Дочь Кровавой Хабанеро!

      Как только мы покинули пределы Конохи, отправились по верху в сторону приграничного города Отакуку, чтобы оттуда отправиться в сторону Суны. Пару раз пришлось затаиться, так как я чуяла пару далеких запахов, приходилось выставлять фуин-печати сокрытия от греха подальше, но нас проносило. Либо удача была на нашей стороне, либо мы были не так уж плохи. Поэтому мы решили не слишком торопиться.       Путешествие проходило отлично: погода тёплая, попутчики весёлые. В наших пространственных карманах было всё необходимое, чтобы было максимально комфортно, не хватало только санузла в палатке! А так было всё, даже горячая вода была, благодаря бытовым фуин-печатям.       Мы не торопились, наслаждаясь свежим воздухом и ощущением свободы, которое появилось, как только мы покинули Коноху. Тем более, этот городок был очень близко, около десяти километров. Сокрытие чакры было вбито нам госпожой Мито в подкорку мозга на уровне безусловного рефлекса, так что в нас никто и никогда не заподозрит шиноби, если сами себя не выдадим.       Одежду мы сменили на гражданский стиль, причем, мы с Сакурой также оделись в мальчиковую одежду, благо, угловатые фигуры позволяли свободно сойти за них. Это обуславливалось обыкновенной предосторожностью, потому что этот мир далек от идеального. Конечно, мы запросто можем разобраться с простым людом, даже можем свободно прыгнуть на чунинов и где-то даже джонинов, но мы же не хотим привлекать лишнее внимание? А ещё Сакура в Конохе накупила бурубэри - это такие ягоды темно-синего, почти чёрного, цвета с кислым вкусом, и вымазала нам ею волосы, из-за чего они стали темно-грязного непонятного цвета, при этом приговаривая, что «голубика» у нас странная. Объяснила эту необходимость тем, что Хенге могли развеять, а цвет волос у нас специфичный. Благодаря тому, что длина волос не была показателем половой принадлежности, мне не пришлось укорачивать свою длинную шевелюру. Я просто вместо двух высоких хвостов собрала их в один низкий на манер Итачи, ну, а у Сакуры они и так короткие были, да и торчали во все стороны, как у Саске, прям вылитый мальчишка. Кстати, Сенджу тоже были с длинными волосами, но собирали их в высокие конские хвосты, им так удобнее было, но в свои тринадцать они выглядели уже почти оформившимися юношами. Их чёрного цвета волосы, оттеняющие благородную бледность и изысканные манеры (могут, когда хотят!) могли сыграть нам на руку.       Так как у нас всё хранилось в пространственных карманах, которые были как по всей одежде, так по всему телу, то не было проблем с тем, чтобы передвигаться без лишнего скарба. Ещё в Конохе я узнала, что мастеров фуиндзютсу уровня госпожи Мито, а теперь и меня, больше нет. Даже Сакура и Сенджу были искуснее самых знающих в Конохе, потому что все знания были утеряны вместе с уничтожением страны Водоворота. Узумаки свои секреты не хранили на каких-то носителях, кроме своих голов, а если и хранили, то никто кроме самих красноволосых не имел доступа к ним.       Добравшись до Отакуку, который служил, так сказать, «приемным покоем» перед Конохой, мы решили искать караван, идущий в страну Реки, чтобы к нему присоединиться, а потом поискать путь в Суну. Это показалось нам отличным вариантом, потому что детишки, гуляющие сами по себе по стране Огня, Реки и Ветра и к тому же, направляющиеся прямиком в Суну, вызвали бы подозрения! А там поимка и опыты над нами не за горами. Да и никто бы не дал нам так просто пройти в Скрытую деревню. Так что лучше подстраховаться!       Мы решили выдать Акио и Акайо за детей каких-нибудь обнищавших дворян, благо было очень много кланов-не шиноби. Обычно богатые дворяне обитали в столице рядом с Дайме, но были и такие, которые были разбросаны по стране и отвечали за свои участки, держа отчет перед правителем, их Сакура называла «губернаторы области», ну, а с ними ещё куча более мелких дворян. Может, за таких и будем себя выдавать?! Близнецы у нас за благородных, а мы прислуга при них!       Отакуку большой и развитый город, не больше Конохи. Тут тебе и бары, и гостиницы, и банки. Тут брались и выдавались заказы на услуги шиноби, а потому караваны побольше заказывали шиноби себе по карману в охрану. Мы, подойдя к окраине города, решили разделиться, чтобы быстро провести разведку на местности и определить наш дальнейший план действий. Договорились встретиться через три часа на этом же месте.       Что сказать, этот город отличался тем, что тут было более оживленно, больше людей навеселе, попадались бордели и казино. Много галдящих людей, было ощущение, что я попала на базар, где все друг с другом торгуются, спорят. Почти не попадались просто прогуливающиеся семьи. Коммерческий городок! Ничего интересного я не увидела, кроме того, что тут была хорошая охрана. Неплохой гарнизон держал охрану этого места, и это понятно, ведь оно служило не только источником пополнения казны скрытой деревни за счёт найма, но и поставщиком продуктов и материалов, которых в самой Конохе не было. Да и скорее всего, местный гарнизон служил отправной точкой для охраны границ деревни, а потому надо быть внимательнее.       Денег у нас было немного, точнее, не было совсем. Моя стипендия не такая большая, у Сакуры только от карманных денег были сбережения, а братья вообще деньгами не обладали, больше продуктами и одеждой, и то обманным путем. В общем, отсутствие денег выдало еще одну отличную идею, которую потом надо будет обсудить со своими. А пока я разведала свой участок, подметила всё, что могло пригодиться, и пошла к точке сбора.       С разведки я вернулась почти на час раньше условленного времени, а потому позволила себе немного поохотиться. Конечно, можно все взять из запасов, но в стране Огня много растительности, что приводит к хорошему росту популяции местной фауны, а точнее — кроликов. Их я и поймала в количестве трёх штук, превратив охоту еще и в своеобразную тренировку на скорость, реакцию и обострение чувств. Догнать и загрызть я их, конечно, не могу, но вот учуять, определить местоположение и прикончить метко кинутым кунаем — вполне, причем с каждым разом выходило всё лучше. За что Курама меня хвалит, только сетует, что выйти не может, хоть и понимает, что не стоит. Мы не дома, и госпожа Мито не прикроет!       Разведя огонь, я освежевала и выпотрошила свою добычу, натерла специями, чтоб мясо было вкуснее, а пока нашла несколько палок, из которых соорудила вертел и подвесила свою добычу готовиться. Всё заняло более получаса, а потому у меня было еще свободных полчаса. Я начала медитировать, при этом включая свою эмпатию на более восприимчивый режим, так как отгораживаться меня Курама еще в начале научил, когда она проявляться начала, объясняя в шуточной форме, что если я не хочу стать, как он — злым и нервным, то надо научиться не воспринимать чужие чувства. Я хотела научиться ограждать разум полностью, и наоборот увеличивать восприимчивость, усиливая радиус действия своей эмпатии. Это, конечно, не Бьякуган клана Хьюга, которые видят ток чакры и могут по нему просчитать действия человека, но тоже подспорье, ведь я буду знать, чего ожидать от других. Почти тоже самое, только бледноглазых чужие эмоции не захлестывают.       Пока мой радиус составлял около километра, но если мне помогает Курама, то я могу растянуть его на пять и более. Но повторюсь — это не Бьякуган, который видит только тех, у кого есть развитая кейракукей. Я чувствую всех: и шиноби, и простых людей. Так, приближаются трое. Один почти подошел, и ещё двое идут вдвоём и прибудут через минут десять. Так эти засранцы опять по двое ходят, блин, договаривались же.       — Как вкусно пахнет, — сказала Сакура, втягивая воздух носом. Я достала из пространственного кармана чашки из бамбука и бутылку, закинула в каждую немного сушеного чая, залила водой и поставила в костер закипать. К тому моменту, как чай был готов, наши близнецы уже присоединились, да и крольчатина поспела. За трапезой мы и поделились полученными знаниями.       Я рассказала о рынке, борделе и казино. Да, а мне злачное местечко досталось, оказывается, потому что Сакура прогуливалась по спальным кварталам и рынку, ну, а Акио и Акайо посмотрели местный гарнизон и администрацию. Не в прямом смысле, конечно, но теперь мы знали, откуда берутся заказы на услуги шиноби Конохи, а значит, знали, где искать нужный нам караван или ещё чего. Но близость гарнизона это не в кайф, там, конечно, не все шиноби, но всё же!       Хорошо поев, мы решили не разлёживаться, а брать быка за рога и, уничтожив все свои следы, пошли в город к административной её части. Удача была на нашей стороне: рядом с отделом заказов была стоянка для караванов и прочих, кто прибыл с повозками. Там не было подходящих караванов, они все отправлялись в путь с рассветом, но все же мы нашли небольшую семью, которая шла в страну Реки. Шли из деревни, которая располагалась рядом с городом под названием Моти, что находился немного севернее от Конохи. Чтоб попасть в Отакуку, надо было сделать всего небольшой крюк, вот они и решили, что лучше нанять охрану, вот только с расценками не угадали. Проверка эмоций выявила только разочарование и тревогу.       Они не могли позволить себе даже генинов, так что мы удачно мимо проходили. Предложили свои услуги, попросив небольшой платы, так как сами не являлись ниндзя, но вот владели кэндо (это наши благородные господа) и навыками рукопашного боя с использованием подручных средств (это уже мы), то есть можем бить камнями тех, кто пытается встать после удара мечом. Я поставила мысленную зарубку.       Низкую цену услуг объяснили тем, что нам тоже надо в страну Реки, а когда больше попутчиков всё же лучше. Поняв, что это так же надо и нам, глава семейства быстро смекнул и поставил условие, что еду добываем мы себе сами. Ушлый мужичок попался! Пришлось согласиться, мы для вида даже расстроились, так что сразу поступило предложение, что готовить её (еду добытую нами) будут всё же они. Что ж, уже лучше и так как нас это устраивало, близнецы дали согласие, но Сакура настояла на том, чтобы половину заплатили сразу.       Главу семьи, кстати, звали Куро Минами, и он был более чем доволен, ведь за тех же самураев пришлось отвалить более крупную сумму, да и питание входило обычно в обязанности нанимателя. Выдвинулись сразу, потому что семейство Куро уже собиралось уходить. Это было нам на руку, так как мы меньше светились.       — Запрыгнули в последний вагон последней электрички! — подытожила Сакура, мы согласно кивнули, хоть и не всё поняли. Мы уже привыкли!

***

      — Аоки Акио и Акайо, — представились близнецы.       «Заметила, у них всё всегда на «А» начинается, как думаешь, это бзик такой?!» — раздалось у меня в голове. Я не удержалась от смешка, что не осталось не замеченным близнецами.       — Мори Наоки, — представилась я и, указав на Сакуру, добавила. — А это Хаяси Сэтору! Приятно познакомиться! — Сакура склонилась в приветственном поклоне.       — Я уже представился, а это моя жена Мэна и дети. Нана, Ран, — он показал на девчушек пяти и трёх лет. — И мой наследник — Озэму*! — закончил он с гордостью, указывая на младенца шести месяцев отроду, которого качала на руках женщина.       «Ва-ха-ха, люди неисправимы, последний батрак без копейки за душой считает, что он велик! Как думаешь, имя принесет пацану удачу?»       «Не знаю, Курама, ты на моё имя посмотри, — я мысленно улыбнулась. — Пусть это имя принесет ему радость и удачу, ну на крайний случай потешит эго родителя».       Вот мы познакомились со всем семейством, которое составит нам компанию до страны Реки. Оказалось, что они переезжали, так как не так давно на их деревню напали, и хоть никто не погиб, но вот скот весь угнали. На территории страны Огня процветало в основном животноводство, и вот им не повезло, потому что живности было не так много, и возможности поправить свои дела уже не было. Сам господин Куро был родом из страны Реки, вот и решил вернуться на родную землю к родственникам и начать выращивать рис.       В повозке ехали его жена, Мэна, и дети и везли то, что не распродали перед отъездом. Мы же шли вокруг повозки, прикрывая бока и тыл. Мул бежал бодренько, а потому мы двигались довольно быстро. Так как выдвинулись мы ближе к полудню, когда все были сыты, то было решено остановиться только на ночлег. Ближе к вечеру мул начал сдавать в скорости и плелся уже со скоростью черепахи.       Я отошла в кусты, чисто по соображениям физической потребности, ну и создала клона, поместила его под Хенге взрослого мужчины, полностью одетого в черное с закрытым лицом, мне про таких Сакура рассказывала, и отправила на разведку подходящего места для ночлега. Вернувшись, стала ждать вестей от клона.       Мы шли по караванному пути, а это не только удобная широкая дорога, но и вероятность нападения бандитов, которые нет-нет, да и промышляют, и чем дальше от больших городов — тем чаще это происходит. Скорость вроде была бодренькая, но все равно не успели до места, где обычно останавливаются караваны и прочие на ночлег, поэтому данные от моего клона будут очень полезными. Некоторое время спустя клон развеялся, и я знала, что в паре километров впереди: если уйти вглубь леса влево, есть отличное место для привала, причем просека позволит и мула, и повозку туда загнать.       Я дала знать Акио о своей находке, он шел рядом с нашим работодателем и мягко подвел его к тому, что пора устраиваться на ночь. Оставив повозку на нас с Сакурой, они ушли, под предлогом поиска подходящего места, проверить про то место, о котором я рассказала.       Акайо стоял на дороге и ждал нас, показывая, куда надо свернуть. Прошли всего полчаса, а они уже разровняли площадку для повозки, какие молодцы. Оперативность — наше всё!       Я услышала, как господин Куро облегченно вздохнул и повёл мула туда, куда показывали братья. Проходя по просеке, они не заметили, как за спинами начали вырастать деревца, обрубая на корню любые предположения о том, что тут могла проехать повозка. Мы, наконец, остановились и начали устраиваться на привал.       — Наоки, Сэтору, сходите и поймайте что-нибудь на ужин, — строгим голосом отдал приказ Акайо, а в глазах плясали чертята.       — Да, господин, — ох, и припомним мы тебе это.       — Мы с Акио пойдем осмотримся и проверим на наличие опасности, а вы, уважаемый господин Куро, сможете пока развести огонь и, надеюсь, у вас есть посуда, а то, как вы заметили, наверное, мы не имеем своей, у нас с собой только наши дайсё**. — Боже, да он само благородство и вежливость.       Мы разбрелись в разные стороны, но когда мы отошли на расстояние, что и звуки лагеря совсем до нас не доходили, близнецы оказались рядом.       — Вы барьеры поставили? — спросила Сакура.       — Да, — начал Акио, и Акайо закончил. — Всё отлично! — они частенько вот так начинали и заканчивали фразы друг друга.       — Это просто невероятная удача, что нам попались эти бедняги! Хотя мне кажется, что у этого Минами в роду были евреи, — губы Сакуры разъехались в улыбке, но потом она опять посерьезнела. — Пока придерживаемся плана! Вы, — палец ткнул в близнецов, — играете в высокородных, но с очень тяжелой судьбой господ, о которой распространяться не хотите. Мы идём из города Нанбу. Даже не спрашивайте! — ответила она на наш немой вопрос. — Я это название в каком-то фанфике вычитала, может, он и существует, некоторые авторы очень ответственно подходят к таким мелочам. Не думаю, что крестьяне знают, где это, но если что уточняйте, что на границе со страной Медведя, она в противоположной стороне от страны Реки.       Так вышло, что мы с Сакурой географию по всем странам и стране Огня пока не изучали, а наши Сенджу вообще на домашнем обучении сидели, а со времен отхода от дел госпожи Мито, хрен его знает, что там изменилось. А расспрашивать о таком у крестьян, да вообще у кого-либо, будет не комильфо. Вот и выкручиваемся, как можем.       — А мы, я так понимаю, не многословные слуги, таскающиеся за своими многострадальными господами? — уточнила я.       — Совершенно верно! Но в пределах разумного, господа! — Сакура погрозила пальцем близнецам, на что те просто показали язык.       — Ладно! Перепроверьте всё, а мы пойдем чего-нибудь на ужин раздобудем, — близнецы умотали, а мы тяжело вздохнули, представив, как нам будет тяжело с нашими «господами».       Ночь наступила резко, как и всегда, Сакура иногда сетовала, что привыкла к каким-то сумеркам. К этому времени мы уже принесли в наш временный лагерь воды, двух крольчат и несколько рыб, которые выловили в речушке, где и набрали воды. Пили из чашек, сделанных из бамбука, и молчали в ожидании еды от Мэны.       Наш наниматель закономерно задал вопрос о том, кто мы и как. Близнецы печально рассказали о бедности и гибели клана и нашем путешествии по миру, тонко намекнув, что больше они ничего не будут обсуждать, наш наниматель отвалил. Мы же с Сакурой вообще не разговаривали, делая вид, что очень заняты, либо отвечая односложными фразами «да» или «нет».       — Пошли, поедим, — Сакура тронула меня за плечо.       Еда получилась вкусная, Мэна знала толк в готовке. Поужинали быстро и молча. Так как я дежурила вторая, то поблагодарив за еду, пошла и моментально вырубилась. Проснулась я от того, что чихнула, оказывается, Акио щекотал нос веточкой. Должна заметить, что я чувствую эмоции даже во сне, и с намерением лишить мою тушку жизни ко мне никто не приблизится. А вот таких «шутников» Курама мог бы засечь, но видать не захотел, гад такой!       Я пнула Акио в ответ и пошла на дежурство, отойдя от лагеря на достаточное расстояние (благо, барьеры мы ставили большие), создала трёх клонов и отправила в остальные три угла. Залезла на дерево и, удобно устроившись на толстой ветке, начала анализировать прошедший день.       И я только сейчас поняла, что мир — это не только Коноха! Ведь в ней даже простой гражданин, не имеющий навыков шиноби, умеет за себя постоять, да и не будет, скорее всего, так благоговейно относиться к каким-нибудь господам. Да, у нас превозносят Хокаге и других наиболее известных людей, но скорее, как фанаты. Поведение господина Куро показало, как сильно в мире идёт деление на сильных и слабых, богатых и бедных, благородных и безродных.       Скрытые Деревни живут своей жизнью и заботятся только о благополучии конкретной Деревни! Не страны, в которой они находятся, а именно Деревни. Конечно, шиноби страны патрулируют по границам стран, но во внешнем мире оказаться шиноби — это как вытащить счастливый билет, который позволит тебе хоть как-то влиять на свою жизнь, а не зависеть от желания Деревень уничтожать созданных ими же Нукенинов. А ведь те могут просто мимоходом, а порой и по прихоти, стереть с лица земли какую-нибудь деревеньку или вот такую вот семью, перебирающуюся с поклажей. Не все шиноби живут согласно Кодексу шиноби. А ведь и спасения не будет, потому что это как идти с веточкой наперевес на противника с дубиной в руках. Может, в глаз попадешь, и у него он заслезится, а вот противник тебе точно череп проломит.       Сакура еще месяца четыре тому назад со мной на эту тему разговаривала, так сказать, делилась своими наблюдениями, и я не совсем её поняла. Теперь понимание пришло, и вывод у меня не утешителен. В любой войне шиноби, скрытой или явной, больше всего погибнет не воюющих, а простых людей, не умеющих защититься от тех, кто несут гордое звание «Ниндзя». И даже своеобразный Кодекс шиноби не спасёт, ведь всегда есть те, кто возомнит себя богом.