Апгрейд для ведьмы-хозяйки

- А-мма… - пролепетал детский голосок. “Пытается сказать “мама”, - улыбнулась молодая темноволосая женщина, сидевшая в тени под яблоней с книгой в руках. К ней по траве старательно ковыляла девочка лет полутора. Добралась до матери и требовательно запыхтела. Пришлось отложить книгу и взять малышку на руки. - Ай-ай! (“Дай!”) – потянулась девочка к украшению на шее матери – распростершему крылья платиновому дракону. Завладела желанной вещицей и принялась крутить ее в неуклюжих пухлых пальчиках, рассматривая и так и эдак.

~~~

Время не стоит на месте, даже если ты – Хортицкая Ведьма, Наднепрянская Ведьма-Хозяйка. Темноволосая женщина, во внешности которой неумолимо сквозит что-то южное – в этом повинны то ли взгляд чуть раскосых зеленых глаз, то ли смуглая кожа - одетая в простой зеленый сарафан, - наша старая знакомая, Ирка Хортица. С того памятного дня рождения, ведьминского совершеннолетия, минуло – страшно представить! – целых десять лет. Ирка повзрослела, превратившись из нескладной девчонки в статную молодую женщину. Вот уже несколько лет она носила гордое звание жены Царевича-Полоза. Айт много раз делал Ирке предложение руки и сердца, но девчонка оставалась непреклонна: никаких свадеб до обычного совершеннолетия! Это для магического мира она была практически всесильной ведьмой-хозяйкой, спасительницей Ирия, для обычного же оставалась обычным подростком. Свадьбу сыграли роскошную, но для глаз непосвященного совершенно неприметную. Хотя шуму было на все два мира! Еще бы – не каждый день выходят замуж Наднепрянская Ведьма-Хозяйка и ее лучшая подруга! Ирка с Танькой сразу же своим суженым такое условие поставили – желаем-де замуж выйти в один день. Праздновать пришлось дважды – сначала в обычном мире, а потом и в Ирии. И второе празднество вышло определенно пышнее первого. А кого только не было среди гостей! Уж можете мне поверить – самые причудливые обитатели как Ирия, так и нашего мира почли за честь в назначенный час явиться на торжество. Даже те, с кем Ирке приходилось «по долгу службы» находиться в натянутых отношениях (например, черти), - и те пожаловали – лелея тайную надежду, что Ведьма-хозяйка их запомнит и при последующих встречах будет к ним благосклоннее… Зря, впрочем, надеялись – во всем, что касается работы, Ирка оставалась неизменно строга и даже сурова. К изумлению прежних соседей Ирки по балке, поселилась молодая пара неподалеку от острова Хортица, купив на берегу Днепра небольшой, но уютный дом. Опять же к величайшему изумлению знакомых из мира людей, Ирка, несмотря на потрясающие способности к языкам, после завершения учебы осталась в родном городе, хотя запросто могла бы наладить безбедную жизнь за границей. Но ведь они не ведали, что сама их мирная жизнь держится на том, что Хортица, как привязанная, всю жизнь обязана провести рядом с островом-тезкой, что был одновременно и средоточием ее Силы, и якорем, навеки удерживающим ее на той земле, где она родилась. Постепенно Ирка привыкла. Устроилась работать экскурсоводом, стала водить на остров Хортица группы туристов (и даже иностранцев!). Удобно, если работа находится рядом с твоим домом. Вдвойне удобно, если твой муж – Великий Дракон Вод, которому то и дело приходится пересекать границу миров, чтобы вновь что-то уладить в Ирии. Жизнь текла неторопливо и мирно, если не считать мелких столкновений с местной нечистью – но уж от этого никуда не деться, если ты ведьма-хозяйка. Правда, в последнее время черти, лешие и русалки присмирели – почуяли на своей шкуре, что Ирка решительна, быстра на расправу и спуску ни одному нарушителю спокойствия не даст. Порой вспоминались Ирке дела давно минувших дней, но новая жизнь, даже при том условии, что ей ночами напролет все так же приходится наводить порядок на родной земле, а муж ее большую часть времени проводит в Ирии («Он снова в командировке», - объясняла со вздохом Ирка соседям, которым – так уж устроены соседи! – нужно непременно все и обо всех знать) вполне ее устраивала. Некоторые приключения хороши лишь тогда, когда вспоминаешь о них с высоты минувших лет. Особенно хорошо было вспоминать в компании друзей. Танька и Богдан, жившие в центре города, часто навещали друзей и порой оставались у них погостить на несколько дней.

~~~

…Ребенок родился бурной ночью, какие в народе называют воробьиными – с громом, молнией и сильным косым ливнем. Не иначе как халы снова что-то не поделили между собой. Стоило только, прорычав напоследок громом, уйти одной грозе – за ней тут же шла другая. «Энергичной будет, глаз да глаз нужен за таким ребенком», - заметила суеверная акушерка, передавая матери новорожденную под особенно гулкий раскат грома. И опять-таки никто из соседей не узнал, что маленькая дочка Хортицы, которая всем была известна как Люба, на самом деле была наречена звучным старинным именем Любомира. Хотя, в общем-то, при нынешней страсти родителей к необычным именам им уже никого не удивить. От матери девочка унаследовала смуглую кожу, а от отца – пронзительно-синие глаза. Подсознательно Ирка ждала от ребенка каких-нибудь сверхъестественных способностей, но, если таковые у Любомиры и имелись, раскрывать их девочка явно не торопилась. В положенный срок стала самостоятельно подниматься на ножки и учиться ходить, выучила несколько слов, хотя пока что больше лепетала на своем собственном языке, - словом, нормальный обычный ребенок. Итак, Ирка, читала, вполглаза наблюдая за дочерью, читала, да и сморило ее на солнышке. Книга выпала из безвольной руки… И внезапно ведьма проснулась, словно толкнуло ее что-то. Дочери нигде не было видно. Казалось, только сейчас Любомира копошилась рядом в изумрудной траве, срывала одуванчики и дула на них – очень уж нравилось малышке, как разлеталась во все стороны легкими пушинками пышная седая шапка, и как они потом долго порхали вокруг нее, как теплые снежинки. И вот нет ее нигде. У Ирки заледенело сердце. Проспала, не устерегла дите, не уберегла! Можно было перекинуться, чтобы по запаху найти дочку, но этого и не требовалось. Отпечатавшаяся в сыпучем песке цепочка неуклюжих следов, не больше кукольного каждый, неуклонно вела к воде, туда, где берег лизала зеленая днепрская волна. Ирка все заклятья в тот момент позабыла. Кинулась, под собою ног не чуя, к воде, простирая вперед руки, с безумными, изумрудами горящими глазами. Вся ее Сила поднялась в ней и жаром ударила в кончики пальцев. - Днепр, о, Днепр! – выдохнула Ирка первое, что пришло на ум. – Зачем забираешь у меня мою кровиночку? Верни мне назад мою доченьку! Удивительно, но Сила, даже не высвобожденная ведьмовским Словом, нашла выход. Волны Днепра расступились и замерли, как две стеклянные стены, а между ними на мокром песке в нескольких метрах от берега, как ни в чем не бывало, увлеченно играла ракушками и гладкими камешками-голышами маленькая девочка. Ирка, как во сне, подошла к дочери, взяла ее на руки – и тут же вода, ничем более не сдерживаемая, обрушилась вниз, закрутилась у ног ведьмы вихрем. Ребенок приник к материнской груди, довольно загулил, теребя платинового дракончика. Одежка на девочке была абсолютно сухой и даже словно только что выглаженной. Ирка неистово покрывала лицо и ручки дочки поцелуями, не замечая, что длинный подол ее сарафана промок насквозь и влага неуклонно поднимается по ткани юбки вверх – казалось ей, что никогда не любила она свою девочку так исступленно и горячо, как сейчас, когда едва ее не потеряла. Вечером объявился Айт – так же неожиданно, как исчез накануне (вчера утром Ирка проснулась одна в пустой постели – дракон незаметно утек, не решившись ее будить спозаранок). Хортица привычно приготовила ужин на скорую руку, и супруги сели за стол. Здесь-то ведьму и прорвало. Во всех подробностях рассказала она мужу о том, как они едва не потеряли своего первенца – и все по его, Иркиному, недосмотру. - Только что был ребенок – и нет его. Ты себе не представляешь, как я испугалась, - закончила Ирка, ожидая от Айта – чего? Что он набросится на нее с упреками? Или утешать кинется? Она сама не знала, какой реакции ждет. Ясно ей было только одно – совсем не той, какая на деле последовала. - Представляю, - самым мягким тоном, на который он был способен, произнес царевич-полоз. – Но впредь помни, что вода нашей дочери навредить не может. - Как – не может? – Ирка вскинула на мужа огромные глазищи, в которых все еще плескались остатки пережитого днем ужаса. С ума, что ли, Айт сошел? Или не понял, что несколько часов назад мог лишиться ребенка? Все они такие, змеи!... Для них ребенком больше, ребенком меньше, разницы никакой! - Кто я, по-твоему? – Глаза Айта были, как море под полуденным солнцем, в них искорками блестели смешинки. – Великий Дракон Вод или червяк земляной? Ирка ахнула – настолько она за дочь испугалась, что и не вспомнила об этом ни разу. Так и сбылось сделанное когда-то Стеллой пророчество: «Справжней ведьмой она станет, как замуж выйдет, да ребенка народит, да в первый раз за него перебоится – вот тогда и в полную силу войдет». Перебоялась, да еще как! Настолько, что ей и заклятье не понадобилось, река и без того ведьмино Слово услыхала. Услыхала и подчинилась. Ирка не успела еще проверить, но была уверена – самое заковыристое чаклунство теперь удастся ей без труда. Ирка встала из-за стола, неслышно прошла в полутемную комнату, где стояла детская кроватка. - Как ты думаешь, кем она станет, когда вырастет? – спросила Ирка задумчиво, любуясь ребенком. Любомира крепко спала и сосала во сне кулачок. - Красавицей, вся в маму, - прошептал Айт ей на ухо. Он неслышно подошел сзади, крепко обнял жену и поцеловал ее в макушку. Ирка наслаждалась близостью двух самых дорогих для нее людей. И в самом деле, какая разница, кем станет ее дочь? С такими родителями у Любомиры множество вариантов. Оборотень, если передался ей Иркин дар. Ведьма. Змеица, ведь, как известно, от союза человека и дракона рождаются драконы, если пара по-настоящему любит друг друга. Или просто человек? Да какая, впрочем, разница. Главное, чтобы дочка была счастлива. Вырастет – сама во всем разберется.