Подарок вампиру

Ли Уайт После того случая в саду я старательно избегал вампира, прячась в дальних залах. Лоур приносила мне еду, и пыталась разговорить, но я усиленно отнекивался и выходить «к людям» не желал. Вампиру стало лучше, чему я был совершенно не рад. И зачем я только ему крови дал? Пусть бы помер, кровосос неблагодарный! Я не Роуз – терпеть извращения скучающего графа не намерен. - Эй, Ли… Я хотел извиниться, – тихий голос вырвал меня из очередного молчаливого разговора с собой. Я поднял глаза на ненавистного вампира. Ожил, гляди-ка! Извиниться он хочет как же! Будто я не знаю, что он на самом деле мечтает поиметь меня и привязать к себе, ведь ручной оборотень – это так мило! Мне, с недавних пор, известно, что я последний из рода Белых Тигров. Вот только почему-то после того как вампир напитался моей кровью, мне не удаётся ненавидеть его как прежде. Ярость моя потухла, оставив лишь лёгкую неприязнь, которую он грозил разбить прямо сейчас. - Не нужны мне твои лживые извинения и оправдания! – процедил я сквозь зубы. - А если я не вру? – Кристофер развернул меня к себе лицом. Я посмотрел в зелёные глаза мужчины. Они были спокойны как море в штиль, хотя я никогда не видел его в гневе, мне кажется, что зрелище будет похожее. Наверное, вампир меня гипнотизирует! Есть же предположение, что они как-то влияют на своих жертв! Иначе почему мы добровольно готовы расстаться с жизнью, ради того чтобы насытить их. Тёмные никогда не были милыми и добрыми созданиями, они грабили, убивали и ели всех кроме таких же монстров коими являлись сами. Но отчего же я не смог ударить его, когда Кристофер целовал меня? Почему не нахожу в себе сил убежать сейчас, хотя точно знаю, что добром это не кончится? Тёмный смотрит мне в глаза и молчит. Не оправдывается, не извиняется, а только глядит на меня, словно заглядывает в саму душу. И не просто заглядывает, а видит там что-то такое, чего мне знать не дано. Хочу разозлиться на него за это, но не могу, продолжая смотреть в бледное лицо с острыми скулами. - Я хотел извиниться за то, что не смог справиться с собой тогда, в саду, – его голос нарушает тишину. Я испуганно вздрагиваю, мягкие отзвуки слов разносятся по пещере. Каменные стены легко отражают голос вампира, даже удивительно, почему я не расслышал его шагов. - За что именно? За то, что поцеловал или за то, что едва не убил? – желчно вопрошаю я, сжимая кулаки. - Наверное, за оба этих действия, – криво улыбается тёмный. - Я тебя ненавижу, – говорю я устало и отворачиваюсь. - Я знаю, – качнул головой вампир, соглашаясь. Как он может оставаться таким невозмутимо спокойным? Зачем изображает понимание? Он же не может знать какого мне – оборотню, оставшемуся в одиночестве в мире, где твоё тело хотят продать, а личность уничтожить. Думаете, я не понимаю, отчего Кио так засуетился после разговора с оборотнем, который помогал мне первый раз сменить облик? Он узнал, какую опасную зверюгу скрывала почти детская фигура и смазливая рожица! Лебедей-то он оставил, даже когда они менялись и взрослели, а меня испугался. Могу собой гордиться! Я же всё время мечтал быть сильным и могущественным? Теперь у меня есть всё это, только мне совершенно не хочется быть тем, кем меня хотят видеть. - Зачем ты меня избегаешь? – Кристофер осторожно коснулся серёг в моих ушах. Костяные бусины застучали друг об друга. Я отстранился, сохраняя дистанцию между собой и тёмным. Вампир не возразил. Опять! - У меня есть на то причины, не находишь? – окрысился я. - Не злись, ты сам предложил мне кровь. Разве Роуз тебе не сказал о Поцелуе Вампира? – искренне удивился Кристофер. Я покачал головой и продолжил слушать мужчину, хотя по уму надо было врезать ему хорошенько и уйти прочь. Но что-то заставило меня остаться сидеть, глядя в тёмное безлунное небо, с яркими искрами звёзд. - Странно, но вполне в духе эльфа. Поцелуй вампира – это своего рода упрощённый ритуал кормления. Когда-то давно подобным мне требовалась сила, чтобы совершать наши походы. Мы убивали, чтобы жить! Кровь была едой и носителем силы. Думаю, Лоур рассказала тебе, как добыть энергию самым простым и действенным способом. Не красней, вижу что говорила, – усмехнулся вампир, заметив мои чуть порозовевшие щёки. - И что дальше? – поторопил я его, переводя тему. - Дальше? Когда вампиру нужна кровь он не просто кусает жертву и пьёт. В нас просыпается древний инстинкт, заставляющий нас выбирать между двумя действиями – убийством и сексом. Такие как я – долгоживущие вампиры, уже рождённые такими – научились справляться с ним, но иногда и мы срываемся. Когда ты побежал в саду, я не смог остановиться. У меня был выбор убить тебя или полюбить прямо там. Думаю, ты понял, что я выбрал, – тихо рассмеялся Кристофер. Я не смог разозлиться на него и теперь, не смотря на то, что по его словам выходило, что во всём виноват именно мой побег. Грр! Ненавижу его за это! Не могу разозлиться как раньше! Это делает меня слабее и уязвимее, а мне так этого не хочется, особенно перед ним. Тёмный осторожно коснулся моей ладони, по руке пробежали мурашки. Но я не двинулся с места, продолжая смотреть в небо. Умом я понимал, что надо что-то сделать. Как-то отреагировать на это действие, но тело не желало даже двинуться. Даже оно меня предало. По щекам потекли слёзы злого бессилия. Вампир не рассмеялся, не обозвал меня девчонкой или принцессой, он просто обнял меня, прижимая к груди и позволяя выплакаться. Не знаю почему, но мне это было не противно, даже стало легче от того что хоть кто-то меня пожалел. Ведь Кристофер не знал причины моих слёз, но всё равно решился обнять врага, не смотря на то, что мой укус может стать для него смертельным. Хотя, я уже не так уверен, что тёмный мне враг. - Всё хорошо, Ли. Всё в порядке, я не позволю никому тебя обидеть – шептал мужчина тихо. Наверное, это сон. Потому что мне не вериться, что сейчас со мной говорит тот напыщенный самодовольный граф, бывший на балу в нашу первую «официальную» встречу. Да, скорее всего мне всё это сниться. А если это не по настоящему, то почему бы не позволить себе быть таким, каким мне не давали быть всю мою жизнь. Просто ребёнком, испуганным маленьким мальчиком, оставшимся совсем одним в диком и чуждом мире. Кристофер Томас Блод Я прижал к себе Ли и понимал, что теперь никуда не отпущу его. Рядом с ним мне становилось тепло, как было только с мамой давно-давно, ещё в детстве. Вот только теперь не меня оберегали, а я хотел защитить. Озлобленный подросток, казавшийся диким и нелюдимым, сейчас тихо плакал, кажется впервые за свою жизнь, слишком неумело он это делал. Кажется, теперь я понимаю отца, бросившего поиски и поставившего под угрозу свою карьеру ради человеческой женщины – моей матери. Мне тоже не составило бы труда отказаться от титула и славы, лишь бы вот так сидеть под звёздным небом и обнимать уже успокаивающегося мальчика. - Всё хорошо, – шептал я в разноцветную макушку. - Почему ты меня жалеешь? Я… мне… Роуз сказал, что с твоей мамой сделали оборотни… Ты же должен меня ненавидеть, ведь это были такие же… – пробормотал Ли, утирая остатки слёз. - Нет, Лили, не такие же. Поверь мне, те твари не могли так искренне плакать, – произнёс я тихо, дотрагиваясь до плеча, где навсегда остался след от зубов. - Прости-прости, мне не стоило, – заволновался мальчишка. - Успокойся, они уже умерли. Мне некому больше мстить за мать, – я заставил себя улыбнуться. Опустив взгляд я посмотрел в лицо Ли. Тонкие, пусть и немного резкие черты, большие серебряные глаза сияли каким-то потусторонним светом, приоткрытые губы влажно блестели. Но куда большим соблазном было хрупкое тело, которое я продолжал обнимать. Медленно поднеся руку к лицу Лили, замер, позволяя увернуться или оттолкнуть. Но Тигр даже не подумал отстраниться, глядя на меня, зрачки его расширились. Проведя невесомую линию от границы волос на виске по щеке до подбородка, остановился. Во рту пересохло, а в груди что-то трепыхнулось, заставляя не торопиться. - Можно? – я коснулся кончиком пальца манящих губ. - Не знаю… – шепнул Ли. Я подожду, пока ты станешь готов, Лилия. Это даже смешно, в некотором роде, его прозвали как любимые цветы моей матери. Пусть оборотень и обижается, но он действительно похож на лилии. Белые нежные цветы, со сладким манящим запахом, от которого кружится голова. Стараясь не вспугнуть, осторожно расплёл косу, позволяя длинным серебристо-белым прядям свободно струиться по плечам и спине. Ли на удивление хрупкий и миниатюрный для Тигра, мне всегда казалось, что такой большой зверь должен получаться из физически сильного человека. - Расскажи мне что-нибудь, – попросил я. - О чём? – спросил Ли, доверчиво устаиваясь в моих руках. - О чём угодно… – пожал я плечами, вновь прикасаясь к бархатной коже рук оборотня. Нашу идиллию прервал шум кожистых крыльев, словно заставивший Ли опомниться. Он, тяжело дыша, отпрянул от меня прочь. В зал влетела почтовая мышь, в задних лапках она несла какое-то послание. Я с опаской развернул листок, всматриваясь в текст. - Что там? – нетерпеливо спросил Ли. - Послание из поместья, – ответил я. - Что пишут? Война продолжается? – встревожился мальчик. - В том то и дело что нет. Она закончилась. Совсем. Мирный договор подписан обеими сторонами, – удивлённо произнёс я, дочитав послание до конца. - Это же хорошо, да? – осторожно спросил Ли. - Да! – улыбнулся я.