Дочь Кровавой Хабанеро!

      Не сказать, что у меня что-то болит или я чувствую, что сейчас иссохну, но этот чёрный жгут, явно состоящий из чакры, меня конкретно напрягает. Как и страхолюдина, которая сейчас наблюдает за моей тщетной попыткой отлепить чёрный жгут от моей печати.       Я не могу использовать собственную чакру, как и чакру Лиса. Меня как будто отсекли от того куска, который отвечал за управление и связь чакры с самим телом. Я чувствую, что она так же есть во мне, но использовать её не получается. Это пугает. Ведь когда стало совсем понятно, что ничего не работает, ни одна даже самая малозатратная техника, то по спине пробежал могильный холод.       А после того, как та страхолюдина ухмыльнулась, я поняла, что она всё это время наблюдала за мной и знала, что я буду не в состоянии пользоваться своей чакрой или же дозваться Кураму.       Что происходит? И как отсюда выбираться?       Незаметно огляделась, осматривая пути отступления. Из этой комнаты есть два выхода: так как она располагается позади главной комнаты храма, то в неё можно попасть и с левого, и с правого прохода.       Но если побегу, этот кокон будет мотылятся за мной, так как оборвать связывающий нас жгут не получалось, да и страшновато было. Он соединяется с печатью, а в такие вещи лучше не лезть, если не понимаешь, как и что сделано, потому что если ломать грубо, то и помереть можно. А у меня ещё Саске на мне не женат.       Я села, поджав ноги. Хорошо, что было тепло, и я не мёрзну, сидя на голом полу, ведь и чакру разогнать по телу не могла. Она мной не управлялась, хоть я и чувствую, как она споро бежит по телу. И тут я прислушалась к себе, поняв, что было странным. Чакра есть в любом организме, и течет она в собственном, обычно неспешном темпе, а тут она бежит, как будто её специально разгоняли. И это точно делала не я. И это не всё. Моя чакра по жгуту перетекает в кокон, а потом возвращается ко мне, но это не было нормальным. У каждого человека своя чакра, не похожая ни на чью больше. Это можно сравнить с отпечатком пальца, который у всех людей на свете имеет свой индивидуальный рисунок.       Даже медики используют инь-чакру, которую они очищают и отделяют от себя, чтоб она была абсолютно нейтральной и подходила всем. Но это очень трудоемкий и сложный процесс, поэтому те, кто учился на медиков, в начале очень отставали от всех остальных, ввиду иного обучения по работе с чакрой.       Я вновь уставилась на жгут, который поднесла близко к глазам в надежде хоть что-то понять. Как может моя чакра перетекать в кого-то и, выйдя из него, возвращаться не тронутой? Ведь если бы чакра была с примесью, мне было бы больно. Хотя, Сакура мне как-то говорила, что, несмотря на то, что чакра и индивидуальна, но у родственников она может быть похожей. Но делиться даже близкородственной чакрой — болезненный процесс, а я сейчас не испытываю никакого дискомфорта. Кроме психологического.       — Да, чтоб тебя! — прошептала, когда фигура в коконе дёрнулась. Я вновь стрельнула глазами и решила всё же бежать, потому что страхолюдина всё также оставалась без движения. Физических сил мне хватит свалить быстро даже с утяжелителем в виде кокона. Надеюсь, жгут не повредит ничего в печати, если вдруг всё-таки порвётся. И, когда кокон вновь дёрнулся, я рванула со всех сил. А через несколько секунд жгут натянулся, и меня развернуло в воздухе, отчего я больно приложилась боком об пол.       — Насколько же ты тяжёлый? — процедила сквозь зубы, а, посмотрев на грёбанный булыжник, нашла виновника моих страданий. Страхолюдина, скалясь, прижала кокон рукой, не давая ему сдвинуться. Насколько же это существо сильно?!       — Наконец-то, — прошептала я, когда фигура в коконе больше не была скрюченной, а выпрямилась и зашевелилась более активно. За время четырёх часов нахождения рядом с этими странными существами я прокрутила в голове несколько вариантов действий, когда эта штуковина, чем бы она ни была, отцепится от меня, и я смогу использовать чакру или позвать Кураму.       — А-а-а-а! — рядом так громко заорали со стороны страхолюдины, что я невольно вздрогнула. — Что это было? Я чуть не померла! — я с удивлением уставилась на девушку, которая орала и ощупывала себя на предмет повреждений. Чёрный страшный кокон начал впитываться в её кожу, как солнцезащитный крем, которым меня тщетно пытались заставить пользоваться Саске с Сакурой. И хоть большая часть чёрной плёнки покрывала девушку, как вторая кожа, голова до подбородка была уже без неё.       Я внимательно всмотрелась в чужачку, которая совсем не обращала на меня внимания. Молодая, лет шестнадцати или семнадцати. Слегка смуглая кожа с бронзовым отливом, ярко-синие глаза и абсолютно лысая голова. То, что это девушка, угадывалось в фигуре и миловидности лица. Хотя эта блестящая лысина заставляла меня сомневаться. Не помню, говорила или нет, но у нас много миловидных стройных парней.       Тут раздался жуткий грохот, и в наше помещение ворвалось облако пыли и щепок. О, кто-то проснулся посреди ночи и обнаружил мою пропажу, наконец-то! И, кажется, вызвал всех, кого посчитал нужным. Для обхода защиты точно понадобилась бы бабуля Мито, потому что она накладывала защиту, а значит, Саске пошёл за Сакурой и, конечно, за ними увязались все из скрытого квартала.       Ого, и бабка Цунаде здесь! Эх, а ведь мы планировали родственничков мягко подвести к встрече. Так хотелось посмотреть на её ошеломленное лицо!       Дальше всё понеслось галопом. Появившийся рядом Саске задвинул меня за спину, попутно дёрнув за жгут, так и не отлепившийся от меня. Цунаде и близнецы бросились в атаку на всё ещё сидящую девушку, бабуля Мито бросилась ко мне, а Сакура с Нэо присоединились к Саске. Мозг быстро обрабатывал информацию и я поняла, что они не видят страхолюдину, а ведь она была сильна и могла быть очень опасна. Я уже открыла рот, чтобы предупредить своих, как…       — Стоп, — девушка выкинула руку вперед и мир замер. Даже Акио, который находился в прыжке, завис в воздухе. Я вскочила, и этот монстр чуть удивлённо посмотрела мне в глаза, которые несколько раз поменяли цвет, а потом дёрнула за жгут, который наконец отлепился от меня и…       …в следующий момент, я оказалась сидящей на полу святилища, а рядом со мной сидели все остальные, связанные всё тем же чёрным жгутом, который блокировал чакру в теле носителя, а ещё на удивление был прочным и не имел видимых узлов. Возможности освободиться не было, даже при всех наших навыках шиноби, потому что мы были замотаны от шеи до щиколоток, напоминая себе гусеницу, без единого зазора в обмотке.       — Ну, здравствуйте, — напротив нас сидела владелица странной техники, похожей на технику клана Нара, только вот ни печатей концентрации и управления она не держала. Поза её была расслабленной, но больше меня беспокоило то, что страхолюдину я больше не видела. Похоже, это было возможно из-за того, что мы были подключены к друг другу, как и то что до отсоединения меня от неё, её техника замедления времени на меня не работала.       — Кто ты и что тебе нужно? — раздался справа злой голос бабки Цунаде.       Ответа не последовало, девушка лишь чуть прищурила свои глаза и внимательно нас изучала.       — Отвечай! — а Цунаде похоже уже мысленно стояла в шляпе Хокаге и вбивала врага в землю. Девушка встала и медленно прошла вдоль нас. Туда-обратно.       — Похоже, ты тут за главного, — девушка подошла к связанной Цунаде и, присев на корточки, пристально посмотрела ей в глаза. На что та ответила яростным многообещающим взглядом, который не сулил ничего хорошего. — Ты не знаешь кто я? — спросила угрожающим тоном, от которого волосы на затылке встали дыбом.       — Ты — Лысая башка? — слева раздался чуть хихикающий голос. Хотелось ударить себя по лбу, а все остальные со скептицизмом уставились на Сакуру. — Что?! Вполне подходящее прозвище, — чуть обижено ответила Сакура на все взгляды сразу.       — Хм, — девушка погладила свою гладкую макушку и вдруг усталым голосом спросила, обращаясь ко всем. — Так вы действительно не знаете кто я?       Мы все удивлённо переглянулись и замерли, потому что девушка перед нами села и устало потёрла руками лицо.       — Вы не знаете кто я, тогда хотя бы подскажите: где я и кто вы?