Друзья детства

Глава довольно объемна, и в ней не очень много подробных описаний, обещаю, следующие будут более насыщены))) Весь день Ромке было не по себе. В груди все скручивалось жгутом и ныло. Списав это на последствия простуды, мальчик удобнее устроился на кровати и прикрыл глаза. Все мысли занимал Женя, его худощавое, но такое пропорциональное тело, упругие ягодицы, тонкие, стройные ноги. Он снова стал возбуждаться… Потянувшись рукой к полувозбужденному члену, Рома застонал от боли, прострелившей виски. Голова закружилась и рука безвольно упала на кровать. Когда пришла его мама, мальчик метался в бреду, скинув с себя одеяло. - Женя, Женечка… Елена удивилась тому, что ее сын так нежно звал брата. Поставив тарелку с водой на стул, женщина стала обтирать тело Ромы полотенцем. Затем заставила выпить лекарство и, укутав в одеяло, присела на краешек кровати. Мальчик открыл немного мутные глаза и улыбнулся: - Мама, спасибо… - Люблю тебя, Ромочка, - Елена провела рукой по влажным волосам сына. Тут зазвонил мобильный. Рома дернулся, но успокоился, когда женщина достала свой телефон из кармана халата. - Да, Женя, слушаю, - Рома напрягся, стараясь услышать каждое слово. – Нет, твой отец забыл телефон дома. У Матвея? Надолго? Хорошо, я ему передам. Елена положила телефон обратно. Глаза Ромы так сузились, что женщина даже немного испугалась. - Рома, тебе снова хуже? - Женя сегодня будет у Матвея? И когда придет? – спросил он хриплым голосом, отводя глаза. - Сказал, что вечером. Они помирились. Только знаешь, мне кажется странной их дружба. Сначала я думала, что Женя с ним общается из-за Марины, но… Нет, я могу понять, чем привлек Матвей Женю, но наоборот? – Рома дернулся и прикрыл глаза. - Чем же Матвей мог привлечь Женю? – бесцветный голос. - Он взрослый, уже почти самостоятельный парень, опытный… - Мама, я устал, ты не могла бы оставить меня одного? – Рома отвернулся к стене и засопел. Несколько секунд женщина смотрела на немного подрагивающие плечи сына, положила руку ему на лоб, проверив температуру, и встала. - Отдохни, - сказала она, выходя из комнаты. Сон не шел. В голову лезли нехорошие мысли. Рома уже давно признался себе, что хочет быть с братом. Даже интернет весь излазил в поисках информации об однополых отношениях. А этот Матвей… Как он его ненавидел! Рома замечал, что Женя иногда не сводит с парня глаз, стараясь делать это как можно незаметнее. Бешенство, боль, ревность – дикий коктейль, который довелось испить Роме в полном объеме. Сердце сжималось… Сумасшествие какое-то. И только через пару часов удалось задремать. Хлопнула дверь. Рома подскочил на лопатки, непонимающе хлопая ресницами. Женя прошел в комнату. На щеках горел лихорадочный румянец, как будто это он болел, а не Рома. Глаза слишком масляные, похож на кота, объевшегося сметаны. Сердце Ромы забилось чаще, в голове помутилось, воображение нарисовало такие картинки, что захотелось схватить мальчика и приковать к себе, никому не показывая. - Где был? – стараясь говорить равнодушным голосом, спросил Рома. Он внимательно следил за походкой брата и, не заметив изменений, облегченно выдохнул. - У Матвея, - сильнее покраснев, сказал Женя, стягивая толстовку через голову. Затем расстегнул ремень на штанах и остановился. - Что же ты? – раздраженно и немного ехидно поинтересовался Рома. – А дальше? Неужели ты меня стесняешься? - Ничего подобного! – набычился Женя и спустил штаны вниз. Ромино дыхание сбилось, а сам он подался всем телом немного вперед, вцепившись до побелевших костяшек пальцев в одеяло. - Чего уставился? – буркнул Женя, стягивая футболку и выпрямляясь. А Роме стало больно. На ключице мальчика алел такой смачный засос, что в природе его появления можно было не сомневаться. - Что это? – палец Ромы угрожающе ткнул в сторону пятнышка. Женя непонимающе проследил направление, рассмотрел засос и вздрогнул, резко отворачиваясь. – Это Матвей? Он тебя заставил? Говори! – заорал мальчик, вскакивая с постели, но тут же падая на пол от того, что закружилась голова. - Нет. Не заставлял, - тихо произнес Женя, поворачиваясь на шум. Подбежав к брату, он помог ему лечь обратно. - Тогда… Ты сам? Вы… вместе? – слова приходилось выпихивать из горла, глаза жгло, но мальчик упорно смотрел в лицо Жени, выискивая признаки обмана, шутки, розыгрыша… Женя молча кивнул и отошел от кровати. - А… как же мы? – хрипло, с каким-то надрывом. - Мы? О чем ты? Нас нет и не может быть! Глаза Ромы угрожающе сузились. - Мы целовались, - зашипел Рома, снова приподнимаясь. – И ты отвечал! Мы, черт возьми, отдрочили друг другу! - Замолчи! – затыкая уши и краснея, заорал Женя и выбежал из комнаты. - Ненавижу! – неслось ему вслед. *** Матвей отстранил Женю, прошел в его класс, забрал портфель мальчика и под удивленные взгляды и прозвеневший звонок, вышел из кабинета, сталкиваясь в коридоре с учителем. - Игорь Семенович, простите, но Женя не сможет присутствовать сегодня на уроках, так как у него сильно болит голова, сейчас отведу его к медсестре, - проговорил Матвей, подмигивая ошарашенному Жене, который пытался казаться незаметным. Учитель кивнул головой и вошел в класс. Взяв руку вздрогнувшего Жени, Матвей повел его к раздевалке. Найдя свои зимние куртки, они оделись и вышли на улицу. Начало марта, но весной даже и не пахло. - У меня сейчас никого нет, родители на работе, а Марина еще не скоро придет, пойдем? – немного неуверенно спросил Матвей. И эта его неуверенность вселила решимость в Женю. Тот кивнул головой и первым пошел к остановке. Зачем он это делает? Сначала Рома, теперь Матвей… Неужели он все-таки… гей? Мальчик попытался представить обнаженную Марину, но перед глазами появился член Матвея и - как апофеоз - кончающий Ромка. Низ живота свело спазмом и Женя сжал крепче зубы. Дома у Матвея они сразу же прошли в его комнату, скинув по дороге верхнюю одежду. Женя вспомнил, как тот насаживал на себя Виктора и встрепенулся, хмуря брови. - Ты чего? – не понял Матвей. Его глаза блестели, а тело было напряжено. - Я здесь не хочу! - Ты еще ногой топни, - хмыкнул Матвей, тут же становясь более расслабленным. – Почему? - Ты же… ну, с Виктором? Старший подошел к кровати и присел на ее краешек, похлопав рядом с собой. - Женя, я хочу быть только с тобой! Если честно, то я не ожидал, что ты Такое у меня спросишь. У меня и надежды не было, что ты согласишься быть со мной… - А я и не… - Не надо. Не говори. Виктора больше не будет. Я готов ждать тебя столько, сколько ты скажешь, - с этими словами Матвей стянул с себя свитер и потянулся к ремню брюк. - Т-ты что делаешь? – Женя начал пятиться к двери. Матвей вынул ремень из шлевок, расстегнул штаны и спустил их вниз вместе с бельем. Затем снял рубашку, оставаясь полностью обнаженным. Разведя руки в стороны, Матвей повернулся к жмущемуся к двери Жене задом. - Бери, - сказал он, немного нагнувшись. - М-матвей, я… я не могу, у меня… - Не стоит? - Как раз наоборот… - Тогда что? - Я не знаю – как! Матвей повернулся и пошел к Жене. Осторожно раздел его и втянул воздух сквозь зубы. - Какой же ты красивый! – прохрипел парень и прижал Женю к себе. Его эрегированный член вдавился мальчику в живот. Женя поднял голову и остолбенел. В глазах Матвея было столько ненасытного желания и похоти, что стало страшно. Подхватив мальчика на руки, Матвей отнес его к кровати и аккуратно уложил поверх одеяла. Маленький член гордо смотрел вверх, поблескивая капелькой смазки. - Ты хочешь меня? – просипел Матвей, склоняясь над Женей и сразу же заглатывая плоть целиком. Мальчик выгнулся, становясь на лопатки. Такого пронзительного удовольствия он не ожидал. Матвей старательно посасывал головку, его руки сжимали бедра Жени, язык щекотал уздечку. Не прошло и минуты, как мальчик кончил, вскрикнув и запрокидывая голову вверх. Проглотив небольшое количество спермы, Матвей забрался на постель полностью и, обхватив лицо Жени, жадно впился в его губы. Поцелуй был… неожиданным. Теплые губы сминали, надавливая и раздвигая чужие, язык скользнул внутрь, тут же сплетаясь с Жениным языком. Мальчик что-то промычал и попытался отстраниться. Рука Матвея обхватила его за шею и притянула к себе голову. Пальцы зарылись в волосы, спустились ниже. Губы снова всасывают, покусывают, ласкают, скользят по лицу едва уловимыми поцелуями, опускаются ниже, чуть прикусывая кадык. Рыкнув, Матвей прикусил немного выступающую ключицу и втянул кожицу в рот, неосознанно ставя метку. Женя задыхается, одновременно ощущая и удовольствие, и стыд, и смущение. Стыд перевешивает. Вскрикнув, он дернулся и отполз на самый край кровати. Несколько секунд Матвей непонимающе смотрел на него, протягивая руку к такому желанному телу, но постепенно разум возвращался. - Женечка, - Матвей облизнул припухшие после поцелуя губы и попытался дотронуться до мальчика. - Нет, не надо… - Я ничего тебе не сделаю, ты же сам сказал… - Я передумал! Матвей горько усмехнулся и свесил ноги с кровати. Спина сутулилась, а голова опущена. - Я не хотел, чтобы ты считал меня озабоченным, - прошептал он. – Я люблю тебя и согласен ждать столько, сколько ты пожелаешь. Да я даже готов лечь под тебя! Почему ты меня боишься? Женю изнутри грызли совесть, желание и почему-то раскаяние. Ему казалось, что он все делает неправильно, не так, как нужно… - Ты будешь со мной встречаться? – спросил Матвей, поворачивая голову. Его глаза светились такой надеждой, что Женя кивнул, не особо задумываясь над смыслом слов. - Прости, но мне нужно в душ, - проговорил Матвей, вставая и быстро уходя. После они поиграли в компьютер, попили на кухне чай, встретили Марину, которая бросилась к Жене, выясняя, какого хрена он смылся посреди уроков, ничего ей не сказав. - А он что, должен перед тобой отчитываться? – недовольно спросил Матвей, отдирая руки девочки от шеи уже своего парня. - Но… - Марина, прости, но мне нужно идти домой, - немного покраснев, сказал Женя и пошел одеваться. - Я провожу, - вскочил со стула Матвей и под удивленным и подозрительным взглядом Марины помог Жене надеть куртку. - Ты никогда меня не провожал, - сказал Женя, когда они подходили к его дому. - Я боялся, что не сдержусь и сделаю так! - Матвей наклонился и чмокнул мальчика в нос. Тот сильно покраснел и под веселый смех забежал в подъезд. *** Рома проболел целую неделю. Он пытался поговорить с Женей, но тот ловко переводил темы. Один раз он схватил брата за руку и, пихнув его на кровать, навалился сверху. - Пусти, - задергался Женя, уперев ладони ему в грудь. - Я с ума схожу, Женя, хочу тебя, - доказательство его слов уперлось мальчику в низ живота. - Ром, мы братья… - Не родные! - Я… встречаюсь с Матвеем, - на грани слышимости. Рома зарычал, сжимая зубы и ударяя кулаками возле головы Жени. - Он так хорош? А как в постели? Вы уже трахнулись? Я смотрю, ты довольно шустро двигаешься, может, вы и раньше уже того? Звук звонкой пощечины привел Рому в себя, но вывел сильнее. Он в ответ ударил мальчика, прижимая его к постели за шею. И только когда Женя стал синеть, с хрипами стараясь глотнуть хоть немного воздуха, он поднял руки, с ужасом их рассматривая. Женя спихнул с себя Рому, упал с кровати, встав на четвереньки, и закашлял. - Мудак! Ублюдок! Сука, - хрипел он, поднимаясь. – Убить меня решил? - У тебя стоит, - удивленно произнес Рома, смотря на пах Жени. Мальчик опустил глаза вниз и рванул к двери, крикнув: - Ненавижу тебя! – дверь захлопывается. - И я тебя… - шепотом. – Ненавижу любить… *** Женя с Матвеем стоят у окна на перемене и смеются. Старшеклассник низко наклонил к мальчику голову и что-то зашептал. Женя млел от удовольствия, не особо вдумываясь в слова, он сжимался от горячего дыхания, опаляющего его ухо, от юркого языка, который иногда касался мочки. Вдруг все это прекратилось. Матвея буквально смело на землю, а сверху на него налетел Рома. Удар кулаком в лицо, на губе показалась капля крови. Матвей зашипел и дернулся, стараясь перехватить руки напавшего. - Не смей его трогать! – закричал Рома, сжимая пальцы на шее Матвея. Но тут же получил неслабый удар по голове. От неожиданности мальчик разжал руки, хватаясь за голову. - Не смей приближаться к Матвею, не смей его бить, не смей ко мне подходить! – кричал Женя, отпихивая Рому от своего парня. Глаза брата сузились, а на губы наползла кривая улыбка. - Как скажешь… брат! От последнего слова по спине Жени поползли мурашки. - Надеюсь, ты не откажешь мне в последнем желании? – с этими словами Рома обхватил шею Жени рукой, притянул его к себе и впился в губы жадным поцелуем, толкаясь языком вглубь. Мальчик разжал губы, впуская завоевателя. Ноги подкосились, а член стал затвердевать. Что за черт?! Рому развернули и впечатали кулак в лицо. - Еще раз позволишь себе такое, я тебя убью! – зашипел Матвей, потирая руку и прижимая к себе ошарашенного Женю, который старался прикрыть длинным свитером наметившийся бугорок. - Не волнуйся, я Вас больше не потревожу, - с этими словами он развернулся и пошел в класс, в котором уже давно шел урок. *** Вечерами Рома где-то пропадал, Елена пыталась выяснить, что происходит с сыном, но тот либо отмалчивался, либо нес такую чушь, что она быстро сворачивала разговор. С Женей они практически не общались, ограничиваясь словами: «Привет», «Пока». В отношениях с Матвеем все было замечательно. Они часто гуляли, целовались там, где никто не мог увидеть. Но дальше этого больше не заходило. Матвей расцвел, а Рома, наоборот, похудел и стал похож на привидение. Иногда, вечерами, он играл на гитаре очень грустные мелодии, прикрыв глаза. Женя лежал на верхнем ярусе кровати и глотал слезы. Он уже давно пожалел, что наговорил такого брату, пожалел о том, что ударил, но чертова гордость не позволяла сделать первый шаг. *** Последний звонок. С завтрашнего дня каникулы, а Матвею предстоит подготовка к ЕГЭ. Парни прогуляли весь вечер, им было все равно на тех, кто хотел это событие отпраздновать, они были вместе. Подойдя к подъезду, Матвей привычно притянул к себе Женю и поцеловал, вжимаясь в него бедрами. Мальчик почувствовал упирающийся в него стояк и коварно улыбнулся, подался навстречу. Старшеклассник что-то простонал ему в губы и толкнул Женю в дом, заходя следом. - Что ты… - договорить мальчику не дали, развернув лицом к стене и вдавливая свой член в ягодицы. - Малыш, я быстро, не могу больше, с ума схожу, - порыкивал Матвей, делая толчки, сжимая крепко бедра мальчика. Тот прикусил губу и потянулся к своему твердеющему члену, положив ладонь между ног. - Мм… - простонал Матвей и обмяк, практически повисая на Жене. - Спасибо, - шепот на ушко, и парень срывается с места, хлопая дверью. Несколько минут постояв в подъезде и придя, наконец, в себя, Женя вошел в квартиру. Разувшись, он пошел к своей комнате, но резко остановился, услышав музыку. Рома играл на гитаре, тихо напевая. Женя подошел к двери и, прислонившись к ней спиной, сполз вниз. Точно в такой же позе, только с гитарой в руках и с другой стороны двери сидел Рома: Отпусти меня из омута глаз твоих! Мир слишком тесен для нас двоих. Я не могу так: ненавидеть и любить... То морозы лютые, то жар в груди. Когда падаешь, но чувствуешь, что взлетаешь, Когда замерзаешь, но в груди пожары, знаешь? Когда дождь не оставляет сухого места, Но ты ждёшь, когда он выйдет из подъезда. Когда по СМС приходит жирная точка: "Поздно! Точно!" И ты не можешь спать ночью. Не по себе от случайных встреч. И взгляд... Этот - мой медленный яд. Я как пленник света. Когда твои чары для кого-то - просто смех, Глубина глаз или золото волос. И мне не нужно слёз твоих. Неуверенье на том конце провода, верь мне! Ты моя истерика! И мне других не надо, когда забыть хочу. И достаточно лишь слова, но я молчу. Снова под окнами бродить, словно случайно, устал я, Устал от любви и отчаяния. Мы обрезали друг другу крылья, Задыхались от боли и бессилия, Так стараясь страсть унять страшную - Стать настоящим, единым, целым и неделимым. Где нам? От страданий кровь стыла в венах. Мне опостылела эта пустыня, Эта постель, слова "Прости" - Пустые, как и ты! Отпусти меня! Кричу, Отпусти!!! Я презираю простыни, впитавшие лоск волос твоих. Господи, твой голос, несший сотню ласк и вызывавший слез море. Горе мне... И тебе горе! Устали спорить, строить сердец пристанище. Это не любовь! Слышишь? Чистилище! То ли тонем мы, стеная, стонуще, Душу разрывая, обожаемые, То ли улетаем...* *Триада "Нежный омут" Глаза защипало. Женя твердо решил попросить прощения у Ромы завтра, сегодня он не хотел этого делать, так как губы все еще были припухшими, а на шее алел свежий засос. Пройдя в ванную, мальчик быстро принял душ и лег на диван в зале. А утром он узнал, что Рома отправился на все лето в деревню… Без него… *** Лето было не очень веселым. Смех днем, тоска ночью. Жене сильно не хватало Ромы. Даже когда они не разговаривали, его присутствие успокаивало, что ли. Отношения с Матвеем продвинулись до дрочки - в тот день Женя узнал, что Матвей уходит в армию. - Как? Почему? – просипел он, вздрогнув всем телом и обхватив свои плечи руками. - Придется, сокровище мое, - притянув к себе мальчика, Матвей запустил одну руку ему в волосы, а другой расстегнул брюки и сжал вялый член. - Ты что, а родители? – попытался отстраниться Женя. - Они внизу, можно я тебя просто потрогаю? Мальчик согласно кивнул и откинул голову Матвею на грудь. Проводы были тяжелыми. Нельзя было показывать своих отношений перед родителями Матвея. И не потому, что они «неправильные», а потому, что Женя еще слишком маленький, а это статья. Но они умудрились вдоволь нацеловаться в ванной. Руки Матвея сжимали ягодицы Жени, язык толкался в рот, имитируя половой акт. Приспустив штаны и обхватив оба члена, Матвей начал водить рукой вверх-вниз, упираясь лбом в лоб Жене. Кончили они одновременно. - Ты будешь ждать? – тихий голос Матвея. - Буду! А утром автобус увозил нетрезвого парня в неизвестном направлении. До учебного года оставалось три дня. Женя пришел домой и решил завалиться спать. Лена знала, что Матвея забрали в армию, поэтому не стала ругать мальчика за такой «поздний» приход. Разлепив глаза, Женя услышал голоса за дверью. Спустившись с кровати (в последние дни мальчик спал на Роминой), он в трусах поплелся узнать, что происходит. Распахнул дверь и застыл. Родители смеялись и прижимали к себе Рому. Загорелого Рому, красивого Рому, еще больше выросшего Рому. В груди все сжалось, захотелось подбежать и кинуться к нему на шею. Уже почти решившись, мальчик сделал шаг вперед и снова остановился. Из-за спины брата вышла очень красивая девушка с длинными рыжими волосами и огромными карими глазами. На ней, подчеркивая точеную фигуру, был надет короткий сарафан, а на ногах белые балетки. - Мама, папа, знакомьтесь, это Алина, моя девушка, - спокойно произнес Рома и посмотрел холодно на Женю. В груди мальчика что-то оборвалось, краска бросилась в лицо, а слова сорвались прежде, чем он успел их обдумать: - Не рановато ли для знакомства с родителями, а, Братик? И столько яда было в его фразе, что старшее поколение с удивлением на него уставились, девушка покраснела, а Рома сузил глаза. - А зачем тянуть? Все равно в будущем мы планируем пожениться.