охранники получили приказ стоять под дверью номера Кима и не оставлять его без присмотра ни на минуту. Чонин хлопнул дверью перед лицами альф, даже не посмотрев в их сторону. Его сейчас мало заботило, насколько красиво был обставлен номер. Какая большая мягкая кровать, какие панорамные окна, какие шторы приятного шоколадного цвета, подобранные в тон ковролину. Он устало потёр глаза, прикрыв их, но было видно, что он неспокоен: тонкие веки немного подрагивали от напряжения мышц. Парень пытался обдумать, что делать теперь. Он не в своей стране, его окружают охранники, мать наведывается каждую свободную секунду, чтобы напомнить о встрече с женихом, которая произойдёт вечером, он не может иметь никаких связей с друзьями или братом. Он вышел из номера и сказал: — Я хочу прогуляться в место, где не будет людей. Но с вами я не поеду. Я пойду только с секретарём Мином, — сказал Ким приказным тоном, давая понять, что оговору его решение не подлежит. Охранники быстро сдались под тяжёлым взглядом парня и позвали секретаря. И уже через двадцать минут они сидели на лавочке возле реки Сумиды. Место действительно было безлюдным. Секретарь печально окинул взглядом парня, молча выражая сочувствие. — Секретарь Мин, помоги мне… — еле слышно сказал Чонин. — Ты же знаешь, я с радостью, но сейчас, увы, уже не та ситуация. Твоя мать не даст мне что-то сделать. — Хотя бы связаться с F-4. Узнать, что у них там происходит. — Хм, это я могу. — И Кёнсу… — Здесь я ничего не могу, к сожалению. Это не зависит от меня, потому что я слышал, как госпожа Ким приказала следить и за ним. — Интересно, кого же он выбрал, — усмехнулся Ким. — Хотя, сейчас это неважно. Пусть он лучше встретит альфу, которого он полюбит и они будут вместе. Потому что я никогда не смогу сделать его счастливым омегой. — Давай не будем об этом думать. У нас есть проблемы посерьёзней. А с Кёнсу… Вы будете вместе, не переживай. Нам пора возвращаться. Скоро госпожа Ким спохватится.

***

— Есть идея, — сказал Сехун, сидя у Чанёля на излюбленном диванчике у камина. — Мы летим в Токио. — И что мы с тобой будем делать там? — саркастично хмыкнул альфа. — Мы — это значит ВСЕ мы, — ответил Сехун. Уже через считанные минуты он припарковал свой автомобиль возле кафе, в котором работали Лу Хань с Кёнсу. Входная дверь зазвенела колокольчиками, и омеги синхронно посмотрели на вошедшего. В помещение лёгкой походкой зашёл Сехун, сразу присаживаясь за столик для персонала. — Эй, что ты здесь делаешь? — подскочил к нему Лу Хань. — Эти места не для посетителей. — Позови Кёнсу, мне надо с вами поговорить. — Кёнсу-я! — крикнул омега, подзывая парня к себе и усаживаясь рядом с альфой. — У вас опять так вкусно пахнет выпечкой. Вы продаёте какие-то булочки? — спросил Сехун, вдыхая сладкий запах. — Нет, у нас нет выпечки в меню, — Лу смущённо покраснел и опустил голову. — Здравствуй, Сехун, — сказал подошедший как раз Кёнсу. — О чём разговор? — У вас пахнет выпечкой, но Лу Хань сказал, что это не у вас. — Это запах Л. — но договорить ему не дали. Хань яростно зажимал ладонью рот омеги. — Это запах лёгких булочек из соседней кафешки, — поспешил перебить его парень. — Странно, — Сехун недоверчиво прищурился. — Так, и о чём ты хотел поговорить? — спросил Кёнсу, с силой отодрав от себя руку Ханя. — Чонин улетел в Токио. У Кёнсу земля ушла из-под ног. Глаза расширились до монет. Паника за секунду накрыла с головой, рождая гору вопросов в голове. — Если хочешь сказать ему, что ты выбрал его, значит, собирайте вещи. Вы оба летите с нами в Токио! Кстати, самолёт сегодня в 16:00. Поэтому, сейчас же вы едете домой паковать чемоданы. Вопрос с вашими отпусками я уже решил с хозяином. И замену вам нашли. Омеги только в шоке на него смотрели. Когда Сехун привёз их в аэропорт, там их уже ждали Чен, Чанёль с Бэкхёном и Чунмён с Исином. Хоть Чунмёну нельзя было волноваться и совершать перелеты нежелательно, он все равно настоял. — У нас даже вещей нет никаких. Мы взяли только самое необходимое, — возмутился Кёнсу. — Они вам и не нужны, — хмыкнул по-доброму Бэкхён. — Мы всё купим там, — пожал плечами Чанёль, сказав это как само собой разумеющееся. Поездка и в этот раз заняла не более двух часов. По приезду они разместились не в отеле, а в небольшом загородном доме. Следом приехала специальная машина — служба доставки, и два работника в синих униформах выгрузили весь багаж, занося все чемоданы в дом. Парни зашли в дом. Челюсть Кёнсу медленно приветствовала пол всё ближе и ближе. Они с Лу рассматривали дом и не переставали удивляться. Это был трехэтажный дом из красного кирпича. Внутри было скромно и по-своему роскошно. На трёх этажах было множество комнат. Десяток спален позволял разместить много гостей. Интерьер каждой комнаты сильно отличался друг от друга. Все спальни были обставлены в меру дорого и со вкусом. Все в строгом стиле минимализма: кровать, тумба со светильником, журнальный столик и шкаф. На этом вся мебель заканчивалась. Но каждый одинокий предмет в комнатах излучал скромность и роскошь одновременно, что казалось невозможным. — Здесь мы поживём какое-то время, пока не решим все проблемы, — сказал Чен. — Сколько же стоит вся эта красота? — присвистнул Хань, рассматривая новую обстановку. — Ты ещё красоты и роскоши настоящей не видел, — хохотнул Сехун. Но альфа вдруг напрягся, вдыхая все тот же запах выпечки. Что не осталось незамеченным Лу Ханем. Омега сжался под пристальным взглядом. — Мы даже часть денег за аренду не заплатим, — разочарованно вздохнул Кёнсу. — А деньги платить и не нужно, — подал вновь голос Чондэ. — Этот дом мой. — Ого! — воскликнул Су. Видимо сегодня его челюсти суждено свидание с полом. — Так, сейчас курьеры должны привезти уже одежду, — сказал Бэкхён. — Одежду? — переспросил Кёнсу, посмотрев непонимающе на чемоданы в углу комнаты. — Купленную?! Мы же только приехали! — В этом весь Бэкхён, — засмеялся Чанёль, который неожиданно появился за спиной Бёна. — Я же говорил, что вам вещи не понадобятся. К тому же… Ни одна вещь из вашего гардероба не подойдёт для помолвки, где одна элита, — на последнем слове его лицо мгновенно скривилось от отвращения. И через долю минуты в дверь раздался звонок. Это был тот самый курьер, который привёз пять больших картонных коробок одной японской марки, название которой Кёнсу прочитать не мог. — Кёнсу, первые две твои, вторые две — Лу, последняя моя, — скомандовал Бэк. — А теперь по комнатам! У нас есть всего четыре часа, чтобы сделать из вас бомбы! И все парни разбежались по комнатам. Чанёль с Бэком пошёл в комнату к Кёнсу, а Сехун к Лу. Чен наконец-то с разбегу запрыгнул на кровать, ставя будильник через пару часов, пока из скромных омег-замухрышек делали принцев. Чунмён с Исином радовались, что могут провести время вдвоём и исчезли за тяжёлой дверью из натурального дерева. Бэкхён сразу потянул Кёна в ванную. Он достал какие-то тюбики и начал мастерски смешивать содержимое. — Сиди и не дёргайся, — приказал Бэк, надевая перчатки. Взяв в руки кисточку, он начал такими, казалось бы, привычными движениями наносить всю смесь на волосы омеги. И продолжал пока вся голова не была прокрашена. — Что ты сделал?! — крикнул Кёнсу. — Ты… Покрасил меня?! — омега запаниковал. — Смой, пока не поздно! — Молчать! — фыркнул парень. Доставая ещё кучу предметов из косметички. — Что?! Это ещё зачем?! — Су подпрыгнул на месте, когда увидел… Восковые полоски. — Мне не нужно! — Я сказал «молчать»! Возражения не принимаются. По всей, казалось, округе раздался животный крик, который плавно перешёл на писк. Через двадцать минут Бэкхён старательно смыл всю краску с головы парня и передал его Чанёлю. Тот довольно ловко владел машинкой и парикмахерскими ножницами. Поэтому через полчаса Кёнсу, наконец, дали посмотреть на себя в зеркало. Волосы были опасного цвета гнилой вишни, виски выбриты и не прокрашены, что добавляло ещё больше дерзости в образ. А уже в следующую минуту, не дав омеге прийти в себя, Бэкхён уже во всю орудовал подводкой и чёрными тенями, нанося оттенок на веки, подчеркивая глаза.

***

А в это время в соседней комнате Сехун так же издевался над Лу. Только вот покрасил его альфа в приятный русый цвет, такой же, какими были его волосы. Медовый оттенок безумно подходил омеге. Вот только с костюмом пришлось постараться. Сразу нужный они не нашли, всё оказывалось не по размеру. Но, к счастью, Сехун нашёл два одинаковых костюма. С первого комплекта прекрасно сели брюки, а со второго они взяли пиджак. С рубашкой, в принципе, проблем не было. В итоге омега был одет в классический чёрный костюм, но штаны были немного заужены к низу с выглаженными стрелками, а пиджак приталенный. Всё это выгодно подчёркивало фигуру омеги. Остался последний штрих — галстук-бабочка. Сехун стоял в стороне, наблюдая, как Лу пытается завязать галстук, но его пальцы незаметно, но подрагивают в присутствие альфы. Такого альфы, что понравился ему с самого начала. От которого подкашиваются коленки. Се тихо посмеивался, но потом не выдержал и подошёл к парню. Он склонился над ним и за пару минут ловко завязал галстук. И снова запах… Аромат свежей сладкой выпечки. — Это ведь ты… — сказал Сехун, наклоняясь ещё ниже и проводя носом по виску омеги. От него пахло краской для волос, шампунем, бальзамом, косметикой, но все эти запахи перекрывал один, который сводил с ума. — Ч-что? — язык не слушался, как и тело. Лу боялся упасть, потому что Сехун был так близко, что, казалось, он ощущал его тепло. — Это ведь ты так вкусно пахнешь выпечкой… — по испуганным глазам омеги он понял, что да — это действительно так. — Не бойся, шепнул он на ухо и мягко поцеловал его губы. А Бэкхён всё колдовал над Кёнсу. Через два часа образ омеги был завершён. Костюм нужного размера они подобрали быстро. Это был чёрный костюм с острым воротником, на котором по атласу был выбит бархатный узор. Темная, кроваво красная рубашка завершала весь этот образ, и только тогда Кёнсу дали на себя посмотреть. Омега посмотрел на себя в зеркало и шокировано распахнул глаза, потому что даже его огромные пухлые губы изящной формы поблёскивали от блеска для губ. — Вау, — это всё, что он смог выговорить. — Согласен, — выдохнул Чанёль. — Выглядишь просто… Бомбезно! Бэкхён ревниво пнул его, а бок, но улыбнулся. — Мы готовы, — крикнул Бён в коридор. Сехуну пришлось оторваться от мягких горячих губ, но он тихо сказал низким, охрипшим голосом: — Мы поговорим с тобой потом. Все спустились на первый этаж в гостиную. Чунмён порядком был шокирован. Он просто стоял и смотрел, не в состоянии сказать и слова. — Ну, это же совсем другой дело. Вас и не отличишь от этих богатеньких избалованных детей и их родителей, — сказал Исин, так привычно улыбаясь и показывая ямочку на щеке. — Но вы ведь тоже не бедные… — поднял бровки домиком Кёнсу. — Да, но у каждого здесь своя история. Да и характеры поведения у нас абсолютно другие, — подал, наконец, голос Чунмён. — Пора выезжать. Через два часа уже торжественная часть, а нам ещё нужно туда доехать, зарезервировать столик и нам секретарь Мин должен передать пригласительные, — сказал Сехун, грациозно поправляя причёску.

***

— Госпожа Ким, друзья Вашего сына, F-4, вылетели вместе с До Кёнсу вечерним рейсом, — отсчитался охранник. — Что они задумали?! Ох уж эти дети… Ну ничего, война, так война. — Чонин, где ты был? — сразу начала допрос Миссис Ким, которая уже ждала парня, а его же номере. — Чёрт возьми, что ты здесь делаешь. При всём моём уважении, тебе не кажется, что ты уже переходишь все границы?! — Через пятнадцать минут ты должен быть в номере 311. Там твой жених. Я вас познакомлю и объясню, что говорить на публику, а потом у тебя будет возможность побеседовать с ним и узнать его чуть ближе, — женщина демонстративно игнорировала его слова и гневные взгляды, которые он бросал в её сторону. Чонину ничего не оставалось, как последовать её указаниям. И в назначенное время он пришёл в нужную комнату. Возле окна стоял низкорослый юноша. Парень был одет в дорогой брендовый костюм, начищенные туфли поблёскивали на последних лучах солнца, которые лились из окна, а блондинистые волосы были уложены в лёгкой укладке. — Здравствуй, Чонин, — омега повернулся. Парень лучезарно улыбался альфе, показывая белоснежный ряд зубов. — Меня зовут Ли Тэмин, очень приятно, — омега протянул ладонь в дружелюбном жесте, но Чонин только посмотрел на руку сверху вниз, хмыкнул и успешно проигнорировал приветствие. — Молодые люди, вы уже познакомились? — бесцеремонно вошла госпожа Ким. — Я должна объяснить, что вы должны говорить. Вы должны играть на публику счастливую пару, которая уже знакомы долгое время и вы были друзьями, пока не полюбили друг друга. На личные вопросы типа «как» и «при каких обстоятельствах» не отвечать. Я надеюсь, вы всё поняли? — Мама, — Ким уже хотел возразить, но женщина подняла правую руку, чтобы он молчал. — Торжественная часть начнётся через двадцать минут, поторопитесь. Дверь номера захлопнулась, нарушая временную тишину. — Мне не о чём с тобой говорить, — предупредил Чонин и собрался уже уходить, но его временно остановили. — Ну и хам же ты, — фыркнул Тэмин. — Но знаешь, я не остановлюсь. Я не ради этого любил тебя столько лет, чтобы просто так взять и упустить такой шанс. Даже не думай улизнуть со свадьбы, — парень уже не выглядел милым. Да, он был красив, бесспорно, но сейчас он смотрел на Кима с вызовом. Вызывающе и дерзко. Но Чонин сдержал весь свой пыл. Он просто молча ушёл. К этому моменту в главный зал прибыла вся компания. Исин помог Чунмёну выйти из дорогого авто, Чанёль подал руку Бэкхёну, из-за чего все удивлённо на них покосились. Сехун улыбнулся Ханю, открыв перед ним дверь, а Чондэ усмехнулся и любезно предоставил свою помощь Кёнсу. А омега в свою очередь поблагодарил его вежливой улыбкой. Они вошли в зал, предъявив пригласительные охране. Они заняли свой столик, но зал не предусмотрен был для того, чтобы сидеть. Там просто стояли высокие столики для шампанского и лёгких закусок. Как только они подошли к зарезервированному месту, рядом со сценой церемония началась. На сцену вышел Ким, гордо подняв голову и не желая смотреть на людей. Но он будто нутром чувствовал, что что-то заставляло его посмотреть в зал. И он пробежался взглядом по первому ряду зрителей. Его взгляд зацепился за омегу. За омегу с вишнёвыми волосами, который сейчас затмевал всех присутствующих. И омега смотрел на него в ответ, не отводя глаз. — Спасибо всем, кто сегодня присутствует здесь. Всем интересно, по какому поводу мы все собрались. Я хочу объявить о помолвке моего сына с сыном Ли Джонкика из корпорации «Unityutnz». Они знакомы давно, ещё с детства. Их дружба переросла в нечто большее и это как нельзя лучше скрепляет дружбу наших семей и союз компаний. Прошу выйти сюда Ли Тэмина. И на сцену вышел омега, который выглядел до безобразия сногсшибательно. Вот только сейчас Кёнсу сам ничем не уступал ему. И вот вместо того, чтобы посмотреть на свою «любовь всей жизни», Чонин не сводил взгляда с До. Омега лишь на секунду отвёл взгляд, чтобы выдохнуть ком напряжения. А когда он поднял взгляд назад на сцену Тэмин подошёл вплотную к альфе, обнимая его за руку. Ким оскалился, но, увидев взгляд матери, вежливо улыбнулся, изо всех сил стараясь изобразить радость. Он приобнял омегу за талию, с максимальной нежностью целуя того в висок. Кёнсу посмотрел на альфу, и стало вдруг так больно, а в животе скрутился тугой узел, сводя мышцы спазмами. Запахи стали обостряться, но сильнее всех был запах зелёного чая. Все остальные ароматы уходили на второй план. И Кёнсу с ужасом осознал, чей был этот запах. Чонин посмотрел резко в зал, пытаясь найти взглядом До, но увидел лишь его удаляющуюся спину. Он хотел сделать шаг, но мать взглядом будто произнесла «не смей этого делать». И ещё много этих чёртовых «но» от которых кружилась голова и откровенно тошнило. Сил придавал только волшебный шлейф аромата корицы, который оставил Кёнсу, уходя…