Игры для четверых

Время перевалило за полночь, когда я открыла дверь гостиничного номера. В душе было пусто. Повторяя в голове слово «Мама», я не чувствовала прежней ненависти и непонимания. Теперь я вообще ничего не чувствовала. Это было своего рода освобождением. Моя ненависть не давала мне спокойно засыпать, спокойно смотреть на другие семьи, которые не мучились такими проблемами, которые были в нашей семье. Пустота в моей душе равнялась легкости. Максим лежал на диване в гостиной и просматривал новости в планшете. Отчего-то на его лице светилась легкая улыбка. Я подозревала, что эта улыбка, не совсем от того, что я вернулась. -Ты чего такой радостный? – с улыбкой спросила я, присаживаясь на диван около него. Максим приподнялся на локтях и чмокнув меня в щеку, протянул мне планшет. -Почитай. Новостная лента поисковой службы пестрела яркими заголовками. Удивительно, но даже новости в этой стране передаются изначально искаженными. Ты видишь в заголовке одно, а заходя по ссылке тебе пытаются донести совершенно другое. Порой кажется, что умельцы, которые пишут новости для интернет-ресурсов, не окончили и 11 классов. Мое сердце замедлило свой ход, когда я увидела новость дня. Переведя взгляд на Макса, я увидела широкую улыбку. -Что это? – дрожащим голосом спросила я, - Это шутка? Макс отрицательно покачал головой. Я нажала на ссылку и стала внимательно вчитываться в совершенно не эмоциональные строки. «Сегодня в 19-17 по московскому времени, в небе над Прагой взорвался частный самолет. Боинг принадлежал семье крупных бизнесменов Павленко. На борту самолета помимо Елизаветы Виноградовой и Романа Павленко, находилось 6 членов экипажа. Причины трагедии выясняются, но секретный источник в спецслужбах сообщил нам, что в этом могут быть замешаны личные мотивы». Отложив планшет на журнальный столик, я провела ладонями по лицу. Это не могло быть правдой. Я не хотела, чтобы это было так. Я не хотела, чтобы это было сделано нашими руками. Точнее, не нашими, а руками Макса. Каким бы избавлением не была бы для нас эта смерть, она так и осталась грехом, который лег на плечи Макса. -Это ты? – наконец задала я вопрос. Макс усмехнулся, - Нет. Я устало вздохнула. -Ладно, задам вопрос по-другому: ты причастен к этому? Макс кивнул. Я встала с дивана и отошла к окну. Меня переполняли эмоции. И они были вовсе не положительными, в отличие от эмоций Макса. Его, судя по всему, переполняла гордость. Он молодец, спас наши задницы! Смог решить проблемы по-своему, снова совершенно не интересуясь моим мнением. -Зачем? Макс встал с дивана, - Что значит зачем? -Максим, это же Лиза и Рома, - я повернулась к нему, - Как ты не понимаешь? -Я-то как раз все понимаю, - он подошел ко мне вплотную, - Ключевым словом здесь, наверное, все-таки был Рома, да? У меня глаза расширились от удивления. Он, что до сих пор, думает, что у меня в душе остались чувства к Роме? Тут же в голове пронеслись мысли о доверии в семье. Какое будущее, если он во мне сомневается. -Причем здесь это? -Не при чем, - Макс усмехнулся, - Неужели, столько лет, а ты все еще… Я задала ладонью его рот, чтобы эти слова не вырвались на свободу. Ведь, если слова не сказаны, то все можно изменить, ведь так? -Ох, замолчи, Макс, - уставшим голосом начала я, - Не говори тех слов, за которые потом будешь извиняться. Откинув от себя мою ладонь, Макс злобно посмотрел в мои глаза. Этого взгляда я боялась. Злобный, ничего не видящий перед собой взгляд, который не различает где враг, а где друг. Максим становился кем-то другим, когда смотрел так. Быстро развернувшись, Максим направился в сторону двери. -Макс? – прошептала я, -Куда ты? Ничего не ответив, Морозов вышел из номера, громко хлопнув дверью. В любой другой день, я бы крикнула ему вслед «Истеричка». Но сейчас мне этого не хотелось. Мне хотелось забраться в какую-нибудь норку и долго скулить на луну. *** Я пришла в себя только около знакомого забора. Как я выбежала из номера, села в машину и выехала на знакомую трассу – все это вспоминалось лишь отдельными картинками. На небе занимался рассвет. Ранние пташки уже стали исполнять свои песни, природа начинала пробуждаться. Я не знала зачем я сюда приехала. Наверное, я пыталась найти здесь свое детство. То детство, где я все еще было любимым ребенком, которым восторгались и с гордостью рассказывали друзьям о новых успехах чада. Я подошла к высокому деревянному забору и застыла. Я рассматривала каждую трещинку, каждый гвоздик и понимала, что приехала сюда зря. Я не знала ни тетиного, ни маминого телефона, кричать и звать их было бесполезно – дом находился слишком далеко от забора. Посигналить? Чтобы перебудить всю округу? Очарование возвращения к истокам исчезло. Особенность момента была испорчена осознанием того, что я приехала туда, где меня никто не ждал. Никто. Даже старый верный пес, скорее всего, не повел ухом на звук подъезжающей машины. Отвернувшись от забора, я решила вернуться в машину. Пора ехать обратно. Пытаться восстановить мосты в будущее, которые были сожжены. Я не боялась извиняться первой, не боялась выставить себя виноватой, я больше боялась того, что будет поздно. Лучше не ждать слов о прощении, когда ты любишь. Надо действовать. Щелчок замка позади меня немного испугал. Резко повернувшись, я увидела свою маму. Она куталась в вязаную шаль и потирала сонные глаза. -Глупо проехать столько километров и даже не попытаться поговорить, - с улыбкой сказала она. Я не нашла слов, чтобы ответить. Я просто расплакалась. Я вернулась в детство. Я вернулась к той маме, которая любила меня и была действительно моей мамой, с большой буквы М. *** Вернувшись в гостиницу, я обнаружила Макса, который сидел на полу возле нашего номера. Он посмотрел на меня и грустно улыбнулся. -Я же вроде оставила ключи у администратора, - тихо сказала я. Максим показал ключи, зажатые в его ладони. -Я не хотел быть в номере без тебя, - едва слышно ответил Макс. Этих слов было достаточно. Я опустилась на колени рядом с ним и взъерошила его волосы. Мой родной, мой самый любимый в этом мире мужчина. Он приносит мне столько боли, но вместе с тем дарит мне огромное счастье быть любимой. -Максим, я расстроилась не из-за Ро… Теперь настала его очередь не давать словам вырваться на свободу. Правда вместо того, чтобы зажать мне рот ладонью, он поцеловал меня. -Будущее? – оторвавшись от меня спросил Макс. Его лукавая улыбка заставила меня улыбнуться в ответ. -Совместное будущее, - согласилась я. *** Это была шикарная московская осень. Желтая, солнечная, совершенно не по-осеннему теплая. Легкие прогулки в парке, долгие вечера на балконе, завернувшись в плед – это была наша осень. Наша вторая осень в Москве и наша первая осень в статусе семьи. Тихая, простая роспись в ЗАГСе и последующее венчание. Максим настаивал на этом. Он верил в то, что мы будем вместе до конца. В нем проснулся моногамный семьянин, который чтил понятие семьи и уважал свою жену. Я радовалась таким изменениям, находила в них романтичность старины. Большую часть времени я проводила дома. Максим строго-настрого запретил мне работать. По крайней мере, на время беременности. Он вообще стал немного сумасшедшим после того, как узнал, что у нас будет ребенок. Шерстяные носки летом? Я не должна мерзнуть. Никакого компьютера? Лишнее облучение для ребенка. Не носить ничего больше килограмма? Я не должна перенапрягаться. Порой я была готова убить Макса. Его забота была просто на грани добра и зла. Максим пропадал на работе. Нарвавшись на молчание один раз, я перестала спрашивать, чем он занимается. Я просто надеялась на то, что у Максима хватит мозгов не влезать в то, что может отразиться на безопасности нашей семьи. Одев мокасины, я вышла из квартиры и медленно побрела к лифту. Максим назначил мне встречу в парке. Каждый вечер мы гуляли по парку, наслаждаясь приятной погоде и разговаривая о будущем. Кто у нас родиться? Как мы назовем ребенка? Какого цвета будет коляска? Чем он будет заниматься? Мы спорили до криков, а через несколько минут смеялись над нашим спором. Каждый раз, смотря на него, видя его улыбку, я понимала, насколько мне повезло. Мы были счастливы, а это сейчас уже редкость. Парк находился практически рядом с нашим домом. Поздоровавшись с бабушками, что сидели у подъезда, я направилась к дороге. Перейдя дорогу, я посмотрела на аллею и увидела Максима, который направлялся в мою сторону. Улыбнувшись, я прибавила шаг и пошла на встречу мужу. Между нами было метров 50, когда я услышала сначала негромкий хлопок, а потом крик какой-то женщины. На белоснежной рубашке Макса расползалось багровое пятно. Вскрикнув, я побежала к нему. Я смотрела на то, как он, смотря на меня, медленно опускается на асфальт. Оказавшись рядом с ним, я упала на колени. У меня не хватало сил перевернуть его. Слезы застилали глаза. Я кричала, звала на помощь, но внутренне понимала, что никто уже не сможет помочь Максу. Кое-как перевернув его, я увидела свои любимые зеленые глаза, которые смотрели в небо. Мертвый, совершенно пустой взгляд. Я прижала его к себе. Я шептала слова о том, как я люблю его. Я молила его не умирать. Не бросать меня здесь. Я не обращала внимания на толпу, что собиралась вокруг нас, я не думала о других людях. Мне был важен только он. Когда приехала скорая и меня оттащили в сторону от Макса, я уже мало что соображала. И только, когда он из врачей покачал головой и что-то сказал другому врачу, я поняла, что это все – конец. Из моей души вырвался рев. Рев зверя, который только что потерял смысл своей жизни. *** -Вика, Вика! – кто-то звал меня. Я чувствовала чужие прикосновения, но не могла открыть глаза, - Вика, очнись! – голос был женским и совершенно точно знакомым, только я не могла понять кто это. С трудом разлепив свои глаза, я зажмурилась от яркого солнечного света. -Вика, ну, слава Богу! Я повернулась в сторону голоса и закричала от страха. Передо мной была Виноградова. Та самая Лиза, которая должны была разбиться на самолете со своим мужем Ромой. Та самая, только лет на 5-10 моложе. -Лиза? – ошарашенно спросила я, - Как? Блондинка усмехнулась и провела ладонью по моим волосам, - Ты что, ничего не помнишь? Я отрицательно покачала головой. В данной ситуации лучше побыть наивной дурочкой и предоставить другим право рассказать, что случилось. -Мы нашли способ избавиться от вируса и спасли школу, - с улыбкой начала Лиза, - Все сначала было хорошо, но потом сначала ты, а потом и Макс потеряли сознание. Вы как будто впали в кому. О чем она? Какая вакцина, школа и кома? Этого просто не может быть. Вся моя жизнь, где она? Что это за реальность? -Лиз, какой сейчас год? Она рассмеялась, - 2012, подруга. Ты чего? 2012? Нет. Это не правда. Не могла вся моя жизнь быть сном. Не могла. Все было настолько реально. Мы с Максом… Черт! Я закрыла глаза, понимая, что сейчас расплачусь. Слова Лизы пробудили во мне воспоминания о моей реальной жизни. Школа Логос, вирус, оцепления, фашисты – все это проносилось в моей голове. Это была именно та реальность, где я никогда не буду счастливой. Здесь я никогда не буду с Максом. Здесь он счастлив с Лизой, а я одна. Справившись со слезами, я повернулась к Лизе. Она была уставшей, но все равно улыбалась. Я усмехнулась. И как мой воспалённый мозг мог придумать такую картину, где Лиза является моей убийцей? -Лиз, а Макс, он проснулся? -Да, он очнулся полчаса назад, - Лиза на секунду прервалась, - С твоим именем на устах. Он кричал о том, что оставил тебя одну и постоянно держался за грудь. Не поверишь, но у него была такая же реакция на меня, как и у тебя. Я оставила с ним Ро… -Вика! – мы обе повернули голову в сторону двери. В палату влетел взъерошенный Морозов, который сумасшедшими глазами смотрел на меня. Не найдя ничего лучше, я просто улыбнулась ему. Я была рада вновь увидеть его живым. Пусть он не будет моим, пусть он будет счастлив с другой, но он будет жить. -Привет, - тихо ответила я, - Ты как? Максим посмотрел на Лизу. Она кивнула и поднялась со стула. -Оставлю вас, - произнесла она и вышла из палаты. Мы оба смотрели на то, как Лиза вышла из палаты. Через секунду я уже чувствовала крепкие объятия Максима. -Вика, ты не представляешь, что я почувствовал, когда проснулся! – сбивчиво начал Макс, - Я же уже с жизнью успел попрощаться, там во сне. -Ты жив, - прошептала я, - Господи, Макс, я думала, что сойду с ума. -Я знаю, моя хорошая. Знаю. Он снова прижал меня к себе. Я чувствовала, как бьется его сердце, а перед глазами были те ночи, что мы проводили во сне. Та любовь, что была у нас, те эмоции, что мы дарили друг другу. Там была совершенно другая жизнь. Я тихо всхлипнула и отстранилась от Макса. Он удивленно смотрел на меня. Снова попытался прикоснуться ко мне, но я отвернулась. -Максим, не надо. Мы вернулись. Теперь все по-другому. Есть Лиза. Макс с силой повернул меня к себе, - Правильно, теперь все по-другому. Есть ты. И только ты. Он прикоснулся губами к моим губам. Нежно, неторопливо и совершенно сладко. Так он целовал меня во сне. Через полчаса мы уже смеялись, вспоминая свой сон. Максим рассказывал, что с ним происходило во сне без меня, а я делилась тем, что было без него. Он с ужасом слушал о том, что я успела перенести, когда была пленницей. А я со страхом слушала о том, как он был без меня. -Ребят, вы что-то долго, - в палату зашли Рома и Лиза. Их сплетенные пальцы, не укрылись от нашего с Максом внимания. Переглянувшись с Максимом, мы засмеялись. Возможно, сон был прав не только по поводу нас. -Будущее? – отсмеявшись, спросил Макс. -Совместное будущее, - с улыбкой ответила я и тут же ощутила прикосновение его губ.