Girls/Girls/Boys

Девушки выбегают из бара, даже не оглядываясь на своих спутников. Немного запутавшийся и напуганный Исин дергается в сторону выхода, желая догнать Бэкхи и уточнить, что же он такого натворил, но его останавливает рука Ифаня. Тот смотрит на друга и качает головой. - Крис, что-то не так ведь, - говорит парень, снова предпринимая попытку сбежать, - Ты что, совсем не беспокоишься о Сэхун? - удивляется он. Лицо Ифаня не выражает эмоций, которых от него сейчас самое время ожидать. Он не взволнован, не расстроен, не удивлен. - С Сэхун такое бывает. Гребанная истеричка, - цыкает китаец, - Я уже не помню, когда она была со мной ласковой. Вечно обижается, истерики закатывает. Ведет себя как пацанка. Достала, дрянь, - он тянет друга к столику, - Оставь их. Бэкхи разберется с этой дурой. - Ты ведь о своей девушке говоришь, - Исин выглядит совсем потерянным. Он в замешательстве. Ему всегда казалось, что эта парочка пусть и странная, но очень яркая. Они ведь друг друга стоят. - Вот именно. Она моя девушка, а ведет себя так, будто я ей троюродный дядя, - Ифань закатывает глаза, - Понимаешь? Достала уже. - Может, вам следует расстаться? - Расстанемся, когда найду себе кого-нибудь получше. Пока потерплю и эту истеричку, - Крис отпивает пиво, следя за официанткой, что мило улыбается ему. Исин нервно кусает губы. Он впервые увидел, насколько ужасным может быть его друг. И теперь ему очень неуютно. *** Девушки идут по темным улицам, не глядя друг на друга. Губы Бэкхи немного покалывает от обилия поцелуев. Ее щеки все еще горят, и она несказанно рада, что это незаметно при скудном освещении улицы. Сэхун смотрит себе под ноги, размышляя, как они к этому пришли. Она сама целовала Бэкки так, как, казалось, еще никого и никогда не целовала. И губы девушки были мягкими, сладкими, манящими. На языке все еще был их вкус. Они не могут сказать друг другу и слова. Не могут и пока не хотят. Уже все сказано поцелуями. Пожалуй, даже больше, чем следовало. В такой тишине они доходят до дома Бэкхи. Девушка останавливается напротив подруги, они стоят в тени, но все равно видят блеск в глазах друг друга. - До завтра? - одновременно говорят они и, наконец, смеются, отпуская все переживания дня. Сэхун прижимает девушку к себе, утыкается носом ей в макушку и полной грудью вдыхает душистый аромат шампуня. От этого запаха немного подкашиваются коленки. Но при этом - счастье. Необъяснимое, неправильное, противоречивое. И все же счастье. Такое сладкое. Какого никогда еще не было. - Я просто хотела сказать, что не считаю это ошибкой, - выдыхает куда-то в плечо Бэкхи. Она держится за талию О и не открывает глаза. Потому что так в сознании возникают картинки, связанные с тонким цветочным ароматом духов девушки. Первые впечатления, которые были буквально вчера. - И я, - отзывается Сэхун, - Ты только не окажись сном, хорошо? И не передумай завтра, пожалуйста, - шепчет она и целует мягкие волосы. Бэкхи судорожно выдыхает и мотает головой - не передумает, не откажется, она реальная. Реальней, чем любая другая реальность. Они целуются последний раз, мягко, без напора. О отпускает девушку и стоит в тени дерева, пока та не скрывается за дверью. После этого Сэхун разворачивается и идет в сторону своего дома, не замечая, что теперь наблюдают за ней. Бэкхи не зажгла в комнате свет, чтобы стоять у окна и провожать девушку взглядом. В сердце разливается тепло. В сердце разливается любовь. Счастливая Лухан заявляется почти ночью. Глаза блестят, губы горят, щеки в румянце возбуждения. Она заваливается в комнату сестры, отрывая Сэхун от интересной книги. Девушка спускает очки на самый кончик носа, с интересом наблюдая за близняшкой. Лухан не спешит с рассказами, но при этом хитро-хитро поглядывает на девушку рядом. А потом кладет голову ей на колени и утыкается носом в живот. Сэхун щекотно, тепло и приятно. Она чувствует счастье сестрички. От этого сердце бьется совершенно по-особенному. Потому что как бы она не ругалась на Лу-Лу, отрицать она не могла - сестру она любит больше жизни. - Хватит сопеть мне в пупок, выкладывай уже, - беззлобно ворчит девушка, зарываясь пальцами в выбеленные пряди. Лухан чуть отстраняется, заглядывает сестре в глаза, смеется, прижимаясь снова. Сэхун закатывает глаза, но лишь для вида. - Он замечательный, - наконец говорит девушка, - Он даже лучше, чем замечательный! Он... Хунни, я, кажется, люблю его, - она улыбается очень широко и искренне, - Он такой забавный, умный. Он мне стихи читал... И так заботился обо мне. Хунни, он ведь правда замечательный? - в глазах сестры легкая тревога, будто она боится, что ей все это показалось. Но при этом ее сердце бьется так быстро, в таком волнении, с таким трепетом. - Лу-Лу, он лучший вариант для тебя, - подтверждает Сэхун, поглаживая сестру по спине, - Я уже давно вам говорю, что пора уже встречаться, а вы все ходите вокруг да около. Лу-Лу, ты счастлива? - Счастлива? - девушка округляет глаза, будто удивлена вопросом, но сразу же расплывается в широкой улыбке, - Хунни, счастливей меня на всей планете никого нет. Я смотрю на него и не могу насмотреться. А когда он говорит, мне даже музыки не надо. И сердце рядом с ним бьется по-другому. И мне радостно, когда он улыбается. И если он вдруг грустит, даже самую малость, то и я не могу заставить себя улыбнуться. А его поцелуи... Хунни... Я чувствую себя очень правильно. Даже правильней, чем просто правильно. И все в этом мире сразу такое понятное. - Да ты влюбилась, моя девочка, - Сэхун прижимает сестру ближе к себе, целуя ее в висок, - Какая же ты счастливая, моя дурочка, - она прикрывает глаза. В голове мысли о сестре занимают не так уж и много места. Но ее слова о Кае заставляют задуматься. Все это звучит знакомо. Но Криса уж точно не касается. - Простите, что бросили вас так сразу. Сама попросила пойти вместе и утащила Чонина подальше от вас, - улыбается Лухан, - Как прошло все у вас? Как Исин и Бэкхи? - Исину она очень понравилась, - шепчет Сэхун. - Это здорово. А что Бэкхи? - Она попросила его остаться друзьями. - Серьезно? Странно, Син такой хороший. Жалко его... - Да, жалко... - Сэхун его не жалко. От слова "абсолютно". Ведь... Ведь Бэкки выбрала ее. Это ведь что-то значит, разве нет? - Ладно, пойду спать. Кстати, Чонин сказал, что это ты ему мозги вставила. Спасибо тебе. От нас двоих, спасибо, - Лухан улыбается. Она сегодня улыбается крайне много. Именно это наталкивает на мысль, что все не зря, и Кай действительно слишком уж долго телился и нуждался в волшебном пендале. А еще спрашивается, почему Сэхун сейчас не сияет так же, как лампочка. Ведь она тоже провела время с возлюбленным, от которого так долго ждала свидания. И при этом же, на сердце все же было очень тепло. Но Крис точно не имел к этому отношения. Утром Бэкхи собирается с особенной тщательностью и особенным вниманием. Она готовит обед для себя и Сэхун, придирчиво оглядывает себя в зеркало. Ей страшно, что сегодня морок вчерашнего очарования спадет, и Сэхун поймет, что все это было недоразумением, глупостью, ошибкой. Как же этого не хочется. Хочется снова почувствовать тонкий аромат духов, почувствовать мягкие губы на губах. Хочется поверить в сказку. В сказку, где принцессу спасает другая принцесса. Ну и что. Ведь главное, что рядом с Сэхун сердце забилось иначе. Забилось так, что никаких сомнений быть не может - влюбилась. Влюбилась так глупо, необдуманно, очертя голову. И, наверное, неправильно. Но разве это важно? Важно, что хочется скорее увидеть Сэхун, сесть рядом с ней на крыше, разглядывать ее значки, расспрашивать о книге или фильме, обсуждать предстоящий концерт любимой группы. Важно, что хочется снова тонуть в ее глазах. Что хочется умирать от случайных касаний. Что хочется дышать одним воздухом на двоих. Бэкхи буквально вылетает из дома и чуть не налетает на Чондэ, который ждет ее под деревом, где вчера осталась Сэхун. Девушка выглядит удивленной - Чен не встречает ее по утрам больше года, с тех пор, как его перевели в другой класс. - Какими судьбами? - улыбается Бэкки. Парень забирает из ее рук сумку и вешает ее на плечо. - Ты так изменилась, что я решил, что лучше бы тебя провожать. А то украдут, - Чондэ смеется и подмигивает подруге. - Так и скажи, что влюбился, - Бэкхи показывает ему язык и звонко смеется. Настроение прекрасное. Оно и неудивительно. Она влюблена, это взаимно, это счастье. - Конечно, влюбился! А ты, чертовка, разбиваешь мое бедное сердце, - парень трагично вздыхает, прижимая ладонь к груди. Они смеются и медленно идут по дороге к школе - времени у них навалом. Бэкки приятно, что друг все еще помнит ее привычки, и когда именно она выходит из дома. Это напоминает о том, что у нее есть хорошие и любимые друзья. Самые дорогие люди, самые внимательные, самые заботливые, - А вообще, хотел до школы поговорить. Очень важно, между прочим. Ты знаешь, что у нас будут проводить в этом году осенний фестиваль талантов? - Нет. А ты откуда узнал? - девушка искренне удивляется. Она очень любит всевозможные конкурсы и фестивали, где можно выступить и показать всем, на что она способна. Чен раньше посмеивался, что она слишком уж хвастается своим талантом, но потом понял, что это действительно увлекательно и важно. - Услышал вчера разговор наших учителей. Давай сделаем номер вместе? Помнишь ту песню, что я тебе показывал? Miracles in December? - Да, помню, - девушка задумчиво закусила губу, мысленно воспроизводя песню, о которой говорил друг, - Чен-Чен, но она будет хорошо звучать, если ее будут петь три человека. Для дуэта это не совсем то... - У нас есть время, чтобы подыскать третьего! А ты бы еще могла аккомпанировать на пианино, представляешь? Разве не красота? Можно договориться с ребятами из оформительского - они сделают снег бутафорский для нашего номера. Хочешь? - парень выглядит загоревшимся идеей. И, надо признать, Бэкки это тоже очень нравится. И когда друг такой воодушевленный, и сама идея. - Это будет очень здорово. Ведь это твоя лучшая песня! Чен-Чен, ты просто чудо! - девушка целует друга в щеку, крепко обнимая, и смеется, видя его реакцию. Чондэ морщит нос в наигранном недовольстве, а потом берет девушку за руку, переплетая пальцы. Они еще разговаривают о всяких глупостях и смеются. Им кажется, что они не виделись целую вечность. Когда они подходят к воротам школы, Бэкхи видит Сэхун, которая облокотилась на забор и слушает музыку. Почему-то нет ни малейших сомнений в том, что девушка ждет именно ее, именно Бэкки. Они вместе с Чондэ подходят к О. Сэхун открывает глаза и неловко улыбается. Она представляла себе, что при встрече сегодня обязательно мягко поцелует Бэкки. Но при этом парне делать это как-то неловко. Вряд ли он оценит такой перфоманс. Сэхун, правда, замечает на его щеке след от блеска для губ, который, совершенно определенно, принадлежит не его маме. Сэхун поджимает губы, якобы в сдерживаемой улыбке, и указывает пальцем на то место, где красуется поцелуй. Чен вытирает щеку, смотрит на следы блеска и смешно дует губы, глядя на подругу. - Распустила тут, - ворчит он, передавая ее сумку обратно хозяйке. Бэкхи смеется звонко и искренне. Ей очень хорошо, очень весело. Она шутливо пихает Чондэ, выпроваживая его подальше. - Иди уже, пожалуйста. Спасибо, что встретил сегодня. Я скучала, - она подмигивает ему, все еще ворчащему, но уже больше из вредности, чем на самом деле недовольному. Парень оставляет подруг наедине. Сэхун не знает, что сделать и что сказать. Признаться в том, что сердце сжимают тиски ревности - нельзя. Она вообще не имеет право ревновать. Тем более, что Бэкки ей сказала, что не воспринимает Чондэ как парня. Один из главных залогов удачных отношений - доверие. Поэтому О молчит, дает право Бэкки, - Привет, - девушка улыбается. Сэхун отвечает на улыбку, чуть кивая, - Мы... Ты не хотела, чтобы я передумала сегодня... А я даже не успела попросить тебя не передумать... Сэхун рвано выдыхает, рывком Бэкки к себе притягивает и обнимает крепко-крепко. Даже если их и видят, то значения не придают - девчонки всегда проявляют излишнюю нежность в дружбе. А Сэхун снова вдыхает аромат шампуня, перебирает черные пряди в пальцах и молится, чтобы это не кончалось. Потому что снова очень спокойно и правильно. Пусть даже сердце и заходится в бешеном ритме - все равно спокойно. - Я когда тебя увидела с Ченом... - начинает О, но осекается. Оно само срывается с языка, даже не спрашивая разрешения у мозга. А есть ли он, этот мозг? - Испугалась? - Бэкхи с любопытством вглядывается в лицо напротив. Сэхун качает головой, - Подумала, что я тебя обманула вчера? - снова качание, - Заревновала? - легкий, еле заметный, румянец на щеках. Это очень радует Бэкки. Она заливается смехом, кладет руку на щеку и чуть поглаживает, - Мне нравится, что ты уже меня ревнуешь, плохая девчонка, - с издевкой тянет она, берет Сэхун за руку и тянет в класс, на уроки. Если бы спросили, О бы ответила, что меньше всего хочется сидеть на занятиях, когда рядом Бэкки. Такая вся... Бэкки. С этими пальчиками, глазками, идеальной фигурой, которую неожиданно хочется держать и не отпускать в принципе. Непонятные, противоречивые чувства. Первая половина дня проходит как в тумане - они с Бэкки переписываются, хихикают над какими-то шутками из интернета. Лухан погружена в сообщения от своего, теперь, уже парня. Сэхун улыбается, глядя на свою сестру. Ей нравится такое настроение Лу-Лу. На большой перемене, когда они с Бэкки уже собираются на крышу, близняшка подходит к О и что-то шепчет ей на ухо. Сэхун тут же мрачнеет, но кивает. Она извиняется перед Бэкхи, обещает ее догнать и уходит вместе с сестрой куда-то. Бэкки пожимает плечами и отправляется на крышу, где ее уже ждет Чен. Сэхун вместе с сестрой спускается к воротам школы. Там - уже известная здесь компания. Кай подхватывает свою девушку на руки, чуть кружа ее на месте и целуя ее скулы и щеки. Крис притягивает вторую сестру к себе, по-хозяйски расположив ладони на ее талии. Сердце Сэхун бьется в тревоге, неприятно. - Как ты после вчерашнего? - улыбается он, обнажая белые зубы, - Успокоилась? - Я и не психовала, - протестует девушка, пожимая плечами. - Ты вылетела из бара, будто я чумной. - Что-то я не заметила, чтобы ты кинулся за мной. Заботливые бойфренды переживают за девушек, когда те психуют, ты в курсе? - Сэхун пытается отстраниться, но Крис держит ее крепко. - Детка, ты забываешься, - цыкает он, сжимая ладони еще сильней, - Идем, покажешь мне женский туалет. - Ифань, я не в настроении, - пытается отказаться девушка. - Зато я в настроении, - парень без труда поднимает свою девушку и под радостный свист и улюлюканье друзей тащит ее в школу. Сэхун уже научена горьким опытом, что в такие моменты сопротивляться не только бесполезно, но и даже опасно для жизни. Она безвольно виснет на плече парня, глядя на парней, что радуются успехам друга. Сэхун выбирается на крышу только когда уже началась вторая половина занятий. Там, конечно же, пусто и безлюдно. Девушка размазывает слезы по щекам и подавляет всхлипы, рвущиеся из груди. Она ненавидит, когда Ифань так делает. Он ведь, буквально, насиловал ее. Иногда на него находило какое-то безумие, желание обладать и властвовать. Раньше она не обращала на это внимание, или не хотела обращать внимание. Она не знала, следует ли это расценивать как любовь или как садизм. Но сегодня было особенно больно и обидно. Потому что буквально вчера ей открылась истина, что Криса она не любит совсем. Потому что любит другого человека. Нестерпимо стыдно перед Бэкки. Перед собой. Перед друзьями. Перед сестрой. Сэхун немигающим взглядом следит за прохожими, что ходят по своими делам мимо школы. Она чувствует, что сердце обливается кровью. От осознания того, что она испорченная и неправильная, становится дурно. Мысль о самоубийстве не кажется такой уж страшной или неправильной. Даже наоборот. Высота манит, зовет. Очень хочется встать на край и сделать шаг вперед, чтобы больше никогда не чувствовать унижения и боли. Она, действительно, встает на край крыши, закрыв глаза. Она знает, что чудес не бывает и что ее все равно ничего не спасет. - Сэхун! - слышит она знакомый голос и оборачивается. В проеме открытой двери стоит перепуганная Бэкхи. Она с ужасом смотрит на девушку, рот открыт в немом крике. О делает шаг. Бэкки подлетает к ней, обнимая, - Ты совсем с ума сошла? Ты что придумала? Нельзя так! - шепчет она и гладит девушку по волосам, гладит, гладит, раскачиваясь. Сэхун срывается на новые глухие рыдания и оседает на пол. Последний раз она плакала очень давно. Она уже и забыла о том, что умеет это делать. - Прости меня, пожалуйста, - рыдает она и не желает отлипать от девушки. Сердце бьется иначе, но и от этого сейчас больно. Она не заслуживает того, чтобы о ней заботилась эта милая девушка. - Что случилось? - пытается узнать Бэкки. Сэхун мотает головой, не желая признаваться. Что изменится, если она признается? Как Бэкки поможет ей? Бэкки не захочет даже знать ее, если узнает... О успокаивается не сразу, но успокаивается. Потому что истерика все равно вечной не бывает. Они сидят на крыше, прижавшись спинами к лавкам. Бэкхи держит Сэхун за руку, поглаживая пальцами ее ладонь. - Я не имею права быть с тобой. Не имею права давать тебе надежду, - хрипло шепчет О, глядя прямо перед собой. Ей нужно сказать все, о чем она думает. Иначе собственная голова просто взорвется. - И с чего ты решила это? Да еще и за меня? - Бэкки грустная и взволнованная одновременно. Ей не нравится тон, не нравится тема, не нравится состояние Сэхун. Она впервые видит ее такой. И что-то подсказывает ей, что не она одна. - Я сегодня ревновала тебя... А сама... А ведь... Ведь у меня Ифань... Этот гребанный Ифань... Он приходил... - Приходил? - Бэкки смотрит еще более взволнованно. - Да... Я говорила тебе, что ты должна выбирать, а не тебя. А вот в моем случае... Я не могла выбрать... И не могу... - Почему? Что, твой Ифань пуп земли? Он себе наложниц выбирает? А ты рабыня? - возмущается Бэкхи. Она обхватывает плечи девушки и целует ее в губы, - Если будет надо, я с твоего Ифаня шкуру спущу, - выдыхает она и проводит ладонями по тонкой шее, - Только, пожалуйста, не отказывайся от меня. Я твоя, открыта для тебя и только для тебя, - она трется носом о кончик носа, заглядывает в глаза, гладит все, до чего дотягивается, и целует, целует, целует. Сэхун отвечает с отчаянием, преданно, рьяно. Она хнычет в губы, кусает и снова хнычет. - Он... Меня изнасиловал... В туалете... - рвано говорит О между поцелуями. От слов на языке становится очень горько и неприятно. Бэкки морщится и целует глубже, перебираясь к Сэхун на колени, обхватывая ее лицо ладонями. У них обеих кружится голова, но им хорошо. И останавливаться кажется кощунством. Но Сэхун все же останавливается, отстраняя девушку от себя. Они тяжело дышат, прижавшись лбами друг к другу. О смотрит в глаза напротив и очерчивает контур губ кончиками пальцев. Это отвлекает, дарит ощущение спокойствия и счастья. - Передумала страдать ерундой? - шепчет Бэкки, обдавая теплым дыханием губы подруги. - Передумала, - отвечает та и смеется, - Значит, спустишь шкуру? - она заливается смехом и обнимает девушку за талию, прижимая ее к себе. - Ты не знаешь меня в гневе! - Бэкхи трясет кулачком и тоже смеется, а потом крепко обнимает Сэхун за шею, - Это все так странно и так правильно... Я знаю тебя три дня, а будто целую жизнь... - голос девушки мягкий, вкрадчивый. И все мягко, каждое касание, каждый взгляд, каждое слово. После переживаний они обрели немного счастья. Самую малость, достаточную, чтобы вот так сидеть на школьной крыше, целоваться, смеяться, болтать и снова целоваться. Потому что такой их мир - только они вдвоем на крыше мироздания, над всеми.