Психологический дневник Джейрри.

-А наручники обязательны? - спросила Ви, выставив руки вперёд. -Вдруг вы ещё раз вздумаете убежать. Щелчок. -Мы отвезём вас в участок, оттуда позвоним вашим родителям или опекунам, - сказал высокий мужчина с темной кожей, засовывая рацию в специальный карман. -О, - издал Ринтон, - видите ли, мы воспитанники интерната... Со скованными руками он озадаченно почесал затылок. Я посмотрела на него, когда он говорил и заметила, насколько сильно он порвал футболку. Начиная от груди и до самого конца, она трепалась на нем, как какая-то тряпка. Улыбка сама появилась на моем лице, но я стёрла ее рукой, которая была в наручниках. Коп удивился, узнав про интернат, но ничего не сказал. Его напарник спросил адрес и всех нас запихнули в машину. Заспанное лицо Аделины с ноткой недовольства разглядывало протокол. -Это... я поражена, - выдавила женщина, обращаясь к хранителю правопорядка. -Думаю, что надзор над воспитанниками «таких» заведений должен быть максимально сосредоточенным... - недовольно ответил мужчина. -Я... безусловно. Знаете, я всегда была уверена в порядке проведения надзора за детьми. Что теперь делать? - ее волосы были слегка растрепаны, тёплый кофейного цвета кардиган скрывал верх ее пижамы. Она приехала из дома. Мне было жаль, что ее вызвали и теперь отчитывают. Сидя на стуле, я уперлась в разглядывание рук. -Так как это происходит впервые, я могу лишь сделать вам предупреждение, - на этих словах ее лицо смягчилось, - но ваша репутация, как заведения для психически больных детей - пострадала, - коп протянул бумажный лист директору. -Ясно... Большое спасибо, офицер, - сказала она, но затем ее взгляд упал на Вейланда, что сидел с нами, - о! Секунду! Мужчина обернулся, ожидая, что скажет Аделина. -Это не наш воспитанник, - сказала она, указывая на Вея. Парень закатил глаза. -О... прошу прощения, ребята сказали, что они все воспитанники Принселла. -Верно, все. Кроме него... Все, в том числе и мы вчетвером, смотрели на моего одноклассника. -Ваше имя, молодой человек, - потребовал офицер. -Вейланд Саттер-Роум, - буркнул он и, согнувшись корпусом, положил руки на колени. -Так... - пробубнил коп и что-то стал записывать. -Погоди, - Аделина будто что-то вспомнила, - Тревор Роум - твой отец? Вей кивнул. -Подождите, офицер, - женщина положила руку на листы полицейского, прося его не записывать это, - этот мальчик - сын психолога, который сотрудничает с нашим интернатом... может вызвать его сюда? -Блять, - шепнул на выдохе Саттер. Кому-то сегодня пиздец. Я усмехнулась, Рин-Тин посмотрел на меня. Он дернулся и двумя руками соединил концы порванной одежды. Офицер кивнул. -Не вижу смысла, туда-сюда гонять машину, - мужчина снова сел за стул, ожидая, когда директриса позвонит и вызовет Роума. Я, Лин, Вивьен, Ринтон встали с мест и направились к выходу. -А вы куда? - спросил коп, выставив руку передо мной и заграждая выход. -По комнатам, - сказала Лин из-за наших спин. -Будете свидетелями, присядьте, - он указал взглядом на стулья. Черт, блять, подери! Спустя минут двадцать в двери вошёл высокий человек. В серой футболке, как всегда чистой и выглаженной, в зауженных джинсах. Поверх коричневое пальто. -Доброй ночи, - сказал он. Его глаза сразу нашли сына. -Что ж, - начал полицейский. Я прикрыла лицо руками, пытаясь стать незаметной. Когда мужчина в форме дал предупреждение психологу и его сыну, а затем удалился, Роума понесло. -Какого черта? - спросил он, будто у нас всех. Я дёрнулась оттого, что он был грозен. -Пап, давай дома поговорим..? - Вейланд поднял на него лицо, и его брови подскочили. -Конечно, поговорим. Ты рассчитываешь на что-то другое? Меня будят в два часа ночи представители охраны порядка. Просят приехать за тобой. -Пап, - парень выдохнул. -Джей, без тебя хоть что-то не происходит? - обратился ко мне Тревор, и я чуть со стула не упала. -Мистер Роум, - попросила мужчину Аделина, - я могу вас здесь оставить? Меня ждёт маленький сын дома... -О, конечно. Спасибо, что позвонили. Простите, - его тон стал очень ласковым и извиняющимся. Директор кивнула и вышла из кабинета. -Так вот! Иди сюда! - тон меня снова напугал. Тревор подошёл к сыну, приблизился и приподнял его веко. Затем отпустил его. -Я просто выпил, - сказал одноклассник, неловко качаясь из стороны в сторону. -Не помню, чтобы отпускал тебя на тусовку, - Роум грациозно снял пальто и бросил его на стол. Комната напоминала допросную в участке. Серые стены. В центре металлический стол и несколько стульев. Наверное, тут допрашивают ребят, которые совсем повернутые... -Пап, ну хватит. -Что мне с тобой делать? - я почувствовала в этом вопросе какой-то укол. Его, как отца, стало жаль. Он ведь и правда хороший... -А ты? - я почувствовала на себе давление от взгляда, - мать в курсе? -Нет. -Она не звонила? - снова спросил он, меняя постепенно тон на спокойный. -Даже не поздравила, - ответила я и стала таращиться в стену справа. Трев затих. Будто ожидая, что ему подскажут что-то. -День рождения, - очень тихо, неразличимо, сказал кто-то из девочек. -О... Что ж, с твоим днём. Хотя он уже прошёл. -Да, спасибо. Молчание. -Ребята, так не пойдёт, - он снова вернулся к вопросу об аресте, - сегодня я поговорю с Аделиной. Думаю, мы организуем кружок для вас, - психолог облокотился бёдрами о стол и скрестил подкачанные руки. -Какой ещё нах... какой кружок? - спросила пискляво Вивьен. -Психологической помощи и бесед. У вас явно есть свободное время, - намекая на вечеринку, дал в ответ он. Ви подняла руки, держа их ладонями от себя на уровне груди. -Я в этом не участвую, - сказала она. -И я, - сказал Рин. Мужчина вдохнул поглубже, собираясь начать спор, но выдал только: «посмотрим». Спустя несколько минут, все разошлись. Что ж... Я была рада, что все так быстро решилось. Мне просто было хорошо. Придя в комнату, я уснула, буквально, сразу.