Игры для четверых

Мы не пересекались с нашими вторыми половинками, но атмосфера, царившая до этого в наших отношениях с Максом, сильно испортилась. Макс честно пытался сдержаться, когда видел мой задумчивый взгляд, когда смотрел, как я перебираю четки, привезенные с нашей экскурсии в Минск еще в восьмом классе, но всякому терпению приходит конец. Он, к моему удивлению и радости, не стал кричать на меня, бить посуду и заявлять о нашем расставании, а просто вышел из номера, громко хлопнув дверью. Его уход подействовал на меня ужасно. Силы вышли. Я слишком долго пыталась быть сильной девочкой, и все мои силы ушли на это. Максим хотел видеть рядом с собой сильную помощницу, но теперь мы были не просто партнеры и я, ведь, имела право хоть немного побыть плаксивой ни на что неспособной девушкой, которая хочет в кои-то веки побыть счастливой. Я надеялась, что Макс поймет мое стремление, но почему-то плохое предчувствие меня не покидало. Макс вернулся ночью. Весь день тянулся для меня, как целый год. Я высчитывала, где может находиться Макс, как он себя чувствует и, главное, о чем он думает. Все мои переживания ушли в тот момент, как я почуяла запах сигарет и алкоголя. Как это типично для Макса - утопить боль в стакане. Пошатываясь, он закрыл двери спальни и опустился на кровать рядом со мной. -Сегодня я понял, насколько была никчемна наша жизнь, - его голос был совершенно неэмоционален. Он говорил как будто сам с собой, как будто не ожидал моего ответа. -Какой ты умный! - во мне откуда-то взялся сарказм. Я ждала его весь день и теперь вместо того, чтобы просто обнять любимого, я начинаю высказывать всю ту ярость и непонимание, которое накопилось во мне, - Тебе понадобилось столько лет и столько литров виски, чтобы осознать это? Макс посмотрел на меня, а потом снова опустил свой взгляд в пол, - Вчера Бартоломео был пойман неизвестными и доставлен по адресу испанского филиала фирмы Павленко. Через несколько часов из здания через служебный вход вынесли бездыханное тело. Если это не показательные выступления, то что? И я надеюсь, я не испортил твоего настроения? Все еще хочешь посмеяться? Я почувствовала вину, которая подступала по горлу. Стало тошно и противно. Бартоломео хоть и был немного двинутым парнем, но ни чем не заслуживал расправы. Его смерть - это напоминание о том, что с нами нельзя дружить. Все наши друзья или более-менее хорошие знакомые, на которых мы могли рассчитывать, последние несколько лет пропадали, а потом находились, но уже мертвыми. -Поздно уже, - тихим голосом сказала я, - Давай ляжем спать? А завтра поговорим о никчемности жизни. Макс ничего мне не ответил, в принципе, ответа я и не ждала. Он скинул ботинки и завалился на свою часть кровати. Я сделала провальную попытку обнять его, но Макс только покачал головой. Ну что ж, порой мы действительно очень плохо понимали друг друга. *** Очень настойчивый стук в дверь вырвал меня из объятий беспокойного сна. Всю ночь я пыталась успокоить нервы и, наконец, забыться во сне, но не могла. В голову лезли слова Макса, его нервы, его действия и я не могла быть уверена на сто процентов, что проснемся мы вновь счастливыми людьми. Открыв глаза, я снова увидела пустую постель. И почему-то мне казалось, что ни о каком кофе сегодня речи быть не может. В дверь продолжали стучать. Медленно встав с кровати, я почувствовала насколько повлияло отсутствие сна на мою голову. Нещадная головная боль стучала в висках. -Иду я, - пробурчала я, запахивая халат. Посмотрев в окошко камеры, я онемела. Лучше бы этот день не начинался вовсе. Рома Павленко последний гость, которого я бы хотела видеть сегодня. Не смотря на то, что он нервно мялся и оглядывался по сторонам, я вдруг почувствовала его превосходство надо мной. Эта мысль ударила меня по голове пыльным мешком. Я беглая преступница, живущая в этом мире под десятками разных имен, а он богатый, знаменитый, честный предприниматель, которому завидуют тысячи мальчишек на этой планете. -Мне кажется, ты ошибся номером, - сказала я, открывая дверь. Рома улыбнулся мне, - Я так не думаю. -Ты всегда слишком много не думал, - пропуская его в номер, ответила я. Хотя как пропуская, ему не требовалось моего разрешения - отодвинув меня рукой, он по-хозяйски зашел в номер. -А ты всегда была сукой. -В последнее время всех тянет делать мне комплименты, - задумчиво протянула я, - Что ты хотел? -Поговорить. Удивительно. Он хочет поговорить. Кто-нибудь на этой чертовой планете не хочет спросить, чего собственно хочу я?! -Не подходящее время. Скоро вернется Макс. Рома хохотнул, - Если это единственная причина, по которой мы не можем поговорить, то я уверен, что поговорить нам все-таки придется. Где черт подери Макс? И какого Рома так уверен, что Макс не вернется?