Дочь Кровавой Хабанеро!

      Учиха въехали в арендованные дома и потихоньку обживались. Я заняла центральный дом, тот у которого мебели было побольше, и Саске притащил туда свои вещи. Без спроса. Мда. Разбаловала я его.       Кстати, об их перестановках в иерархии. Саске не стал самым главным, как вы могли подумать, потому что он всё равно мелкий пацан, только окончивший академию и еще находящийся в ранге Генин. Поэтому выбрали спокойного и собранного мужика по имени Учиха Текка. У него вся семья попала в тот взрыв, а он как раз патрулировал дальний район Конохи, и когда прибыл на место, его прибило. У него пробудился Мангёке Шаринган, как в принципе и у ещё пары человек. Но он споро взялся за управление кланом: прекратил тупые метания, заваливая всех работой, как и самого себя. Чтобы не сорваться, я думаю.       Каждый из них шагнул на следующую ступень эволюции их глаз в их горе.       Сакура как-то сказала: было б счастье, да несчастье помогло.       Так вот, в случае Учиха, они не рады развитию их глаз такой ценой.       Там, мне кажется херакнулись все, ни у кого не стало семьи. У тех гражданских, что выжили, погибли те, кто им тоже был дорог. Хотя вру, была там одна молодая семья, у которой жена с ребенком ушли в город погулять, а муж был в патруле. Но, кажется, им было хуже всего, потому что почти все тихонько ненавидели их за счастье. Но и это прошло. Шиноби люди такие, всегда готовы к смерти. И к жизни с этим…       Военная полиция не могла существовать такими малыми силами клана, потому было решено, что с клана Учиха снимается ответственность за всю Военную полицию, хоть они и остаются на ведущих должностях, так как у них очень большой опыт работы в ней. Теперь туда будут отправляться подходящие кандидаты из отдела кадров администрации Конохи, а сам клан больше не обязан занимать нейтральную позицию и может высказывать своё «фи» на собраниях кланов.       Обживание домов шло полным ходом, я даже растерялась от такого большого количества людей рядом. Хоть до этого я и жила в общежитии, но там всегда было немноголюдно. Я не общались ни с кем из соседей, и потому, если бы не Сакура с Сенджу, была бы одна. Не удивилась бы, если пришлось бы развлекаться в компании собственных клонов. Я хмыкнула на такую печальную возможность.       — Хватит витать в облаках, пошли уже, — меня потянули за рукав куртки. Саске нетерпеливо притоптывал ногой, продолжая тянуть рукав.       — Прости, задумалась, — широко улыбнулась, пытаясь за улыбкой скрыть смущение. Мы шли в мебельный магазин, чтобы обставить дом и прикупить остальной мелочи, такой как кухонная утварь. Оказывается, у меня очень мало пожитков, в общежитии я практически ничего не покупала, и получается, что вещей на обустройство дома катастрофически не хватало. Да и денег было жалко, на что Саске сказал, что за всё заплатит, потому что жить будет со мной. Сказал, как отрезал. От неожиданности я пропустила момент, когда это можно было опротестовать.       Но если быть честной с самой собой, я была рада, что не пришлось с ним расставаться. Я, наверное, эгоистка, потому что не хотела делить его с кланом и вообще была рада, что власть пройдёт мимо него. Потому что управление кланом — это тот еще геморрой. Мне госпожа Мито рассказывала, что она мужа неделями, а порой месяцами, не видела из-за этой беготни с мирной миссией и становлением Скрытых деревень. Даже жалко её по-женски было.       Слава богу, что тут нет престолонаследования, о котором рассказывала Сакура из своей прошлой жизни. Хотя Главам деревень проще было воспитать преемника из приближённых к себе, но тут всё равно была система выборов. Хотя не у всех, у тех же Хьюга полный пипец в клане, хотя старейшины могли продавить или запретить решения, если толпой против Главы попрут. Хотя мне кажется, что тут и от самого Главы зависит.       — Берем вот эту, — за размышлениями не заметила, как мы пришли в мебельный магазин и теперь стояли напротив кровати, на которую Саске указывал продавцу.       — Одна штука, ага. К ней так же идёт этот платяной шкаф и прикроватные тумбочки. Также можно подобрать комод из того же сорта дерева, куда можно складывать постельные принадлежности, — заливался соловьём невысокий мужчина средних лет. Он даже мне улыбнулся. Ого, похоже, битва с Гаарой и моя последующая победа, нашла положительный отклик в жителях деревни.       — Пс, а почему одна, тем более двуспальная? — шепотом спросила я, — Нет, точнее, я понимаю, почему двуспальная — одна, но я думала, что мы купим две одноместные кровати, — думала, что после вынужденного снапрепровождения вместе, мы потом хоть и будем жить вместе, но в разных комнатах. Благо их в том доме хватало.       — Ну, давай возьмём две односпальные, — сразу согласился Саске, на что я облегчённо выдохнула, но следующая фраза снова заставила напрячься. — Просто сдвинем их и всё.       Когда отпустила горячка последних дней и я почувствовала, что Саске морально пришёл в какое-никакое равновесие, я стала ощущать неловкость от такого его близкого нахождения рядом. Его близость вызывала во мне иные чувства, нежели с Сакурой или Курамой, рядом с которыми я не испытывала дискомфорта. От него же мне было горячо.       И вроде мозгами понимаю, что мы ещё дети, но его поцелуи такие сладкие. Их там точно соблазнению или чему-то такому учили. Я вот не знала, что можно так целоваться. До мушек перед глазами и томления в теле. И ведь помимо поцелуев дальше дело не заходит, он даже волю рукам не давал. Поглаживание по спине не считается. А у меня от него мозг выключается, что самое обидное — мне было трудно понять, чувствует он себя также или у него так много опыта, что нет никакой разницы, со мной он или не со мной целуется. Ух, эта моя ревность и его чертов самоконтроль. Но эти мысли периодически посещали меня и выклёвывали мозг. Только ли у меня так? Хотя, если бы это было так, он бы не покупал общую кровать. Так ведь?       После того как мы купили ещё несколько предметов мебели, типа дивана и кресел в гостиную, а также лампы и прочую осветительную технику, которая продавалась тут же, мы пошли по другим магазинам покупать постельное, полотенца, посуду и прочее до бесконечности. Самое прикольное, что, когда к нам присоединилась Сакура, то покупки совершали именно эти двое, а я шла к ним дополнением. Я и рада, потому что не очень люблю все эти закупки и вообще места с большим скоплением людей. С детства.       — А откуда у тебя столько денег? — задала я вопрос, когда мы, наконец, закончили это хождение по мукам. И так как покупки обещали доставить к вечеру, мы решили посетить господина Теучи и отведать его знаменитого рамена.       — Все деньги моей семьи теперь принадлежат мне, — спокойно ответил Саске, а мы с Сакурой подавленно переглянулись. Мы до сих пор не поднимали тему Итачи и взрыва, чтобы не расстраивать Саске.       — Понятно, — мы с Сакурой, не сговариваясь, начали есть, чтобы как-то отвлечься от чуть гнетущей атмосферы, которая установилась после этих слов.       После того, как мы вернулись в квартал, я занялась модифицированием печати, которую пришлось деактивировать во время въезда Учиха. Управляющая печать была расположена, как и у Сенджу, на главных воротах квартала, а потому я попросила вечером всех Учиха собраться, чтобы внести их в список допущенных на территорию клана. Сначала у них был небольшой скепсис на лице, но после того, как в список были внесены все, а я показательно активировала защитный контур, настроение чуть изменилось.       После ко мне подошёл Учиха Текка, который сейчас возглавлял клан, с просьбой переговорить наедине. Я пригласила его в дом, правда предупредила, что Саске никуда, скорее всего, не уйдёт, на что Текка понимающе хмыкнул.       — Сначала хотел сказать спасибо за предоставленную возможность проживать у вас на территории, — начал Текка после того, как я пригласила его в дом. Так как не вся мебель ещё прибыла, а я не могла её утащить в печати оттуда сразу, то сидели мы на кухне за столом, где я разлила нам чай и выставила сладости. В общем, обстановка не способствовала пафосу, чем я и воспользовалась.       — Не за что, господин Текка. Думаю, что мы можем не придерживаться строгих правил этикета. Тем более в нашей ситуации, когда выяснилось, что я единственный представитель клана Узумаки, а вы… — можно было не продолжать, Текка согласно кивнул головой и расслабился.       — Вы правы.       — Можете обращаться ко мне на «ты», как и раньше, — этот мужик раньше спокойно общался со мной, когда мы частенько с Сакурой забегали в квартал Учиха.       — Еще раз спасибо, — он отхлебнул чая и чуть завис, думая о своём. Наконец отвиснув, он слегка улыбнулся и сказал совсем не то, что я ждала. — Рад, что у вас всё с Саске хорошо.       — …да, спасибо, — я чуть почесала затылок. — Так о чём вы хотели поговорить?       — Да, точно. Просто увидел, как ты ловко сегодня справилась с фуиндзютсу такого уровня, — это он о защите квартала. — Я хотел узнать, ты случаем не владеешь и другими знаниями? Усиление, продовольственные и хран-печати? Мы можем быть твоими заказчиками.       Я думала об этом раньше. Узумаки были главными поставщиками всяких свитков с печатями разной направленности, а так же за деньги устанавливали прочие печати. Защитные, ловушки и многое другое. Эти мысли пронесись в одно мгновение, а Текка продолжил.       — Если надо, то мы сохраним тайну продавца.       — Почему нет, господин Текка, — с улыбкой согласилась я.       — Одно условие, — поддал голос, молчавший до этого Саске.       — Слушаю.       — С Итачи я разберусь сам, — вот подкрался полный песец. Даже воздух, кажется, наэлектризовался, иначе вставшие дыбом волосы у себя на затылке, я объяснить не смогу.       — Ты же понимаешь, что просишь слишком много, Саске? — спокойно выдал Текка, хотя я прям видела, как он сжимает руки на горле у Саске. От этого я неосознанно начала концентрировать чакру лиса вокруг себя. Текка удивлённо посмотрел на меня.       — Я не верю, что Итачи сделал это с кланом. Мне нужно разобраться во всём. И если это действительно он, то клянусь, я лично его убью. Даже ценной своей жизни, — я ошарашено уставилась на Саске. Это же Итачи! Неужели Саске об этом всё время думал и размышлял.       — Рассчитывай на меня, — я тоже не верила, что это Итачи, но если Саске так решил и выяснится, что он всё же виновен. Я помогу, хоть и буду всю свою жизнь себя ненавидеть. Главное, я разделю эту ношу с ним.       — Я согласен, тем более, что Итачи еще нет в книге Бинго, а значит, он не считается отступником, приговорённым к устранению. Пока. — Текка выделил последнее слово.       — А теперь давайте перейдём к обсуждению того, что я могу вам предложить и сколько вы за это готовы заплатить, — сказала я, когда атмосфера стала нормальной.       Эти переговоры затянулись до поздней ночи, но мы разошлись довольные друг другом. За это время мои клоны встретили и перетаскали мебель, расставив её, как указал Саске. Приготовили ванну, застелили постель. Мы же за переговорами, в которых Саске ни разу не показал, что о моих познаниях в фуиндзютсу слышит первый раз, не заметили, как пропустили ужин, а потом решили, что это не так и страшно, учитывая наш поздний обед.       Это была первая наша ночь, которую мы провели на большой двуспальной кровати, где Саске прижимал меня к себе, как будто хотел спрятаться за мной от всех бед, а я гладила его по голове, пока он не уснул. И даже во сне он не ослабил хватку.