Смоет ли дождь печаль?

Конечно же, чуда не случилось, и всю дорогу до гостиницы лил проливной дождь. Проезжая по открытому мосту, каттуновцы увидели океан и сразу же оживились, но из-за дождя он казался ржавого цвета. Крупные капли разбивались о лобовое стекло и расползались к концам. Каждый делал то, что он хотел. Без камер, при которых надо играть, надевая маски, было… скучно. Коки и Джунно о чём то спорили, Каме с серьёзным видом наблюдал за ними. Уэда слушал музыку, укутавшись в жакетку. Мару даже не замечал, что в упор смотрит на Татцую – он жадно ловил каждое движение и не мог заставить себя отвернуться, и каждый раз, как кто-то спрашивал его, он делал вид, что просто смотрит в окно. Продрогшие, они, наконец, добрались до места, а это оказалось домиком на побережье. Все зашли в дом и, конечно же, начали бурно обсуждать заселение. — Хватит ругаться! — закричал Коки, — Решим всё по-старому. — Согласны! — Сай Шоагу Джанкен Пой… — Каме и я выбираем комнату первыми, а вы все кыш! — скомандовал Танака. Мару, Уэда и Тагучи спрятались, а, вернее их – спрятали. — Каме, выбирай, ты первый. — Хорошо. Эм… вон та подойдёт. Казуя указывал на угловую комнату. — Тогда эта – моя. Выводите их, — сказал Коки владельцу. — Слушаюсь. Наша великая троица вышла и начала "русскую рулетку". — Я выбираю вот ту, — Тагучи указывал на самую первую. — А я – эту, — Юичи указал на угловую комнату, — Тат-чан, тебе остаётся вон та дальняя. — Хорошо. Из первой комнаты раздались крики и смех. Мару понял, что Тагучи попался Коки. Пройдя до конца, он дёрнул заручку двери – из комнаты сразу же повеяло прохладным ветерком. Юичи увидел Казую, сидящего на кровати. — Каме?! — Мару?! — Да… Чего только не бывает. — Это точно. Что ж, располагайся. Надеюсь, сживёмся. — Да. Ужин прошёл за разговорами. Коки бурно возмущался о заселение в его комнату Гучи, второй же улыбался в 32 зуба. Попытки Казу успокоить Танаку не увенчались успехом и, сдавшись, он продолжил доедать свой салат. Накамару и Татцуя сидели в самом дальнем углу. Мару всё не решался что-либо сказать. "Накамару, поговори с ним! Блин, не могу. Стоп! И чего я стесняюсь? Я ведь пока ничего не сделал. Пока…" От мыслей его отвлёк мягкий голос Уэды. — Ты и Каме в одной комнате? — Д-да. — Повезло тебе, я вообще один. "Повезло?" Закончив ужинать, все разошлись по своим комнатам. Накамару долго не могу уснуть. Да что тут говорить – последнее время он вообще не спал. Неожиданно на него свалилась куча работы, к тому же, он не мог понять своих чувств к Татцуе, и это его терзало. Он осунулся, и под его глазами залегли круги. "И что мне теперь делать?" — Мару, ты спишь? — Нет, что-то не спится. — Понятно, мне тоже. — … — Ты в последнее время какой-то странный… С тобой всё в порядке? — Нормально, выживу. — И всё-таки?.. — Каме… — Да? — Вот что бы ты сделал, если бы стал испытывать чувства к парню? — Ничего, просто любил бы. — Так это ведь… парень! — Ну и что? Любовь не спрашивает, когда прийти, она просто загорается и всё. — Понятно… "Загорается?.." — Спасибо, Казу. — Да не за что. Слова Каменаши немного успокоили Юичи, и он впервые за последнее время нормально уснул. Но он не видел глаз Каме, наполненных слёзами досады. Это последствия тайной любви.