Girls/Girls/Boys

Вот теперь можно было сказать, что жизнь вошла в новое и относительно спокойное русло. Конечно, абсолютно спокойной жизнь не стала, но в ней появилась стабильность. В этой стабильности у Сэхун была Бэкхи, а у Бэкхи - Сэхун. Девушки перестали так уж скрывать свои отношения, хотя явно, конечно, они их тоже не демонстрировали. Бэкхи все еще была слишком скромна, чтобы кричать на улице о любви или нагло целоваться в общественных местах, как это часто делали обычные парочки. Но просто им стало наплевать, что подумают люди, видя их взгляды, касания, улыбки. Сэхун привела себя в порядок - она состригла радужные пряди, став обычной блондинкой, сняла пирсинг из носа и брови, начала носить более женственную и менее пошлую одежду. А Бэкхи обзавелась новой стрижкой, новыми украшениями и косметикой, она стала вести себя более расковано, насколько это было возможно в ее случае. Они были милой и интересной парой. Потому что идеально подходили, дополняли друг друга. И потому что вместе выглядели счастливыми. Сэхун, правда, не смогла отказаться от новой страсти - цветные линзы. Но Бэкки это даже нравилось. Когда у ее девушки были небесно-голубые глаза, это выглядело очень красиво. И взгляд ее становился другим. Они много времени проводили на крыше. Часто с ними был Чен или Лухан с Чонином. Почти вся банда Криса разбежалась от лидера. Лухан в подробностях все рассказала своему парню, а тот передал все друзьям. Авторитет китайца резко упал в глазах его свиты. Исин как-то видел девушек в парке и тоже принял их отношения. Было видно, что сначала он немного расстроился, но очень скоро расслабился в компании Сэхун и Бэкхи и даже почувствовал себя счастливым. Он понял, что Бэкки нравилась ему не столько как девушка, сколько как очень интересный человек. Поэтому Сэхун чувствовала полное спокойствие - никто не заберет ее сокровище, ее девочку. При этом, если бы Бэкхи знала об этих мыслях, точно бы рассмеялась - она бы сама подралась с тем, кто бы хотел ее забрать. Потому что рядом с этой яркой и противоречивой девушкой было слишком хорошо. Слишком спокойно, слишком уютно, слишком правильно. Было одно "но". Бэкки не признавалась в этом, но ей уже было мало поцелуев и объятий. Сердце так быстро и громко стучало, прямо в ушах, так хотелось продолжения. Но Сэхун почему-то никогда не пыталась зайти дальше. Брюнетка подозревала, что ее девушка ее не хочет. Это заставляло нервничать. Конечно, никаких сомнений в верности О не было. Но факт, что та никак не намекала на близость - обижал. Бэкхи была даже готова к СМСкам интимного содержания, но не было и их. А начинать подобную тему самой было как-то неудобно. Девушка переживала, что Сэхун решит - она озабоченная. При этом Бэкхи не знала - Сэхун сдерживает в себе порывы зажать возлюбленную где-нибудь в укромном месте и... О пообещала себе, что торопить события не будет, что все произойдет не настолько спонтанно и что это будет действительно особенным моментом. Ведь для них обеих это будет первый раз, им обеим хочется, чтобы это запомнилось новыми ощущениями. Сэхун не считала такие мысли странными или нелогичными. Наоборот - она считала, что все очень закономерно. Правда, она не догадывалась, что ее скромная возлюбленная уже составила целый план соблазнения, потому что больше терпеть уже не могла. Бэкхи пригласила Сэхун к себе домой. Они решили посмотреть какой-нибудь фильм, но перед этим брюнетка предложила научить свою подругу печь маффины. Сначала О отнеслась к этому скептически, но вот они стоят на кухне, плечом к плечу, и учатся. Сэхун внимательно следует всем руководствам и советам, следя, что получается у ее девушки и сравнивая с тем, что выходит в миске у нее. Бэкхи смеется по-доброму и повторяет, что для первого раза все прекрасно. Когда они добавляют в миски муку, Бён говорит, что перемешивать теперь нужно руками. И сама начинает очень ловко это делать. Сэхун же медлит, даже не зная точной причины. Она снимает колечко и запускает руки в массу. Ничего неприятного. Она начинает перемешивать муку со смесью из яиц, наблюдая метаморфозу. В ее руках это все превращается во что-то отдаленно напоминающее тесто. Она часто наблюдала за тем, как готовила мама, и помнит, что тесто всегда было таким упругим, белым. Оно не липло к рукам матери, та из него могла сотворить что угодно. То, что в миске Сэхун - напоминает то самое тесто лишь отдаленно. А самое главное - оно липнет к пальцам и не хочет возвращаться в тару. Руки по запястье выпачкиваются в желтом и ароматном тесте. При этом у Бэкки - ручки чистые, тесто рыхлое, но не липкое совсем. Брюнетка смотрит на девушку и смеется. - Муки маловато, - комментирует она, заглядывая в миску, - И промесить нужно тщательней, - Бэкки высыпает еще немного муки в тару, встает позади Сэхун, берет ее руки в свои и опускает в миску. Она руководит движениями, которые нужно совершать для правильного замеса, но при этом - стоит уткнувшись в спину возлюбленной, вдыхая ее аромат и чувствуя тепло. То, что они делают руками в миске - все меньше похоже на замес теста. Они переплетают пальцы, оглаживают пальцами ладони, пытаются ускользнуть от крепкой хватки. Сэхун чувствует, как жарко становится. Просто от такой вот глупой игры. А внутри все пожаром горит. Но блондинка в себе это сдерживает. Ей страшно напугать свою девочку. Страшно, что Бэкхи не так ее поймет. А Бэкки разворачивает ее к себе, берет руку, измазанную в тесте, и с ладони слизывает немного, - Вкусно, - одобряет, улыбаясь, - Пожалуй, даже слишком, - она кладет длинные тонкие пальцы в рот, посасывая и вылизывая. Язык так и скользит, собирая тесто. - А это невредно? - чуть хрипло спрашивает Сэхун, неотрывно глядя на розовый язык, который оглаживает каждый палец, погружая его в тепло рта. Дыхание сбивается. Бэкки пристально смотрит в глаза возлюбленной, не отвлекаясь от увлекательного занятия. О понимает, что дольше ждать не сможет. Она вытаскивает пальцы из влажного плена, подается вперед и целует сладкие губы. Бэкки удовлетворенно стонет, приподнимаясь на цыпочки. Она обхватывает руками шею блондинки, притягивая ближе к себе. Поцелуй становится глубже. Сэхун пытается отстраниться, но брюнетка притягивает ее обратно. Ей не хочется разрывать поцелуй, ей не хочется отстраняться. Ей просто хочется, чтобы все это не заканчивалось, - Бэкки, - слабо выдыхает Сэхун в сладкие губы. Она, конечно, не может протестовать. И не будет. Но ей не хочется давить на возлюбленную, - Бэкки, - повторяет блондинка. - Если ты не заткнешься, О Сэхун, я буду вынуждена тебя изнасиловать прямо здесь, - шипит Бэкхи, но при этом улыбается, кусая нижнюю губу девушки. Сэхун чувствует, как дыхание сбивается. Ожидала ли она такого от своей изящной, скромной девушки? Конечно нет! Не просто не ожидала, она и представить такого не могла, - Такой настрой мне нравится больше, - Бэкки хватает возлюбленную за футболку, тянет на себя, утаскивая куда-то. Очень скоро Сэхун поняла - они в спальне. Бэкхи целует с напором, страстно, с чувством. Она тянет футболку О вверх, но та останавливает ее руки, перехватывает, переплетая пальцы. Она не была готова к такому повороту событий, в отличие от ее хрупкой скромницы. Но это не значит, что инициатива полностью должна перейти в руки брюнетки. О становится раскованней, но при этом не перестает быть трогательно-нежной. Она целует глубоко, целует нежно, целует сладко. Все ради того, чтобы на сегодня они сошли с ума, сплетаясь телами в древнем как мир танце любви. Поэтому уже под утро, когда страсть чуть утихает, а сердце перестает выдавать чечетку, Сэхун думает о том, как она безмерно счастлива, держа в объятиях самого драгоценного человека в ее жизни. А спящей Бэкки тихо, уютно и тепло, и снятся ей только самые сладкие сны.